14.
я вскочила с кровати в холодном поту и отдышавшись, вышла из комнаты. —саш? ань? кто нибудь!
с гостиной вышла мать. все такая же изуродованная и страшная, видимо кошмар не прошел.—я не хочу тебя видеть! убирайся, живо убирайся отсюда!
я на эмоциях начала швырять горшки с цветами, ударять руками об двери и ломать все, что попадется мне под руку, тем самым я случайно толкнула женщину назад, но я тому сильного значения по началу не придала, так как мой гнев выливался через все щели. глухой удар раздался по квартире. глаза мамы расширились, она ударилась затылком прямо об угол дверного косяка и скатилась на пол. на том самом месте в проеме между коридором и залом текла ручьями кровь.
—мама? мамочка!— я подскочила к женщине, упав на колени и быстро осмотрев ее голову. абсолютно холодная кожа, соломенные волосы, синие губы и наличия пульса не оказалось. но все же, женщина открыла усталые глаза и вцепилась в мою глотку. она повалила меня на пол, и как бы я не старалась сопротивляться, у меня все же не вышло.
***
один и тот же кошмар повторялся тысячу раз. и что бы я не делала, исход один и тот же. я словно застряла во сне, каждый раз умирая и просыпаясь. я спрыгивала с окна в этих иллюзиях, пыталась запереться или спрятаться, но все тщетно.
мать пырнула в мою шею нож и я уже приняв ситуацию, снова закрыла и открыла глаза. только вот проснулась я далеко не в кровати. у правого уха пищал прибор, показывающий мой пульс и давление. белые стены, белый потолок, больничная койка и до ужаса противный запах лекарств. в мою руку был воткнут катетер, при помощи которого в мою кровь поступало какое-то вещество. тишина, и лишь этот противный равномерный писк воцарил в палате напряжение.
я похлопала глазами, в палату зашел врач.—оу, кая романовна, вы наконец очнулись?! слава господу богу! как себя чувствуете?
—очень пить хочу— хриплым голосом прошептала я.—я попрошу медсестру принести вам воды. мне позвонить вашим друзьям?
—была бы признательна.—я поджала губы, желудок заурчал. мужчина лишь кивнул и вышел из палаты, а я принялась дремать. уже через пятнадцать минут в палату буквально влетели аня с лешей.—господи, кая, слава тебе господи! как ты, родная? как де я переживала!
девушка обняла меня, тут же прослезившись.—я так ждала нашей встречи, без тебя столько всего случилось..!
брюнетка поменялась. ее волосы были коротко подстрижены и совсем уже не темные, больше светло-русые.. шатен вытянулся, волосы его стали намного темнее и перестали быть кудрявыми. он улыбался, а выше его губ блестели усы. они стояли по обе стороны от меня, разглядывая мое лицо.—я так рада вас видеть.. у вас нет воды? я словно не пила несколько лет, хаха.. вы так поменялись за эти несколько дней! прически сменили, так вытянулись и похорошели!
друзья переглянулись. в их глазах уже не было той искры, что была раньше. лишь обычный, порой грустный взгляд, потухнувший давно фитиль. аня поджала губы и достала из сумки бутылку с водой.—дело в том, что.. не пару дней прошло.
я поперхнулась напором воды, который набрала с быстрой скоростью.—прошло
три года, кай.. три года мы жили без тебя.
мои глаза выросли настолько, что глазные яблоки уже было выпали наружу. —три года?! вы де пошутили, да?! где саша?
—нет, каюш, это не шутки. за это время многое поменялось, ты многое пропустила..—девушка присела на койку, взяла мою руку и бросила взгляд на деревяшкина. —но ты не переживай, тебе нельзя! я записывала все в дневник, чтобы ты могла прожить снова то, что пропустила. там получилось все как в книжке, но все же..
русая достала из сумочки толстый блокнот и протянула мне.—прочитай обязательно. мы пойдем, еще зайдем к тебе..
я выдохнула. что за идиотизм? какие два года, ночи четыре максимум прошло! я принялась читать книгу от подружки.
« 7 января.
каюш, привет. сегодня ровно три дня как ты впала в кому. мои слезы уже кончились, но панические атаки все равно настигают. леша поддерживает меня, а вот саша.. для него обернулся твой «уход на отдых» хуже всех. он оборвал связь со всеми, непонятно где шатался, потому что дома его не было и нет до сих пор. мы искали его по всему городу, но все тщетно. слышала от кого-то из друзей, что он начал принимать запрещенные вещества. всем трудно, но это не выход. может конечно это и слухи, но-о..
10 января.
нам все также плохо, саша объявился вчера. ну, быть точнее, мы увидели его на улице на другом краю москвы. он сидел на лавочке, возле него болтались от ветра бутылки алкоголя. пустые бутылки от алкоголя, ты представляешь! в руках окурок сигареты, а глаза.. кай, его глаза были очень, мать его, широки.. слава богу, ты не видела. обросший щетиной, весь грязный и угрюмый блондин, глазу противно! мы с лешей подошли к нему. он ударил сашу по лицу, а тот лишь опустил голову, не в силах даже посмотреть в наши глаза. я зарыдала. я представила на его месте себя, а потом лешу.. кстати о леше, он очень был зол. он сказал: «да чтоб тебя, чертов парадеев! вот это выход для тебя, да?! тебе же одному плохо, конечно, пожалеем сашеньку! а вдруг она поправится? она даже видеть тебя не захочет, идиот! пошли, ань». я помню дословно. он не простил сашу и не собирается с ним общаться. а я.. а что я? я ничего!
18 января.
уже много времени прошло, а ты все еще спишь.. прости, я долго не писала, заболела сильно и не могла погрузиться в написание новостей для тебя. так вот, о чем это я. позавчера я встретила сашу. он все также ужасен, с красными роговицами глаз, от него пахло никотином, мерзость. не такого сашу я знала. он остановил меня на улице, догнал и схватил так сильно за руку, что я аж всхлипнула! он вставал на колени, держал меня за руки, плакал и о чем-то молил. он молил меня простить его, что он так больше не будет, что он поменяется. ну и я.. я поверила ему. не знаю, насколько это правильно по отношению к леше, но я посчитала правильным сделать это по отношению к тебе. я должна попробовать его исправить, ради тебя. и я сделаю все, обещаю!