Глава 17
В данной главе содержатся сцены 18+
После возвращения из солнечного Дубая Егор с головой погрузился в работу, полностью посвящая себя делу. Возможность вновь сыграть главную роль в фильме была для него не только радостью, но и большой ответственностью. Его партнерша по фильму оказалась профессиональной актрисой и приятным человеком, с которой он сразу нашел общий язык. С продюсером он был уже хорошо знаком, и хотя работа была сложной, она оставалась интересной. Основные сцены были сняты, и в его графике появилось несколько свободных дней, которые Булаткин решил посвятить своей грубиянке.
Он чувствовал вину перед Мией, хотя и предупредил её, что, возможно, не сможет видеться с ней в течение пяти дней из-за многочасовых съемок, ведь он действительно уставал и с трудом добирался до кровати. Но она была своенравной девушкой, и он знал с самого начала, что с ней не будет просто. Однако после долгого времени жизни в одиночестве его тянуло к ней. Ему хотелось лучше узнать её как личность, проводить с ней больше времени, выяснить её интересы и стремления. Он восхищался её силой и достижениями. С ней ему было хорошо, но она всё равно оставалась загадкой. Ещё были какие-то странности, которые не давали ему покоя. Возможно, он просто слишком зациклился из-за неудачных прошлых отношений.
Егор впустил Мию в свою квартиру и включил свет в просторной прихожей. Он помог девушке снять шубу, а пока она разувалась, сидя на пуфике, он повесил свою дутую куртку. Девушка выглядела уставшей и слегка задумчивой. Он хотел спросить, что её беспокоит, но она переключилась на обстановку в квартире и с оживлением начала всё рассматривать, пройдя в зал, откуда открывался панорамный вид на Москву.
Его квартира состояла из четырех комнат, оформленных в серых тонах: зал был совмещен с кухней, а также были спальня, комната для стримов, гардеробная и ванная. Ему здесь было комфортно, хотя иногда казалось, что в такой большой квартире он чувствовал себя одиноким.
— Ты голоден? Я да. Так что тут у тебя есть ...,— блондинка совершенно не стесняясь, прошла на кухню и открыла дверцу холодильника.
— Время почти двенадцать ночи, Саева, — усмехнулся он, взглянув на настенные часы и ощущая усталость.
— И что? Я хочу есть, Булаткин, — проговорила она с укором.
— Что ты хочешь? Давай закажу доставку.
Егор подпер плечом дверной косяк, наблюдая за тем, как блондинка хозяйничает в его холодильнике. Она вытащила банку маринованных огурцов, задумчиво повертела ее в руках, потом заглянула в морозилку.
— Пельмени будешь? — спросила она, не оборачиваясь.
— Пельмени в час ночи? Ты серьезно? — Егор приподнял бровь.
— А что такого? Быстро и вкусно. Хотя..., — она закрыла морозилку и открыла пару полочек и видимо найдя, что ей надо, победно улыбнулась, достав пачку макарон. — Я знаю, как заставить тебя поесть со мной.
— И чем же? — заинтересовался парень, смотря, как блондинка взяла пару сортов сыров из холодильника.
— Макароны с сыром, — с хитрой улыбкой ответила Мия, поворачиваясь к нему. Внутри Егора что-то приятно затрепетало от осознания того, что она знала его любимое блюдо. Поймав его взгляд, девушка вдруг поняла, что выдала себя с головой, и слегка покраснела. — Не смотри так, ладно? Ну да, я читала твою биографию, господи. Перестань так смотреть!
Егор усмехнулся, отлепившись от косяка приближаясь к ней.
— А что мне нельзя восхищаться твоей... эрудицией? — он нарочито выделил последнее слово, заставляя Саеву еще больше смутиться. Ему нравилось наблюдать за тем, как она пытается скрыть смущение за показной бравадой. Это было мило.
— Восхищайся молча, — пробурчала она, отворачиваясь к столешнице и принимаясь доставать кастрюлю.
Крид улыбнулся и достал по памяти терку и тарелку, решив помочь девушке. На этой кухни от готовил от силу раз пять, в основном питаясь доставками или в ресторанах.
Мия шумно выдохнула, ставя кастрюлю с водой на плиту.
— Да ладно тебе. Мне даже приятно знать, что ты так хорошо знаешь меня, — мягко сказал блондин беря кусок чеддера и начиная его тереть. Саева, как будто здесь жила уже долгое время и сразу открыла нужную полку, достав еще одну терку и пристроилась рядом.
