Чтобы спасти тебя

  Через два дня, после того, как ко мне в гости приходил Стицкий, я заскучала. Два дня подряд температура не падала ниже тридцати семи градусов, а сегодня – о, чудо! – тридцать шесть и шесть. Как доктор прописал. Поскольку на улице была просто потрясающая погода и чувствовала я себя хорошо, то решила прогуляться в парке, который находится недалеко от моего дома. Идея показалась мне настолько хорошей, что через полчаса я уже была готова. Не сильно заморачиваясь с одеждой, я надела теплый свитер цвета шампань, узкие темные джинсы. Чтобы не замерзнуть, кроме своей любимой зимней черной куртки, которая казалась на пару размеров больше положенного, я завязала темно-синий шарф и в тон ему вязаную шапку. Быстро обула черные сапожки на скрытой платформе и выбежала на улицу. Сразу же меня ослепил солнечный свет, который отражался практически везде. Снег до сих пор лежал, чему я была чрезмерно рада.

Где-то с полчаса я просто бездумно бродила по парку и слушала музыку. Я сунула руки в карманы и присела на близлежащую скамейку, начала отбивать ритм. Но мое занятие нагло прервали, вытащив наушники из их законного места. Это была Миндалёва, она плюхнулась возле меня на скамейку.

- Привет, Королева, - меня даже ничуть не задело ее приветствие. Я уже привыкла, - Давно тебя не видела. Говорят, ты болеешь?

- И кто же такое говорит? – без какого-либо интереса спросила я, потому что знала, кто ей сказал - ее брат.

- Подловила, - она глупо хихикнула. Еще я заметила, что она была немного не в себе – от нее несло спиртным, - Пойдем со мной в кафе, здесь холодно. Поговорим по-девчачьи.

Я немного замялась.

- Ээ, у меня еще дела, - я попыталась отмазаться.

- Да ладно тебе! Это не займет больше часа!


Я все же неохотно согласилась. И как только к нам уже подошел официант и начал принимать заказ, я тут же пожалела, что пошла на поводу у рыжей. Она заказала бутылку красного сухого вина и фрукты, я попросила чашечку чая и пирожное «Мальвина».

Полина налила себе в бокал вина, а я отказалась. Причину я нашла быстро, сказав, что пью антибиотики, и ,естественно, мне нельзя спиртное. Пока что я просто не понимала, что я здесь делаю, но не могла покинуть ее в таком состоянии: у нее уже начал запутываться язык.

- Знаешь, твой Юра – козел! – начала она достаточно громко, другие посетители обернулись.

- Он не мой, насколько я знаю, он твой брат, - я говорила шепотом и немного сползла на стульчике.

- К сожалению, - громко выдохнула Полина, - Но я его все равно люблю. Но скажи, он разве имеет право лезть в мою личную жизнь? – девушка оперлась подбородком на одну руку, а в другой держала бокал.

- Не имеет, - я знала, что если человеку нужно выговориться(и при этом он еще пьян!), то нужно просто выслушать, тогда он быстрее успокоится.

- А ты представь, он сегодня заявляется к Андрюше... Андрюша – мой возлюбленный и его, кстати, лучший друг! Так вот, заявляется он к Андрюше, а когда увидел, что мы просто пьем чай, устраивает скандал! Видите ли, Андрей с той же компании, что и он. А компания у них очень плохая. И он переживает! Ублюдок. Ублюдок твой Юра! – ее язык уже путался, и я еле-еле разбирала слова, - Этот Стицкий просто не хочет, чтобы я влюбилась в Андрюшу. Но я уже влюбилась, понимаешь?

Прошло еще минут десять, и она все не переставала толковать мне, какой Стицкий козел, мудак, ублюдок, подонок и тому подобное.

- А чем так плоха их компания? - я решила разузнать о Стицком от его сестры детали, которые меня мучили, потому что он сам вряд ли мне что-нибудь рассказал.

- Долгая история, дорогуша, очень долгая...

- Мне показалось, что у нас есть время, - я попросила еще один бокал и налила себе вина, - Расскажи мне.

Я понимала, что поступаю некрасиво по отношению к Юре, но я ничего не могла с собой поделать. Такой шанс дается раз в жизни, сейчас Полина может ответить на все вопросы, которые меня мучали в последнее время.

