39
Решение было принято. Дальше нужно было действовать быстро и четко. Пока Кира спала, Никита и Мусим разрабатывали детали плана. Им нужно было продумать все до мелочей, чтобы минимизировать риск для Киры и увеличить шансы на успех.
Мусим решил начать действовать сразу после пробуждения Киры. Он собрал небольшую сумку, в которую положил несколько вещей первой необходимости. Он старался не смотреть на Киру, боясь, что его охватит слабость и он не сможет выполнить задуманное.
Когда Кира проснулась, она почувствовала какое-то беспокойство, словно что-то должно было произойти. Она села на кровати и огляделась. Мусим сидел на стуле рядом с окном и смотрел в даль.
Кира встала и подошла к нему. Она коснулась его руки, и он вздрогнул. Он посмотрел на нее, и в его глазах она увидела печаль и решимость.
"Кира, мне нужно уехать," – сказал Мусим тихо, но твердо.
Кира нахмурилась. Она не понимала. Уехать? Куда? Зачем? Она попыталась что-то сказать, но из горла вырвался только нечленораздельный звук.
Мусим опустил голову. "Я знаю, что ты не понимаешь. Но я должен это сделать. Я уезжаю далеко и надолго. Возможно, навсегда."
В глазах Киры появился страх. Она схватила его за руку, пытаясь удержать. Она тянула его на себя, умоляя остаться. Но он стоял, как каменный, не двигаясь с места.
"Я не могу больше так жить, Кира," – продолжил Мусим, стараясь говорить как можно мягче, но твердо. – "Мне нужно начать новую жизнь. Без тебя."
С этими словами он вынул свою руку из ее хватки и поднялся. Он взял сумку и направился к двери.
Кира застыла, как парализованная. Она не могла поверить, что это происходит на самом деле. Мусим уходит? Навсегда?
Когда он уже был у двери, она, собрав все свои силы, издала отчаянный крик. Не слово, а именно крик боли и отчаяния.
Мусим остановился. Он почувствовал, как его сердце разрывается на части. Но он знал, что не может сдаться.
"Прощай, Кира," – сказал он, и вышел, закрыв за собой дверь.
Кира упала на пол. Она билась в истерике, как и вчера. Но теперь в ее беззвучном крике было не только отчаяние, но и гнев. Она злилась на Мусима, на себя, на весь мир.
Никита, который все это время наблюдал за происходящим из соседней комнаты, бросился к ней. Он обнял ее и попытался успокоить.
"Все будет хорошо, Кира," – шептал он. – "Все наладится."
Но она не слушала его. Она продолжала кричать и вырываться.
Вдруг, среди ее беззвучного крика, Никита услышал что-то похожее на слово. Слабое, неразборчивое, но слово.
Он прислушался.
И снова.
Кира пыталась что-то сказать.
"Му… Му…" – прозвучало из ее горла.
Никита замер. Он не мог поверить своим ушам.
"Мусим…" – прошептала Кира, и в ее глазах появилась надежда.
Мусим, стоявший за дверью и слышавший все происходящее, замер. Он не знал, что делать. Он хотел броситься к ней, обнять ее и сказать, что все это было ложью. Но он знал, что не может.
Никита посмотрел на Киру. Ее лицо было красным от напряжения, из глаз текли слезы. Но она продолжала пытаться говорить.
"Мусим… не… уходи…" – произнесла она с огромным трудом.
Мусим не выдержал. Он открыл дверь и бросился к ней. Он обнял ее и прижал к себе.
"Я здесь, Кира," – прошептал он. – "Я никуда не уйду."
Кира заплакала. Но это были уже не слезы отчаяния, а слезы облегчения и счастья.
Она отстранилась от Мусима и посмотрела на него.
"Я… люблю… тебя…" – произнесла она с трудом, но отчетливо.
В комнате повисла тишина. Никита и Мусим смотрели на Киру, не веря своим ушам.
Она заговорила.