Глава 3 он жив
— Прости... — прошептал Лёша, не зная, слышит ли его Даня. — Я должен был быть рядом. Должен был увидеть... понять...
Он говорил почти шёпотом, но слова будто кричали внутри него. В каждой паузе — эхо вины. В каждом вдохе — страх.
Он не спал уже сутки. Не ел. Не отходил ни на шаг. Только держал Данину руку. Иногда касался пальцем бинтов. Ласково. Осторожно. Как будто мог стереть боль прикосновением.
— Мне казалось, всё лучше. Ты смеялся. Улыбался. Делал чай, как ты любишь — крепкий, как смола, — Лёша горько усмехнулся. — А я и подумать не мог, что за этим смехом — пустота. Чёрная, как бездна. И я... не увидел.
Он выдохнул и провёл рукой по лицу. Глаза резало — не то от слёз, не то от усталости. Или и от того, и от другого.
— Даня... я помню, как ты замолчал тогда. На кухне. Помнишь? Я спросил, что случилось, а ты сказал: "Ничего".
"Ничего", — передразнил он, почти яростно. — А потом снова ничего. И снова. И снова. Пока ты не решил, что тебя — тоже ничего...
В палате было тихо. Аппараты мягко пищали. За окном — вечер, тяжелый и серый, как дождь в октябре. Лёша поёжился.
— Я бы всё отдал, чтобы вернуться назад. Хоть на день. Хоть на час. Сказать: "Я рядом. Я слышу. Я не уйду". Но ты... ты просто лёг в ванну. Закрыл глаза. И думал, что я не найду. Не успею.
Он склонился к нему ближе. Прижался лбом к бинтам. Тихо. Почти благоговейно.
— Но я успел. Слышишь? Я с тобой. Я никуда не уйду. Никогда больше.
И вдруг — движение. Едва заметное. Пальцы Дани дрогнули. Слабо. Почти как судорога.
Лёша замер.
— Даня?
Тишина.
Он вгляделся в лицо. Щека чуть пошевелилась. Ресницы дрогнули. Легко, как ветер.
— Даня, это я. Лёша. Ты... ты слышишь меня?
Ещё мгновение. И — глаза.
Медленно. Тяжело. Но они открылись. Покрасневшие, усталые. Пустые.
— Привет... — еле слышно. Словно и не голос вовсе, а ветер в осенней листве.
Лёша зажмурился. На глазах — слёзы.
— Привет, — выдохнул он. — Ты вернулся.
И Даня снова закрыл глаза.
Но уже не от боли. Не от отчаяния. Просто — чтобы уснуть. Потому что рядом было тепло. Было «я здесь». Было — Лёша.