Глава 13
Они сидели в кабинете, вокруг царила тишина, нарушаемая лишь редкими скрипами их кресел и шелестом бумаг. Пэйтон, завершив очередную страницу, оторвался от документов и, посмотрев на Эмми, вдруг задал вопрос, который её застал врасплох:
— Откуда ты научилась стрелять?
Эмми напряглась, её взгляд ушёл куда-то в сторону, словно избегая прямого ответа. Она не собиралась делиться этим воспоминанием, особенно с ним. Но Пэйтон продолжил смотреть на неё, ожидая ответа.
— Это... это долго объяснять, — она попыталась уйти от темы, но Пэйтон не отступал, его голос оставался твёрдым.
— Я не спешу. Расскажи.
Эмми закрыла глаза, сдерживая внутреннюю дрожь. Она понимала, что Пэйтон не отстанет, пока не узнает хотя бы часть правды.
— Два года назад... я связалась с одной компанией, — произнесла она, её голос стал глухим, а слова давались с трудом. — Они... ну, они были хулиганами, если мягко сказать. В тот момент мне казалось, что это весело, что я наконец-то обрела "свободу". Но это оказалось не тем, что я ожидала.
Пэйтон внимательно слушал, и его лицо оставалось бесстрастным, хотя в глазах мелькнула искра беспокойства.
— Так они тебя и научили стрелять? — спросил он, его голос был настойчив, но при этом достаточно мягок, чтобы не напугать её ещё больше.
Эмми слабо кивнула, стараясь подавить подступившие слёзы. Воспоминания накрыли её с головой, будто старые шрамы, которые всё ещё причиняли боль. Она почти ничего не хотела рассказывать — слишком много боли таилось в тех днях, в тех людях, с которыми она когда-то связалась. Но Пэйтон не отпускал её, хотя видел, как её плечи начали дрожать.
— Как ты ушла от них? — тихо, но настойчиво спросил он, заметив, что её глаза стали блестеть от слёз.
Эмми сжала губы, но, казалось, сдержаться больше не могла. По её щекам начали катиться слёзы, в которых отражались глубокие чувства, давно запертые в её душе. Она закрыла глаза, пытаясь скрыть себя от этих воспоминаний, но боль вырвалась наружу. Пэйтон, немного замедлив, осторожно протянул руку, намереваясь успокоить её.
Но в этот момент Эмми резко отдёрнулась, словно от прикосновения её обожгло. В её глазах отразился страх, и она прижалась спиной к стене, будто желая скрыться от него.
Пэйтон нахмурился, не понимая её реакции.
— Боишься меня? — спросил он, пытаясь уловить причину её испуга.
Эмми посмотрела на него глазами, полными извинений, её голос прозвучал почти шёпотом:
— Извините... пожалуйста...
Она снова опустила голову, пытаясь успокоиться, но ей не удавалось сбросить нарастающее напряжение.
Пэйтон смотрел на неё пристально, не отводя глаз, и его голос звучал низко, но твердо:
— Ты всё равно должна понимать, — сказал он, чуть сжав её руку, — как бы я тебя сейчас не принимал, я узнаю, что было тогда. От тебя или ещё от кого-то.
Эмили еле сдерживалась, её сердце колотилось, а ноги будто не держали. Она нервно облизала губы, стараясь не смотреть на него, и тихо проговорила:
— Я... наверное, пойду. Тем более скоро все уже будут собираться.
Она сделала шаг, но Пэйтон тоже поднялся и схватил её за запястье, нежно, но решительно, не позволяя уйти. Она вздрогнула и попыталась вырваться, но он держал её крепко, его рука была спокойной и тёплой. Эмили замерла, не в силах посмотреть ему в глаза, в смятении не понимая, что делать.
— Куда же пропала та девушка, которая грубила мне, почти ничего не боясь? — тихо спросил он, и в этих словах прозвучало что-то близкое, сокровенное.
Эмили не выдержала. Слёзы, которые она так старательно сдерживала, сорвались и потекли по щекам, её плечи затряслись от едва сдерживаемых рыданий. Она не могла справиться с эмоциями, нахлынувшими на неё лавиной, прошлое, которое она так пыталась забыть, снова болезненно всплыло в памяти.
Не говоря больше ни слова, Пэйтон притянул её к себе, прижимая так нежно, как будто она была чем-то хрупким, словно ему нужно было защищать её от всего, что могло причинить боль. Эмили, уткнувшись в его грудь, чувствовала, как его руки обвили её, и поддалась этому чувству покоя. Пэйтон осторожно поглаживал её по волосам, успокаивая, как будто это было чем-то привычным и естественным для него.
— Винни знает? — спросил он тихо, продолжая её обнимать.
Эмили отрицательно помотала головой, не поднимая взгляда.
— Он знает про них, но всего нет, — прошептала она через слёзы, едва слышно.
Пэйтон осторожно поднял её лицо, держа его в своих руках. Его пальцы аккуратно сжимали её щеки, и он смотрел прямо ей в глаза, полные боли и разбитых надежд.
— Эмили, что бы тогда ни было, ты должна попробовать отпустить это. Я понимаю, как тебе сложно, но пожалуйста... попробуй, — прошептал он с теплотой, от которой у неё защемило сердце. — Не мучай себя.
Эмили глотала слёзы, его слова находили в ней какой-то отклик, пробуждали что-то, что она сама не могла выразить. Она слабо кивнула, но слёзы всё ещё стекали по её щекам, как немой протест, как следы пережитого.
