Глава 25. Эмма
Боже. Дай мне сил. Прошу тебя, ради всего святого, пусть Лис ещё будет жива.
Всё вокруг погрузилось в невыносимый хаос. Люди в здании бегают как мыши в колесе, собирая оружие, боеприпасы, выкрикивая какие-то приказы. Но все звуки ушли на второй план, заглушаемые наихудшими вариантами событий, закрадывающихся в моей голове. Кажется, что я будто снова оказалась той маленькой девочкой, которая стала свидетельницей кошмара, той девочкой, что терпела крики и оскорбления детей из детского дома, той девочкой, что была на грани. На грани жизни и смерти. Какой будет исход в этот раз? Я не знаю, я уже ничего не знаю. Смогу ли я посмотреть в глаза истинному монстру, который превратил мою жизнь в выживание? Смогу ли выдержать очередной удар и посмотреть этой сволочи в глаза? Слёзы подступают к глазам, не в силах сдержать нахлынувшие сомнения при себе.
Конец близко, Эмма. Пришло время расплатиться за свои грехи. Алис станет завершающим аккордом в твоей жалкой жизни. Смирись с этим.
Заткнись! Заткнись, заткнись, заткнись!
Закрыв лицо ладонями, я стараюсь успокоиться. Сейчас не время поддаваться эмоциям, не время слушать этот гребаный голос в голове. Не время снова быть слабой. Начинается война, и я должна взять себя в руки. Ради Алис. Ради Криса. Ради себя.
Несмотря на бушующий внутри хаос, я медленными шагами иду в холл, где собрались все, кто будет участвовать в сегодняшней стычке. Адреналин разливается по венам, как жгучая масса, выжигающая всё изнутри. Мимо меня пробегают люди, сосредоточенные, готовые к бою, не то, что я. В этой каше никто даже не обращает на меня внимание ровно до того момента, пока я не захожу в холл.
Незнакомые мне лица обращают взгляд на меня, осматривая с ног до головы. Видно, что многие из них иностранцы, русские. Остальные - это люди Кайла, сам Кайл и какой-то мужчина уже почти преклонного возраста. Осборн? Возможно. Глаза осматривают помещение, пытаясь найти Криса, но его нигде нет. Я всем своим телом чувствую, как взгляды чужаков прожигают во мне дыру, их глаза въедливо всматриваются в моё лицо, тело, одежду, не оставляя ни одно место незамеченным. Тот, что с цепями на шее, выглядит напуганным, но от меня не скрывается то, как он облизнулся при виде меня. Мерзость. Остальные смотрят на меня с немым напряжением и любопытством, особенно тот, что сидит в большом кожаном кресле. Блондин, явно иностранец. Его голубые глаза, не отрываясь, смотрят мне в лицо, спускаясь ниже и ниже. Похоже, даже моя закрытая одежда в виде чёрного оверсайз свитера и такого же цвета джинсов не спасает меня. Даже при таком наряде я ловлю на себе извращенные и мерзкие взгляды.
Ухмылка на губах блондина становится всё шире, становясь хищной. Он встаёт, направляясь ко мне медленными томными шагами. Выглядит совсем молодым, но не менее пугающим. Я слышу, как Кайл что-то говорит ему в след, но тому плевать. Он не стал подходить слишком близко, но даже на таком расстоянии в нос ударил запах дешевого парфюма, заставляя поморщиться. Мне останется только наблюдать, как он слегка наклоняет в голову, всё ещё изучая меня, как музейный экспонат.
- А вот и Эмма Грей собственной персоной. Сами вышли или ваш верный телохранитель разрешил? - начинает он надменным голосом, просовывая руки в карманы. Язвительный язык у него явно присутствует.
Не знаю, кто он и кем является, но мне он уже не нравится. Не переношу таких пафосных и высокомерных ублюдков.
- Не переживайте, сама.
- А я думал, что вы без него и шага сделать не можете. Разве вам не приказано было сидеть в укрытии? - в его голосе сквозит насмешка, которая выводит меня из себя. Руки сжимаются в кулаки, стараясь сдержать непрошеные ругательства.
- А вам разве уже не рассказали наши правила?
Или у вас с усваиванием информации проблема? - бросаю я, замечая, как неожиданно пропала дрожь в голосе. Вот что значит разговаривать с зажравшимся ублюдком.
- К сожалению, меня не просветили в ваши так называемые «правила» может, вы меня просветите? - рокочет он, делая шаг вперед. Краем глаза я замечаю, как дернулся Кайл, желая вмешаться, но я киваю ему, давая знак, что всё в порядке.
Мой взгляд возвращается к блондину, который уже почти склонился надо мной, но его рост меня не пугает. Он значительно ниже Криса.
Скрестив руки на груди, я осматриваю его лицо, желая разглядеть этого придурка получше. Немного вьющиеся волосы аккуратно уложены в левую сторону, прямой нос, светлые брови, острая линия челюсти. Глаза ясно-голубого цвета стреляют хамскими нотками, но не вызывают никакого страха или уважения.
- Вам лучше стоит держать язык за зубами, за лишние выражения его могут отрезать, - шепчу я, понижая голос на несколько тонов. Не знаю, получилось ли угрожающе, но я пыталась.
На мои слова блондин лишь усмехается и проводит пятерней по волосам.
- И кто же мне его отрежет, дорогая? Твой неуравновешенный киллер? - голос стал похож на издевательское шипение гиены, дразнящую хищника. Хочется врезать по его смазливой физиономии, чтобы он прикусил свой гребаный язык.
