Глава 10
Душное помещение подвала было пропитано тяжелым, спертым воздухом. Казалось, он вобрал в себя запах сырой земли, старой пыли и чего-то давно забытого. Селина толкнула массивную железную дверь, и та с глухим скрипом отворилась, впуская её внутрь. Здесь было ещё жарче, чем в коридоре, и она поспешно сняла пиджак, ощущая, как влажная ткань липнет к коже. Наконец, она перевела взгляд на мужчину, сидящего на стуле, связанного тугими веревками. Его лицо было измученным, покрытым синяками, а нос, похоже, сломан. Он медленно поднял взгляд на вошедшую. В его глазах отражались страх, отчаяние и шок.
— Ах, ты мерзкая шлюха! — произнёс мужчина с яростью, пытаясь освободить связанные руки.
— Ну, привет, малыш. Вижу, вспомнил меня, да? — промурлыкала девушка, приближаясь к нему. Она нежно коснулась его щеки, но он отвернулся, как будто от прикосновения змеи. — Больно тебе?
— Ты кто такая, блять!? Немедленно отпусти меня! — воскликнул он, а Селина лишь сладко улыбнулась.
— Просто шлюха, желающая немного развлечься, — ответила она, приподнимая юбку и обнажая бедро, к которому был прикреплён небольшой, но острый нож.
В глазах мужчины вспыхнул неподдельный ужас.
Селина провела лезвием по своей обнаженной ноге, наблюдая, как по коже пробежали мурашки. Это было частью игры, своего рода ритуалом. Она наслаждалась этим моментом предвкушения, когда страх жертвы становился почти осязаемым.
— А теперь, малыш, вспомни, что я тебе сказала вчера? — прошептала она, наклоняясь к нему так близко, что он ощущал её дыхание на своём лице.
Он молчал, лишь часто дышал, его взгляд беспокойно скользил по подвалу, будто ища выход. Но выхода не было. Только она и он в этом душном, пропитанном страхом месте.
— Ты больная сука!
— Отвечай, я сказала! — прошипела Селина, царапнув его щеку лезвием. Он вскрикнул от боли. Тонкая струйка крови потекла по его щеке, смешиваясь с потом.
— Неужели так трудно вспомнить? Я так старалась, готовилась... Вчера ты был таким уверенным, — промурлыкала она, обходя его кругом. — Ну, хорошо. Я сказала, что отрежу тебе руки, а потом язык. Вспоминаешь?
Мужчина тяжело дышал, переводя взгляд то на нее, то на нож.
— Помогите, прошу! Выпустите меня отсюда! — кричал он, а Селина недовольно цокнула языком.
— Можешь кричать сколько хочешь, малыш. Всё равно бесполезно. Знаешь, мне обидно, что ты не хочешь развлечься с шлюхой, — с досадой произнесла она.
— Пожалуйста, я не расскажу полиции, обещаю, давай всё забудем. Прости меня, прошу, — отчаянно пролепетал он.
Она провела кончиком лезвия по своей нижней губе, задумчиво глядя на мужчину.
— Знаешь, — проговорила она, — самое интересное в обещаниях — это то, как люди их воспринимают. Ты, например, наверняка думаешь, что я просто безумная садистка, жаждущая крови и боли. Но... — она сделала паузу, наклоняясь к нему еще ближе, — ...в каждом безумии есть своя логика. В каждой жестокости — своя причина.
Она выпрямилась и подошла к старому, ржавому столу, стоявшему в углу комнаты. На столе лежали плоскогубцы и молоток. Кассано взяла плоскогубцы и внимательно посмотрела на них на свету.
— Ты думаешь, я занимаюсь этим ради удовольствия? — спросила она, не оборачиваясь к мужчине. — Нет, малыш. Я делаю это, потому что ты заслужил. Ты перешел дорогу той, кого теперь будешь вспоминать в своих самых страшных кошмарах. Ну что, начнем?
