Друг стаи [Как приручить дракона]

POV Инглинг
— Поверить не могу, что ты решился отдать их нам, — пробормотала Зена, во все глаза рассматривая одного из котят, что сидел у неё на руках — второй был у Зейна. — А что это за красная ленточка у него на шее?

— Не у него, а у неё, — вздохнул я и посмотрел на Ору, которая выглядела немного подавленно, не желая прощаться с двумя пушистыми комочками, к которым успела прикипеть. — Это девочка. Я не стал вязать розовую, потому что, во-первых, у меня нет подобного цвета лент в доме, а во-вторых, я не люблю этот поросячий цвет.

— Поросячий? — Со смехом переспросил Торстон, поглаживая урчащего котёнка за ухом. — Оригинально. Весьма и весьма оригинально.

— В этом весь я, — пожал я плечами и развёл руки в стороны, но потом снова прижал их к себе. — Вы, ребята, только про животных не забывайте, а то вам Ора лично все руки и ноги отгрызёт, если вы им что-то сделаете. Правда, родная моя?

Овчарка, которая до этого удобно улеглась возле кофейного столика у меня в гостиной, подняла морду и согласно взвыла, прекрасно зная, как я не люблю, когда дома кто-то начинает лаять. Первое время Ящеру и Оре за эту, так сказать, вольность, прилетали бамбуковой палочкой по наглой морде, но вскоре всё это закончилось — пример Беса, да и мои слова дали собакам ясно понять и уяснить, что я не люблю. После этого проблем у меня совсем не осталось, потому что в остальном моя небольшая стая была самым лучшим примером для подражания, чем я очень гордился, потому что на их воспитание потратил не один год.

— А щенка ты на когда-нибудь подаришь? — Пропустив все мои последние слова мимо своих чуть оттопыренных ушей, спросила Зена, заставляя меня тяжело вздохнуть. — Это что ещё за реакция такая, а, Хэддок. Колись, рассказывай. Ты знаешь, я ведь не отстану от твоей тощей задницы, пока ты мне всё не расскажешь. Я слушаю, дорогой мой. Давай, давай, поведай тётушке Зене, что тебя гложет. Не бойся.

Окинув девушку скептическим взглядом, но с нотками холода и злости, чтобы она заткнулась, что она, в принципе, тут же и сделала, я покачал головой, всем своим видом показывая, что совершенно не хочу об этом разговаривать. Гостиную, где мы сидела втроём — близнецы сегодня нагло прогуливали, чего не скажешь об Астрид, а я был у университета на особом счету, — окутала тишина, чему я был ужасно рад, потому что стрелки часов медленно приближались к двенадцати, а это ребята заявились ко мне аж в половину девятого, когда я только расслабленный и явно их не ждавший вернулся со стаей с прогулки. За это время длинноволосые брат и сестра успели так вынести мне мозг, что я под конец решил, что всё же отдам им котят — глядишь, они редко станут появляться в моей квартире, — чему они, к моему величайшему удивлению, оказались как-то уж слишком рады, но вдаваться в подробности я не стал.

Ушли они от меня в районе половины второго, когда я уже не выдержал и на очередной вопрос Зены о том, почему я так недоволен и не многословен в их компании, ответил, что они меня уже жутко задолбали и я мечтаю, когда они покинут мою квартиру. Однако не прошло и пяти минут, как мне на мобильный пришло сообщение от Зейна, где он писал, что близнецы на него совершенно не обижаются, но с небольшой припиской о том. что можно было бы высказать своё недовольство раньше. Усмехнувшись, когда на глаза попались забавные смайлики, которые иногда умело изображал парень, я ответил, что они могли бы мне на это закатить не очень-то весёлый, так сказать, скандал с выяснением настроения, а я этого хотел куда меньше, что просто присутствия их в моей квартире. Разобравшись что к чему, мы попрощались, но Зейн перед этим успел меня снова поблагодарить за котят, а потом пожаловаться, что, как только они вернулись с сестрой домой, она тут же убежала в магазин для животных, чтобы накупить их новым питомцам всё, что нужно.