Пэйтон внимательно посмотрел на её губы, замерев на мгновение, и, не отпуская её, чуть приблизился. Его взгляд стал мягче, как будто он боролся сам с собой, но через мгновение он наклонился и осторожно коснулся её губ, сначала легко, как бы спрашивая её разрешения, ощущая её дыхание, чувствуя, как между ними образуется невидимая связь.
Эмили замерла, не понимая, что происходит. Сердце отбивало глухую дробь, её мысли путались, но, несмотря на всё, она не отстранилась. Это прикосновение было одновременно мягким и волнующим, пробуждая в ней давно забытую близость. Она чувствовала, как его губы мягко касаются её, передавая не только нежность, но и жажду, смешанную с внутренней тоской.
Сначала она просто поддалась его поцелую, не двигаясь, но постепенно позволила себе ответить ему. Её руки медленно скользнули вверх, касаясь его плеч, и она ответила на поцелуй, пытаясь вложить в него всю ту боль, которую так долго хранила в себе. Их поцелуй становился глубже, страсть в его движениях захватывала её, словно вихрь, от которого невозможно было сбежать. Всё, что она прятала и не могла сказать словами, она передавала через этот момент, забывая обо всём на свете.
Пэйтон крепче прижал её к себе, словно не хотел отпускать. Они были погружены в этот миг, оторванные от всего остального мира, деля эту секунду как нечто сокровенное, что принадлежало только им.
Резкий стук в дверь заставил их обоих вздрогнуть. Эмили мгновенно отпрянула от Пэйтона, смахивая слёзы с щёк и стараясь успокоиться, будто ничего не произошло. Она взглянула на Пэйтона, тот стоял, пристально глядя на неё, всё ещё удерживая остатки того момента между ними. Затем, как будто ничего не случилось, он повернулся к двери и сказал твёрдо:
— Войдите.
Дверь открылась, и в кабинет зашли Брайс и Винни. Оба парня оглядели Пэйтона и Эмили, и на мгновение повисла тишина. Эмили выглядела замкнуто, её взгляд был направлен вниз, как будто она старалась скрыть свою ранимость.
Пэйтон первым нарушил тишину, повернувшись к Брайсу с лёгкой серьёзностью в голосе:
— Брайс, есть у тебя сегодня какие-то задачи?
Брайс кивнул и ответил:
— Только пару работ по отслежке товара. Ничего срочного.
Пэйтон кивнул, обдумывая что-то, и затем, с привычной твёрдостью в голосе, распорядился:
— Перекинь всё мне на почту и поедь с Эмили. Купите ей платье на вечер.
Эмили моментально подняла голову, желая возразить:
— Но я же сказала, что могу сама...
Однако Пэйтон прервал её, не дав договорить:
— Даже не пытайся спорить, — сказал он, бросив на неё пронизывающий взгляд. — В семь заеду за тобой, сразу поедем на место.
Эмили закусила губу, понимая, что противоречить бесполезно. Пэйтон всегда добивался своего. Она кивнула, стараясь не показывать своё смущение, и направилась к выходу вслед за Брайсом.
Они вышли из кабинета и молча прошли к машине. Брайс открыл дверь, позволяя Эмили сесть на пассажирское сиденье, а затем обошёл машину и сел за руль. Дорога началась в полной тишине. Брайс пару раз искоса поглядывал на Эмили, словно хотел что-то сказать, но не решался. Девушка, напряжённо глядя в окно, выглядела замкнутой и погружённой в свои мысли, будто хотела оградить себя от окружающего мира.
Наконец, Брайс откашлялся, пробуя нарушить тягостную тишину.
— Эмми... Ты в порядке? — спросил он осторожно, надеясь, что это поможет ей открыть хоть немного себя.
Эмили кивнула, не отрывая взгляда от окна.
— Да, всё нормально, — ответила она тихо, стараясь придать голосу уверенности, которой у неё не было.
Брайс нахмурился, понимая, что её ответ был поверхностным. Он снова взглянул на неё, на её сжатые руки, пальцы которых нервно крутили подол куртки.
— Если что-то не так, — произнёс он мягче, — ты можешь мне сказать, знаешь? Ну, если захочешь. Я понимаю, Пэйтон иногда бывает... давит.
Эмили посмотрела на него и улыбнулась краешком губ, но ответила так же спокойно:
— Спасибо, Брайс. Просто... много всего. Я привыкла справляться сама, вот и всё.
Он кивнул, уважая её границы, но не мог скрыть лёгкого беспокойства. Вновь повисла тишина, и он, пытаясь её развеять, начал разговор о чём-то нейтральном.
— Ты раньше участвовала в таких... мероприятиях? Ну, где нужно платье и всё такое? — спросил он, стараясь звучать непринуждённо.
Эмили слегка пожала плечами.
— Не совсем. Но и бояться мне нечего, думаю, всё будет нормально, — сказала она, заставляя себя поддерживать разговор.
Брайс улыбнулся, понимая её попытки, и продолжил:
— Да, главное — не волнуйся. Кстати, думаю, тебе подойдёт что-то яркое. Платья — это не всегда так уж плохо, особенно если подобрать что-то стильное.
Эмили рассмеялась коротко, впервые за всё время поездки показывая искреннюю эмоцию.
— Брайс, не уверена, что «стильное» и «я» — это вещи совместимые.
— Ну, не скажи. Думаю, ты бы удивилась, если бы увидела себя в платье, — с лёгкой усмешкой сказал он.
Эмили кивнула, и снова наступила пауза.