— Прошу, не нужно...
Селине было противно слушать отчаянные мольбы этого урода. Она уверенно подошла к нему, решительно разжав кулак, который сопротивлялся, и положила несколько пальцев на инструмент. Громкий крик боли оглушил подвал.
*********
Вырвавшись из удушающего мрака подвала, блондинка жадно вдохнула свежий воздух. Легкий ветерок приятно касался её кожи, но руки всё ещё предательски дрожали. Заброшенный торговый центр на окраине Дубая, с его облупившейся краской и зияющими пустыми окнами, вызывал лишь отвращение. Повсюду валялся мусор, напоминая о былом величии, ныне погребенном под слоем запустения.
К ней подошел Лука. В его глазах читалось беспокойство. Он молча протянул ей белоснежный платок.
— Он отключился. Пусть парни заберут его и выбросят где-то, — голос Селины был хриплым, а руки, вытирая кровь, всё ещё подрагивали.
— Как скажете, синьорина, — ответил Лука, не отводя от неё встревоженного взгляда. — Вы в порядке?
— Всё хорошо, Лука. Просто надеюсь, что мир стал чуточку чище.
— Он отсидел за насилие над несколькими женщинами. Похоже, судьба решила, что вы — его расплата, — тихо произнес Лука.
— Урод, надо было отрезать ему член, — злостно сказала она. — А теперь, Лука, мне нужен вчерашний отчет Крида. Где он был?
Лука молча кивнул, принимая её слова. Он знал, что сейчас лучше не спорить и не пытаться успокоить её банальными фразами. Ярость босса была оправдана, и он понимал, что ей нужно выплеснуть её, пусть даже в таких жестоких словах.
— Ничего необычного не заметил. Судя по всему, он отправился на съёмки. В здание заносили оборудование, стенды... Потом подъехала машина, из неё вышел какой-то мужчина. А уже через час минивэн синьора Булаткина направился в клуб "Аврора".
Кассано тяжело выдохнула, так как надеялась услышать хоть какую-то зацепку, которая бы помогла в выполнении задания.
— Ладно, теперь отправляемся в главное здание Louis Vuitton, — проговорила она, направляясь к автомобилю.
Это утро оказалось для нее мучительно тяжелым, так как вчерашний скотч действительно оказался убийственным. Голова раскалывалась невыносимо, но, к счастью, чудодейственные таблетки сняли боль. Она позвонила Лейле, которая также страдала от тех же симптомов, ведь даже не помнила, как оказалась в своей постели. Крид вчера проводил ее до самого номера, а она лишь молчала, не в силах сказать обычные слова благодарности за то, что он не оставил ее беспомощной кучей в клубе. Она задумалась о том, что действительно стоит быть немного мягче с ним, чтобы он сам захотел ее. Ведь она явно выдает себя. Разве так должна вести себя влюбленная девушка? Очевидно, нет. Но сама мысль о покорности и любезности была для нее невыносимой пыткой.
Братья Лонардо вообще исчезли, что вызывало у нее беспокойство. По словам Луки, ситуация обострилась, и несколько их людей были убиты, поэтому Джозеф отправился к Николасу в Британию, оставив Рафаэля Санти за главного. Он ей всегда не нравился и вызывал недоверие. Ей хотелось бросить все и просто полететь в Британию, чтобы помочь им. А сейчас она вынуждена учиться правильно ходить, как модель. Блядство.
И без того плохое настроение сегодня усугублялось присутствием Гюльсум. Эта женщина была просто невыносима. Она придиралась к каждому неточному движению, к каждой мелочи в ее походке. Гюльсум гоняла ее так, словно пыталась выбить из нее всю душу. Каждое замечание Гюльсум, колкое и ядовитое, вонзалось в неё, усиливая ее и без того шаткое эмоциональное состояние. Она чувствовала себя загнанной в угол, как дикое животное, попавшее в капкан.
