2. Судьба злодейка
Было раннее утро. Емельянова уже тысячу раз пожалела о том, что практически не спала в эту ночь, ведь в шестом часу утра её экстренно вызвали. Было найдено место убийства. На поиски этого самого места вышли около десятка милиционеров и, как ни странно - не зря.
Анастасия курила, наблюдая за криминалистами. Те собирали улики, а следственная группа старалась возобновить хронологию событий.
Следовательница уставилась в одну точку, не громко сказав
— Парень не сопротивлялся. Очевидно, что наш маньяк завлёк его разговором. Подло.
— А шо вы думали, Настасья? Шо в сказку попали?
Девушка ничего не ответила на колкость. Она лишь вздохнула и сделала очередную затяжку.
Побыли они на месте преступления ещё не долго.
Обгоревшие фрагменты одежды нашла служебная собака. Оставалось только отправляться в участок и ждать результата экспертизы
***
По приезде в участок следователи узнали, что у Панова есть алиби. Версия Наташи провалилась с громким треском. Оставалось одно. Допросить отца мальчика. Из-за обстоятельств Анастасия была обязана провести этот допрос в паре с Боковым. Добровольской рядом не было. Она пошла что-то выяснять.
Когда Панова завели в кабинет, что-то внутри кольнуло. Этот человек был вне себя от горя. За всё это время он не промолвил ни слова.
— Следователь по особо важным делам, прокуратуры РСФСР, Боков. Когда вы видели своего сына в последний раз?
Панов всё так же молчал. Не сказал ни единого слова. Девушка вздохнула и посмотрела на мужчину.
— Андрей Андреевич. Я понимаю, что вы скорбите. Если мои слова хоть, как то смогут облегчить ваши мучения, то знайте, что ваш сын не мучился. Всё, что вы видели произошло с ним уже после смерти.
Её тихий голос отбивался от стен кабинета, а через мгновение следовательница поймала на себе проясняющийся взгляд скорбящего отца.
Боков тут же взял со стола ручку, приготавливаясь записывать то, что может сказать Панов
— Я на войне много людей убил.. — раздался тихий, измотанный мужской голос. — Один раз убил ребёнка. Его мать меня прокляла и теперь это проклятье забрало у меня сына. Вы никого не найдёте - это всё джин..
Девушка уставилась на Андрея Андреевича, потом перевела взгляд на Бокова, который хмуро смотрел на мужчину, а после отошла от стола и подошла к Хвану, тихо заговорив.
— Вези его в больницу к психиатору. Прям до кабинета доведи. Он не в себе.
Виктор лишь кивнул и аккуратно вывел бредящего мужчину из кабинета.
Следующие пол часа прошли в гнетущем молчании. Каждый из следователей был занят собственными мыслями по поводу данной ситуации.
Эту тишину разрушила Наталья, которая видимо, что-то откопала по делу Панова.
Стала докладывать всё Бокову, а когда тот сказал, что у Андрея Андреича есть алиби и он его отпустил, девушка замолкла.
После Добровольская просто отвечала на вопросы Евгения.
А после рыжая услышала те слова, которые не ожидала услышать от хамоватого Бокова
— Спасибо за отчёт. Молодец, Наталья.
Следовательница хлопала зелёными глазами, а после прокашлялась заговорив.
— Вам нужно быть в ген прокуратуре в двенадцать.
Боков глянул на девушку и чуть нахмурился.
— С вами поедем?
Рыжая лишь усмехнулась и непринуждённо ответила, не выдавая обиды.
— Нас на такие важные совещания не зовут.
А вот Добровольская её дополнила, не скрывая истинных чувств.
— Мы же даже не мужчины, как вы сказали. И все с вами согласны.
Наташа встала и вышла из кабинета громко стуча каблуками. Емельянова осталась сидеть на месте.
***
Днём следующего дня рыжая вошла в здание следственного комитета чуть позже, чем обычно.
Настроение, как и ближайшие пару дней было паршивое. Она зашла в кабинет и тут же нахмурилась.
Подходя к своему рабочему месту спокойно произнесла.
— Я так вижу у нас новые лица.
— Валерий Козырев. Прокуратура СССР.
— Емельянова Анастасия. Следователь по особо важным СССР.
Знакомство закрепилось рукопожатием. На первый взгляд мужчина был приятный, но всё впечатление хорошего знакомства прервал Боков.
— Анастасия. Ещё раз опоздайте - я вас выгоню.
— Права не имейте.
Оскалилась рыжая, садясь за своё рабочее место.
— А вы правами решили померяться или шо, я не пойму?
— Не только у вас есть гонор, Евгений Афанасьевич. Настоятельно рекомендую показывать его жене, а не мне.
Следовательница еле сдерживалась, чтобы не сказать это сквозь зубы, но тут же осадила себя, когда увидела недобро сверкнувший в карих глазах огонёк.