- Понимаешь, отец Юры был очень влиятельным человеком когда-то, но потом его не стало. Его убили, хоть и в заключении о смерти написано, что «несчастный случай». Его дружок его и убил. А дядя Денис оставил за собой крупный должок, и теперь Юрочка отмывает долг грязными делишками, а у моего Андрюши похожая ситуация.

Это первое и последнее, что я узнала из ее уст до того, как девушка не начала петь и плакать. Я быстро оплатила счет, одела ее и вывела на улицу, пока нас просто не выгнали оттуда.

- Поль, где ты живешь? Поль! Миндалёва, мать твою! – рыжая повисла на мне, хоть она и казалась достаточно миниатюрной, но и я не была силачом, а еле стояла.

Она пробормотала что-то не на нашем языке и дальше повисла на мне. Одной рукой я пыталась ее поддержать, а второй я шарила по ее карманам. Пыталась найти телефон и, хвала небесам, я сделала это достаточно быстро. Быстро пошарив в контактах, я нашла «Братик» и нажала кнопку вызова. Юра быстро ответил.

- Поль, какого черта, ты где? Идиотка, я переживал, - громко заорал парень, отчего я отодвинула телефон от уха.

- Это не Полина, это Яна. Не мог бы ты подъехать к «Триаде», забрать свою сестру?

Он немного помолчал, но все же ответил:«Буду через десять минут», а потом сбросил. Черт, не думала, что безобидная прогулка по парку превратится в такой спектакль. Миндалёва еле-еле стояла на ногах и то, с моей помощью. Я в это время проклинала Стицкого за то, что он так медленно едет, и подумывала возобновить свои пробежки, а то я уже вся запыхалась, пока поддерживала Полину.

Через некоторое время к нам подъехала машина марки Мерседес серого цвета. Оттуда вышел Стицкий и еще кто-то. Это был парень примерного возраста Юры, но со светлыми волосами, он был немного выше Стицкого. Незнакомец подошел к нам и, подняв девушку на руки, понес к машине. В это время Полина начала его обнимать и все твердить: «Андрюша... Андрюшенька». Несколько раз она перед ним извинилась, а потом парень запихнул ее на заднее сидение.

- Завтра ей будет, определенно, стыдно, - возле меня появился Юра.

- И будет болеть голова, - я усмехнулась, - Слушай, Юр. Ты извини меня за мое поведение, когда ты пришел меня навестить, ладно?

- Мир? – он протянул мне мизинец, как в детстве, ей-богу.

- Мир! – я тоже протянула палец и хохотнула.

- Как самочувствие?

- Уже намного лучше, но, думаю, что до конца недели еще проваляюсь дома, а с понедельника с новыми силами на учебу.

- Тогда, я думаю, ты будешь не против, если я тебя завтра навещу? С фруктами, – он улыбнулся одним уголком рта, от чего на щеке появились ямочки.

- Ну раз с фруктами, то мандарины будут кстати, - я кивнула головой в знак согласия.

Из машины показался парень и обратился к Стицкому:«Долго еще?», на что тот лишь махнул рукой, мол «подожди».

- Тебя подбросить? – спросил меня брюнет.

- Нет, мне здесь буквально пять минут пешком. До завтра? – с улыбкой спросила я.

- Да, конечно. До завтра, - он еще раз мне улыбнулся, потом побежал к машине.


Всю дорогу домой у меня было потрясающее настроение, я все время лыбилась, как идиотка, и напевала незамысловатую мелодию. Но как только я подошла к порогу дома, мое настроение тут же исчезло. На пороге лежал какой-то конверт, сверху накрытый кирпичом, видимо, чтобы легкую бумагу не сдул ветер. Я оглянулась по сторонам, но никого не заметила. Быстро схватив конверт, а кирпич отбросив в сторону, я забежала в дом. Разделась и зашла в гостинную, только тогда позволила себе открыть конверт. Там была небольшая записочка, она гласила:«Сначала появляешься не в том месте и не в то время, а потом оказываешься дочерью такого известного в узком кругу человека. Невезучая ты, Яночка. Надеюсь, мы скоро познакомимся.»

У меня задрожали руки, а в голове помутнело. Было столько вопросов, но озвучила я только один.

- Что за хреновина?