Напряжение между нами становится сильнее, как натянутая до предела струна. Уже сжав кулак, я готовлюсь к удару, но меня прерывает грубый и полный ярости голос, разнесшийся по помещению, как раскат грома.
- Именно это я сейчас и сделаю, Андрапов.
Крис стоит в дверном проеме, выглядя, как вот-вот сорвавшийся с цепи зверь. Гнев, бушующий в его глазах, сложно не заметить, наоборот, возникает ощущение, что он и правда разорвет моего наглого собеседника на куски. Это замечают все, и помещение погружается в гробовую тишину, полную напряжения.
Блондин не сводит с меня глаз, но уголки его губ растягиваются в ухмылке. Любит играть с огнем? Безумец. Оторвав от меня взгляд, он едва заметно оборачивается к Крису, который уже направился к нам. Его шаги расчетливы и быстры, но блондин и не подумал сдвинуться с места.
Крис не шёл. Он надвигался. Как материализовавшаяся гроза, сгусток холодной ярости, который заставил содрогнуться даже людей Кайла, видевшие ярость Криса не первый раз. Воздух в холле сгустился до состояния железа. Все замерли, затаив дыхание, наблюдая, как приближается буря.
Андрапов, однако, лишь слегка приподнял подбородок. Его ухмылка не исчезла, она застыла - вызов, высеченный из льда.
- Блэк, - произнёс он сладким ядовитым тоном. - Как раз вовремя. Мы тут знакомились с вашей... протеже.
Крис остановился в шаге от него. Он был выше, шире в плечах, и вся его фигура излучала первобытную угрозу. Но он не смотрел на Андрапова. Его взгляд, тяжелый и пристальный, был прикован ко мне. В нем читался не вопрос, а молчаливая команда: «Отойди. Встань за мной.»
- Я предупреждал тебя, - голос Криса был тихим, почти интимным, но он резал тишину, как лезвие по шелку. - Предупреждал, что касаться её - последняя твоя ошибка.
Я сделала шаг назад, инстинктивно повинуясь невысказанному приказу. Но не для того, чтобы спрятаться. Чтобы дать ему пространство. Чтобы видеть.
Андрапов медленно, с преувеличенной небрежностью повернулся к нему всем корпусом. Его поза кричала о нарочитой расслабленности, но я видела, как напряглись мышцы на его шее, как пальцы в карманах слегка подрагивали.
- Касаться? Я лишь вел светскую беседу. Или у вас здесь запрещено и это? - Он пожал плечами. - В таком случае, прошу прощения. Не знал, что она столь... хрупкий товар.
Слово «товар» повисло в воздухе, отравленное и наглое. Это была не ошибка. Это был выстрел прицельный и смертельный.
Что-то щёлкнуло в Крисе. Не внешне. Внутри. Я почувствовала это, как будто последний предохранитель в его душе расплавился от перегрузки. Его лицо не изменилось. Оно стало ещё бесстрастнее, ещё каменнее. И от этого стало в тысячу раз страшнее.
Он не бросился. Не закричал. Он просто медленно вынул руки из карманов своей куртки. Движение было плавным, почти гипнотическим.
- Ты прав, - сказал Крис все тем же тихим ровным голосом. - Я плохо объяснил правила. Давай исправлюсь. Наглядно.
Он взглянул поверх головы Андрапова на его людей, которые уже схватились за оружие, их лица были бледны и напряжены.
- Первое правило, - начал Крис, и его голос вдруг приобрёл металлический лекторский тон. - Никто не говорит с ней без моего разрешения. Ты нарушил.
Он сделал шаг вперёд. Андрапов инстинктивно отступил на полшага, спина его на мгновение коснулась края стола.
- Второе правило. Никто не смотрит на неё так, как смотрел ты. Ты нарушил.
Ещё шаг. Расстояние между ними сократилось до полуметра. Я видела, как зашевелились русские, но жест Кайла, резкий, отрезающий, заставил их замереть. Кайл смотрел на Криса с лицом человека, наблюдающего за приближением торнадо. Он знал: вмешаться сейчас - значит подписать себе и всем смертный приговор.
- Третье правило, - Крис почти прошептал. Он был теперь так близко, что мог бы коснуться Андрапова дыханием. - Никто, никто не называет её товаром. Ты нарушил.
Андрапов попытался выпрямиться, собрать остатки наглости. Его губы дрогнули, пытаясь сложиться в новую язвительную улыбку.
- И... и какое наказание, Блэк? Выпишете штраф? - Его голос дал трещину, выдав страх, который он тщетно пытался скрыть.
Крис наклонился к его самому уху. Его движение было стремительным, как удар кобры.
- Наказание, - прошептал он так тихо, что, наверное, слышала только я, стоявшая ближе всех, - это демонстрация. Чтобы все запомнили.
И прежде чем кто-либо успел моргнуть, его рука метнулась вперёд. Не для удара. Он схватил Андрапова за шиворот его идеально сидящего пиджака и рванул на себя, одновременно резко ударив коленом ему в пах.
Звук, который издал Андрапов, не был человеческим. Это был сдавленный животный вой, полный неожиданной и всепоглощающей боли. Его ноги подкосились, но Крис не дал ему упасть. Он держал его, как тряпичную куклу, лицом к лицу с собой.
Оглушительный выстрел прорезал воздух, и моё сердце замерло. С губ сорвался крик, а уши заболели он мощности звука пролетевшей где-то пули. Мои руки машинально вцепились в спину Криса, то ли от страха за себя, то ли за него.