Я же стал наслаждаться тишиной и спокойствием, но это длилось не так долго, как я хотел, потому что кто-то решил снова наведаться ко мне в гости, поэтому ожесточённо звонил мне в звонок, заставляя буквально подорваться с дивана, на котором я недавно вытянулся. Открыв дверь, я увидел перед собой какого-то мужчину, который держал на руках собаку, похожую на бордер-колли собаку, чья бело-коричневая шерсть была перепачкана кровью.

— Какой-то ублюдок сбил её в соседнем дворе, — со вздохом произнёс мужчина, передавая мне скулящее животное. — А мы с тобой в одном подъезде живём, только ты на пятом, а я на восьмом. Но сейчас это не так важно, я уверен, что ты поможешь этой собаке.

— Да, конечно, — пробормотал я и, скинув с себя белую футболку, забрал колли, которая тихо буквально всхлипнула, когда я прижал её к себе, чтобы не уронить. — А сейчас прости, но мне нужно помочь ей.

— Да, я всё понимаю, — помогая мне закрыть дверь, улыбнулся мужчина, а я перевёл растерянный взгляд на сероглазую собаку, которая с нескрываемой надеждой смотрела меня, всем своим видом показывая, что доверяет мне.

— Сейчас, моя хорошая, — пробормотал я, входя в гостиную и располагая бордер-колли на стеклянном кофейном столике.

Тут же удалившись из комнаты, я отправился в свою спальню, где в одном из шкафов у меня была аптечка для животных, которая многим отличалась от человеческой. Когда я вернулся в гостиную, то увидел, как моя стая окружила колли, а Бес тихо поскуливал, выражая своё сожаление и изредка проводил широким языком по морде, которая тоже была испачкана в её крови. Почти не обратив на это никакого внимания, я аккуратно дотронулся до бока собаки, которая почти тут же заскулила, показывая, что я точно нашёл её рану, которая заметно кровоточила, из-за чего я пришёл к выводу, что машина была с кенгурятником на переднем бампере, а также с фонарями, которые и оставили на теле собаки такие рваные раны. Быстро сбегав в ванную, я захватил оттуда ножницы для стрижки волос, а также свою машинку для стрижки, которую подарил мне ещё года три назад отец, думавший, что я, поддавшись моде, начну брить виски. 

Когда волос на боку всё ещё жалобно скулящей бордер-колли оказался минимум, я начал обрабатывать её раны, но одна была больше остальных и сильно кровоточила, поэтому я решил, что её нужно зашить — благо, была такая возможность. Достав из небольшого отсека в аптечке стерильную хирургическую кривую иглу, а также специальную нитку, я вдел её в ушко, а кончик иглы прижал к коже собаки, которая замерла, словно переставая дышать, когда почувствовала у своих ран холодный металл.

— Всё будет хорошо, родная, — пробормотал я, аккуратно прокалывая кожу в двух местах с разных сторон раны и вытягивая иглу, нить в ушке которой начала стягивать края. — Я спасу тебя, будь уверена.

Около часа я провозился с небольшой раной, но желание всё сделать хорошо не дало мне завершить начатое на скорую руку, поэтому сейчас на стеклянном столе передо мной лежала спящая собака с выбритым боком, на котором красовалось около десяти небольших ран, а так же небольшой шов. Наложив специальную повязку, которая была обильно смочена антибактериальным раствором, а также заживляющим бальзамом, чтобы другие раны затянулись быстрее, я спокойно выдохнул. Боги Асгарда, кто бы только знал, как мне было страшно брить бок колли — я ведь не видел, что меня ждало среди длинной и запутанной шерсти, которая была перепачкана кровью, поэтому было очень страшно сделать что-то не то, но мне повезло и я справился со всем на отлично. Аккуратно подняв собаку на руки, я решил отнести её в собачью комнату, а за мной последовала стая, которая планировала, судя по всему, находиться рядом с раненой, чтобы поддержать.

Когда же я уже собирался отправиться в ванную чтобы смыть с себя собачью кровь и шерсть, а также убраться в гостиной, где был далеко не привычный мне порядок, а чёрти что, в дверь кто-то снова позвонил. Тяжело вздохнув, я приблизился к ней и повернул щеколду, нажимая вместе с этим на ручку.

— Привет, Инглинг, — начала было с улыбкой Астрид, но тут же замолкла, когда её взгляд опустился на мой всё ещё голый и весь в крови торс. — Боги, что произошло?