— Почему именно макароны с сыром? — спросила Мия.
— Как я говорил, что свое детство провел я с дедом. И это единственное блюдо, которое он готовил вкусно с секретным ингредиентом, — проговорил он, встречаясь с заинтересованным взглядом блондинки.
— И какой же секретный ингредиент?
Егор наклонился к ней, так, что его дыхание коснулось ее щеки. Мия невольно замерла.
— Секрет, — прошептал он, отстраняясь и подмигивая. — Если скажу, это уже не будет секретом, верно? Но обещаю, ты почувствуешь его вкус.
Мия закатила глаза, стараясь скрыть улыбку. Подсоленная вода закипела и девушка высыпала макароны в кастрюлю. Егор тем временем закончил тереть сыр и просто облокотился об столешницу, наблюдая за Саевой. В коротком черном платье, её волосы выбились из заколки, делая её особенно привлекательной в такой простой обстановке.
— Ты завтра работаешь? — спросил блондин, а девушка невольно застыла, он заметил, как её плечи напряглись, вскоре обернулась.
— Да... мне нужно на работу, вечером надо заехать и проконтролировать банкет, — неуверенно проговорила Саева, отворачиваюсь, Егор нахмурился, явно не довольный её ответом.
— У тебя проблемы?
— Булаткин, что за допрос? Просто переживаю.
— А мне кажется ты что-то мне не договариваешь...
Саева выдохнула и как будто что-то обдувывала у себе в голове. А после неожиданно подошла к нему, приобняв за плечи. Его руки машинально опустились на её талию.
— Все хорошо, Егор, правда, — прошептала она, приобняв его за шею. Её прикосновение успокоили его беспокойства, поэтому он ей поверил.
— Завтра с утра ты идешь со мной на фотосессию, — проговорил он, улыбаясь. Он прекрасно знал, что сейчас Саева взорвется от его решения, принятого за нее.
Девушка отстранилась от него, недовольно вскинув брови.
— Что, прости?
— У меня скоро выходит мерч, а ты станешь главным лицом.
— А спросить меня ты сначала не подумал? — в ее голосе сквозило раздражение. — Тебя абсолютно не смущает, что сейчас про наши отношения болтают кому не лень? А ты хочешь выставить меня главным лицом своего мерча? И вообще, может быть, я просто не хочу, — недовольно выпалила она, возвращаясь к плите, выключая ее и выливая воду с сваренных макарон.
Он подошел ближе, обняв её со спины. Саева напряглась, но не отстранилась.
— Хватит быть такой злюкой, — Егор повернул блондинку к себе, и его лицо стало серьёзным. — Мне абсолютно похуй, что подумают люди, но я хочу видеть в нём тебя. Ты мне безумно нравишься, и я полностью уверен, что ты сделаешь его особенным, потому что ты особенная. Если ты не хочешь, я пойму...
Мия замерла, в её глазах мелькнуло удивление, смешанное с тревогой. Егор немного растерялся, ожидая совсем другой реакции.
— Я тебе нравлюсь? — тихо спросила она. Булаткин лишь усмехнулся в ответ. Его усмешка была не столько весёлой, сколько немного растерянной, словно он сам не до конца понимал, почему его искренность вызвала такую реакцию. Он ожидал, возможно, язвительности с её стороны, но точно не испуганного вопроса.
— Разве не очевидно, почему я так долго тебя терплю?
— Значит, ты меня терпишь? Какой же ты у нас терпила, может, тебе премию выписать?
— Вот теперь точно моя язва вернулась.
Егор улыбнулся. Ему доставляло огромное удовольствие выводить её из себя, зная, как быстро она вспыхивает. Поэтому он с удовольствием подливал масла в этот разгоревшийся огонь.
— Я тебе язва? Знаешь что? Тогда я сама съем всё и даже не подумаю поделиться.
— Но они же не будут такими вкусными без моего секретного ингредиента.
Саева не смогла удержаться от лёгкой улыбки, которая, конечно же, не укрылась от его внимательного взгляда. Он тут же принялся искать заветную баночку. Пока Егор возился, она старательно перемешивала аппетитно пахнущую смесь из макарон и расплавленных сыров.
— Секрет в мускатном орехе, — неожиданно сказал он, добавив щепотку приправы в кастрюлю, перемешивая.