Но Крис не дернулся. Его взгляд медленно остановился на парне, самый молодой из иностранцев, который трясся, как осиновый лист, держа в руке свой несчастный пистолет.
- Не стрелять! - крикнул Андрапов, все еще оставаясь в хватке Криса.
Крис разжал руки. Андрапов рухнул на колени, скрючившись вокруг своей боли, давясь беззвучными рыданиями. Парень, выстреливший ранее, теперь словно смотрел в глаза смерти, глаза наполнились ужасом и ноткой вины, будто тот выстрел был всего лишь ошибкой. Крис наклонил голову, кажется, находясь совсем на грани потери рассудка.
- Лишнюю жизнь имеешь, щенок? - процедил он, уже собираясь двинуться к нему, но я обхватила его сзади руками, пытаясь остановить. Кайл подлетел к нам, чтобы помочь, хватая Криса за плечи.
- Угомонись, Блэк! Кровопролитие нам сейчас ни к чему! - твердит Кайл, повысив голос на несколько тонов, теперь он звучал больше со страхом.
Но Крис пытался вырваться из нашей хватки, ведя себя как разъяренный бык. Его взгляд не отрывался от парниши, который, кажется, вот-вот упадет в обморок от страха.
Я обогнула Криса и встала перед ним, взяв его лицо в ладони.
- Тише, тише... Крис, посмотри на меня, - я надеялась, что моё прикосновение вернет его в реальность, спасет от лап охватившего его гнева, и была права. Он перевел на меня взгляд, который теперь казался полностью чёрным, зрачки были расширены настолько, что от радужки почти ничего не осталось. - Успокойся, всё хорошо. Просто дыши, Крис. Дыши. - мои пальцы мягко поглаживали его скулы, замечая, как его дыхание начинает выравниваться.
Он больше не бился зверем, не хочет прикончить всех в этом здании. Теперь его глаза смотрели только на меня и находили в них успокоение. Тело расслабилось, напряженные, как камень мышцы начали давать слабину, возвращая моего киллера обратно. Люди Андрапова замерли в нерешительности, их руки на оружии дрожали. Выстрелить ещё раз - означало начать бойню, в которой у них не было шансов.
Крис поднял руку и коснулся моей щеки. Прикосновение было почти невесомым, нежным, не граничащим с той яростью, что полыхала в нём всего мгновение назад.
- Ты в порядке? - шепот с ноткой хрипотцы донесся до моего уха, вызывая волну мурашек.
- Да, всё хорошо, - мои губы дрогнули в едва заметной улыбке. - А ты? Тебя не ранили?
Он лишь усмехнулся, заправляя выпавшую прядь волос мне за ухо.
- Конечно, пуля пролетела мимо. А даже если бы попала, просто так меня не убьешь, котёнок.
После этих слов он оставил на моем лбу продолжительный поцелуй, а рука легла на талию, поглаживая кожу сквозь ткань свитера.
- Иди собирайся, - сказал он, меняя тон на более решительный. - Мы выезжаем через десять минут. Тебе понадобится тёплая одежда и удобная обувь.
Он не спрашивал, готова ли я. Не предлагал остаться в безопасности. Он констатировал факт. Я была частью этого теперь. Частью его войны. И это «мы» прозвучало громче любой декларации.
Я кивнула, не находя слов. Адреналин все ещё звенел в ушах, но страх отступил, сменившись странным леденящим спокойствием. Я бросила последний взгляд на скулящую на полу фигуру Андрапова, на бледные лица его людей, на суровые лица наших союзников.
Мир не стал безопаснее. Он стал проще. В нём теперь были четкие правила. И я только что увидела, что бывает с теми, кто их нарушает.
Повернувшись, я пошла собираться. На пороге я обернулась. Крис стоял спиной ко мне, разговаривая с Кайлом. Его силуэт, прямой и незыблемый, казался единственной твердой точкой в этом рушащемся мире.
Война приближалась. И мы шли ей навстречу. Вместе.
______________________
Тишина в автомобиле нарушалась лишь гулом двигателя и моим напряженным дыханием. Мы едем на встречу с монстром. В эпицентр моего кошмара и нашего общего Ада. В голове проносится лишь немая мольба о том, лишь бы Лис была ещё жива, лишь бы всё прошло не так плохо, как я себе это представляю. От Морсбрингера можно ожидать что угодно, он явно там не один, и поэтому мы едем в окружении десятка чёрных внедорожников, в которых находятся как люди Кайла, так и наши нынешние «союзники», если их можно так назвать. Стычка с Андраповым не сильно усугубила ситуацию, возможно, только прибавила напряжения между нами, но нас с русскими связывает одно желание, кажущееся невыполнимым. Уничтожение Энигмы. Надеюсь, что мы сможем победить их количеством, но я уже ни в чем не уверена. Если нам удастся от них избавиться, возможно, я смогу найти отца. Только бы всё получилось...
Бронежилет, который выдал мне Крис, ужасно давит на грудную клетку, но это необходимая мера. Сам Крис выглядит невероятно напряженным, всё его тело натянуто, как струна, готовая вот-вот лопнуть. Пальцы сжимают руль с такой силой, что кажется, он вот-вот развалится под их напором. За время поездки мы не проронили ни слова. Весь план был обговорен ещё там, на базе. Я всегда держусь рядом со своим киллером, не говорю ничего лишнего и не отвечаю на провокации. Крис всё сделает сам. Но в глубине души я понимаю, что сегодняшнее представление пройдет не так, как мы планировали. Всё моё тело кричит в немой тревоге, подсказывая, что самое страшное только впереди. Тяжело вести себя оптимистично, когда ты едешь на встречу с психопатом, который хочет из тебя сделать свою секс игрушку. Главное, чтобы все остались живы. Это всё, чего я хочу.
