Счастливая подкова [Как приручить дракона]

POV Астрид
Когда я снова вернулась на закрытый манеж, но уже верхом на своей кобыле Грейс, я увидела поистине невероятную картину. Крона, непокорная донская кобыла Стейна, под Инглингом превратилась в самую, что не на есть, послушную и знающую все элементы. "Испанский шаг", "пассаж", "пиаффе" — всё это она делала с такой лёгкостью, что мне казалось, что это вовсе не Крона, а какая-то другая лошадь.

Сама по себе, Крона была буйной лошадью, которую мог приструнить только Стейн и то, только с помощью железа. Сейчас же она была абсолютно "голой". На кобыле не было даже кордео, как, например, у Беса, но, тем не менее, Инглинг справлялся. Он свистел, щёлкал языком или пальцами, а кобыла всё беспрекословно выполняла.

Вот и сейчас, Хэддок нагнулся к шее кобылы и что-то ей, судя по всему, прошептал, после чего она начала интенсивно кивать головой. Едва слышный свист, и кобыла встала на месте в сборе. Чёрт, как он это делает?

— Эй, Сараби, ты чего? — Услышала я голос Роба и повернулась в его сторону, параллельно окидывая взглядом всех остальных.

Нет, он точно волшебник. Как он смог заставить каждую лошадь, что сейчас находилась в стенах манежа встать в сбор. Даже Грейс встала.

— Что ты сделал с моей кобылой? — Услышала я крик Марты и усмехнулась.

Вот кто кто, а Торстон точно молчать не будет. Если её брат был хоть капельку умнее и мог держать язык за зубами в нужный момент, то его сестра-близнец совершенно не умела это делать. Всё, о чём она думала, тут же слетало с её языка. Удивительно то, что с ней ещё хоть кто-то (читай все) общается. Это для меня пока оставалось загадкой.

— Бес, — услышала я голос Инглинга, который многозначительно посмотрел на жеребца.

Фыркнув, фриз повернулся в нашу сторону и встал на дыбы, громко заржав. Я не знаю, что должно было произойти, но, когда Бес опустился, никто не сдвинулся с места. Да, жеребец выглядел угрожающе, но ничего не происходило. Но так я думала только первые секунд тридцать. После же наши лошади одновременно сделали несколько шагов назад, а Сараби, которая стояла рядом со Стейном, прихватила и его за шкирку.

— Что происходит? — Воскликнул Йоргенсон и хотел уже сделать шаг вперёд, как Крона встала на дыбы. — Она не, — начал было парень, но заткнулся, когда донская кобыла выдала идеальный "курбет".

— Крона, — воскликнул Йоргенсон и бросился к своей кобыле, которая уже встала на четыре ноги.

Я начала оглядываться — Инглинга на кобыле не было. Заметив парня верхом уже на Бесе, я успокоилась, но, похоже, рано радоваться. Хэддок скинул с ног обувь и встал на спину фриза ногами.

— Это безумие, — услышала я голос Робина.

— Безумный красавец, — с какой-то непонятной интонацией произнесла Марта, а я невольно напряглась. — Мне нравится.

Мне вдруг захотелось подскочить к Торстон и выбить из её головы все мысли об Инглинге. Чёрт, со времени приезда этого парня на нашу ферму со мной начало твориться Бог весть что. И мне это совершенно не нравилось. Мне не нравилось влюбляться в него.

От мыслей меня отвлёк вскрик Марты. Переведя взгляд на парня и его вороного жеребца, я увидела, что Хэддок стоял на спине фриза уже на руках.

— Инглинг, — неожиданно для всех, а особенно для себя, вскрикнула я, увидев за спиной парня, а сбоку от Беса, Крону, на которой сидел Стейн. — Сзади.

Бес всё-таки успел почувствовать опасность, поэтому помчался вперёд. Я же смотрела на Инглинга, который быстро сел на спину жеребца. Я не знала, что сейчас будет, но видела, как волновались лошади. Один лишь дядя был спокоен.

— Финн, это надо прекратить, — подлетел к моему родственнику Мартин.

— Успокойся, всё нормально, — махнул рукой дядя. — Уж у кого, у кого, а у Инглинга всё и всегда под контролем.

