Чтобы спасти тебя

  Темные мешки под глазами, лицо бледного оттенка, губы искусаны... Я рассматривала себя в зеркале после бессонной ночи. Мягко говоря, выглядела я не особо презентабельно. Хотя, кому я вру? Если я сейчас в таком виде вышла бы на улицу, то меня могли бы счесть за пьянчужку, которая уже несколько дней не просыхает. Но все оказывается намного проще – я целую ночь не сомкнула глаз.Причиной этому является некое послание, которое я получила около десяти часов назад.

То, что я там прочитала сначала шокировало меня, потом я испугалась, а после попыталась успокоиться и поспать, но, как вы уже знаете, это у меня не получилось. Всю ночь я пыталась понять суть послания, десятки раз перечитывала его под светом ночника. «...появляешься не в том месте и не в то время», «оказываешься дочерью такого известного в узком кругу человека» - эти фразы пугали своей загадочностью. Но больше всего пугала другая фраза – «Надеюсь, мы скоро познакомимся». Кем бы не являлся этот человек, желания встретиться у меня с ним не было. Определенно не было.

Переодевшись в свои любимые спортивные домашние штаны и черную футболку, я начала расхаживать по дому и приводить его в порядок. Вокруг были разбросаны фантики из-под конфет, упаковки от «вредной» пищи и бутылки из-под «Кока-Колы». Решив, что с завтрашнего дня я начинаю нормально питаться и возобновляю свои утренние пробежки, я завалилась на диван и включила огромную плазму, но, видимо, пересмотреть в десятый раз любимый фильм мне не суждено. Мое так называемое «занятие» нагло прервал звонок. Резко выдохнув, я направилась открывать дверь. На пороге красовался Юрий Стицкий собственной персоной с пакетом в руках. Я заметила, что на улице довольно-таки сильно похолодало и опять шел снег, а парень весь промерз. Поэтому я быстро пригласила его в дом и приготовила чай дабы согреться. Мы сидели в гостинной на диване, где я ранее хотела посмотреть фильм, и ели мандарины, которые Юра принес с собой.

- Как Полина? – прервала я неловкую паузу.

- Злится, но это ее привычное состояние. И да, она передала тебе:«Спасибо», - усмехнулся он, - Ты ее вчера здоровски поддержала.

- Если бы я ее вчера не «поддержала», то она бы валялась в снегу и вы бы ее намного дольше искали, - засмеялась я, он тоже не удержался и улыбнулся.

- Тебе уже лучше? Ну, в смысле, когда вернешься к учебе? – я увидела, что он хочет еще что-то спросить, но не решался.

- Да, я уже практически здорова. В понедельник уже буду в институте, - мне было неловко с этим человеком, и я видела, что ему со мной тоже. Он сидел напротив меня, но не смотрел мне в глаза, - Юр, ты хотел еще что-то спросить? – не выдержала я.

Я заметила мимолетную улыбку на его губах, но она вмиг исчезла, а его глаза стали холодными и непроницательными. Будто он переключился с режима «Хороший мальчик» в режим «Опасный парень», я нервно сглотнула, когда он наконец-то посмотрел мне в глаза.

- Да. Я пришел к тебе по делу, - я расстроилась, и я ненавидела себя за это чувство, я ведь дура наивная думала, что он пришел сюда, как говориться, по доброте душевной, но нет.

- И по какому же? – я пыталась скрыть разочарование в голосе, поэтому говорила как можно холоднее.

- Твое отчество Викторовна? – спросил он, на что я кивнула и нахмурилась, а потом заметила будто он расстроился, – Где сейчас твой отец?

- С чего бы это тебя так интересует?!

- Можешь просто отвечать на вопросы? – все тем же холодным тоном спросил он.

- Я не буду отвечать! Что тебе от него нужно? Ты кто вообще такой? – я не знаю, от чего я так разозлилась, но эти вопросы выводили меня из себя. Я просто не понимала для чего эти вопросы.

- Слушай, Ян, - он пытался успокоиться и опять отвел взгляд в сторону. Он смотрел куда угодно, только не на меня, - Мне правда нужны ответы, я не могу сказать тебе, зачем мне нужно все это знать, но... Те люди просто так этого не оставят.

Сказать, что я была в шоке – это ничего не сказать. Какие такие люди? Не те ли, которые хотели меня тогда прикончить? Не те ли люди, с которыми Стицкий избивал тогда мужчину?

