Часть 3
Тяжесть сна словно цементом сковала тело, и пробуждение далось Су Бону с неимоверным трудом. Он проснулся разбитым, словно всю ночь провел, сражаясь с демонами в кошмарных сновидениях. Слабая надежда на скорую встречу с Нам Гю, пусть и желанная, не приносила облегчения. Каждый прожитый день, отдалявший от разлуки, казался бесконечным, а предвкушение счастья омрачалось тревогой. С неохотой поднявшись с кровати, он заставил себя собраться и отправиться на работу. Он поставил перед собой задачу – довести все дела до конца, чтобы ничто не омрачило его долгожданный отпуск.
Однако, надежда на спокойный рабочий день оказалась иллюзорной. Едва переступив порог офиса, Су Бон почувствовал, как на него надвигается буря. Менеджер, предчувствуя его скорый отъезд, обрушил на него целый шквал новых задач, требующих немедленного решения. Проекты, отчеты, встречи – все навалилось разом, словно испытывая его на прочность. Рэпер, стиснув зубы, принялся за работу, стараясь не думать о усталости и тревоге, грызущей его изнутри. Он понимал, что если не успеет закончить все вовремя, то его долгожданный отпуск может оказаться под угрозой.
День тянулся мучительно медленно. Каждая минута, проведенная за работой, казалась вечностью. Усталость накапливалась, словно груз, давящий на плечи.
Когда рабочий день наконец подошел к концу, оставив Су Бона вымотанным и опустошенным. Он чувствовал себя, словно выжатый лимон.
Тишина квартиры встретила его удушающей пустотой. В ней не было ни звука, ни тепла. Закинув сумку в угол, Су тяжело опустился на диван. Одиночество давило на него, словно тяжелая плита. Он машинально проверил телефон, надеясь увидеть хотя бы одно сообщение от Нам Гю, но экран оставался безмолвным. В груди что-то болезненно сжалось, и на душе стало еще паршивее, чем утром. Холодное безразличие, исходящее от молчания брюнета, ранило его сильнее, чем любые слова.
В отчаянной попытке отвлечься от гнетущих мыслей, Су Бон погрузился в воспоминания. Закрыв глаза, он перенесся в прошлое, в беззаботные школьные годы в Сеуле. В памяти всплыли яркие картины. Он вспомнил, как они проводили время вместе, гуляя по паркам, смотря фильмы в кинотеатрах и играя в видеоигры до поздней ночи. Прошло уже шесть лет с тех пор, как они стали неразлучны. Тогда они были лучшими друзьями, понимающими друг друга с полуслова. Бесконечные прогулки по городу, спонтанные поездки к морю, вечера, проведенные за совместным творчеством, – все это казалось сейчас далеким, нереальным сном. Те дни, когда они были рядом, казались сейчас воплощением счастья, которое ускользает сквозь пальцы, и Бон боялся, что эта светлая идиллия навсегда останется лишь воспоминанием. Он боялся, что его любовь к Нам Гю останется безответной, что их связь оборвется под гнетом обстоятельств и расстояния. Этот страх терзал его душу и не давал ему покоя.
Тоска и отчаяние окончательно накрыли Су Бона, словно тяжелая волна. Воспоминания, вместо того чтобы принести утешение, лишь усилили боль разлуки и ощущение надвигающейся катастрофы. Он почувствовал, как внутри него нарастает пустота, которую нечем заполнить. Раскиснув окончательно, он решил пойти выпить в бар со своим коллегой по работе, Дэ Хо. Они не были близкими друзьями, скорее приятелями, объединенными общим делом и рабочими буднями. Но в данный момент, в своем отчаянном положении, рэпер нуждался хоть в ком-то, кто мог бы его выслушать.
В баре царила полумгла и громкая музыка, от которой голова шла кругом. Они заказали пиво, потом еще и еще. Алкоголь постепенно притуплял остроту переживаний, но не решал проблем. Набравшись храбрости, Су Бон, изрядно выпив, вывалил Дэ Хо все свои переживания – о Нам Гю, о разлуке, о его молчании и об ужасном предчувствии.
Дэ Хо, честно говоря, не был мастером утешения, но искренне попытался поддержать собеседника, выдавая банальные фразы о том, что "все наладится" и "время лечит". Его неуклюжие попытки приободрить лишь вызывали у Су Бона грустную улыбку.
