2 часть.
Тело кололо сотнями, тысячами мелких острых иголок, глаза щипало от набегающих слез. Лиса вдруг почувствовала резкий озноб, словно внезапно подскочила температура. Блеск кошачьих глаз Джен только добавлял холода. Согреться бы. Но не под теплым одеялом с чашкой ароматного чая в руках, а в объятиях той, которая так наглядно демонстрировала свое равнодушие. Грациозно повернувшись к ней спиной, направилась к выходу:
— Неужели всё кончено? — с надеждой в голосе спросила Лиса. — Больше ничего не чувствуешь ко мне?
Застыла повернув голову вполоборота, бросила фразу:
— Не заставляй чувствовать себя бездушной сукой.
— Я этого не говорила. — Лиса подошла к ней, обнимая со спины. — Дженни, родная, не совершай ошибку.
— Лиса, не устраивай представлений, ради Бога. Мы уже всё выяснили.
— Это ты выяснила. В одиночку. Решила, что мы больше не семья. Что мы больше не любим друг друга.
Резко развернулась к ней, сжав ладонями её лицо:
— А разве нет? Наши отношения давно стали для галочки, секс — дежурным обязательством, даже забота о детях — скорее обуза, чем искреннее желание быть рядом с семьей.
Беспощадно резала её на куски. Орудуя словами, словно мясник тесаком:
— Что ты вообще несешь, Джен?
— Правду. Ту, которую ты слушать не желаешь. А теперь оставь меня. Мне нужно переодеться, скоро наш сын встанет.
— Не хочешь, чтобы он знал, что ты ночевала с чужим мужиком?
Её глаза стали темнеть от гнева:
— Не хочу, чтобы они считали тебя тряпкой, которая позволяет, чтобы её жена спала с чужим мужиком.
Добила. Хладнокровно и цинично. Безвольно опустила руки и вернулась за стол. Слышала цоканье каблуков по лестнице. Едва они стихли, как пепельница полетела в стену. Содержимое разлетелось по полу, но сама осталась целой. С ненавистью посмотрела на неё, хотела, чтобы разбилась вдребезги, как и её жизнь.
***
— Кай, давай пока не будем возвращаться к этому разговору. — раздраженный тон Дженни явно свидетельствовал о том, что тема разговора ей не приятна.
— Пока? Что значит пока, Дженни? Я многое понимаю: дети и всё такое, но не понимаю вашего совместного проживания с Лисой. Может, ты на два фронта работаешь?
Глаза женщины сверлили его насквозь.
— Перестань, пожалуйста. Мы живем, как соседи. У нас есть определенные договоренности с Лисой.
— А мне что делать? Я нормальных отношений хочу, простых, человеческих. А не вот этого всего. Свиданий тайком, твоих исчезновений под утро и прочее.
Дженни накрыла ладонью его рот, мгновенно прекратив тираду. Пальцы очертили контуры его губ, приятно щекотя и возбуждая.
— Кай, давай не будем тратить время на разговоры. Я соскучилась.
Она потянула его за нижнюю губу, прижимаясь плотнее. Ладонь скользнула на затылок, кончиком носа терлась об его нос, затем провела по щеке. Кай завел её ногу себе за спину, скользя рукой по бедру. Настойчивый поцелуй набирал обороты, подол юбки стремительно задирался всё выше.
— Скажи, что уйдешь от неё. — не прекращая целовать ее, прошептал он.
— Не сейчас. — отвечая на его ласки, со вздохом отвечала она. Оторвался от ее губ, мгновенно изменившись в лице:
— А когда?
— Кай, ну нет у меня точной даты. По ситуации давай.
Старалась увильнуть, переключить тему разговора:
— Что ж, как скажешь. А ситуация такова, что я больше не намерен терпеть твою жизнь на два дома. Выбирай, Дженни: или здесь, или там.
— Это ультиматум? — глаза блестели от негодования.
— Это моя чёткая позиция и нежелание делить тебя с кем-то еще.
— Ты не делишь. У нас с Лисой ничего нет.
Попыталась расстегнуть пуговицы его рубашки, действуя привычным способом:
— Нет, Дженни, нет. Решай.
Он быстро привл себя в порядок и покинул квартиру.
***
— Ты что-то рано. — сухо сказала Лиса, увидев жену на пороге дома — Тебя всё привычнее видеть по утру.
— А ты непривычно трезва. — резко парировала она.
— Что ты хочешь этим сказать? — жестко спросила Лиса.
— Бухать прекращай.
— А тебе есть до этого дело?
Глаза Джен скользили по силуэту брюнетки. Подошла, обнимая её за шею. Она не любила, когда её загоняли в угол. Предпочитала решать сама. Выбирать сама. Губы, руки и тело, в данный момент, столь очевидно выбирали её…
— Играешь? — не отвечая на её поцелуи, спросила Лиса.