После того как его любимое блюдо было готово и разложено по тарелкам, они уселись за небольшой стол. Девушка с аппетитом ела, и теперь не оставалось сомнений, что она действительно была голодна. Совершенно простое блюдо, но для него оно было самым вкусным. Неожиданно яркое воспоминание всплыло в его голове.
Несмотря на строгий запрет деда и его рассказы о неких монстрах в подвале, любопытство взяло верх над мальчиком. Он знал, что дедушка никогда не оставлял подвал без присмотра и всегда запирал его на ключ. Но однажды, совершенно случайно, Егор обнаружил заветный ключ. Не упустив такой возможности, он решил рискнуть.
Дверь подвала поддалась, и Егор, включив свет, оказался в настоящем царстве оружия. Глаза его загорелись от восторга при виде множества стволов самых разных размеров. Он подошел к самому большому пистолету, ощущая его внушительный вес и грубую рукоять. В его воображении тут же развернулась сцена из любимой игры, где он был главным героем. Отложив пистолет, Егор открыл ящик, полный ножей и непонятных ему предметов.
В этот момент из окна дома раздался голос деда:
— Внук, иди есть, а то остынет! Егор, где ты?
Мальчик вздрогнул от неожиданности. Поняв, что его отсутствие могло вызвать подозрения, он поспешил покинуть подвал. Быстро вернув ключ на место, Егор бросился на кухню, ощущая волнение и вдыхая аромат мускатного ореха.
— Где ты был? — недовольно проговорил дед, ставя перед ним тарелку. — Нам скоро надо ехать.
Мальчик промолчал, уставившись на макароны с сыром.
— Дедушка, мне уже надоели твои макароны с сыром, — признался он, но, не желая расстраивать его, принялся есть их без особого энтузиазма.
— Тогда я приготовлю что-нибудь другое...
В памяти мальчика мгновенно всплыли образы подгоревших блинов и сырников, и он тут же передумал.
— Нет, дедушка, макароны с сыром — это самое лучшее, — выпалил он и принялся уплетать их с аппетитом. Дедушка рассмеялся.
— Тогда ешь скорее. Сегодня я познакомлю тебя с одной семьей.
— И как долго мы еще пробудем в Италии?
— Надеюсь, скоро вернемся домой. Не волнуйся, внук, тебе здесь понравится.
Егор вынырнул из своих мыслей, и его взгляд невольно остановился на Мии. Она внимательно смотрела на него, подперев подбородок руками, с пустой тарелкой перед собой.
— О чем задумался? — спросила она.
— Ты скучаешь по Италии? — неожиданно произнёс он.
Мия слегка улыбнулась, её глаза засияли.
— Сейчас уже не так сильно, как в первое время. Но я всё равно скучаю по солнечным дням, узким улочкам, полным жизни, ярким краскам и ароматам. Здесь, в Москве, я до сих пор чувствую себя немного не на своём месте, но...
Егор внимательно слушал, полностью соглашаясь с ней. Рим действительно был удивительным городом. В прошлом году он сам подумывал туда слетать, чтобы проведать дом деда. Этот дом, который он оставил на попечение людей, следящих за его состоянием, теперь принадлежал ему по завещанию. Возможно, появление Мии в его жизни было не случайным, ведь теперь с ней можно было отправиться в Рим. Ей наверняка понравится такой сюрприз.
— ... но теперь мне здесь не так уж и плохо, — закончила она, загадочно улыбаясь, и подошла к нему, усаживаясь на его колени. Егор усмехнулся, прекрасно понимая, что она имеет в виду. Его руки сами собой обвили её талию, опускаясь ниже. Платье задралось, открывая край кружевных чулок. Но он решил притвориться, что не понимает её намёка.
— Да? И что же изменилось теперь? — спросил он, наблюдая, как она проводит пальцами по его щетине, изучая его взглядом. В этот момент он почувствовал, как его грудь наполнилась приятным теплом. Она была невероятно прекрасна, и он не мог отвести от неё глаз.
— Ты всё знаешь...
— Скажи мне...
Девушка не ответила, а лишь страстно впилась поцелуем в его губы, запуская пальцы в его волосы, показывая свой ответ. Он притянул её ближе, чувствуя напряжение в теле, когда поцелуй стал переходить в дразнящий. Подхватив её на руки, она обвила его талию ногами, и он направился в сторону спальни. Они оторвались друг от друга, тяжело дыша, когда Егор аккуратно поставил её на пол. Сначала он снял заколку с её волос, а затем короткое платье упало к её ногам, и девушка с лёгкостью перешагнула его, откинув ногой.
