ПОДАРОК ТЁМНОМУ

Библиотеку я разыскала быстро, книги магнитом притягивали меня всегда, поэтому мой любопытный нос сразу привел на первый этаж, в комнату, по соседству с кабинетом отца. Огромной радостью было узнать, что читать я тоже умею. Правда сначала меня чуть инфаркт не хватил — раскрыв первую попавшую книгу, перед глазами предстали круглые непонятные закорючки. Да и бумага была не привычна, какие то тонкие гибкие листы серого цвета. Я похолодела… пару секунд тупо пялилась на страницу, но потом в мозгу что-то перемкнуло и взгляд начал выхватывать отдельные слова, слова складывались в предложения, и через минуту я прочитала свой первый абзац. Это была победа! Библиотека в доме была шикарна, огромное помещение, с бесконечным количеством полок до потолка, несколько лестниц стояли для недоступных участков — просто рай для такой фанатички как я. В тот же день я просидела до ночи выбирая себе обучающую программу на ближайшие недели — атлас мира, несколько книг по истории, географии, экономике, так же прихватила фамильную книгу нашей семьи.

Мироустройство здесь очень похоже на наше, и ориентировочно застряло в 17–18 веке. Королевство, где мы жили называлось Лореляй. Форма правления — монархия. Трон в данный момент принадлежал королю Кристофу Реджинанду. Вдовец. Есть сын. Государство наше было достаточно цивилизованным и развитым. В столице находились несколько университетов, школа магии, общественная библиотека… Существовали работные дома, школы, интернаты для сирот. Рабства уже не было около трехсот лет… Классовые сословия так же очень похожи — аристократия, военные, ремесленники, селяне. Мне же крупно повезло очутиться на самом верху.

Как гласила легенда, льеры вели свое происхождение от самих богов, когда то давно живших среди людей. Потом боги куда-то свалили (или на небо или подальше), а их потомки остались на земле самыми могущественными и сильными существами, почти все были волшебниками, умели излечивать любые заболевания и перемещаться на дальние расстояния. Потом, видимо растеряв генофонд за пять тысяч лет от льерства остались только отменное здоровье и какой то лер (пока не выяснила, что это такое). Магов в их семьях рождалось столько же, сколько и в обычных, суперспособности утратились, да и самих семей в нашем королевстве сохранилось только три. Полный мой титул звучал так — льера Эльвиола Гвеневера де Саро. Несколько раз наш род пересекался с королевским, женились и выходили замуж за моих предков младшие ветви королевской семьи. Поскольку титул строго переходил только первенцу, самым страшным божьим наказанием было бесплодие у родителей (что случалось очень редко) или война, забирающая жизни (что случалось чаще). Итого в данный момент сохранилось только три ветви льеров в нашем королевстве — монарший род Реджинандов, наш — Гвеневеров и еще одна семья неких Аристедисов, так же много раз пересекавшихся с нами. Короче — все мы между собой кузины и кузены. Интересно, а они знают об опасности генетических заболеваний — гемофилии, например? Хотя есть и положительные моменты — посмотреть на внешность родителей, селекция на лицо. Женились то на самых красивых представителях рода человеческого. Да, и еще один неприятный момент, браки льеров устраивал сам король высочайшим указом, то есть в любом случае Эльвиоле не позволили бы выйти замуж по ее желанию.

Занятная аналогия прослеживалась между этим и моим родным миром — то, что здесь заменяла магия, в моем мире называлось высшими достижениями научно-технического прогресса. Электростанций и соответственно электричества здесь не было, зато примерно раз в три месяца к нам приходил местный маг и заряжал светильники и кухонные и бытовые приспособления (типа ходячей батарейки). Так же прикладывался к шкатулке-телепортеру, служившей магическим почтамтом (письма и мелкие предметы могли телепортироваться в эту шкатулку из другой, находящейся как угодно далеко). Камины в домах аристократии служили только для интерьера, и зажигали в нем настоящий огонь редко, скорее для украшения… Маги здесь излечивали почти любые заболевания, проводили пластическую коррекцию внешности (т. е. из богатых уродин делали красавиц), за большие деньги, конечно. Но ведь и у нас, цены за жизненно важные операции были запредельны. Магия в этом мире была дорогим удовольствием, и использовалась она в быту только высшей аристократией. Хотя король и обязал магов иметь своего представителя в каждом городе, в основном они сидели без работы, их услуги были не по карману большинству населения. Я спросила Эмму, как же лечатся простые люди? На что она мне ответила — кто же ходит к этим крохоборам! У нас есть знахарка, которая любую болезнь травами излечит, к ней и ходим.

