глава 4:тяжесть выбора
Тишина леса ночью всегда настораживала. Даже хрупкий шелест листвы казался криком в темноте, и потому каждый шаг отзывался в ушах гулким эхом. Гения Шиназугава шагал вперед, не сводя глаз с фигуры, которая сидела чуть в стороне от тропы, словно застывшая в собственном одиночестве. Луна — так её называл Мудзан, и так теперь называла сама себя, хотя имя «Умико» ещё жило в уголках памяти.
После их первой встречи прошло всего несколько дней, но Гения чувствовал, что мир вокруг изменился. Раньше всё было просто: есть демоны — есть охотники. Демон убивает людей — охотник убивает демона. Теперь же перед ним сидела девушка с глазами, где отражалась сама ночь, и он не мог просто поднять оружие и нажать на курок.
Эта ночь должна была стать проверкой — для неё и для него.
Луна сидела, обхватив колени, как. Ии, потерянный в собственных мыслях. Веки дрожали, дыхание сбивалось, словно внутри неё бушевала буря.
Гения не отводил взгляда. Он уже понимал, что с ней что-то не так. Не такой демон, каких он привык видеть. Не убийца, не зверь, движимый жаждой крови. Но всё же — демон.
И потому, когда в деревне раздались первые крики, Гения понял: выбора не избежать.
---
Деревня спала, и только одинокий фонарь у ворот горел тусклым огнём, когда житель выбежал наружу. Его глаза расширились от ужаса: за спиной мелькнула тень, и он, словно зверь, загнанный в угол, бросился к лесу.
Луна чувствовала запах его крови. Он был слабым, но резал сознание, как нож. Жилы внутри неё натянулись, вены пульсировали, и тело двигалось само, без её воли. Она поднялась на ноги, словно в тумане, и шагнула к человеку.
— Нет... — прошептала она, но шаг за шагом сокращала расстояние. В горле горело, язык жадно ощущал вкус будущей крови, которую она ещё не пробовала.
Житель оглянулся, увидел её силуэт — и закричал.
Гения уже был рядом. Он вынес пистолет вперёд и сорвал курок. Выстрел прозвучал гулко, эхом прокатившись по лесу. Пуля вонзилась в землю у ног Луны, остановив её.
— Стой! — его голос разрезал тьму. — Не смей!
Луна застыла. Она дрожала. Её руки тянулись к человеку, но вместе с тем глаза налились слезами. Она вцепилась пальцами в собственные плечи и прошипела:
— Я... не хочу... Я не хочу этого!
Гения рванулся вперёд и заслонил жителя собой.
— Уходи! — бросил он. — Быстро!
Мужчина, не дожидаясь второго приказа, сорвался с места и исчез в темноте, оставив за собой лишь след панического бега.
Теперь они остались вдвоём.
Луна упала на колени. Руки дрожали так, что коса, которую она до этого держала при себе, с глухим звоном упала на землю.
— Зачем... зачем ты остановил меня?.. — её голос звучал, как сломанный. — Я ведь... демон. Я должна...
— Ты должна? — Гения сжал зубы, глядя на неё сверху вниз. — Ты никому ничего не должна.
Её глаза вспыхнули в темноте, и в них он впервые увидел отчаяние.
— Я чувствую кровь... я слышу сердца... каждый вдох для меня — это пытка... — Луна закрыла лицо руками. — А ты стоишь и говоришь, что я никому не должна?
Гения молчал. В груди всё сжималось. Он понимал её слова — слишком хорошо. Но именно потому и не мог отвернуться.
— Тогда возьми мою кровь, — вдруг сказал он.
Она вскинула голову.
— Что?..
— Ты голодна. Я вижу это. Но если ты выпьешь чужую кровь — всё кончено. Поэтому возьми мою. Я охотник. Я понимаю риск. Но лучше я, чем кто-то из этих людей.
Луна замотала головой.
— Нет. Нет! Я... не могу. Если я это сделаю, я перестану быть собой. Ты не понимаешь... эта черта, за которой нет возврата. Я не хочу стать таким зверем, как остальные!
Гения присел рядом, положив руку ей на плечо. Она вздрогнула от его прикосновения.
— Значит, ты сильнее, чем думаешь, — тихо сказал он. — Но тогда мы должны найти способ. И место, где никто нам не помешает и ты не сможешь сорваться.
---
Вернувшись в дом, Гения сразу наткнулся на взгляд брата. Санэми сидел на полу, прислонившись к стене, и хмуро смотрел на младшего.
— Ты где шатался ночью? — холодно спросил он.
— В лесу, — просто ответил Гения.
— В лесу... — Санэми прищурился. — Не врёшь ли ты мне, а?
— Нет. Я тренировался, — сказал Гения. — И собираюсь продолжить.
— Один? Ночью? — голос Санэми стал резче. — Ты точно что-то скрываешь.
Гения отвернулся. Врать брату было тяжело, но правду он не мог сказать. Тогда он выбрал середину.
— Я нашёл место глубже в лесу. Там тише. Никто не будет мешать. Я... хочу туда уйти. На время.
— На время? — Санэми вскочил. — Ты совсем сдурел?
Гения посмотрел ему прямо в глаза.
— Если я не сделаю этого, я никогда не стану сильнее. Ты сам сказал, что в мире нет места слабым. Так вот, я собираюсь перестать быть слабым.
Санэми прикусил губу. Его эмоции кипели. Он хотел закричать, разорвать ложь брата на части, но в глубине души понимал: Гения впервые говорил с уверенностью.
— Делай что хочешь, — буркнул он и отвернулся. — Но если это кончится плохо — не жди, что я тебя спасу.
И он вышел, громко хлопнув дверью.
---
Когда всё стихло, Луна вышла из тени. Она слышала каждый их разговор, и сердце сжалось ещё сильнее.
— Он ненавидит меня, да? — прошептала она.
Гения покачал головой.
— Он не знает. И лучше ему пока не знать. Но мы должны уйти. Сегодня.
Она кивнула.
---
Лес встретил их холодом и запахом сырости. Луна шла чуть позади, стараясь не смотреть на спину Гэнии, потому что внутри всё разрывалось. Он шёл ради неё. Защищал её. И всё это время она оставалась угрозой для него.
Но в ту же секунду, когда она вспоминала глаза того жителя, полного страха, что-то внутри умиралo. Она не могла позволить себе повторить это.
— Гения... — тихо позвала она.
— Что?
— Спасибо.
Он не обернулся, но его плечи дрогнули.
— Не благодари меня. Просто докажи, что я не ошибся.
Они шагали всё дальше вглубь леса, туда, где деревья смыкались над головами, не пропуская свет. Туда, где не было людей. Туда, где у Луны, возможно, появился шанс удержать в себе ту тонкую грань, которая ещё называлась человечностью.
Но вместе с тем впереди их ждали испытания, к которым ни один из них ещё не был готов.
---
Всем спасибо за прочтение! Жду звездочки☆