В конце концов, Дэ Хо, увидев, что рэпер совсем потерял над собой контроль, вызвал такси и довез его до дома. Затащив приятеля в квартиру и убедившись, что тот в безопасности, он ушел, оставив фиолетововолосого наедине с его горем.
Су Бон, шатаясь, добрался до кровати и рухнул на нее, не раздеваясь. Алкоголь быстро взял свое, и он провалился в глубокий, беспокойный сон. В этом сне он снова был в Сеуле, с Нам Гю, но лица его любимого парня были размытыми и чужими.
Ему снился, самый счастливый момент в его жизни-первый поцелуй с Гю.
Пять лет назад. Сеул. Старшая школа.
В тот день парни выпили больше обычного – оно и неудивительно, ведь у Су Бона был день рождения. Праздник, который он всегда игнорировал, считая его не более чем бессмысленной формальностью. Но Нам Гю настоял на том, чтобы хоть как-то отметить этот день, не дать ему пройти незамеченным. Он хотел разделить с Су Боном радость, пусть даже небольшую, и сделать этот день особенным.
Гю даже приготовил подарок. Это был тщательно выбранный альбом любимого исполнителя Су Бона и редкий мерч – футболка с символикой группы, о которой тот давно мечтал.
В тот момент парень ощутил невероятное счастье, теплое и искреннее. Ему казалось, что даже родители никогда не относились к выбору подарка с таким вниманием и трепетом, как его лучший друг. Этот жест Нам Гю говорил о многом – о его заботе, о его умении слушать и слышать.
Су Бон отлично помнил, как они оба, опьяненные вином и радостью, поплелись к Нам Гю домой. Брюнет, несмотря на свой юный возраст,уже тогда жил один в небольшой, но уютной квартире.
Когда они, шатаясь, добрались до цели, то сил на какие-либо действия уже не оставалось. Они просто завалились в кровать, не раздеваясь, и мгновенно провалились в глубокий, безмятежный сон.
Сквозь пелену алкогольного опьянения Су Бона пронзил луч света, заставивший его приоткрыть глаза. Смутно осознавая, где находится, он почувствовал тепло чужого тела рядом. С трудом повернув голову, он увидел лицо Нам Гю, находящееся на расстоянии вытянутой руки. Их лица были почти вплотную, дыхание смешивалось, создавая интимную и волнующую атмосферу.
В этот момент, словно удар молнии, в Су Бона ударило осознание. В его голове все встало на свои места, словно детали давно разгаданного пазла. Он больше не мог отрицать очевидное – его тяга к Нам Гю была не просто дружеской привязанностью. Он был по-настоящему влюблен. Эти чувства зрели в его сердце давно, скрываясь под маской дружбы и страха. Он долго таил в себе эти эмоции, боясь быть отвергнутым. Ведь Нам Гю никогда не проявлял любовных знаков внимания, и Су Бон боялся разрушить их дружбу признанием в своих истинных чувствах.
Но сейчас, под действием алкоголя и этой пьянящей близости, все барьеры рухнули. Он больше не мог сдерживать порыв, который нарастал в его душе. Подавшись внезапному импульсу, он нежно коснулся губами губ спящего Нам Гю. Поцелуй был робким и неуверенным, словно проверка реальности. Но к его удивлению, брюнет во сне ответил на поцелуй, углубляя его и притягивая друга ближе. Мир вокруг словно перестал существовать, оставив лишь их двоих в этом мгновении нежности и откровения.
Утром они проснулись в той же позе, переплетенные друг с другом. Су Бон чувствовал себя невероятно смущенным и взволнованным. Он украдкой взглянул на Нам Гю, пытаясь понять, что тот помнит о прошлой ночи. Но лицо его было невозмутимым, словно ничего не произошло.
Нам Гю не сказал ни слова о поцелуе, не подал ни малейшего знака, что что-то помнит. Тогда Су сделал вывод, что алкоголь стер из памяти брюнета все события прошедшей ночи. Его сердце болезненно сжалось от разочарования. Он упустил свой шанс, и теперь все вернулось на круги своя.
Конец воспоминаний.