1. Ты знал, что я приду
«Когда ты придёшь за мной — я не буду сопротивляться.
Но ты должна знать: это не я тебя зову. Это он.»
Агата снова и снова перечитывала эти строки, надеясь, что это всё просто чья-то злая шутка или, еще лучше, дурной сон. Письмо было измятым, потертым. Бумага так выцвела, что её пришлось держать на свету, чтобы разобрать слова. Чёрные чернила уже были еле видны, но смысл этих слов оставался таким же ярким, как и тогда, когда она впервые их прочла. Осмотревшись по сторонам, она ловким движением руки спрятала письмо в карман.
Агата шла по узкой дороге между виноградниками.
Солнце на улице стояло в зените, пыль оседала на её ботинках, собирающих мелкую гальку, седьмой пот стекал по спине под чёрной рубашкой, но она не останавливалась.
Дорога перед ней была длинной, уводила в сердце безмолвной деревни, скрытой среди холмов. Сейчас здесь не было ни людей, ни машин. Только пустота.
Агата выдохнула, провела пальцем по холодному лезвию ножа в ножнах.
Он был здесь. И она должна была его найти.
Шаги её становились всё более уверенными, но мысли — всё более запутанными. Как она могла убить того, с кем когда-то делила каждую ночь и каждый взгляд? Но приказ был приказом. Он был монстром. У неё не было выбора.
Деревня встретила её тишиной, лишь несколько собак залаяли из-за заборов.
Вдалеке виднелись обломки заброшенных, старых домов — и вот, наконец, вилла. Каменные стены, когда-то белые, теперь были покрыты мхом и трещинами, как будто дом старел вместе со своим хозяином. Одно из окон было заколочено досками, другое открыто — шторы трепыхались на ветру, разнося по округе запах пыли.
Она поднялась по ступеням, чувствуя, как с каждой секундой растёт напряжение. Всё внутри подсказывало: он знает, что она пришла.
Письмо снова затрепетало в её кармане, но она не достала его. Вместо этого её рука сжала ручку ножа.
Дверь была приоткрыта.
Агата остановилась на пороге. Внутри было темно. В воздухе чувствовался запах старых трав и затхлости. Пыльная мебель, полы, скрипящие от времени. Она шла по коридору и каждый шаг эхом отдавался в этом забытом месте. Она шагнула в гостиную — и замерла.
Его силуэт был чётким, но всё равно оставался размытым, как призрак. Он сидел в полумраке, в самой глубине комнаты, в кресле, закинув ногу на ногу, положив одну руку на подлокотник, второй, в свою очередь, подпирая голову. Сидел так, будто ждал. Волосы стали чуть длиннее, небольшая щетина на щеках, глаза всё те же — глубокие, хищные, настороженные. И усталые до боли.
Агата не могла выдавить из себя ни слова. Время словно застыло в этом моменте. Её сердце билось слишком громко, а страх окутал все её мысли. Она смотрела на него — на человека, который был когда-то её всем, а теперь... теперь был чудовищем.
— Ты ведь знаешь, зачем я здесь. — Его голос был низким, бархатистым, с небольшой хрипотцой.
Но она не ответила. Просто шагнула в тень, почувствовав, как воздух сжимается вокруг. Он сидел, неподвижный, но от него исходила сила — та сила, которую он пытался скрыть. Она была в его взгляде, в его теле. В нём самом.
— Ты долго шла, — сказал Александр, не вставая. — Что ж... привет, Агата.
Она медленно опустила нож. Но только чтобы сменить хват.
— Ты тоже знаешь, зачем я здесь.
Он кивнул:
— Конечно. Ты хочешь меня убить.
Она ничего не ответила. Сердце стучало в висках.
Слишком жарко. Слишком тихо. Слишком близко к прошлому.
— Только, пожалуйста, не сейчас — добавил он.
— Почему? — бросила она, немного наклонив голову на бок.