— Мия, держи спину! Плечи расправь, бедра четче! Вчера было намного лучше. Это просто кошмар! — голос Гюльсум резал слух.
Селина сжала зубы, стараясь не показывать, как ей тяжело. Тело болело, предательски отказываясь слушаться. Развернувшись, она снова заняла исходную позицию.
— О, Егор! Добрый вечер! Как я рада вас видеть! — внезапно пропела Гюльсум, и Селина невольно обернулась. Крид? Что он здесь делает? Их взгляды встретились, и по телу пробежала странная дрожь. Он же должен был быть сегодня на съемках.
Егор стоял в нескольких метрах от нее, одетый в синие джинсы, черную кофту, которая открывала вид на многочисленные татуировки, и сверху классический пиджак.
— Здравствуйте, — усмехнулся он, скрещивая руки на груди. — Раз уж я здесь, мне очень интересно посмотреть, как продвигаются тренировки у Мии.
Кассано почувствовала, как кровь прилила к щекам. Почему именно сейчас? Почему именно в этот момент, когда она чувствует себя разбитой и измученной, он решил появиться? Ей хотелось провалиться сквозь землю.
Гюльсум, оправившись от секундного замешательства, тут же расплылась в улыбке, стараясь произвести впечатление.
— Егор, какое совпадение! Мы как раз готовимся к презентации. Она будет просто потрясающей, вы увидите! — затараторила она, жестикулируя руками, словно пытаясь заслонить Селину от его взгляда.
Ей было неприятно наблюдать за этой лицемерной лестью. Хотя, конечно, похоже, все девушки теряют голову перед его обаянием. Даже стерва Гюльсум растаяла.
— Мия, покажи Егору то, над чем мы работали. Начни с самого начала, — скомандовала Гюльсум, ее голос звучал неестественно бодро.
Она глубоко вздохнула, стараясь собраться с силами, и заняла исходную позицию.
Кассано сделала глубокий вдох, собираясь с духом, и встала в начальную позицию. Зазвучала музыка, и она начала свой поход по тренировочному подиуму. Тело ныло от усталости, каждое движение требовало усилий, но она старалась не подавать виду. Она чувствовала на себе взгляд Егора, и это заставляло ее двигаться с удвоенной энергией. Ей хотелось доказать ему, что она сильная, что способна преодолеть любые трудности.
Мужчина, прислонившись к стене, наблюдал за Селиной с нечитаемым выражением лица. Он не отрывал взгляда, и это одновременно подстегивало ее. Каждое движение должно было быть отточенным, грациозным, безупречным.
Музыка закончилась, и Селина замерла в финальной позе, стараясь удержать равновесие. В зале повисла тишина, которую нарушало лишь ее учащенное дыхание. Она медленно выпрямилась, встретив взгляд Егора, прожигающий ее насквозь.
Гюльсум, словно очнувшись, захлопала в ладоши.
— Прекрасно, Мия! Просто великолепно! Кто бы мог подумать, что нужно было позвать Егора, чтобы ты наконец прошла достойно, — радостно похлопала она в ладоши, а Селина раздраженно посмотрела на нее. Вот же сука!
— Что скажешь, Егор? — проворковала Гюльсум, будто забыв о существовании Селины.
— Неплохо, — произнес он, его голос был низким и бархатистым.
Блондинка почувствовала, как внутри все оборвалось. "Неплохо"? Она сжала кулаки, стараясь сдержать гнев.
— Мия, на сегодня ты свободна. Завтра жду тебя в то же время, — распорядилась Гюльсум, тут же снова обращаясь к блондину. — Егор, может быть, хотите кофе или чай?
— Нет, спасибо. Я скоро уйду, — ответил он, и на лице женщины мелькнула тень разочарования. Попрощавшись, она поспешила удалиться.
Селина, не стесняясь, рухнула прямо на подиум. Усталость валит с ног. Она скинула туфли, блаженно шевеля пальцами, давая им отдохнуть от тесной обуви. В этот момент к ней подошел Егор.