- Чего они не оставят? Твою мать, Стицкий! Да что ты за человек такой? Не трогай меня, ясно? Не трогай мою семью, - последнее слово далось мне нелегко, потому что я уже давно поняла – никакой семьи уже давно нет. Я и мой отец разрушили ее. Разрушили то, что так тяжело собирала мама, но все же отец не был мне посторонним человеком.

- Я понимаю твое состояние, но все же я прошу довериться мне, - спокойно произнес он.

- Довериться?! – нет, ну это немыслимо! С какого перепуга я должна это делать? Но вместо этого я спрашиваю, - Те люди? Те люди, с которыми ты работаешь, да? Кто ты, черт тебя дери, Стицкий? – закричала я, резко встав с дивана, - Из-за тебя у меня одни проблемы! Сначала мне присылают какое-то непонятное письмо, в котором упоминается мой отец, а теперь и ты! Какого хрена вы от меня хотите? Какого хрена вы хотите от моего отца?

Я еле сдерживалась, чтобы не зарядить ему. Мне стало страшно за саму себя, а парень оставался невозмутим ровно до тех пор, пока я не упомянула о письме.

- Какое письмо? – он тоже поднялся с дивана и теперь стоял напротив меня.

- Будто бы ты не знаешь! Вали из моего дома, иначе я вызову полицию! – пригрозила я.

- Плевать я на них хотел! Успокойся же ты! – он так закричал, что я опешила и села обратно. Теперь я смотрела на него снизу вверх, - Теперь скажи мне, о каком письме ты говорила, - он произносил слова таким тоном, будто я душевно больна, а затем сел на корточки, - Что за письмо? Кто тебе его принес и когда? За тобой никто не следит?

- Вчера... сейчас, - я быстро подскочила и побежала искать письмо. Что-то в его словах меня убедило, хоть я и видела, как тогда он избивал мужчину, да и до того случая в кафе, когда он извинился, я его боялась, но все-таки теперь я почему-то ему доверяю. Почему? Мне самой стоит в этом разобраться, причем побыстрее, иначе я сойду с ума.

Я быстро нашла письмо и передала его Юре. Я видела, как он опять начинает заводиться, и невольно сильнее прижалась спиной к спинке дивана.

- Ян, я тебя очень сильно прошу, ответь мне на вопросы, ладно? – я махнула головой, а он продолжил, - Твой отец Гранатов Виктор Петрович?

- Да.

- У него свой бизнес, да? Ты знаешь, чем он занимается?

- Что за тупой вопрос? Какая-то строительная компания, я не в курсе. Никогда этим не интересовалась, - мне стало немного стыдно от того, что я так мало знаю о своем отце.

- Строительная компания, значит? – хмыкнул он.

- А что? – с вызовом спросила я, а потом через несколько секунд осмыслила, насколько это выглядело глупо и по-детски.

- Твой отец – совсем не тот человек, которого ты знала всю жизнь.

- Слушай, я не намерена выслушивать твои бредни! Ты чего сюда пришел? Ишь, придумал сказку, переживает он. Конечно! Вон! – закричала я.

Я просто была в шоке. За кого этот парень меня принимает? Он думал, что я поверю его словам? Но все-таки, какое-то зернышко сомнения он во мне посеял.

- Я еще раз прошу тебя мне довериться, - было видно, что он теряет терпение и мне стало не по себе, я уже видела Юру в ярости. Еще раз увидеть это у меня желания совсем нет. Я успокоилась и присела поудобнее на диван, ожидая, что он попытается мне хоть что-то объяснить. Но он, видимо, решил уйти, что меня порадовало, а с другой стороны – немного огорчило.

- Ладно, - он поднялся и последний раз посмотрел мне в глаза, - Если они заинтересовались тобой, значит, ты попала.

Стицкий поднялся и решительно направился к двери, но я решила, что не дам ему просто так уйти. Последней репликой он напугал меня до чертиков! Куда я попала?

- Ты никуда не пойдешь, пока не объяснишь все! – я перекрыла ему дорогу и приподняла голову, чтобы смотреть ему в глаза, я, наконец-то, была решительна.

- Я объясню тебе, - он наклонился и взял меня за плечи, - но только попозже, - Боже, его взгляд заставляет меня забываться, эти чертовы глаза! – Я спешу.

Уже через минуту он ушел, а я так и осталась стоять в полном замешательстве. Пыталась все обдумать, но я и половины сказанного парнем не поняла.

- Черт!

Я упала на колени и прикрыла глаза ладонями.

Мне страшно. Опять боюсь. Но только теперь это не тот страх, который я чувствовала тогда, в клубе. Теперь это страх от неведения.