Синяя подсветка создавала интимную атмосферу, красиво обрамляя стройное тело блондинки, оставшейся лишь в нижнем белье — трусах и чулках.
— У тебя сейчас есть замечательная возможность снять их, — прошептала она, заметив, как Егор смотрит на её грудь с силиконовыми накладками, которые несколько часов назад его удивили.
— Ложись, — прохрипел он, и она подчинилась его словам, ожидая его дальнейших действий. Под пристальным взглядом блондинки, он снял футболку и потянулся к ширинке штанов, где уже было тесновато, спустив их вместе с нижним бельём, освобождая эрегированный член. Он ощущал, как её взгляд скользит по его телу. Саева покраснела? Или это ему только показалось?
— Мне нравятся... твои... татуировки.
Егор лишь усмехнулся, устроившись сверху неё и неотрывно наблюдая за лицом Мии, по мере того как расстояние между ними сокращалось. В этот момент он заметил в её глазах, насколько сильно она жаждет прикосновений. Раздвинув её ноги, он стал осыпать поцелуями её живот, медленно поднимаясь к тем самым ненавистным накладкам, которые никак не вписывались в её сексуальное женственное тело. Желание войти в неё было невероятно сильным, так как он скучал по её телу и запаху, но он сдерживался, стремясь доставить ей максимальное удовольствие. В этот раз ему хотелось делать всё медленно, чтобы запомнить каждый её стон.
Блондинка дышала прерывисто, полностью поддавшись его власти, обнимая его за плечи. Егор зубами подцепил накладку и откинул её в сторону, прижав губы к твёрдому соску, а вторая накладка также куда-то полетела. С жадностью он терзал её сосок, втягивая его в себя и слегка покусывая, в то время как пальцами нежно гладил второй. Его руки уверенно исследовали её тело, которое отвечало на каждое прикосновение. Подцепив тонкие трусики, его рука уверенно накрыла клитор, ритмично лаская его, и она невольно охнула, выгибаясь дугой. Услышав приятный, полный страсти стон, сорвавшийся с её губ, он мягко ввёл два пальца внутрь. Егор жадно наблюдал за каждой её эмоцией, за каждым вздохом, как она полностью отдаётся ему без малейшего сопротивления.
Кто бы мог подумать, что столь холодная женщина способна быть такой чувственной, нежной, ласковой. Казалось, будто эти эмоции ей неведомы, и она снова учится их чувствовать, несмотря на страх. Рядом с ним она демонстрирует, что может быть другой.
У него уже не оставалось сил сдерживаться, поэтому он остановился, услышав ее расстроенный вздох.
— Егор... — прошептала она, судорожно обвивая его шею руками. Он усмехнулся, глядя в ее горящие глаза, полные желания продолжения.
— Так что же изменилось теперь? — произнёс он, касаясь её губ, и тут же отстранился, окинув взглядом её обнажённое тело, на котором остались только чулки, что невероятно его возбуждало.
— Что? — прошептала она, явно не ожидая от него вопросов в подобной ситуации.
— Ты так и не ответила, Саева, — усмехнулся он, открывая прикроватную тумбу и доставая оттуда презерватив.
— Ты...ты появился в моей жизни... — наконец-то произнесла она слова, которые свели его с ума.
Егор аккуратно приподнял её бедра, направляя головку в лоно и медленно погружаясь в неё полностью, стараясь, чтобы ей не было больно. Издав стон, девушка дала понять, что можно продолжать. Он начал двигаться медленно, позволяя ей привыкнуть. Внутри было влажно и скользко, и Мия постепенно подстраивалась под его ритм. Однако, когда она больно царапнула его спину, он ускорился, и его движения стали более быстрыми и настойчивыми. Их стоны наполнили спальню до краев, воздух стал горячим, и несколько его коротких прядей прилипли ко лбу. Он ощущал, как её тело откликалось на него. Он видел её горящие глаза, которые неотрывно следили за ним, восхищаясь им.
— Поцелуй меня...
Он исполнил ее просьбу. Поцелуй был долгим, проникнутым какой-то странной, мучительной нежностью, словно она пыталась искупить перед ним свою вину, выразить то, что не могла сказать вслух. Когда их губы наконец разомкнулись, она не отпустила его, удерживая его лицо в своих ладонях. Её глаза встретились с его, и она прошептала:
— Егор, прости меня... за мое... желание, — прошептала она, и он замедлил движения, не понимая её.