— Ты пришёл поиздеваться надо мной, да? — спросила Селина, раздражённо вскинув голову и посмотрев на него исподлобья.
— У меня здесь были дела, — спокойно ответил Егор, и в уголках его губ мелькнула лёгкая улыбка. — Лейла сказала, что у тебя сейчас репетиция. Грех было не посмотреть на тебя.
Она демонстративно отвернулась, но тут он опустился на корточки и взял её ногу в свою руку. От неожиданности она вздрогнула.
— Что ты делаешь? — попыталась вырваться она, но его хватка была крепкой.
— Не дергайся, — сказал он, и его пальцы начали разминать её уставшую пятку.
Селина замерла, сопротивление угасло.
Его прикосновения, вопреки её ожиданиям, оказались невероятно приятными. Она чувствовала, как напряжение покидает её, как тепло разливается по всему телу. Егор массировал уверенно, зная, куда нужно надавить, где размять. Она невольно прикрыла глаза, позволяя себе утонуть в этом моменте.
«Он же издевается, да?» — промелькнула мысль, но тело предательски расслаблялось.
— Лучше? — тихо спросил Егор, не прекращая массаж.
Селина промолчала, лишь слегка кивнула. Ей было сложно говорить. Его близость сбивала с толку, а его забота, такая неожиданная и нежная, заставляла сердце биться быстрее. Она всегда видела в нём лишь самоуверенного и немного надменного парня, а сейчас он казался совсем другим.
Он перешёл к другой ноге, и Селина снова вздрогнула, но уже не от испуга, а от предвкушения. Она наблюдала за его руками, за тем, как он сосредоточенно массирует её ступню, и не могла понять, что происходит. Почему он это делает? Что он хочет?
Когда он закончил, Селина почувствовала себя обновлённой. Ноги больше не гудели, а тело наполнилось приятной лёгкостью. Она открыла глаза и встретилась с его взглядом. В его глазах не было ни насмешки, ни превосходства, лишь какое-то тепло и... забота?
— Спасибо, — прошептала она, слово благодарности вырвалось само собой.
Егор улыбнулся, и эта улыбка показалась ей искренней.
— Всегда пожалуйста, — ответил он, поднимаясь с корточек. — Мне нужно в отель. У меня через полтора часа стрим запланирован.
— Я с тобой, — блондинка спрыгнула с подиума, оказавшись рядом с ним.
— Я не сомневался, — ответил Егор с легкой усмешкой в голосе.
— Вообще-то нам в одну сторону.
— Но ты все равно предпочитаешь мою компанию, — подмигнул Егор, и его улыбка заставила Селину смягчиться.
Она смотрела на него, и в голове невольно заиграла его песня.
— Потому что мне нравится, мне нравится, когда сам Егор Крид мне улыбается, — пропела она, а блондин рассмеялся, запрокинув голову. Смех у него был заразительный, и Селина невольно улыбнулась в ответ.
— Оказывается, в тайне послушала мои песни? — поддразнил он.
Вот и она спалилась. Селина закатила глаза, стараясь придать лицу непринужденность.
— Не льсти себе. Просто запоминающиеся мотивы, — сказала она. — Мне нужно забрать вещи.
— Иди, жду тебя перед выходом.
Кассано торопливо надела туфли и скрылась в гримерной. Накинув пиджак на плечи, она быстро написала сообщение Луке: "Еду с Кридом." Схватив сумку, она вышла из здания и направилась к выходу, где её уже ждал блондин.
Перед ней снова стоял черный минивэн. Помимо водителя, в салоне находился крупный мужчина, сидящий напротив них. Охранник. Плевать. Она не собиралась ехать в полной тишине.
— Почему ты ведешь эти странные стримы? — спросила Селина, стараясь придать голосу оттенок небрежного любопытства.
