Счастливая подкова [Как приручить дракона]

POV Инглинг
Перемахнув через забор левады, я двинулся к двум жеребцам, что сейчас подняли шум на всю ферму.

— Инглинг, — вдруг услышал я за своей спиной голос Астрид и поспешил развернуться к ней лицом.

Наткнувшись на растерянный взгляд девушки и усмешку на лице Дагура, который встал около неё, я поднял бровь.

— Будь осторожен, — выдохнула Астрид, прикрыв глаза и обняв себя за плечи.

Подарив девушке улыбку, я развернулся и направился в сторону лошадей. А с таким странным для меня поведением Астрид мы разберёмся позже, но обязательно разберёмся. Так просто она от разговора не отвертится. Да, я часто замечаю на себе взгляд её чудесных голубых глаз, но списываю это на всё, что угодно, кроме одного. Ну, не влюбляются в таких, как я.

Мотнув головой, чтобы вырваться из плена таких мыслей, и проведя рукой по волосам, я глубоко вздохнул. Что ж, сейчас самое сложное — разнять жеребцов и показать Соколу, что вожак здесь не он и даже не Бес. Вожак я.

За много лет общения с лошадьми мне удалось познать структуру их иерархии. Это было весьма сложно, и всё своё свободное время я посвящал этому. Но эти знания мне пригождаются, поэтому я считаю, что не зря тратил на них время.

Похлопав крайнюю лошадь по крупу, я заставил её чуть отступить в сторону. Пробравшись до центра я увидел, то что не хотел видеть. Сокол и Бес уже стояли на дыбах, яростно пытаясь нанести друг другу удар копытом.

Да мой фриз был меньше шайра по габаритам, но, что самое удивительное, у него были больше копыта. Подковы обычных верховых лошадей были небольшими и помещались на ладони, подкова моего жеребца умещалась только в двух, когда подкова тяжеловоза (а это, как известно, самые большие лошади) занимала только полторы руки.

Многие кузнецы удивлялись этому, я же отвечал, что это генетика. И это действительно было так.

Поэтому я не боялся за своего фриза, потому как больше боялся за его противника, которому прилетит таким копытом. Ладно копыто, там может и не так больно будет, там же ещё и подкова из железа. А вот это уже страшно.

Выдохнув, я громко свистнул. Жеребцы, тяжело дыша, тут же разошлись в разные стороны и встали на все четыре ноги. Так, теперь осталось всё сделать правильно, и никто, а в особенности я, не пострадает. Хотя, если пострадаю я, да ещё и по вине Сокола, то шайра ждёт долгая и мучительная смерть в лице моего любимого вороного жеребца.

Ещё раз свистнув и при этом щёлкнув пальцами, я привлёк внимание Сокола к себе. Отлично, этого я и добивался. Теперь дело за самым главном, но и за самым сложным. Я должен показать жеребцу, кто тут главный. И как я это могу сделать? Риторический вопрос, ну, да ладно.

Взмахнув пару раз руками, я увидел ничего непонимающий взгляд шайра. Так, уже интереснее.

Ещё пару раз взмахнув руками, я издал звук похожий на лошадиный. Конь начал мотать головой, шевелить ушами и оглядываться. Понятно, ищет источник звука.

Сделав два резких шага в сторону Сокола, я вошёл в его личное пространство. Конь тут же сделал несколько шагов назад, угрожающе заржав.

Снова издал звук. Жеребец снова начал шевелить ушами и оглядываться. Снова сделал два больших шага вперёд. Снова в его личном пространстве. Так, когда Сокол поймёт, что это игра, "жить" станет проще.

Но он, походе, не понял, что это всего лишь игра, в которую я хочу его затянуть, поэтому снова сделал два шага назад, но только в этот раз ещё и с громким фырканьем ударил передним копытом по земле.

Ладно, если не сработает этот вариант, тогда я пускаю в ход Беса.

POV Астрид
— Будь осторожен, — выдохнула я, прикрыв глаза и обняв себя за плечи.

Улыбнувшись, Инглинг развернулся к нам спиной и быстрым шагом направился в сторону лошадей, по дороге чуть встряхивая головой. Что это с ним?