— Малышка, что с тобой? — успел спросить он, но её губы тут же снова нашли его.
Мия была на грани кульминации, поэтому он снова ускорился, ощущая, что и сам близок к этому. Еще несколько влажных толчков в ее бедра, и они кончали почти одновременно. Булаткин лег на нее, постепенно успокаиваясь и выравнивая дыхание, ощущая, как она невольно гладит его по голове, от чего ему становилось невероятно приятно и спокойно одновременно. Теперь эта большая квартира уже не казалась совершенно пустой...
********
Селина резко открыла глаза, опираясь на локти. Рука, затекшая за ночь, неприятно ныла. В спальне автоматически мягко зажегся синий свет, освещая комнату. Рядом, укрытый теплым одеялом, спал Егор. Селина осторожно пошевелила пальцами, разминая затекшую конечность, пытаясь вернуть ей чувствительность. Часы показывали пять утра. Когда они вообще уснули, было неясно, но зимнее московское утро, как всегда, окутывало город непроглядной тьмой.
Вчерашний день прошел в удивительно домашней атмосфере. Макароны с сыром, приправленные щепоткой мускатного ореха, оказались восхитительно вкусными. Селина с аппетитом уплела их, ведь из-за бесконечных документов и, конечно же, Булаткина, она совершенно забыла о еде в течение дня, даже находясь в собственном ресторане. А он, как всегда, решил сделать её главном лицом его мерча. Впрочем, это уже не имело никакого значения после его признания. Теперь все стало куда более запутанно.
Ей казалось, что Егор просто заинтересован в ней, или вообще стало все равно на нее из-за этих пять дней, когда они не виделись, а сейчас он влюблен в нее. Постоянное вранье даже насчет некого банкета в ресторане, а ведь ей надо сегодня отправиться к Ларионову и расправиться с ним, ведь он оказался чертовым предателем.
Он был так нежен и бережен с ней, что она невольно проговорилась. Изначально она планировала выведать у него информацию о задании, используя свое желание, но теперь решила изменить его.
— Брось его, когда узнаешь всё. Он сделает это, потому что это будет твое желание, чтобы он отпустил тебя в нужный момент, стер тебя из своей жизни. Так будет правильно для всех вас.
Селина аккуратно высводилась от Егора, решив отключить сейчас сердце, а включить холодный ум, вышла из спальни и закрыла дверь.
— Все-таки квартиру надо проверить, — мысленно проговорила она.
Просторная квартира казалась безжизненной, словно шаблонная картинка из каталога – все правильно, но совершенно не хватало уюта. Вчера она не обращала на это внимания, но сейчас, когда время неумолимо поджимало, а Джозеф явно выражал свое недовольство невыполненным заданием (вчерашний звонок был тому подтверждением), пришлось разбираться в деталях.
Селина вошла в комнату, где стоял телевизионный стол. На стене висела плазма, а под ней располагались полки, полные различных вещей. Она открыла первый шкаф и, увидев гору документов, невольно выдохнула. Это будет настоящая головоломка. Положив телефон рядом, чтобы использовать его как фонарик, она начала быстро просматривать бумаги, ведь Егор мог проснуться в любой момент и заметить её отсутствие.
Среди документов она наткнулась на черную папку, которая привлекла её внимание. Подсветив её экраном телефона, она прочитала заголовок: «Завещание».
— Это завещание его деда, — прошептала она, надеясь на лучшее, и открыла его.
"Дорогой внук, если ты читаешь эти строки, значит, меня уже нет. Я подписал дом в Риме на тебя, и ты можешь распоряжаться им как угодно. Живи достойно, занимайся музыкой, как мечтал, создай семью и помирись с отцом. Мне больно это писать, но я тебя очень люблю и хочу, чтобы ты был счастлив. Ты этого заслуживаешь. И не забудь про макароны с сыром."
— Неужели это всё? — прошептала Селина, повторяя последние слова. — Какие, к черту, макароны с сыром? Где компромат?!
Внутри неё нарастали злость и отчаяние. В папке также оказался договор на передачу имущества и адрес дома. Она уже собиралась закрыть папку, когда заметила небольшую щель на краю. Подделав ногтем, она извлекла две фотографии, и в этот момент у неё перехватило дыхание.