Как я поняла из книг, поверхность земли покрывала некая магическая сеть, кружево. В пересечениях узлов этой сети и ставили порталы. На месте маленьких узлов (пересечение двух или трех нитей) ставили шкатулки, в пересечении большого количества нитей (от десяти и более) строили большие порталы, способные переносить людей, животных или тяжелые грузы. Но все-равно, мощности порталов хватало только на нескольких людей. Максимум трое-четверо. Поэтому такой способ перемещения был не только дорог, но и не удобен. Даже если король захочет воспользоваться порталом, то он сможет с собой взять не более одного-двух телохранителей, что действительно мало. Поэтому те, кому были доступны порталы по деньгам, не часто ими пользовались, только в крайних случаях…

Сеть эту видели только маги, и то не все. А стоили так дорого перемещения, потому что чтобы воспользоваться порталом нужен был маг, чтобы направить в нужное клиенту место. Если шкатулку можно было зарядить, и несколько месяцев пользоваться без участия магического вмешательства, то проход через портал требовал присутствия мага. И не удобно и дорого… Поэтому порталы были только в столицах и крупных городах… В соседние страны перемещение порталами не практиковалось. Это было не прилично, не подобающе… Этаким моветоном…

Медицина в этом мире была на такой недосягаемой высоте, на какую моему родному техническому миру расти и расти. Излечивались почти все болезни, присущие людям. Кроме, естественно, старости. И то, при должном уходе и магическом вмешательстве, можно было смело жить до ста лет, а то и больше. В хрониках нашей семьи я нашла упоминание о своих предках, умерших в 140–150 лет. Маги вмешивались в генетику, ставили опыты на животных, людях… Я читала об улучшенных лошадях, коровах, собаках. Какие именно индексы и показатели выводили на новый уровень, не известно, данных не было. Но не трудно догадаться. С людьми было все не так однозначно. Физическое здоровье, красота и прочее, это одно. А внутренняя сущность человека — совсем другое. Мы состоим ведь не только из костей, крови, кожи и мышц. Сосредоточие мыслей, чувств, стремлений, мечтаний, эмоций и многое-много большее — это человек… В хрониках случайно нашла краткое упоминание о неудавшихся экспериментах с генетикой какой то жутко титулованной особы, который захотел стать не только самым красивым, но и самым умным. С красивым все было в порядке, а вот с умным… Короче умер этот аристократ с идеальной внешностью, но с умом пятилетнего ребенка…

Мне с моим математическим складом ума хотелось во всем разобраться досконально, но во-первых, не было достаточной литературы по магии, не было знаний… И мои догадки и предположения только верхушка айсберга.

Магического оружия в этом мире не практиковали. Строжайший запрет на любые военные и членовредительские разработки. Тысячелетие назад закончилась ужасная война с применением магии. Что это было за оружие, и чем маги убивали друг друга и людей — в хрониках не осталось ни единого воспоминая. Уничтожили все записи, учебники и даже мемуары… Полмира лежало в руинах сотни лет, значительно сократилась численность населения, исчезли с карты мира некоторые государства, реки потекли вспять, горы сравнялись с землей… В целом даже слабые отголоски той войны вгоняли в ужас и заставляли задумываться, а нужна ли нам магия?