Крид усмехнулся, обернувшись к ней. В полумраке салона его глаза, обычно такие яркие и голубые, казались почти серыми.
— Почему странные? Скорее, наоборот, увлекательные. Так я ближе общаюсь со своими поклонниками, — ответил он.
— Всё равно они странные. Сидишь, молчишь, иногда что-то бормочешь себе под нос, а потом резко начинаешь играть на воображаемой гитаре. Кто это поймет?
— О, да ты ещё и мои стримы смотришь. Приятно знать, что у меня есть такой преданный зритель.
Блядство. Снова спалилась.
— Один раз зашла и сразу выключила. Слишком скучно, — бросила она, стараясь скрыть смущение, отвернувшись к окну.
— Странная ты... Как будто из другой планеты.
— Из Марса прилетела, — парировала Селина, закатив глаза.
— Явно такой планеты не существует.
Охранник с улыбкой наблюдал за их перепалкой.
— Ну, как бы, я жила восемь лет в Италии, и моя жизнь... — Селина вовремя замолкла, едва не сказав лишнего. Она чуть не выдала то, что следовало оставить втайне.
«Моя жизнь была наполнена кровью, риском, убийствами, опасностями, которые по сравнению с твоими стримами кажутся детским садом», — промелькнуло у нее в голове.
Он явно ждал продолжения, жаждал узнать, что скрывается за этой недосказанностью. Кассано почувствовала, как нарастает напряжение. Что же ей сказать? Как объяснить, не раскрывая правды? Селина судорожно сглотнула, пытаясь собраться с мыслями. Ей нужно было что-то сказать, что-то правдоподобное.
— ...была... насыщенной, — наконец выдавила она, стараясь придать голосу непринужденность. — Я много путешествовала, изучала искусство, языки... работала в разных сферах, но остановилась на ресторанном бизнесе. Набравшись опыта, я решила открыть свой ресторан.
Крид лишь приподнял бровь, не отрывая от нее взгляда.
— Почему именно в России? — спросил он, не отводя от нее пристального взгляда. Его глаза словно пытались проникнуть в самую глубь ее души.
Селина почувствовала себя загнанной в угол. Этот Крид, с его проницательным взглядом, был опаснее любого киллера, с которым ей приходилось сталкиваться. Он не угрожал оружием, не кричал, но его молчаливое ожидание давило сильнее пыток.
Она снова глубоко вдохнула, собираясь с духом.
— Знаешь, — начала она, стараясь говорить как можно более искренне. — Все равно рано или поздно хочется вернуться домой.
Она замолчала, наблюдая за его реакцией. Егор по-прежнему смотрел на нее с подозрением, но в его взгляде появилось что-то похожее на... понимание?
— И потом, — продолжила Селина, — в Италии очень высокая конкуренция в ресторанном бизнесе. А здесь, в России, я вижу больше возможностей для развития, для реализации своих идей.
Ложь всегда давалась ей легко, но сейчас перед ним это было очень тяжело.
Крид молчал, продолжая сверлить ее взглядом. Она готова была поклясться, что слышит, как стучит ее сердце.
Наконец, он медленно кивнул.
— Возможно, ты права, — произнес он.
*********
Вернувшись в свой номер, Селина первым делом смыла усталость долгого дня под струями горячего душа. Обернувшись мягким полотенцем, она плюхнулась в огромную, манящую кровать. Тело требовало немедленного сна, но любопытство взяло верх. Селина не удержалась и, достав телефон, зашла на стрим Крида. Что же он там вытворяет?
Экран телефона ожил, заливая полумрак комнаты мягким светом. Девушка сразу заметила, что Егор сменил одежду на домашнюю и выглядел тоже уставшим, хотя шутил и смеялся с поклонниками. Селина, убаюканная его голосом, не заметила, как погрузилась в сон, крепко держа телефон в руке. Ей снились обрывки фраз, смех и музыка, сливающиеся в причудливую мелодию, в которой главным аккордом был голос Крида.