На одной был запечатлён Егор с дедом и вся семья Лонардо, все они улыбались. На второй – маленький Егор со спины, сжимавший в руке пистолет и целившийся в бутылки. Селина узнала это место – тренировочный полигон их итальянской мафии.
Блондинка почувствовала, как холодный пот стекает по ее спине.
— Значит, Егор был связан с мафией с раннего детства, боже мой, — пронеслось в голове. — А если он до сих пор этим занимается, прикрываясь своей успешной карьерой артиста? А если он знает, кто я на самом деле?
Ей стало жарко в этой комнате, хоть она была в свободной футболке. Она сфоткала адрес дома Джозефу, написав проверить его, так как возможно и спрятан там компромат. Да и Егор был не дураком, чтобы хранить что-то стоящее в квартире. Убрав все на место, она на всякий случай проверяли другие шкафчики, где ничего толького не оказалось. Быстро проверив другие комнаты, она расстроенно уселась на диван в зале.
Селина оказалась в тупике, совершенно потерянная. Впервые в жизни она не знала, как поступить, и единственным желанием было исчезнуть, скрыться от всего – от проблем, от окружающих, и даже от самой себя.
Ей хотелось подойти и признаться ему: "Я – Селина, и я преступница. Ты ведь знаешь Лонардо? Так вот, я с ним в одной команде! Скажи, где компромат твоего деда на "Невидимую руку", иначе тебя убьют. Но я тебя защищу, потому что ты мне... Нет, нам нужно расстаться, пойми, мы не можем быть вместе, ведь я... А впрочем, мне кажется, ты тоже связан с мафией, хотя могу и ошибаться. Егор, я не знаю, что мне делать, помоги мне, я больше не хочу тебе врать..."
Мысли роились в голове, превращаясь в неразборчивый клубок, и от этого ей становилось по-настоящему дурно. Нужно было взять себя в руки, иначе Булаткин заметит ее смятение. Он каким-то невероятным образом научился понимать ее, словно она была открытой книгой. Селина выпила стакан воды и вернулась в спальню. Устроившись рядом с ним, она попыталась уснуть.
Что же делать дальше?
********
Булаткин наблюдал за Мией, которая этим утром выглядела необычайно странной. Она была особенно молчаливой, задумчивой и рассеянной, что было совсем не похоже на её уверенную натуру и привычную язвительность. Даже сейчас, под вспышками фотоаппарата, она казалась скованной, словно не могла найти себе места. Что-то определённо произошло, но на его вопросы она лишь отвечала, что всё в порядке.
— Егор, мы закончили, можете присоединиться к нам, — сказал фотограф, обращаясь к нему. Он оторвался от стены и подошел к девушке.
Началась съёмка на фоне разбросанных книг, что выглядело стильно и со вкусом. Лейла с Машей отлично подобрали студию и наняли профессионалов, с которыми было легко работать, но с Мией ему было тяжело. Она была отстранённой. Видимо, фотограф почувствовал неладное и предложил перерыв.
— Не говори мне снова, что всё в порядке. Я не слепой и вижу, что ты как будто не здесь, — сказал Егор, подходя к блондинке. Его раздражала эта дистанция, которую она установила между ними. — Что случилось?
— Переживаю за сегодняшний банкет, — коротко ответила она, даже не глядя на него.
— Я могу поехать с тобой, — мягко предложил он, обняв её со спины. Мия была напряжена.
— Нет, — она резко развернулась к нему. — Не стоит, правда, я справлюсь сама. Тем более там будут СМИ, и всё внимание будет на нас.
Он не понимал, почему она так упорно держит дистанцию, словно между ними возникла невидимая стена. Даже вчера после их ночи она шутила, язвила в привычном тоне и вела себя как обычно. После совместного душа они переместились в его «небольшую» гардеробную, где она устроила показ мод из его вещей. А утром она ушла к себе в квартиру, сказав, что ей нужно собираться.
— Тебя стало волновать мнение СМИ? — недовольно проговорил он, чувствуя, что что-то явно не так. Похоже, сегодняшний стрим отменяется. Он уже точно решил, что приедет к ней тайно в ресторан. Мия удачно ушла от ответа, так как фотограф пригласил их на фотозону для продолжения съёмки.