После той войны в мире почти не осталось магов, пришлось воспитывать и обучать с нуля младенцев, родившихся после… И логичным выводом из всего этого стал полный запрет на использование магии в военных целях. И воевали, если приходилось, с помощью почти примитивных пороховых ружей и холодного оружия…

Но самое смешное, я обнаружила, открыв атлас мира — планета была как две капли воды похожа на Землю. Те же континенты, те же океаны, то же расположение морей. Создатель, видимо, не заморачивался, выдумывая ландшафты для миров, и все сделал под одну копирку. Наше королевство располагалось в районе южной Европы, занимая территории Болгарии, Румынии, часть Венгрии и Сербии. То есть таких миров может быть бесконечное множество? Как слои пирога, только разная начинка — где магия, где технический прогресс, где драконы, где ведьмы, где, может быть, во главе искусственный разум…

Религий в этом мире было под завязку. Так как боги еще недавно (каких то несколько тысяч лет назад) еще ходили по земле и разговаривали с людьми, то у народа еще остались достаточно свежие воспоминая о них. Не было никаких жестких, ограничивающих требований в вере — поклоняйся кому хочешь. Храмы были самые разнообразные, но больше всего (естественно) строили богине матери Суали. Она покровительствовала женщинам, была ответственна за сохранение семьи и продолжение рода. Почему то своим воплощением на земле она выбрала воду (логично, предположила я, вода это жизнь, жизнь всего вокруг, без нее не прорастет семя, не вызреет урожай, даже ребенок зреет в чреве матери в околоплодных водах). Ранее, как писалось в легендах, можно было запросто пойти в храм любому человеку и поговорить с богом, попросить его что-либо для себя, и боги отвечали. Но потом, наверное, люди распоясались настолько, что просьбы стали чаще и наглее и боги однажды просто перестали отвечать, предоставив человечеству разбираться о своими проблемами самим. Только в очень редких случаях (как я прочитала, прошлый случай был более столетие назад, и то фактически не зафиксированный, только легенда) человек получал ответ на свою просьбу, озвученную в храме.

Однажды, выходя из ванной комнаты в одной простыне, заметила в зеркале странное изображение на правом предплечье, узор бледно-голубого цвета, почти незаметный, типа тату. Изображал он какое-то вьющееся растение, лиану, с мелкими цветочками темнее цветом, обвивал предплечье полосой где-то сантиметров десять и заканчивался почти на сгибе локтя. Спрашивать у Эммы, что это, я побоялась, сразу откроюсь в своей неосведомленности. Потом вспомнила, на титульном листе фамильной книги видела точно-такое же, да и в доме, постоянно натыкалась на стилизованный рисунок, то на обоях, то в декоре, то в лепнине.

Присмотрелась к портретам предков Гвеневеров у женщин (редко они изображались в открытых платьях, поэтому и не заметила сразу) и так же обнаружила эту татушку, почти не видимую, сомнений уже не оставалось — что то связанное с льерством. У матери я не заметила подобного, но я и видела ее пару раз на бегу. Диомирис, которого выловила в коридоре удивленно на меня посмотрел:

— Эльви, ты что же забыла? Нам же об этом с рождения талдычут. Лер проявляется только у первенцев, значит он есть только у тебя, — и снял сюртучок, отодвинув рукав, продемонстрировал абсолютно чистое правое предплечье.

Читая фамильную летопись наткнулась на историю постройки нашего замка. Оказывается вместе с титулом льеров должен был передаваться первенцу и родовой замок. А родовой замок льеров Гвеневеров был мрачной неприступной крепостью на севере страны, построенной более четырех тысяч лет назад, а нашему дому всего около двухсот лет. Не стыковка.