Рука Криса ложится мне на бедро, подбадривающе сжимая. Это приносит мне некоторое успокоение, но всё равно не убирает бушующую во мне бурю сомнений.
- Всё будет хорошо, котёнок, - шепчет он, проводя большим пальцем по моей коже. - Просто будь рядом и слушай, что я скажу. Мы спасём её.
Повернув голову, я встречаюсь с ним взглядом. Крис старается казаться спокойным, но я уже давно научилась считывать его эмоции. Его глаза полны нарастающего гнева и маленького проблеска страха. Не за себя. За меня. Я чувствую, как ему тяжело дается везти меня туда, где собраны все кошмары, которые преследовали нас обоих. Но выбора нет. Его никогда не было. Но я понимаю, что никакой мести и справедливости мы не добьемся, если не встретимся лицом к лицу с главной занозой в заднице. Её надо вырвать и сжечь, чтобы она больше не могла вонзиться глубже под кожу, чтобы она больше не приносила эту невыносимую боль.
- Всё будет хорошо, - повторяю я, накрывая его руку своей. Наши пальцы сплетаются. Прикосновение, которое всё ещё держит нас на плаву. Вместе. - Мы справимся.
- Конечно, малыш, - шепчет он, поднося мою ладонь к губам, и целует костяшки пальцев. Его левая рука на руле сжимается всё сильнее. - Просто знай... - голос на мгновение дрогнул, повисла недолгая напряженная пауза невысказанных слов. - Я люблю тебя.
Эти три слова, сорвавшиеся с его губ, заставили моё сердце замереть. Я. Люблю. Тебя. Три слова, которые казались мне такими невозможными, такими нежными, теперь были обращены ко мне. Жаль, что я их услышала только сейчас, тогда, когда наше будущее было под большим жирным вопросом.
- Я тоже тебя люблю, Крис, - на глаза навернулись непрошеные слёзы, не в силах сдержать эмоции. - Очень...
Он сильнее сжал мою руку, не причиняя боль, наоборот, давая немую поддержку. Я ощущала, как его дыхание на мгновение сбилось, как мышцы на его руке дрогнули, но он не дал волю слабости. Сдержался.
Через, кажется, вечность мы подъехали к старому отелю на окраине Вестминстера. Он выглядел как заброшенный, но в окнах горел свет. На стенах болтались высохшие ветки и проросшая сквозь покрашенный в чёрный кирпич растительность, которая напоминала щупальца тьмы, захватившая это место в свои сети. Место -однозначно подходящее для сегодняшнего мероприятие.
Сердце начало биться где-то в горле, готовясь к предстоящему аду. В голове начали проигрываться картинки, от которых ощущение тошноты усиливалось. Вдох. Выдох.
От нарастающей паники меня спас Крис, внезапно взявший моё лицо в ладони. Его теплые руки ощущались как спасательный круг для утопающего.
- Эмма. Ты помнишь, что мы с тобой обсуждали? - спрашивает он, вглядываясь мне в глаза. - Всегда рядом. Не отходи ни на шаг. Если что-то пойдет не так - беги.
Беги.
Я замотала головой в протесте, чувствуя, как слезы снова начали подступать. Я не могу так. Я всегда убегала, всегда пряталась от опасности, как крыса от кота, но сейчас я не хочу. Не когда люди, которые мне стали дороже всего на свете, могут погибнуть по моей вине. Не снова.
- Нет, Крис, я... я не могу!
- Можешь! Эмма, ты должна. Если я скажу тебе бежать, ты побежишь. Со мной ничего не случится, я не дам этому произойти. Но я не выдержу, если случится что-то с тобой! Поэтому, пожалуйста, сделай так, как я скажу, котёнок. Прошу тебя.
Его ладони сильнее сжали моё лицо. Он не просил. Он умолял. Умолял меня сбежать, если наш план провалится. Оставить его под градом опасностей, а самой скрыться. Оставить. Его.
Я понимала, что не смогу этого сделать. Что не смогу бросить его на растерзание разъяренному монстру, который в это время поджидал нас в одной из комнат. Но этого я ему не сказала, лишь согласилась, давая обещание, которое не смогу исполнить.
- Хорошо, - киваю я, прижимаясь к его ладоням. Боже. Как же хочется зарыдать, зарыться лицом ему в грудь и никогда не отпускать. Просто взорвать нахер весь отель, спасти Алис и уехать.
- Моя девочка, - шепчет он, целуя меня в лоб и гладя по волосам. - Всё будет хорошо....
- Пообещай мне кое-что, Крис, - моё дыхание коснулось его ладони, прижавшись к ней в коротком поцелуе.
- Конечно, котёнок. Говори, я всё сделаю.
- Не оставляй меня, - шепчу я, поднимая на него взгляд. Одна единственная слеза скатилась по моей щеке, прожигая кожу. - Не смей умирать.
Его глаза смягчились, становясь такими ранимыми, ласковыми, что моё дыхание снова перехватило. Он ответил не сразу, прижавшись своими губами к моим в нежном и трепетном поцелуе. В нём было обещание, обещание не оставлять. Мне хотелось прижать его к себе, зарыться пальцами в волосы, чтобы никогда не отпускать. Чтобы остаться здесь и оставить этот момент навсегда. Но моя рука лишь коснулась его лица. Короткая щетина царапала кожу, но я бы отдала всё, чтобы ощутить это ещё множество раз. Поцелуй прервался, и Крис провел пальцем под моим глазом, стирая вновь появившуюся слезу.