Он улыбнулся. Безрадостно, горько.
— Потому что иначе сюда придут те, кто куда хуже, чем я.
Агата молчала. Она с трудом осознавала, что он действительно живой, сидящий прямо перед ней в этот самый момент.
Александр аккуратно встал с кресла, так медленно, будто не хотел её пугать.
— Скучала?
— Только по тишине без твоего голоса.
— Ты дрожишь.
— Нет.
После этих слов Александр сделал небольшой шаг ей навстречу:
— Твоё сердце помнит меня лучше, чем твоя голова.
— Сделаешь ещё шаг — и я перережу тебе горло.
— Всё как раньше — он усмехнулся и немного подался назад.
— Спасибо за любезность. Но я пришла закончить начатое.
Он наклонил голову. Глаза — хитрые, блестящие. И слишком спокойные.
— Тогда заканчивай. Сейчас. Здесь. — Его голос звучал почти устало — не вызов, не угроза. Почти... просьба? И это злило её сильнее, чем всё остальное.
— Не делай вид, будто тебе всё равно. Ты прячешься, как крыса. Ты боишься.
— Конечно боюсь. Но не тебя. Не после всего, Агата.
Лезвие всё ещё в её руке, но сжимала она его уже не так уверенно.
Сквозь стиснутые зубы Агата процедила:
— Ты предал всё, во что мы верили. Я тебя почти похоронила в себе. Почти. Но потом ты прислал это чёртово письмо. Зачем?
Александр вдумчиво следил за малейшим её движением, готовый в любой момент добровольно умереть от её рук.
Выдохнув, он тихо заговорил:
— Потому что знал: если кто и сможет меня остановить — то только ты. — он сделал небольшую паузу, а после добавил: — Или спасти.
После этих слов Александр шагнул к ней навстречу, следя за её реакцией. Кажется, ему удалось немного смягчить её. Агата дала слабину, а Александр решил этим осторожно воспользоваться. Она всё ещё держит нож, но рука слабеет. Он чувствует это.
— Если бы я хотел напасть на тебя — я бы уже сделал это. Или ты думаешь, я потерял хватку?
Агата зло нахмурила брови:
— Думаю, ты стал кем-то другим. Не тем, кого я знала.
Он приблизился ещё на шаг. Она не двигалась. В этот момент её будто парализовало. Нож всё ещё был между ними, но уже дрожал.
— Ты права. Я не тот... Но это не выбор. Это... — он посмотрел ей в глаза, после чего продолжил —
— Это внутри. Как паразит. Как зверь. Он дышит во мне. Иногда я — я, а иногда...
— Прекрати. — сорвалось с её губ — Не рассказывай мне сказки. Ты знал, на что идёшь.
Александр же оставался спокойным.
— Нет. Я искал способ остановить проклятие. И попал в ловушку. — он тяжело вздохнул — Я думал, умру. Было бы проще...
Она смотрела на него, и понимала, что видит перед собой не только тень прошлого, но и человека. Изломанного. Уставшего.
Агата перешла на шёпот:
—Тогда зачем ты жив?.. Зачем ты прислал мне это письмо?
Он медленно протянул руку к её запястью. Пальцы коснулись её ладони — тёплой, дрожащей. Он не отнимал нож, просто смотрел.
— Я не прошу пощады, но... Агата... если ты всё ещё слышишь во мне хоть что-то настоящее — не убивай меня. Пока не узнаешь всё. Ты правда думаешь, что я, будучи союзником Ордена, мог переметнуться на сторону врага, и сознательно похищать людей из деревень?
Она только смотрела на него. Слишком долго. Нож выскользнул из её пальцев, и он поймал его — аккуратно, не как победитель, а как человек, которому доверили что-то хрупкое.
— Я должна была прийти, убить, уйти. А ты... ты всё портишь. Как всегда.
Александр лишь ухмыльнулся:
—Значит, я всё ещё на что-то способен.