Я копала дальше и через пару часиков нарыла таки почему мы тут живем, а не в крепости. Жила была девочка, умница, красавица, любимая дочь знатных родителей — Эммилия. Моя пра-пра-пра бабушка. Так как у нее было два старших брата, титул ей не светил никаким боком. Но даже младшие дети льеров были востребованы на брачном рынке, замуж ее отдали по договоренности в 15 лет, за человека, которого она ни разу не видела. Женихом оказался младший брат короля. А не видел его никто, так как жених был калекой с одной ногой и на людях не показывался. У бабушки случилась истерика прямо в день свадьбы. Но все закончилось, как водится, благополучно — через некоторое время они искренне полюбили друг-друга, и как написано в летописи — жили долго и счастливо. Так как своего родового дома у них не было, король свадебным подарком отдал брату приличную территорию с несколькими селами, небольшим городком, немного запущенным лесом и прудом рядом со столицей — провинцию Ласкар, где они и построили этот дом. Муж бабушки был талантливым художником, он сам спроектировал замок, разбил сады вокруг и настоял на отсутствии фортификационных сооружений, что тогда было нонсенсом. И так как искренняя любовь творит чудеса — дом вырос, наполненный светом и любовью. У них родились дети, все было замечательно, и тут случилась война. В этой войне был окружен и взят в длительную осаду северный фамильный замок и самое страшное — по дурости погиб старший брат бабушки, наследный льер, не успев жениться и родить детей. Решил по геройствовать и совершил безрассудную вылазку из неприступного замка в стан врага, где и схлопотал пулю в голову… И тут самое удивительное. Через несколько лет, после его смерти, когда уже все смирились, что род льеров Гвеневеров прекратил свое существование, на плече у бабушкиного старшего сына, а ему к этому времени уже стукнуло десять, начало проявляться изображение лера. Был грандиозный скандал, средний сын Гвеневеров рвал и метал, что обошли его, но король объявил это событие проявлением божественной воли и тему закрыли. Тем более, что это был его племянник. Видимо боги благоволили к нашей семье и род продолжился.

* * *
Мои дни устаканились и приобрели вполне приличный распорядок. Будили около девяти утра, завтрак в постель, одевали, причесывали (примерно час сидела перед зеркалом слушая сплетни горничных), далее вышивку в зубы и на уроки к братьям. Там до обеда познавательные лекции. Обед около часа дня. После обеда досуг — или носимся с мальчишками по замку, играя в ролевые игры (в основном в прядки), или читаем втроем литературу о ратных подвигах наших предков. Далее чай с пирожными в библиотеке. До ужина отдых (обеденный сон). Не знаю как братья, я в любой свободный временной отрезок усиленно штудирую литературу из библиотеки. Ужин. После ужина несколько уроков танцев (для мальчиков, естественно, так как подразумевалось, что я то танцевать уже умею) и примерка свадебного платья. После, я с книгами опять уползала в свою комнату и до зеленых чертиков в глазах читала и училась самостоятельно.

Меня немного попустило. Нервяк, трусивший пару дней после воскрешения у пруда и последующей помолвки, сменился более-менее привычным спокойствием. Может этому способствовало отсутствие раздражителей, в виде предков, или чудесное место моего обитания, или мое смирение с существующей ситуацией, а может вместе с переносом разума стирается не только память, но и эмоциональная составляющая души? По крайней мере, у меня попытались, хоть, видимо, и не до конца… Но через пару недель я стала почти своей в замке и никто уже не удивлялся моим ночным посиделкам с книгой или несоблюдением этикета со слугами. Конечно до сих пор вздрагивала, проходя мимо зеркала или ловя отражение в стекле, но постепенно привыкла и к своей кукольной внешности. А поначалу было довольно жутко. Очень похоже на раздвоение личности. Перед глазами еще стояла моя темноволосая курносая физиономия, а в зеркале отображается блондинистое голубоглазое чудо. Развлекалась наедине тем, что корчила перед зеркалом рожицы, делая из кукольного отражения то обиженную, то удивленную, то испуганную мордашку. Актриса из меня не ахти, поэтому я старалась запоминать мимику, положение бровей, прищур глаз, напряжение лицевых мышц, чтобы потом повторить это выражение перед кем-нибудь. После несметного количества тренировок перед зеркалом, пора было уже «тренироваться на кошках», то есть на людях.

Оказывается корчить из себя глупенькую капризную дурочку не такая уж простая задача для взрослой женщины. Голова пухла от несоответствия формы содержанию. Хотелось нормально поговорить, обсудить интересующие темы, хотя бы с тем же учителем географии и истории (приятный молодой человек оказался), но как представлю, как 16-летняя девица с репутацией пустой глупышки дискутирует о применении магии в сельском хозяйстве, мое желание испаряется как первый снег. Как нибудь потом… на новом месте, я буду зарабатывать себе другую репутацию, тем паче, что нужно помнить о родителях… Какие они ни поверхностные, но могут здорово подгадить, если заподозрят почему вдруг Эльвиола столь кардинально поменяла поведение.