- Обещаю, котёнок. Я вернусь даже из преисподней, чтобы вновь посмотреть в твои глаза.
- А ты не попадай туда, чтобы не пришлось возвращаться, - шмыгнув носом, я последний раз целую его в губы.
Пришло время окунуться в ад.
_______________________
Холодный воздух бьет в лицо, отрезвляя разум. Атмосфера накаляется с каждым мгновением, когда я наблюдаю, как множество людей выходят из черных машин. У каждого из них куча оружия и других боевых принадлежностей. Чувствую себя, будто попала в боевик, но здесь не известно, будет ли у нас happy end.
Кайл подходит к нам в полной экипировке, в руках он держит автомат, на поясе расположено множество ножей, взрывчаток и вещи, названия которых я не знаю.
- Мы готовы, можно действовать.
Крис берет меня за руку.
- Хорошо. Ожидайте здесь, когда я подам сигнал, начинайте наступление.
Кайл кивает и возвращается к своей команде. Андрапов со своими людьми стоит чуть в стороне, не сводя с нас глаз. Нетерпение, написанное на его лице, заставляет меня нахмуриться. Сомневаюсь, что этот мальчишка хоть раз участвовал в таких крупных операциях, но, как говорится, книгу не судят по обложке. Их снаряжение совсем не хуже нашего, поэтому я надеюсь на лучшее.
Дверь отеля не заперта. Она скрипит на древних петлях, открываясь в темноту, пропахшую пылью, плесенью и... лавандой. Контраст настолько абсурден, что кажется кошмарной шуткой.
Крис входит первым, оттеснив меня за спину. Его пистолет - продолжение руки. Мой собственный ствол, из которого я стреляла всего пару раз, когда Крис меня учил им пользоваться, кажется игрушечным и бесполезным в его тени.
Холл когда-то был роскошным. Теперь хрустальная люстра покрыта паутиной, бархатные кресла прогнили, а на стойке регистрации кто-то нарисовал баллончиком череп. Но лаванда... Её запах ведет нас, как невидимая нить Ариадны, только не из лабиринта, а прямиком в его сердце.
- Работа садиста, - сквозь зубы цедит Крис. - Он любит контрасты. Грязь и чистоту. Боль и наслаждение.
Мы поднимаемся по лестнице, минуя сломанные ступени. Звук наших шагов гулко отдается в пустоте. Каждая тень кажется движущейся. Каждый скрип - предвестником засады.
На третьем этаже лавандовый запах смешивается с другим, металлическим и знакомым до тошноты. Кровь.
Дверь в конце коридора приоткрыта. Из щели струится теплый желтый свет и... тихая классическая музыка. Шопен.
Крис останавливается, его спина напрягается, как у пантеры перед прыжком. Он оборачивается, и в его глазах - последняя проверка, последний немой вопрос. Ты готова?
Я киваю, сжимая рукоятку пистолета так, что пальцы немеют.
Он толкает дверь плечом.
Комната, бывший роскошный люкс, превращена в театр абсурда. Центр залит ярким светом софитов. На позолоченном диване, застеленном чистой белой простыней, сидит Алис.
Она жива.
Но вид ее вышибает воздух из легких. Она одета в... платье из живых белых орхидей, окрашенных в красные кляксы и паутины. Цветы пришиты к тонкой сетке, обвивающей тело. Ее волосы уложены в сложную безупречную прическу. Лицо накрашено. Она похожа на невесту. Свадьба в аду.
Рот заклеен серебряным скотчем. Глаза - два огромных, полных чистого немого ужаса озера. Они находят меня, и в них вспыхивает мольба, стыд и бесконечное облегчение.
А рядом с ней, облокотившись на камин, стоит он.
Лука Морсбрингер.
Он не похож на монстра. Он похож на уставшего аристократа. Высокий, худощавый, в идеально сидящем темно-бордовом смокинге. Тёмные волосы зачесаны назад. Лицо узкое, с острыми скулами и пронзительными голубыми глазами, в которых светится тихий безумный интеллект. В руке он держит бокал с красным вином.
- Ах, наши гости! - его голос перекрывает музыку, пронзительный и неестественно бодрый. Он поворачивается к нам, и на его лице расплывается широкая безумная улыбка. - Кристофер! И... очаровательная Эмма! Я так ждал этого воссоединения.
Он делает глоток вина, его взгляд скользит по мне, изучающий, как энтомолог рассматривает редкого жука.
- Лис... - вырывается у меня, и я делаю шаг вперед, но Крис железной хваткой останавливает меня.
- Осторожно, котенок, - шепчет он, не спуская глаз с Луки. - Он не один.
И правда. Из тени в углах комнаты выходят две фигуры. Крупные, молчаливые, с пустыми глазами наемников. Их руки лежат на кобурах. И один из них... Джереми. Какого чёрта?
- Что ты хочешь, Лука? - голос Криса звучит ледяной глыбой. Он отпускает мою руку и делает шаг вперед, становясь между мной и безумцем. - Игра в кошки-мышки надоела. Отпусти девушку. Это между нами.
- Между нами? - Лука притворно удивленно поднимает бровь. Он делает глоток из бокала и бросает его через плечо. Хрусталь разбивается о стену. - О нет, дорогой мальчик. Это всегда было больше, чем просто между нами. Это спектакль! А в любом хорошем спектакле должен быть... состав! - Он указывает кинжалом на Алис, потом на меня. - Нет, нет, нет! Не двигайтесь, мои дорогие актрисы, ваш выход еще впереди.
