Тебе не позволено меня убивать! [возрождение] / 你不许凶我！

Карета, в которой они втроем ехали, через некоторое время остановилась у дверей особняка. Чжу Хуа сначала сказал Фу Юаню "извините", а затем попросил управляющего поприветствовать их двоих, чтобы они сели. Нервничая, он приказал своим подчиненным внести два горшка с пионами.

Фу Юань и Чу Сянтянь последовали за управляющим в главный зал, чтобы отдохнуть. Подав чай, они отошли в сторону и стали ждать. Чу Сянтянь с интересом огляделся. Семья Чжу в округе Фэншуй была богатой. Почти 99% оружия, произведенного семьей Чжу, было доставлено ему, но его было слишком мало, и только его собственные солдаты могли заменить.

Он несколько раз упоминал императору, что хочет увеличить количество оружия. Он слышал, что император также несколько раз посылал людей на вербовку, но семья Чжу сказала, что рабочая сила ограничена, а двору каждый год требуется слишком много оружия, и это действительно бесполезно. Императорский двор воспользовался возможностью отправить мастеров на учебу. У семьи Чжу не было выбора, но после возвращения оружие, отточенное в соответствии с этим методом, всегда уступало семье Чжу.

Чу Сянтянь только слышал его имя, и видеть, никого не видел, но он не ожидал встретить мастера семьи Чжу в этом маленьком округе Нанмин.

После того, как Чжу Хуа осторожно поставил два пиона, он бросился в главный зал и извинился, как только вошел в дверь: - Вы двое долго ждали. Я действительно не могу быть уверен, что мои подчиненные позаботятся о них обоих.

Фу Янь вежливо сказал, что это пустяки.

- Я уже попросил приготовить банкет. Вы пообедаете вместе со мной? - спросил Чжу Хуа с улыбкой.

Они уже прибыли, и Фу Юань не стал отказываться, а кивнул и согласился.

Чжу Хуа искренне поблагодарил г-на Фу. Повар приложил много усилий для приготовления обеда. Выбор ингредиентов, не говоря уже о деликатесах гор и морей. Это однако очень ценно, а вкус был еще лучше. Гости и хозяин,  наслаждались едой. Во время еды обе стороны, вновь представили друг друга, что можно рассматривать как официальное знакомство.   Чжу Хуа попросила управляющего записать свое имя и передал его Фу Яню:

 - У брата Фу, вероятно, нет недостатка в этих золотых и серебряных посторонних предметах. Я буду обязан вам в первую очередь. Если есть место, которое нуждается в моей помощи в будущем, просто приходите ко мне, и я сделаю все возможное.

Фу Янь торжественно отложил приглашение и обменялся несколькими словами с Чжу Хуа, прежде чем сказать, что их ждут несколько друзей, и они должны идти первыми.

На этот раз Чжу Хуа больше не стал задерживать людей и вежливо отослал их. Перед уходом Фу Юань подумал о двух пионах и передумал. Лучше было помочь взглянуть перед уходом, поэтому он временно передумал и сказал: - Я не знаю, удобно ли мне снова пойти и посмотреть на два пиона?

Чжу Хуа, естественно, обрадовался, улыбнулся и повел их на задний двор посмотреть на пионы.

Два пиона были посажены на заднем дворе хорошими учениками. Большие и глубокие цветочные горшки наполовину зарыты в землю, и только маленькая половина открыта. Вэй Цзы, которого укусил жук, очевидно, утром не было сил, и он выглядел немного поникшим.

Яо Хуан нервно зазывал его со стороны: - Вэй Цзы, Вэй Цзы, Вэй Цзы... ты можешь поговорить со мной.

Голова Вэй Цзы опустилась, все его тело чувствовало себя неловко: - Не шуми! Я не могу умереть.

Яо Хуан: - О...

Через некоторое время его снова позвали: - Вэй Цзы, Вэй Цзы, Вэй Цзы...

Вэй Цзы: "......"

Вэй Цзы больше не хотел обращать на это внимание и промолчал.

Он не издал ни звука, и Яо Хуан внезапно занервничал еще больше. Когда Фу Янь наклонился, он услышал, как Яо Хуан кричит множеством голосов, и уголки его рта дернулись. Фу Янь притворился, что тянет ветви и листья Вэй Цзы, чтобы проверить.

Вэй Цзы, который до этого не издавал ни звука, вдруг прошептал: - Мне не будет больно, если ты прикоснешься ко мне.

Корневая система была укушена. Хотя это не было смертельно для него, боль была не меньше. Приступы боли лишали его возможности говорить, но когда человек, стоявший перед ним, прикоснулся к нему, он почувствовал, что боль в корне, казалось, значительно уменьшилась. 

- Ты можешь прикасаться ко мне чаще, - прошептал Вэй Цзы и с нетерпением ждал Фу. Только что этот симпатичный человек обнаружил, что с ним что-то случилось, и теперь Вэй Цзы не мог не ожидать, что Фу поймет его.