Сейчас мои не стыковки в поведении и эксцентричность слуги списывали на нервное потрясение и стресс. Если я не могла адекватно ответить на какой-то вопрос — топала ножкой и капризничала, все сразу забывали, что хотели, охали и жалели меня болезную, а братьев вообще все устраивало, они даже не заметили разницы в поведении. По всей вероятности, ранее Эльвиола не радовала их своим высочайшим обществом.

Портниха, как и обещали, переехала с помощницами в замок, и осталась на все время пошива свадебного платья. Сие предприятие было в высшей мере ответственное и долговременное. Женщину звали Ортензия. Милая, добрая, добропорядочная леди. Мне она сразу пришлась по душе, чем то напомнив мою настоящую маму, оставшуюся в Москве, такая же воспитанная и тихая, не приемлемая грубости и ругательств. Лет около тридцати с хвостиком, ни детей, ни мужа. Всю жизнь проработала швеей, мечтая накопить денег на свое ателье, но пока смогла финансировать только небольшую каморку в соседнем провинциальном городке и пару девушек — помощниц. Но, бесспорно, уже себя успела зарекомендовать, так как маман поручила именно ей такое эпохальное дело, а может сэкономить решила.

— Нет! Никакого каркаса под свадебное платье я не одену! — топнула ногой и надула губы.

— Эльви, как можно! Сейчас пышные юбки в моде, — Эмма удивленно (наверное раньше Эльвиола ни разу не спорила с ней) — Это раньше, лет сто назад, мне бабушка рассказывала, можно было даже без корсета ходить, но сейчас это не прилично! Нас засмеют.

— Нет! Нет! И еще раз нет! Я не собираюсь грохнуться еще раз в обморок прямо в храме.

Ортензия с усмешкой наблюдала за нашей перепалкой. Пока мы определились только с цветом платья, оно, по традиции будет белым.

— Твоя мать на счет платья дала строгие указания.

— Вот пусть она его и одевает, а еще бы за Ленара замуж вышла, я была бы в восторге!

— Эльви, ну что ты такое говоришь, — Эмма сразу на попятный, голос стал жалобный и заискивающий. Малейший намек на жениха сразу дает плоды.

В итоге договорились, что корсет все-таки придется оставить, а каркас под юбки заменить дополнительными двумя или тремя подъюбниками из плотной ткани, чтобы держали платье куполом и давали пышность. Я настояла на простом квадратном вырезе, не слишком глубоком (нечего было показывать лишнего жениху), основная ткань — простой гладкий шелк, без оборок и рюшей. Милостиво разрешила небольшую вышивку по краю корсажа и внизу по подолу. Больше ничего. Эмма опять запричитала, что платье будет как у простой служанки, ни драгоценных камней, ни воланов, все засмеют и прочая-прочая, но портниха удивила и поддержала меня, сказав, что красоту сильнее подчеркивает простота. Вот интересно, к чему это она?

Я попросила Ортензию придумать что-нибудь с ворохом розового безобразия, висевшего в двух огромных шкафах у меня в комнате. Почему мне вдруг разонравился розовый? — очередной каприз неуравновешенной невесты. Забегая вперед, скажу, что некоторые платья после переделки даже можно было одеть. Мы выбрали самые приличные — пару розовых и пару голубых, отпаривали оборки и срезали самые вычурные камни, убрали лишние юбки и Ортензия уже сама, изменила линию корсажа (я по прежнему категорически не собиралась одевать под платья каркас), чтобы можно было просто носить с поясом. Получились вполне милые платьица. Заручившись моральной поддержкой портнихи, я повеселела. И даже привлекла к свадебным хлопотам горничную Мари, она из всех девушек, вертевшихся вокруг меня показалась мне наиболее адекватной и разумной. Ни тебе бесконечных сплетен о окружающих мужчинах старше 15 и моложе 50, ни глупого восторгания моей неземной красотой, ни двуличного сочувствия от предстоящей свадьбы я от нее, в отличии от многих других, не услышала. Девочка была покладистой и милой, жизнерадостной и веселой, дочь нашего главного лесничего. И пусть я тут на птичьих правах, но взяла под крыло и ее.