Он подходит к Алис и проводит лезвием по ее щеке, не нажимая. Она замирает, глаза полны животного ужаса.
- Что ты хочешь? - выдыхаю я, делая шаг вперед. Крис тут же хватает меня за локоть, но я вырываюсь. - Деньги? Информацию? Отца?
Лука поворачивает ко мне голову, его взгляд оживляется.
- Ах, прямолинейность. Мне нравится. Нет, милая Эмма. Я хочу спектакль. Финал, достойный оперы. Видишь ли, - он отставляет бокал и расправляет полы смокинга, - ваша маленькая война с Энигмой нарушила тонкий баланс. Вы - грязь, попавшая в мой безупречный механизм. И грязь нужно стереть. Но просто убить вас... скучно. Меня в колонии многому научили, Кристофер. В том числе ценить прекрасное в жестокости.
- Вот правила моего спектакля, - говорит Лука, и в его голосе впервые звучат нотки ликования. - Выбор. Я введу вашей подруге милый коктейль. Паралитик и психотроп. Она будет все видеть, все слышать, но не сможет пошевелиться. А потом... начнется препарирование. Живого осознающего экспоната. По кусочку.
Алис издает сдавленный стон за скотчем её тело бьет мелкая дрожь.
- Выбор такой, - продолжает Лука, его глаза горят. - Либо ты, Кристофер, позволишь мне сделать с тобой то же, что я делал с другими в колонии. Станешь моим холстом. Либо... - его взгляд переходит на меня, - ты, Эмма, подойдешь ко мне, и мы устроим маленькое представление для твоего друга. А после... я, возможно, отпущу блондинку. Неживую, но целую.
Ледяная пустота заполняет меня. Это не выбор. Это садистская ловушка, сконструированная гением безумия.
Крис стоит как изваяние. Я вижу, как работает его мозг, перебирая невозможные варианты. Его план, его люди за дверью... все это рассыпается в прах перед извращенной логикой Луки.
- Время тикает, дети, - Лука берет со столика изящный секундомер и щелкает им. - Давайте начнем наш последний танец.
В глазах Криса я вижу решение. Он готов отдать себя. Чтобы спасти Алис. Чтобы спасти меня.
Но я не могу этого допустить.
Вдруг по комнате разносится разочарованный стон, когда Морсбрингер откидывает голову назад.
- Какие же вы, чёрт возьми, долгие! Может, вам нужен ещё один рычаг давления, чтобы было проще принять решение?
Он щелкает пальцами. Из-за портьеры в глубине комнаты выходит еще один человек.
Мир сужается до точки.
На нем такой же бронежилет, как у нас. В руках
- автоматическая винтовка. Лицо избитое, в синяках, но глаза горят знакомым холодным огнем. Это...
Рик.
Он не смотрит на Криса. Его взгляд прикован к Луке, и в нём абсолютная рабская преданность.
- Он был так сломлен после вашей маленькой ссоры, - сладко говорит Лука, гладя Рика по щеке, как собаку. - Так нуждался в новом хозяине. В том, кто даст ему цель. Я просто... подобрал его. И теперь он мой. Мой хороший мальчик.
Крис не издал ни звука, но я почувствовала, как по его руке, все еще сжимающей мое запястье, пробежала судорога. Это было хуже, чем любой удар. Это было падение в самую бездну.
- Должен сказать, наркотики - чудесная вещь. С помощью них так легко сломать волю человека, так легко заставить его повиноваться тебе и вылизывать грязь с ботинок. Рик с этим чудесно справляется, - он похлопал парня по щеке, отстраняясь. - Как насчёт того, чтобы устроить здесь поединок? Два старых друга, которые были когда-то друг другу братьями, встретятся на поле боя врагами. Ну не замечательно ли? Что скажешь, Крис? Если победишь, я, может, смягчу свои условия договора.
Он отступает в тень, оставляя Рика в центре комнаты. Тот поднимает винтовку, и его взгляд, наконец, встречается со взглядом Криса. В нем нет ни злобы, ни боли. Только пустота и приказ.
- Рик... - имя срывается с губ Криса, больше похожее на стон.
Рик не отвечает. Он лишь снимает с предохранителя винтовку.
Музыка, наполнявшая комнату, только сильнее давила атмосферой. Теперь это был не просто разговор, это был договор с Дьяволом.
Крис медленно отпускает мою руку. Его плечи расправляются. Он смотрит на человека, который был ему братом, в которого он вложил последние крупицы доверия.
- Хорошо, Лука, - говорит Крис, и его голос обретает ту самую леденящую сталь. - Игра началась.
Он бросает мне последний взгляд. В нем не было прощания. В нем был приказ. Жди.
Держись. Будь готова.
Я смотрю на Алис. На ее полные ужаса глаза. Я смотрю на Криса. На человека, который стал для меня всем.
И я понимаю, что Лука ошибся в одном.
Он думает, что мы - пешки.
Но даже пешка, дойдя до конца доски, может стать королевой.
Моя рука незаметно опускается в карман бронежилета, где лежит маленький, подаренный Кайлом транспондер. Кнопка экстренного сигнала.
Я встречаюсь взглядом с Крисом. Всего на долю секунды. И в моем взгляде не страх, не покорность. А план. Безумный, отчаянный план.
Я киваю, почти не заметно.
И нажимаю кнопку.
Где-то внизу, в тишине заброшенного отеля, начинается АД.