********
Селину окатила привычная волна адреналина, смешанного со сладким предвкушением. Четкая бдительность, холодный ум и ясный взгляд – все чувства обострились, когда она проскользнула через запасной черный выход из подвала. Впереди ее ждали длинные, безликие коридоры, ведущие к черному входу Министерства. Было около восьми вечера. Большинство сотрудников уже покинули свои рабочие места. Лука и его парни позаботились о лишних охранниках, а затем разделились, чтобы отключить систему сигнализации и видеонаблюдение. Селина обожала этот момент. Момент, когда жертва, ничего не подозревая, спокойно сидит в своем кабинете, не зная, что ее визит уже не за горами.
Она двигалась бесшумно, как тень, скользя по коридорам. Туфли на плоской подошве не издавали ни звука на полированном полу. В руках она держала тонкий, но смертоносный стилет, его отполированное лезвие едва заметно поблескивало в тусклом свете аварийных ламп. Селина знала план наизусть. Лука, как всегда, был крайне предусмотрительным. Он продумал каждую мелочь, каждый поворот, каждую возможную задержку. Это успокаивало. В хаосе, который она собиралась устроить, ей нужна была эта уверенность, эта твердая почва под ногами.
Добравшись до грузового лифта, она вызвала его на седьмой этаж. В тусклом отражении зеркала она увидела незнакомку. Короткий черный парик полностью изменил её, подчеркнув глубину и остроту взгляда. Костюм, идеально облегающий фигуру, был оснащен всем необходимым. Движением, отточенным до автоматизма, она извлекла пистолет из кобуры, проверяя обойму.
Как только она вышла из лифта, её телефон завибрировал, что предательски не вовремя, так как ей звонил Булаткин. Зал с мониторами был тихим, только на стойке сидела женщина, которая подняла взгляд , отчего Селина резко присела на карточки, чтобы та её не увидела, прятавшись за стойку. Это была проблема, так как придется её вырубить. Написав быстро сообщение Егору, что она сегодня до поздна в ресторане и все хорошо на банкете, девушка отключила телефон.
Кассано бесшумно стала продвигаться к женщине, достав из задней кобуры электрошокер. На несколько минут она её вырубит, при этом женщина останется в живых. Но её планы разрушил еще кто-то, который специально издал звук, отчего женщина встала, а Селина молниеносно прижалась за стойку, чтобы ты её не увидела.
— Черт! — выругалась она мысленно, выглядывая из-за стойки, а женщина встала.
Селина нахмурилась, направив на человека взгляд, который стоял поодаль от нее. Кто, блять, это еще?
— Кто здесь? — напуганная женщина смотрела по сторонам, но тут же этот человек прижал её со спины и перерезал ей горло, отчего бесдыханное тело упало на пол, дергаясь в конвульсиях.
Кассано вышла из стойки, направив пистолет на незнакомца в маске, который в свою очередь сделал тоже самое. Он был не сильно высок и хорошего телосложения. Пазлы сложились в ужасную картину. Британцы знали, что она сегодня придет за Ларионовым. И не факт, что он еще был живым в кабинете.
— Селина Кассано, какая честь, — проговорил грубый голос мужчины и он немного поклонился ей в знак приветствия. — Если ты к Ларионову, к сожалению, вы не сможете поболтать, так как я его убил.
Девушка напряглась всем телом, чувствую злость. Она стала подходить ближе уверенно держа пистолет. Британцы знали, сука, что она придет и заранее подготовились, чтобы тот не успел ничего рассказать ей.
— Кто ты такой? — разъяренно спросила она.
— И вправду ты хороша. У нашего босса есть вкус, — он глазами провел от её фигуры, но Селина выстрелила в него, отчего тот только усмехнулся. Он был в жилете и её пуля лишь осталась в нем.
— Где же манеры? — рассеялся он с ядовитой ухмылкой.
— Вы глупцы, раз решили перейти дорогу Невидимой руки. Вы скоро умрете в страшных муках. Я лично позабочусь об этом, — с яростью сказала она, вызвав только ухмылку у него.
— Ты же умная женщина и понимаешь, что сейчас братья Лонардо находятся в проигрышной ситуации и скоро наш босс будет править всем и в том числе Невидимой рукой, а ты займешь с ним рядом.
Селина стиснула зубы, ненависть клокотала в ней. Он смеет говорить о победе, о власти, когда она только что потеряла возможность узнать правду, когда ее план был разрушен в мгновение ока. Она не позволит ему насмехаться над ней, над Невидимой рукой. Она не позволит ему победить. Девушка продолжила приближаться, пистолет по-прежнему нацелен на него, но теперь в ее глазах читалась не только ярость, но и расчет. Он недооценивает ее. Он думает, что она просто красивая кукла, которую можно купить и подчинить. Он ошибается.