Неумолимо приближалось время Ч. От родителей было ни слуху ни духу. Платье почти готово. Нервы более-менее приведены в порядок. После месяца ежедневных занятий и гор перечитанных книг, я чувствовала себя не в пример смелее и уверенней. По мне, так багаж знаний сейчас у меня даже больше, чем у Эльвиолы, прожившей в этом мире свои шестнадцать с половиной лет. Хромали у меня по-прежнему этикет и танцы (этикет, понятное дело никто мне не преподавал, а танцы я видела только издали, наблюдая за братьями, сами фигуры я запомнила, а вот практики нет). Ну да ничего, всегда можно подвернуть ногу и постоять у стены, или пожаловаться на несварение желудка и посидеть на диете. Еще меня беспокоило то, что во всей библиотеке я не нашла ничего из законотворчества королевства. То ли мой папаня вообще не интересовался действующими законами, то ли эти книги были припрятаны в другом укромном месте.

— Мари, можно с тобой поговорить? — я дождалась когда мы останемся один на один с горничной.

— Да, льера Эльвиола.

— Мне нужно тебя попросить об одной вещи. Ты ведь догадываешься, что я выхожу замуж не по своей воле? Это… трудно скрыть.

— Я что-то слышала об этом, льера, — девушка была на редкость корректна и вежлива.

— Так вот, я никогда не была с мужчиной и, право мне не ловко это говорить, но мне страшно… мама ничего мне не говорила об этой стороне супружества, и я…

— льера, простите меня, я тоже девица, я ничего вам не смогу рассказать толкового, — Мари мучительно покраснела.

— Нет, ты меня не поняла, я не о том… мне не хотелось…В общем дети пока меня пугают. Может когда привыкну к мужу, пройдет несколько месяцев… Короче — есть ли какое-нибудь лекарство? Я же вижу, что Лилия постоянно меняет кавалеров, то она с конюхом шашни крутит, то с помощником повара… Может ты… мне не к кому больше обратиться, — я выдавила слезинку… черт, так жалко себя стало, сейчас реально заплачу.

— Конечно я спрошу, льера. В деревне живет прекрасная знахарка, она поможет, не переживайте..

— Только никому ни слова, Мари, я могу на тебя положиться?

— Клянусь, я никому не скажу, спрошу для себя, она мне не откажет…

Забегая вперед, скажу, что Мари действительно принесла мне через два дня подозрительно пахнущую жидкость, и записку, как принимать. Жидкости было около литра и по рецептуре ее (принимая по столовой ложке раз в день, утром натощак) мне ее бы хватило на полгода… Пока достаточно, дальше будет видно. Бутыль я спрятала среди моих розовых платьев, надеюсь никто не сунется. Свадебный подарочек женишку готов. Не известно как пойдет мое прибывание здесь. Может удачный будет брак, может нет, но мне не хотелось бы отвечать в этом мире за благополучие еще одного человечка, кроме меня, маленького и беспомощного.

* * *
Первой прикатила мамаша. Через пару дней нарисовался и глава семейства. У меня вообще было такое стойкое чувство, что родители развлекались по одиночке, так как между ними, даже если очень сильно присмотреться, никакого взаимного чувства заметно не было, причем — ни ненависти, ни любви. Сплошной пофигизм. Хотя смотрелись они преотлично, когда конечно оказывались на одной орбите, недалеко друг от друга — оба изумительные красавцы.

Когда маман увидела мое платье — ор стоял такой, что слышно, наверное, было в столице. Досталось всем, и Эмме (куда глядела) и Ортензии (ей больше всего), и мне, как инициатору этого безобразия. Так как в мои планы не входило что-то в платье менять — в ответ она получила от меня истерику ничуть не хуже, в лучших традициях жанра — не зря же я тренировалась перед зеркалом месяц. Тут я припомнила все — и мое безрадостное одинокое детство, и монстра в качестве жениха, и мое нежелание жить, безразличие матери, продажу отцом за деньги. И под конец я разрыдалась так, что меня не могли успокоить всем миром. Маман даже просила прощения, Эмма плакала вместе со мной, даже Ортензия в сторонке тихонько всхлипывала, расчувствовавшись.