45
Мелисса
Прошел всего один день.
Двадцать четыре невыносимых часа с тех пор, как Пэйтон положил конец тому… чем бы мы ни были. А я уже чувствую себя потерянной, не слыша о нем каждые полчаса. Я как одинокий моряк, дрейфующий в море. Без компаса. Без карты. Только хрупкое сердце, посылающее сигналы бедствия в ночь.
Вопрос только в том, является ли Пэйтон Мурмаер маяком, направляющим меня домой… или штормом, затягивающим меня под воду.
Он сказал, что я боюсь.
И это убивает меня.
Потому что он прав.
Я боюсь.
Боюсь впустить его. Боюсь любить его всем своим израненным маленьким сердцем. Боюсь, что однажды он уйдет. Осознать то же самое, что и моя мама в день, когда родилась Эшли. То же самое, что и мой отец, когда смешал обезболивающее с бутылкой своего самого старого бурбона…
Что меня недостаточно.
Меня никогда не будет достаточно.
Я ловлю себя на том, что расхаживаю по комнате Нессы в попытке отвлечься, пока мой взгляд не падает на красную листовку, которую ранее моя лучшая подруга бросила на прикроватный столик.
Я поднимаю ее, подавляя смех.
Джей действительно выложился по полной, да?
Вечеринка по случаю дня рождения Несся.
Вечер субботы.
Дом Хосслеров.
Баскетбольная команда провела большую часть прошлой недели, по распоряжению Джея раздавая приглашения на вечеринку по случаю дня рождения Нессы. Эти чертовы листовки можно было найти по всей школе. Бедных уборщиков точно ждал сюрприз.
Чем руководствуется Джей?
Не каждый день девушке исполняется восемнадцать.
Хотя что-то подсказывает мне, что предложение Джея провести вечеринку в его особняке имеет гораздо большее отношение к тому, что эта девушка – воздух, которым он дышит. Любой, кто в курсе их расставания, знает, что парень вырвал бы бьющееся сердце из своей груди и отдал его Нессе, если бы та только попросила.
О, я уже упоминала, что эти двое до сих пор официально не вместе?
Сейчас это просто смешно.
Мой желудок урчит, и я вспоминаю обещание моей лучшей подруги выйти из душа через пять минут – а прошло уже тридцать. Мы должны были собраться у нее дома, а затем поужинать с ее семьей, прежде чем отправиться на вечеринку.
К черту все, думаю я, когда мой желудок начинает слишком громко урчать, и выхожу из спальни Нессы, чтобы встретиться с Гейтеном и Дейвом на кухне. Восхитительный запах пасты альфредо щекочет мои ноздри, едва я вхожу и осматриваю пустую кухню.
Такое не каждый день увидишь.
В будние дни дом Нессы наполнен шумом, жизнью, ссорами – чего еще можно ожидать от семьи из шести человек, – но Каталина, старшая сестра Нессы, каждые выходные проводит у своего парня, а Джесси редко возвращается домой из колледжа. Что насчет младшего брата Нессы, Чарли, он ночует у бабушки с дедушкой.
Гейтен, отец Дии, стоит у плиты, на талии повязан фирменный черно-белый фартук с названием ресторана, которым он владеет. Одной рукой он помешивает пасту, другой держит бокал, из которого потягивает красное вино.
Полагаю, Дейва в последнюю минуту вызвали на работу. Он пожарный. Сделав шаг вперед, я собираюсь поздороваться, когда Гейтен говорит:
– Несса, да поможет мне Бог, если ты еще раз проторчишь столько времени в душе, я выставлю тебе счет за воду за этот месяц.
Я смеюсь.
– Обязательно передам ей.
Гейтен вздрагивает от неожиданности, оборачиваясь.
– О, Мелисса, дорогая, это ты. Прости, я думал, что это Несса, – он раскрывает руки, и я, не раздумывая, бросаюсь в его в объятия.
Не могу вспомнить ни одного раза, когда я пришла в дом Баррет, а Гейтен не обнял меня. Этот мужчина мне как отец. Он теплый, пушистый, утешающий папа-медведь. Это иронично, учитывая, что он вышел за сварливого Дейва – серьезно. Так его называют люди в городе. Дейв почти никогда не улыбается, кроме как с Гейтеном и своими детьми.
– Она все еще в душе? – раздраженно спрашивает Гейтен, но у меня не появляется возможности ответить, потому что он добавляет: – Пожалуйста, скажи, что присоединишься к нам за ужином. Дейву пришлось уйти, остальные разошлись на ночь, а у меня столько еды, что хватит накормить целую деревню. Ты не поможешь старику?
– С удовольствием, – я хихикаю, когда он отстраняется, его большие ладони обхватывают мои плечи, как будто для того, чтобы хорошенько рассмотреть меня.
– Боже мой, – выдыхает он.
– Что? – беспокоюсь я.
– Твои волосы.
Его реакция заставляет меня усомниться во всем.
Неужели я совершила ошибку, отправившись сегодня вместе с Нессой в салон? Она уже давно хотела покрасить черные волосы в синий металлик, и, учитывая, что ее день рождения не за горами, я решила, что это будет идеальным подарком для нее.
Но потом дама спросила, не хочу ли и я чего-нибудь.
И следующее, что я увидела, – как мои каштановые волосы длиной до ягодиц приобрели дерзкий золотисто-розовый цвет. Наверное, я просто подумала… что мне нечего терять? Мама не может разочароваться во мне сильнее, чем сейчас, а единственный парень, который мне когда-либо нравился, больше не хочет иметь со мной ничего общего.