— Что ты несешь, кретин?
— Как, кстати Дубай?
Селина замерла, незнакомец решил продолжить.
— Твоя привязанность к Криду боссу вот очень не нравится, но у тебя есть шанс исправить ситуацию. Ты найдешь компромат на Невидимую руку и передашь её нам, тогда твой драгоценный Крид останется в живых и босс его не тронет. При этом братьям Лонардо ничего не должны знать.
Девушка почувствовала, как лед сковал её сердце. Они знают о Егоре и о компромате на них, который находился у него. Они давно следили за ней и знали больше, чем даже братья Лонардо. И теперь они использовали это знание, чтобы сломить ее, заставить предать Невидимую руку.
— Ты идиот и босс твой тоже, раз думаешь, что я предам невидимую руку ради одного человека, — сказала она твердо.
— Я думаю, ты сделаешь правильный выбор, Селина, — ответил незнакомец, его голос стал мягче, почти убеждающим. — Невидимая рука обречена. Это лишь вопрос времени, когда наш босс захватит власть. Зачем тебе тонуть вместе с ними? Спаси себя, спаси Крида. Это твой шанс начать новую жизнь вместе с нашим боссом.
Селина не собиралась плясать под его дудку. Ярость, хоть и клокотала внутри, не должна была затмить разум. Она резко сменила тактику. На мгновение опустила пистолет, словно признавая поражение. На губах незнакомца мелькнула самодовольная улыбка. Он был уверен в своей победе.
Именно в этот момент Селина нанесла удар. Выстрел, оглушительный хлопок, разнесся по помещению. Незнакомец, отвлеченный неожиданным выстрелом, на долю секунды потерял бдительность. Этого было достаточно. Селина, как хищница, бросилась вперед. Электрошокер, выхваченный из-за пояса, сделал свое дело. Незнакомец рухнул на пол, его тело содрогалось в судорожных конвульсиях. Победа была за ней.
Селина тяжело дышала, наблюдая за корчащимся телом. Она опустилась на корточки, прижав электрошокер к его шее сильнее, чтобы убедиться, что он не сможет сопротивляться.
— Кто твой босс, сукин ты сын?! — прошипела она, в голосе слышалась сталь. Незнакомец издавал нечленораздельные звуки, его тело дергалось, но он молчал. Селина увеличила мощность разряда. — Говори!
Ярость застилала глаза. Маска самообладания слетела с ее лица. Молодой мужчина лишь широко раскрыл глаза, пытаясь вдохнуть воздух. Судороги и боль не давали ему вымолвить ни слова.
— Синьорина, вы его убьете! Прекратите! — раздался голос Луки. В тот же миг электрошокер вылетел из ее руки, падая на пол. Селина очнулась, глядя на все еще живое тело и на своего подчиненного.
Она отстранилась от мужчины, тяжело дыша. Лука тут же подскочил к нему, проверяя пульс. Селина поднялась, чувствуя, как дрожат колени. Она отвернулась, стараясь взять себя в руки.
— Жив? — спросила она, не оборачиваясь.
— Да, синьорина, но... он в плохом состоянии. Ему нужна медицинская помощь, — ответил Лука, его голос был полон беспокойства.
Рядом стояли мужчины, ожидая указаний от нее.
— Немедленно заберете его и окажете помощь. Он не должен умереть, — Селина дала указание и двое парней подхватили тело, скрываясь. Лука медленно обвел женщину на полу, у которой было перерезано горло и пошел за боссом.
В кабинете стоял тошнотворный запах крови. Ларионов, толстый мужчина с залысинами, лежал на столе. В его руке был зажат нож, словно он сам перерезал себе горло. Селина, стараясь не запачкаться, принялась осматривать полки, ища документы или что-то еще, что могло бы пролить свет на произошедшее. Лука направился к шкафу.
Она взяла в руки сомнительные документы — времени было катастрофически мало, ведь они уже наделали достаточно шума, и полиция могла появиться в любой момент.
— Все уходим, Лука, — проговорила она, выходя из кабинета.
Завтра все новости в Москве будут гудеть, что «Заместитель по финансовым вопросам — Ларионов» совершил самоубиство в своем же кабинете.