— Работайте, Настасья. Иначе я на вас рапорт напишу за бездействие.
Евгений произнёс это так, что сердце на мгновение замерло, а по позвоночнику побежал противный холодок. Видимо она затронула, какую-то личную, больную тему.
Девушка лишь прикусила язык и опустила глаза в документы, которые были заранее подготовленны.
Спасительным глотком воздуха стала Наташа, которая подала голос
— В доме у Пановых я нашла ручку с обнажённой девушкой и картинку с китаянкой. Не порнография конечно, но она тоже голая.
Хван тоже поддержал блондинку.
— И у Панова старшего в автобусе гдровская переводила и открытка.
Боков, который был занят документам, поднял раздражённый взгляд.
— А вы шо? Продолжайте его подозревать, шо ли, я не понял? Вы шо, глупые втроём?
Дальше следователи предлагали свои идеи, развития дела. Вечно недовольный Евгений был настроен скептично. Стоило Емельяновой открыть рот, как их покой вновь нарушила открывшаяся дверь.
Казалось, то, что её вечно кто-то перебивает стало входить в привычку.
В проёме появился милиционер и быстро затараторил.
— Анастасия Максимовна. Это вас. Женщина представилась Натальей Валерьевной и...
Дальше Емельянова не слушала. Она, как ошпаренная подскочила с места и пулей вылетела из кабинета, стегая вниз по лестнице.
Предчувствие давало понять, что, что-то произошло. Не стала бы мать без предупреждения заявляться к ней на работу.
— Мам, что случилось?
Спросила девушка, находу. Она подошла к женщине, а та в ответ схватила её за руки.
— Беда, Настенька. Беда. Алёше всё хуже и хуже. В больницу его забрали. Он задыхаться начал.
Слова женщины звучали, как гром среди ясного неба.
Емельянову будто обухом по голове ударили. В ушах зазвенело, а в голове крутилось одно начал задыхаться.
— Мам. С ним сейчас всё нормально?
— Да, милая. Врачи нормализовали состояния. Сейчас всё хорошо.
Только после этих слов Настя смогла выдохнуть, хоть и не полностью.
— Ма, езжай домой, ладно? Я заеду после работы. Всё хорошо будет. Ты только не переживай, договорились?
Женщина судорожно вздохнула и крепко обняла дочь, после покидая здание комитета.
Следовательница устало села на стул, закрывая лицо руками.
— Блять, блять, блять! — гневно шептала она себе под нос
Сбоку раздались шаги, а рыжая даже голову не удосужилась поднять. Сидела всё в том же положении, пока не раздался хриплый голос с южным говором
— Слухайте, Настасья. Так дело не пойдёт. Вы не должны покидать рабочее место без оповещения вашего прямого начальника - то есть меня.
Сил на споры и колкости не было. Девушка поднялась, расправила складки на рубашке и на выдохе произнесла.
— Извините. Больше не повториться.
Под тяжёлый взгляд начальника она стала подниматься по лестнице.
***
Емельянова сидела за столом в квартире Козырева и залпом опрокинула в себе очередную рюмку водки.
Мужчина решил «проставиться» в новом коллективе, тем более у него был день рождения. Отказать она уж просто не смогла.
Беседа шла о чём-то непринуждённом и было практически комфортно, только вот смущали взгляды.
Она повела себя глупо, когда сорвавшись с места со всех ног помчалась вниз, стоило только упомянуть о том, что пришла её мать.
Наташа единственная спросила «что случилось?», на что Емельянова сказала, что расскажет позже. Мужчины же просто кидали на неё странные взгляды, не понятные ни ей ни Наталье.
Сейчас внимание к её персоне снизилось и за столом стоял не громкий смех, что помогло хоть не на долго перестать думать о проблемах и предстоящей жестокости в деле.
Часа Насте хватило на то, чтобы изрядно опьянеть. Мысли путались и абсолютно не хотели выходить в слова именно поэтому девушка предпочла молчать.
Сигналом о том, что пора расходиться последовало появлении жены Валеры, которая зашла в очень неподходящий момент.
В момент, когда брудершафт между Натальей и её мужем заканчивался положенным поцелуем.
Какого было её удивление, когда Боков предложил её довезти до дома.
— Вы же пили.
— А вот по ощущениям будто не пил вовсе.
Настя была слишком расслаблена, чтобы возразить что-то против именно поэтому кивнула, сказав Бокову только одно.
— Мне сегодня на другой адрес.
***
Анастасия сидела на диване рядом с матерью и держала её за руки, стараясь хоть как-то успокоить ревущую женщину.
— Мамуль, ну что случилось? Ты можешь объяснить? Я же переживаю..
— Операция нужна Лёшке. Всё уж совсем худо. Лёгкие у него водой заполняются. Деньги нужны, доченька.
Внутри всё похолодело и резко замерло.