Кроме того, в детстве я мечтала покрасить волосы. Всегда приставала к маме, чтобы она выкрасила мне всю голову в красный, синий или любой другой цвет, который мне нравился в тот месяц. В день, когда я нашла отца в гараже, я только-только покрасила кончики.
Помню, я почувствовала себя такой беспомощной, когда схватила его за руку.
Он был таким холодным.
Таким… мертвым.
После этого я больше никогда не красила волосы.
До сих пор.
– Да, – я краснею. – Вроде как поддалась порыву. Что думаешь? Попадание или промах?
– Что за вопрос? Попадание, – Гейтен накручивает прядь моих розовых волос на свой указательный палец, кивая в знак одобрения. – Определенно попадание. Ты выглядишь просто сногсшибательно, солнышко. Проходи, присаживайся, – он указывает на кухонный стол. – Лучше начать без Нессы, если мы не хотим умереть с голоду.
Я смеюсь в знак согласия.
Конечно же, Несса не появится большую часть ужина. Еда Гейтена отменная, но я, впрочем, меньшего и не ожидала. Не зря же Гейтен Баррет – лучший шеф-повар в Сильвер-Спрингс. В середине десерта мой взгляд падает на семейные фотографии в рамках, развешанные на стене столовой.
Одна из них особенно привлекает мое внимание.
Свадебная фотография Гейтена и Дейва.
Я слышала эту историю раз или два за все время. Как Гейтен и Дейв познакомились на работе за годы до того, как Гейтен открыл собственный ресторан. Как они стали близки, даже слишком близки, но Дейв все еще скрывал свою ориентацию, и Гейтен боялся, что его чувства не были взаимны.
Затем он сделал свой ход на рождественской вечеринке в офисе.
На глазах у всех.
Говоря о бесстрашии.
– Ладно. Кто помочился в твои хлопья этим утром? – Гейтен выдергивает меня из глубоких раздумий.
– Что? – я прикидываюсь дурочкой, разом доедая остатки еды в своей тарелке.
– Перестань. Тебя что-то беспокоит.
Я сама не своя с тех пор, как Пэйтон вычеркнул меня из своей жизни, но мама ничего не заметила. Иронично, что отец моей лучшей подруги беспокоится о мои душевных переживаниях больше, чем моя собственная мать, – это говорит о многом.
– Ничего особенного, – вру я.
– Может, драма из-за мальчика? – продолжает он.
Я покусываю нижнюю губу, вертя в руках вилку.
– Драма из-за мальчика – да.
Он кивает.
– Ну что ж… если ты когда-нибудь захочешь поговорить об этом, так получилось, что я неплохой эксперт в этих делах, – поддразнивает он, и я улыбаюсь его точности. В его словах есть смысл. Кто может лучше рассказать о мужчинах, если не парень, который успешно вышел замуж за одного из них?
– Как ты понял, что стоит рискнуть с Дейвом? – бормочу я себе под нос. – Разве ты не был… не знаю, в ужасе?
Глубокий, хриплый смех вырывается из горла Гейтена.
– Шутишь? Я думал, что обделаюсь.
Я тихо хихикаю.
– Но ты все равно это сделал? Даже зная, что есть шанс, что он тебя отвергнет?
Он кивает.
– Верно.
– Почему? То есть… как? – я не вижу в этом смысла.
– Не буду тебе врать, но я практически передумал, – признается он. – Чуть не развернулся и не поехал обратно домой той ночью. Я не мог смириться с тем, что он, возможно, рассмеется мне в лицо. Отвергнет меня. И конечно, мысль о том, чтобы никогда не говорить ему, была неплохой. Безопасной. Как будто я защищал себя, но потом… – Он делает паузу. – Я понял, что однажды, много лет спустя в будущем – может, через год, может, через двадцать, – я буду лежать без сна и гадать, что могло бы случиться. Что могло бы быть. И хотя я боялся отказа, была одна вещь, которая пугала меня еще больше… Сожаление.
От этого у меня мурашки по коже.
– И что же… у меня все получилось довольно неплохо, да? – Гейтен подмигивает. Его рассказ о любви вселяет в меня надежду. Надежду, что где-то, каким-то образом… существует мир, сценарий, в котором возможен счастливый конец для Зака и Лав.
Зачеркните это – для Пэйтона и Мелиссы.
– Поверь мне, малыш, – Гейтен удерживает зрительный контакт, словно закрепляя сказанное глубоко в моей голове. – Самый большой риск, на который ты можешь пойти в этой жизни, – это не рисковать.
Мое сердце немного сжимается, когда он это говорит.
Он совершенно прав.
Несса присоединяется к нам через несколько минут только для того, чтобы утащить тарелку с пастой в свою комнату и утянуть меня за собой наверх. Следующие несколько часов прошли как в тумане. За исключением, может быть, назойливого голоса в моей голове. И он говорит мне то, чего я не хочу слышать.
Расскажи ему, Мелисса.
Расскажи ему, или проведешь остаток жизни в сомнениях.
Ком размером с мой кулак разрастается у меня в горле, вместе с Нессой я забираюсь в свою машину, и мы отправляемся к Джею. Затем я отправляю Заку сообщение, от которого уже не смогу отвертеться.
Лав
Встретимся в спальне Джея Хосслера в полночь.
Лав
Больше никакой лжи.
Я жду и жду, мои мысли мчатся быстрее, чем когда-либо ездили гоночные машины моего отца. Ответит ли он когда-нибудь? Или я опоздала?
Пока наконец мой телефон не оповещает об ответе.
Обещании.
Зак
Я буду там.