Тишина длится ровно три удара моего бешеного сердца. Лука приподнимает бровь, его бледные губы растягиваются в вопросительной улыбке.
- Что это было, дорогая? Жалкий сигнал твоим копам-неудачникам? Они сейчас...
Его фразу разрывает оглушительный грохот снизу. Не выстрелы - это звук рвущейся древесины, ломающегося металла и сдавленных криков. Штурм начался не по сигналу Криса, а по моему. Кайл и Андрапов поняли, что план «А» провален.
Глаза Луки на секунду теряют свою ледяную уверенность. Это крошечное окно.
Крис движется как тень, выпущенная из пружины. Он не стреляет в Луку, тот все еще стоит слишком близко к Алис. Вместо этого он бросается к Рику, который отвлекся на шум, выводя его из строя ударом приклада пистолета в гортань. Джереми, когда бывший парнем Лис поднимает шприц, но я уже не думаю, я действую. Мой выстрел. - Боже, я выстрелила! - бьет ему в плечо. Он вскрикивает, шприц падает и разбивается.
Лука не кричит. Он смеется. Коротко, истерично.
- О, как оживилось! Прекрасно!
Он делает шаг назад, к камину, и его рука исчезает за роскошной драпировкой. Раздается механический щелчок. Из панелей на стене с шипением вырываются клубы белого дыма. Не просто дыма - едкого слепящего газа.
- Нет! - кричит Крис, но его голос тут же прерывается кашлем.
Газ жжет глаза и горло. Я теряю Криса из виду. Вижу лишь смутный силуэт Алис на диване и высокую фигуру Луки, отступающую вглубь комнаты к потайной двери, что открылась за панелью камина.
Инстинкт. Не разум.
Я ныряю вперед, в слепящую пелену, падаю на колени рядом с диваном и хватаю Алис. Мои пальцы скользят по шелковистой ленте скотча на её рту, и я срываю её , рву, не думая о боли. Она делает судорожный хриплый вдох.
- Не... не оставляй... - хрипит она, ее пальцы впиваются мне в рукав бронежилета.
- Ни за что, - задыхаясь, говорю я и пытаюсь поднять ее. Она парализована страхом, ноги не слушаются.
Из газа возникает Крис. Половина его лица в крови, видимо от удара или осколка. Он одним движением срывает с Алис дурацкий «наряд» из орхидей, накидывает на нее свой бронежилет поверх её легкой одежды и буквально подхватывает ее на руки.
- За мной! К стене! - его голос хриплый, но властный.
Мы отползаем к стене, подальше от центра комнаты, где газ самый густой. Сверху доносится яростная стрельба - наши люди пробиваются через этаж. Но здесь, в логове, тишину нарушает лишь наша борьба за воздух и... нарастающий низкий гул.
Лука сбежал. Но он оставил сюрприз.
- Бомба, - сквозь кашель цедит Крис, упираясь спиной в стену и прижимая к себе Алис. Его глаза бегут по комнате, выискивая источник гула. - Заложена в конструкцию. Он хочет похоронить нас здесь вместе с его «искусством».
У меня в ушах звенит. Газ, паника, осознание, что мы в ловушке. Я смотрю на Криса, который держит мою лучшую подругу, на его окровавленное решительное лицо. И вдруг страх отступает. Остается только ярость. Чистая, направленная.
- Не сегодня, сука, - шиплю я больше себе, чем кому-либо.
Мой взгляд падает на разбитый шприц и лужицу жидкости на полу. Рядом тяжелый бронзовый подсвечник. Безумная идея рождается в голове, спаянная из отчаяния и обрывков медицинских знаний.
- Крис! Газ... он тяжелее воздуха? - кричу я, перекрывая гул.
- Да! - он понимает меня с полуслова. - Клубится внизу!
- Окно! Нужно создать тягу!
Я хватаю подсвечник и, не раздумывая, бью им по огромному готическому окну, выходящему на глухую стену соседнего здания. Стекло, покрытое вековой грязью, не разбивается, а выпадает внутрь огромными острыми осколками. Ледяной ночной воздух врывается в комнату, смешиваясь с едким газом.
Но этого мало. Гул становится все назойливее. Вибрация проходит по полу.
Крис кладет все еще слабую Алис мне в объятия.
- Держи ее. У самой стены.
Он срывает с себя ремень, на котором висит нож, и одним мощным движением вгоняет клинок в гипсокартон рядом с окном, расширяя дыру. Потом еще удар, еще. Он не пытается выбраться - он разрушает стену вокруг окна, создавая огромный пролом для выхода газа и... для нас.
- Когда я скажу - прыгай! - кричит он мне, и его глаза горят в полумраке каким-то первобытным огнем. - На соседнюю крышу! Не смотри вниз!
Прыжок? Мы на третьем этаже! Но позади - взрыв, который разнесет все к чертям. Внизу - бойня и, возможно, засада. Крыша соседнего, более низкого здания - единственный шанс.
Раздается новый звук, не гул, а настойчивый ритмичный стук снизу. Кто-то долбит в перекрытие. Наши.
- Крис! - это голос Кайла, приглушенный, но узнаваемый. - Отойди от центра! Сейчас пробиваем!
Но Крис смотрит не в пол. Он смотрит на меня. И кивает.
- Сейчас. Готовься.
Он подхватывает Алис обратно, прижимая ее к себе, будто щит из плоти и кости, но щит, который нужно спасти. Его свободная рука обхватывает меня за талию, притягивая к груди. Мы стоим втроем в облаке рассеивающегося газа у гигантского пролома, за которым чернеет ночь и мерцают редкие огни Лондона. Ветер вырывается в отверстие, вытягивая ядовитый туман.