— Не волнуйся за него, — раздался возле меня голос Дагура. — С Рим всё будет в порядке. Это не первый раз, когда Инглинг хочет показать себя вожаком табуна. Это вполне нормально.

— Зачем ему это? — Тихо спросила я, открывая глаза и ища парня среди лошадей.

— Если Сокол примет его вожаком, всем лошадям жить станет проще, — я была уверена, что Остерс пожал плечами. — Тогда всем станет жить проще. Ты только вспомни, сколько Сокол доставил нам проблем с другими лошадьми.

— Сто здесь происходит? — Около левого плеча я увидела морду Полярной Звезды. — Что там за скопление?

— Инглинг хочет поставить Сокола на место, показав, что вожак он, — пожал плечами Дагур, а я не отрывала взгляда от фигуры Хэддока.

— Но это же безумство, — воскликнул Финн, спешиваясь с кобылы.

— Я тоже так думаю, — вздохнула я, посильнее обхватив себя руками.

— Зачем он кидается на него? — Через несколько секунд спросил дядя, а я же следила за Инглингом.

Два его быстрых шага вперёд, и Сокол делает два шага назад. Инглинг снова повторяет свои действия, Сокол опять отходит назад. Кому-кому, а этому коню никогда не нравилось, когда нарушали его личное пространство, что Хэддок сейчас и делал.

— Он его убьёт? — Тихо спросила я.

— Кто кого? — Усмехнулся Дагур, но мне сейчас было далеко не до смеха.

— Сокол Инглинга, — ответил вместо меня Финн.

— Если такое вдруг случится, — начал Остерс, а я нервно сглотнув, представив эту ужасную картину. — То следом за ним умрёт и Сокол, потому что Бес — это Бес. Он за Инглинга горой. Он за него жизнь отдаст.

— Что он делает? — С паузами спросил дядя, когда Хэддок начал в какой-то странной манере скакать вокруг Сокола.

— Пытается выйти в с ним на контакт, — пожал плечами Даг. — Если у него это получится, то Сокол примет его как своего, и всё закончится прекрасно, потому что Инглинг сделает одну хитрую вещь.

— Ты не хочешь говорить нам, что это, да? — Через силу усмехнулась я, бросив взгляд на рыжего.

— И как только догадалась, — фыркнул парень с такой же усмешкой.

Послышалось громкое ржание, и я резко перевела взгляд на табун, в центре которого словно танцевали Сокол и Инглинг. Жеребец постоянно вставал на дыбы, громко фыркая, Инг же, активно махая и взмахивая руками, только подливал масла в огонь. Шайр, казалось, что-то увидел в Инглинге, которого теперь принимал за своего.

Оглядев табун, я заметила, как недоверчиво косятся в его сторону все лошади. И только жеребец парня был жутко спокоен, лежа около ограды левады.

Всё было нормально, пока что-то невесомо не изменилось. И из-за этого чего-то каждая лошадь начала шагать назад, а Бес встал со своего места и наоборот подошёл к Соколу и Инглингу. Тут вдруг Инг прижался к боку жеребца, и они начали кружиться вокруг своей оси. После Сокол неожиданно лёг на траву, сразу перекатываясь на спину.

Инглинг возвёл руки к небу, а через секунду послышался его радостный смех, из-за которого по моему телу пробежала короткая дрожь. Перекинув ногу через тело жеребца, Хэддок сел на шайра, а после и вовсе лёг, тут же начиная гладить его по шее.

Неожиданно Бес встал на дыбы и громко заржал, привлекая внимание, а после встал на все четыре и поклонился в сторону парня и лежащего на спине жеребца.

Снова рассмеявшись, Инглинг похлопал Сокола по боку, и он перевернулся на живот. Хэддок удобно устроился у него на спине и дал команду на подъем, тут же направляя жеребца, перед которым все начали расходиться, в нашу сторону.

— Это и есть та хитрая вещь? — Подняв бровь, тихо спросила я, заворожено наблюдая за подходящим к нам жеребцом, на спине которого уверенно сидел Инглинг.

— Именно, — ответил Дагур и сел на забор. — Как ощущения?

— Довольно высоко, — оглядываясь по сторонам, усмехнулся Хэддок, останавливая Сокола. — А так, вполне неплохо.