Рука, которую Фу Юань собирался убрать, остановилась, а затем осторожно погладила его стебли и листья.

Вэй Цзы действительно уютно фыркнул, и его голос стал намного энергичнее, когда он это услышал.

Притворившись, что тщательно "проверяет" весь пион, Фу Юань прислушался к жужжащему голосу Вэй Цзы и сказал обращаясь к Чжу Хуа: - Большой проблемы нет, просто позаботься об этом в будущем.

Чжу Хуа был вне себя от радости. Теперь он уже определил, что Фу Юань был мастером посадки пионов, поэтому отпустил его, когда услышал, как тот сказал, что серьезных проблем нет.

Когда он уходил, Вэй Цзы особенно неохотно отпускал Фу и застенчиво спросил Фу, не хочет ли он забрать его домой. У Фу Яня дернули уголки рта, притворился, что не понимает, и вышел вместе с Чжу Хуа.

Чжу Хуа отправил их каретой в гостиницу. Услышав, что все  ждут их в вестибюле, Фу Юань объяснил все тонкости, и все уверенно отправились отдыхать.

Чу Сянтянь посмотрел на профиль лица Фу Юаня, всегда чувствуя, что, казалось, было все больше и больше вещей, которые молодой мастер не мог увидеть .

Держа его за руки, он вдруг спросил: - Ты все еще можешь выращивать пионы? Почему я никогда не видел этого, когда был в доме Фу?

Сердце Фу Юаня забилось, его челюсть сжалась, и он нервно сказал: - Все это было раньше, и Вэй Цзы, которого выращивали, мог умереть.

Чу Сянтянь посмотрел на взволнованный взгляд, который у него был, и не было времени скрыть. И в глубине души он знал, что молодой мастер определенно что-то скрывает.  Глядя на его нервное выражение лица, Чу Сянтянь не стал вникать в суть, а тихо сказал "О", и больше ничего не произнес.

Он больше не задавал вопросов, и маленькое сердечко, о котором упоминал Фу Юань, мигом встало на место.

Отдохнув в гостинице в течение ночи, все отправились обратно в город Сифан ранним утром следующего дня.

Когда они уезжали, было шесть человек, а  вернулось только четверо человек. Сяо Цяо осталась, чтобы управлять двумя рисовыми магазинами в городе. Чан Си  остался с Сяо Цяо и не вернулся.

Махнув им двоим рукой, Фу Юань опустил занавески в карете, и она, покачиваясь, направилась в город Сифан.

Его не было несколько дней, и теперь он наконец-то хотел вернуться.

******

Когда  возвращался, он не спешил. Карета много останавливалась  и потребовалось почти три часа, чтобы вернуться в дом Фу. Получив новости, Фу Юцинь и Фу Шуюэ с тревогой поприветствовали их.

Фу Янь вышел из кареты, поспешно подошел к матери и  остановился, почесал лицо и улыбнулся: - Мама, сестра, я вернулся.

Фу Шуюэ коснулась его  щеки и вздохнула: -  Снова похудел.

- Где я похудел? Фу Юань  коснулся своей щеки. Последние несколько дней он был очень счастлив. Он убрал моль в магазине. Он мог съесть еще две миски еды, так почему же он похудел?

- Мама, ты в добром здравии?

Фу Юцинь ответила : - Доктор посмотрел и сказал, что все в порядке.

Мать и сын стояли в дверях и долго разговаривали, прежде чем поняли, что их все еще ждут двое гостей, а затем с улыбкой поприветствовала их.

Пусть кухня приготовит для них банкет, чтобы поднять ветер и смыть пыль. Во время еды Фу Юань внимательно рассказал матери об урожае на этот раз.

Выражение лица Фу Юцинь было сердитым и смешанным с облегчением. Что ее разозлило, так это то, что она не ожидала, что эти люди будут такими смелыми. Отрадно было то, что Фу Юань справился с этими вещами всего за несколько дней, и даже с людьми, которые связали ей руки, были найдены. Это намного лучше, чем она ожидала. Ситуация стала намного лучше.

- Кстати, мама, - у Фу Юаня на самом деле была другая идея. Поскольку он упомянул об этом сейчас, он сказал это вместе: - Гуань Ли умолял чтобы я его отпустил, вместо этого он, рассказал о людях  с которыми он был связан, во всех магазинах и на ферме.

Фу Янь достал из-за пояса тонкий листок бумаги и расправил его. Это было прислано ему магистратом, в котором говорилось, что это преступление, в котором признался Ли Гуань.

В общей сложности выше перечислены имена пяти человек, четверо из которых руководят магазином, а один является заместителем главы фермы в городе Сифан.

- Я собираюсь собрать их всех вместе и проверить этих управляющих, те, кто пройдет проверку, останутся, а те, кто потерпит неудачу... будут заменены. Что касается этих продажных мотыльков, их нужно поймать публично и позволить другим увидеть, что происходит.