- Прости, котёнок, - шепчет он мне на ухо, и его губы касаются моей кожи. - Придется лететь.
Но что-то внутри меня замирает. Рик. Он лежит посреди комнаты, не приходя в себя. Если мы уйдем сейчас, взрыв разорвет его на куски. Да, он сделал всё, чтобы избавиться от меня, но... Что-то внутри не даёт мне оставить его.
- ПРЫГАЙ!
Но я вырываюсь из хватки Криса, заставляя его вскрикнуть в недоумении. Они с Алис полетели вниз, оставив меня одну со своим же решением, которое больше походит на решение самоубийцы.
- ЭММА, НЕТ! - хриплый животный голос Криса раздается за окном, полный ужаса и страха.
Я не думаю ни секунды. Взяв Рика под плечи, я стараюсь его оттащить к окну, чтобы сбросить, но он слишком тяжелый. Дыхание начинает учащаться, когда едкий запах газа заполняет легкие и в глазах начинает плыть.
Давай, Эмма! Давай! Ты не можешь умереть здесь! Возьми себя, сука, в руки! Мусор!
Сильными отчаянными рывками я двигаю тело мужчины к задуманной точке, слыша, как кто-то из наших людей пытается взломать дверь. Боже, пожалуйста! Собрав все силы в кулак, я приподнимаю Рика и бросаю его тело на край окна.
- Ловите! - хриплю я, заливаясь кашлем, чувствуя, как горят легкие.
Зрение подводило меня с каждой секундой, тело дрожало от перенасыщения газом и конной дозы адреналина. Со сдавленным криком я толкаю тело и сбрасываю его с окна. Миссия выполнена. Теперь - нужно спасти себя.
Забравшись на край, я смотрю вниз, до боли цепляясь за потрескавшиеся и почти разваленные стены. Едва могу разглядеть лицо Криса, смотрящего на меня снизу. Он пытается вырваться из железной хватки Кайла и нескольких парней, которые удерживают его от попытки ворваться внутрь.
- Крис! - я кричу в надежде, что он меня услышит. Если упаду сама, то разобьюсь. Мне нужен он.
Услышав мой крик, он вскидывает голову и одним резким движением отбрасывает парней.
- ЭММА!
Он подбегает к подножию здания, останавливаясь под окном.
- Прыгай! Я поймаю!!!
К нему бегут еще несколько людей, и я уже готова сделать шаг, но...
Мир взрывается белым огнём.
Не снаружи. Изнутри.
Жгучая разрывающая боль в ноге чуть ниже колена. Оглушительный хлопок выстрела, отдающийся в пустом помещении. Моё тело дёргается, как у марионетки, чью нить дёрнули. Тепло. Тёплая струя растекается по коже, пропитывает ткань джинсов.
- НЕТ! ЭММА! БЛЯТЬ, ПРЫГАЙ!
Его крик - последнее, что я слышу чётко. Звуки тонут, превращаются в далёкий подводный гул. Боль плетёт по телу паутину из раскалённых иголок, сковывая мышцы, выжимая силы. Ноги подкашиваются. Я качаюсь на краю, смотря вниз, на его искажённое ужасом лицо. Он рвётся вперёд, но его держат сильные руки.
Не сегодня, - шепчет какой-то последний уголок моего разума. Не так.
Я пытаюсь сделать ещё шаг. Просто упасть вперёд, в пустоту, в его руки. Но тело больше не слушается. Оно тяжелеет, становится ватным, чужим. Край окна уплывает из-под ног. Я падаю. Но не вниз, к нему.
Назад. В клубящийся газ. На окровавленный пол.
Удар о паркет отдаётся в ране новым адским взрывом. Я лежу, не в силах пошевелиться, глядя в потолок, по которому уже пляшут тени от вспыхивающего где-то пожара. Гул бомбы превращается в навязчивую похоронную песню.
Из дыма, как призрак, возникает он.
Лука.
Не сбежавший. Вернувшийся. В его руке дымящийся пистолет с длинным тонким стволом - глушитель. Его лицо не выражает ни злорадства, ни злобы. Только холодное научное любопытство, будто он наблюдал за редким насекомым.
- Какая досадная помеха, - говорит он тихо, почти ласково, наклоняясь надо мной. - Ты испортила кульминацию. Но... - Его палец, холодный и сухой, проводит по моей щеке, собирая каплю пота или крови. - Из тебя может выйти интересный эпилог.
Его рука хватает меня за уцелевшую ногу. Хватка железная, безжалостная. Он тащит меня по полу как мешок. Боль стирает сознание в клочья. Я вижу мелькающие обломки мебели, тени, пляшущие на стенах, свет пламени, пробивающийся снизу.
Где-то очень далеко, сквозь толщу воды и боли доносится новый крик Криса. Не слов. Звериный, полный бессильной ярости рёв.
Лука не выпускает своей добычи. Он пробивается к тёмному пролому - не к окну, а к другой потайной двери, в которой скрылся ранее. Последнее, что я вижу перед тем, как его тень поглощает меня - это обрушающийся потолок комнаты, где я только что была, и далёкие крики в проломе окна.
Затем темнота. Тишина. И только ледяная хватка Луки, уносящего свою добычу вглубь рушащегося здания, в то время как снаружи, в пламени и хаосе остаётся один только рёв моего имени.
Продолжение следует...
тгк: авторский уголок💔 Всю информацию о выходе второй части, подборку треков к главам и многое, многое другое вы найдете там:3