— А тебе не нравится? — кусая её за подбородок, ответила она.
— А как же Кай?
— А, может, ты не будешь задавать идиотских вопросов?
Подбиралась губами к её губам. Соскучилась.
— Нормальный вопрос. Я не сплю с чужими женщинами.
Перехватила двумя пальцами её лицо, сжав за скулы. Заставила смотреть себе в глаза.
— Чья ты, Джен? Моя или его?
Закусила губу, принимая вызов:
— А, может, тебе стоит самой показать, чьей женщиной я являюсь?
Уколола. Хотела задеть и задела. Понимала, что играет с ней в кошки-мышки, понимала, что является мышкой.
— Чего ты хочешь, Дженни? — глупый вопрос, скорее для передышки. Для секундной паузы.
— А разве не очевидно? — ответила она, расстегивая блузку.
— Секс и всё?
Чувствовала нарастающее желание. Нестерпимое, жгучее. Плевать, что игралась. Закрывала глаза на весь бэкграунд, на весь антураж.
— Ты стала такой разговорчивой, Лис. Стареешь что ли?
— Сейчас увидишь…
Рывком притянула к себе, скользя губами по шее. Влажная дорожка вдоль ключицы спускалась всё ниже. Пальцы путались в её волосах. Руки Лисы вновь вспоминали её тело. Каждый изгиб, каждую впадинку. Её ладони тосковали по телу Дженни. Сжала плоть. Охнула. Сгорала, как фитиль, готовый взорваться. Потащила за собой на диванчик в гостиной, опрокидывая на себя:
— А мы тут поместимся? — целуя её в губы, спросила Дженни.
— А я тут не собираюсь надолго задерживаться, но до спальни слишком далеко.
Позволила ей быть сверху. Джен запрокинула её руки за голову, удерживая их в запястьях. Сама целовала, сама водила кончиком языка по шее, плечам, груди, спускаясь всё ниже. Одной рукой расстегивая тугую пуговицу на джинсах, второй продолжала держать её руку, не давая касаться тела.
— Я сама. — с тяжелым вздохом прошептала Дженни, прикусывая мочку уха. Сильнее вжималась в неё, тёрлась кошкой.
— Джен. — хриплый голос.
— Я сама. — повторила она.
Зубами тянула собачку вниз на молнии джинс. Кончиком языка проводя по всей площади возбужденной плоти. Застонала. Она не забыла, как любила Лиса.
— Ты меня любишь? — целуя влажные губы, спросила она. — Скажи, что любишь.
— Люблю, конечно люблю. — хриплым шепотом отвечала Лиса.
Отпустила её руки, позволяя трогать себя. Сжала тут же за талию, оставляя следы на боках. Изогнулась. Рывком стягивая с себя штаны вместе с бельем, она быстро перевернула Джен на спину, накрывая её собой.
— А ты не забыла. — прошептала она, проводя пальцем по щеке.
— А ты и не позволяешь забыть.
Вошла резко, глубоко, срывая её первый стон.
— Тише, Джен. Мы всё-таки не в спальне.
— Плевать. — прикусила её за губу, подстраиваясь под быстрый темп.
— С ним тебе хорошо? — не сводила с неё глаз, ища ответ.
— Хорошо. — не пыталась отвести взгляд.
— А со мной?
— Тоже. — приникла губами к её.
— А с кем лучше? — прерывая поцелуй, спросила Лиса.
— Замолчи.
Спрятала лицо, зарываясь носом в пряди её волос. На лбу выступила испарина. По её стонам, по тому, как она царапала её спину, понимала, что Джен близка к финалу.
— Подожди, малышка, не сейчас.
Подхватила её на руки и понесла наверх, перешагивая через ступени.
— Ты с ума сошла, мы же голые. — хихикнула Дженни.
— А в гостиной тебя это не смущало. — хитро улыбаясь, ответила она.
Одной рукой повернула ручку её спальни, шагнула за порог, поставив её на ноги. Закрыла дверь и тут же вжала её тело в неё, поворачивая спиной к себе. Накручивая её волосы на кулак, второй рукой резко вошла, прогибая её тело в пояснице.
— Ты моя, Джен, слышишь? Моя.
Руки скользили по её телу, вызывая дрожь. Несколько глубоких толчков, и она услышала её протяжный стон, а затем кончила и сама. Тяжело дыша, Лиса развернула её лицом к себе, нежно целуя губы.
— Спать, надеюсь, будем вместе? — спросила она, улыбаясь.
— Увы. Я сейчас приму душ и буду собирать чемодан.
Лицо Лисы застыло, словно маска.
— Не поняла, Джен. Это шутка такая?
— Ага, очень не смешная. Я ухожу, Лис. Окончательно. Детали развода давай обсудим в другой раз. И, желательно, не в постели.
Она провела кончиком пальца по её лбу, стирая капельки пота:
— Хотя, можно рассмотреть и этот вариант.