Я одним ухом слушала их разговор, но всецело была поглощена происходящим на манеже. Хэддок на полном ходу Беса вдруг спрыгнул с него, а жеребец помчался дальше. У стены конь остановился и медленно повернулся в сторону Кроны.

— Бес, не тяни, — крикнул Инглинг, который уже успел забрать свою обувь и подойти к нам.

Фриз тут же встал на дыбы и, заржав, прошёл несколько шагов на задних ногах. Тут начало твориться что-то невообразимое. Крона, кобыла которая не признавала ни одного жеребца с нашей фермы (даже жеребца, которого все остальные лошади считали вожаком табуна), вдруг потупила взгляд и сделала несколько шагов назад. Она признавала его лидерство. Чёрт, что это за жеребец-то такой?

— Ты не боишься взбучки? — Вдруг спросил дядя, повернувшись к Хэддоку. — У нас на ферме есть свой вожак. Даже твой Бес не сможет ему противостоять.

— Он только при мне такой хороший и послушный, — усмехнулся Инглинг, а к нему подошёл жеребец, за которым медленно и потупив взгляд шла Крона, и толкнул парня мордой в плечо. — От его копыт погиб не один жеребец.

— Нам тут только смертей не хватает, — усмехнулся Финн.

— Их не будет, — заверил парень и улыбнулся, похлопав коня по мощной шее. — Правда, братец?

Фриз весело заржал и закивал головой.

***

Я сидела на лавочке и читала, когда со стороны левад послышалось ржание и лай собак. Недолго думая, я отбросила книгу и рванула в ту сторону, откуда был шум. Стоило мне добежать, как передо мной открылась невероятная картина.

Шайрский жеребец Сокол, который долгое время (с того момента, как попал к нам на ферму, а это уже больше десяти лет) считал себя вожаком табуна, надвигался на Беса. Все лошади образовали большой круг и наблюдали. И я прекрасно знала, что это означает. Сейчас будет драка за место вожака.

Кроме Сокола на это место больше никто не претендовал, потому что каждый конь понимал, что шайра ему не одолеть. Но, похоже, что Бес думал совершенно по-другому.

— Что у нас тут? — Около меня материализовался Хэддок.

— Разними их, — потребовала я, бросив на парня взгляд и снова переведя его на двух жеребцов в центре своеобразного круга. — Сокол убьёт его.

— Не убьёт, — махнул рукой Инглинг, а я удивлённо на него уставилась.

— Что?

— Что за шум, а драки нет? — Возле нас остановился рыжий жеребец квотерхорса, с которого спрыгнул Дагур.

— Пока нет, — рыкнула я и снова посмотрела на кружащих вокруг друг друга жеребцов. — Если Инглинг не придержит своего жеребца, то может запросто его лишиться.

— Не лишусь, — усмехнулся Хэддок и обратился уже явно к Дагуру. — Помнишь драку несколько лет назад?

— Ох, такое не забыть, — с какой-то странной интонацией произнёс парень. — Долго того коня откачивали?

— Пару часов он точно в отключке пробыл, — ответил Инглинг, а я перевела на него взгляд. — Что? Я же говорил, что от копыт моего братца погиб не один жеребец. К счастью, тот выжил, иначе бы на соревнованиях Дания не выступала бы.

— Из-за чего это произошло? — Спросила я.

— Изначально Беса определили в пятый денник, а после решили поменять с другим жеребцом, — начал Инглинг, иногда кидая взгляды на двух жеребцов, всё ещё кружащих вокруг друг друга. — Но тот тракен уже успел пометить денник. Моему коню это не понравилось, и Бес, недолго думая, решил его наказать за это, потому что сам прекрасно знал, что чужие денники, а особенно где-нибудь на соревнованиях, метить нельзя. Наказал его так, что тот тракен часа три пролежал без сознания. Благо, что день подошёл к концу, и выступать всем нужно было уже завтра.

— А что будет с Соколом? — Тихо спросила я.

— Сейчас разнимем их, — пожал плечами Инглинг и, перемахнув через забор левады, двинулся в сторону жеребцов.