Глава 355. Первая готовка в воке Сюань-У
《Хозяин, поздравляю с покорением таинственного огня Неба и Земли, пламени Десяти Тысяч Зверей, рожденного из концентрированной сущности неба и земли. Его сила безгранична, оно может испепелить все сущее. Теперь, когда вы поглотили пламя Десяти Тысяч Зверей, его нужно усердно совершенствовать, чтобы достичь полного контроля над ним.》
Голос Системы по-прежнему звучал серьезно, но, дослушав, Бу Фан поднял брови, явно взволнованный.
Он так просто усмирил пламя Десяти Тысяч Зверей? Это как-то слишком легко!
Пламя Десяти Тысяч Зверей казалось таким впечатляющим… Но на самом деле ничего особенного в нем не было.
Бу Фан и не подозревал, что если бы высшие узнали о его мнении, скорее всего, его бы запихнули в мешок и избили.
Что значит «легко»? Хотя пламя Десяти Тысяч Зверей только зародилось и все еще оставалось лишь искрой, даже так это был таинственный огонь Неба и Земли, обладающий безграничной мощью.
Высшие не осмелились бы приблизиться к нему, не говоря уж о том, чтобы так легко покорить.
Только Бу Фан, используя предоставленную Системой технику, бесстыже проглотил пламя Десяти Тысяч Зверей.
Хотя Бу Фан не особенно беспокоился, уголки его губ невольно приподнялись. Все-таки он обрадовался тому, что наконец сможет активировать сковородку Творения.
Он уже давно зарился на на нее.
До этого он использовал вок для того, чтобы бить людей, и его почти смущало, как он это делал.
Все-таки это был вок, а не кирпич…
Успокоив ум, Бу Фан начал самоанализ.
С его нынешним развитием Святого Войны, самоанализ давался легко.
Температура у него сильно поднялась; истинная ци, струившаяся в даньтяне, была похожа на поток пламени. Прежде белая энергия окрасилась в ослепительный золотистый цвет.
От этого сердце Бу Фана замерло.
Внутри его даньтяня медленно закручивался энергетический вихрь, а в центре парило танцующее золотое пламя.
Вихрь вращался вокруг пламени, то и дело вытягивая и поглощая из него сгустки энергии.
Это был небесный огонь, пламя Десяти Тысяч Зверей!
Бу Фан прищелкнул языком, с восхищением любуясь прекрасным огненным шаром.
Открыв глаза, Бу Фан потер подбородок.
Он решил попробовать задействовать пламя, обосновавшееся в его даньтяне.
Однако, как бы он не старался, как бы не пытался активировать, пламя Десяти Тысяч Зверей оставалось совершенно неподвижным.
Лицо Бу Фана напряглось. Она не может задействовать пламя?
Не убежденный, Бу Фан пытался разными способами запустить его, но упрямый огонь в его даньтяне не шевелился.
Это была серьезная проблема; он не мог использовать огонь, что уж говорить о воке Сюань-У.
Неужели ему придется остаться кирпичом?
Бу Фан вздохнул, похлопал себя по щекам и повернулся, чтобы спуститься вниз.
Сяо Сяолун еще не пришел? Его еще нет в такое время?
Бу Фан замер, нахмурился, но не стал слишком задумываться. Он снова сосредоточился, пытаясь пробудить упрямое пламя, одновременно оттачивая навыки нарезки и резьбы.
Во время практики Бу Фана вдруг осенило. Он вспомнил технику подавления небесного огня, которую ему передала Система.
Следуя это методике, Бу Фан снова запустил свою истинную ци, параллельно пытаясь активировать пламя Десяти Тысяч Зверей.
После всего одного круга* лицо Бу Фана сильно покраснело.
*П.п.: Малый энергетический круг — это древняя даосская и цигун-практика медитации, направленная на циркуляцию внутренней энергии «ци» по двум основным каналам (Ду-май и Жэнь-май) вдоль позвоночника и передней срединной линии тела, с целью накопления энергии, улучшения здоровья и духовного развития, часто включающая визуализацию и мантры.
У него зачесалось в горле, он открыл рот и выплюнул бледно-золотистое пламя!
В тот момент, когда оно появилось, температура в кухне поднялась до пугающе высокого уровня.
Бу Фан испугался и быстро прикрыл рот рукой.
Его глаза расширились, а на лице появилось недоумение.
Что происходит… Почему изо рта вырываются языки пламени?
Бу Фан дернул уголком губ, его взгляд забегал по сторонам, и он отыскал большую сковороду. Это был не вок Сюань-У; сначала он планировал попробовать другой вок.
Вдруг вспыхнул магический огонь.
Тело Бу Фана снова стало ярко-красным. Он открыл рот и выплюнул золотистое пламя, устремившееся ко дну сковороды.
В одно мгновение сковорода раскалилась докрасна и в ней с шипением прожглась дыра…
Бу Фан был поражен. Насколько мощное пламя вырвалось из его рта?
Почему же его рот… не обожгло?
Выбросив испорченный вок, Бу Фан задумался. Затем он достал из системного мешка кусок мяса подземного дракона — внутреннюю часть позвоночника.
Его руку окутал темный дым и появился костяной кухонный нож.
Крутанув нож, он нарезал внутреннюю часть позвоночника подземного дракона восьмого уровня, а потом отбил его ножом, чтобы сделать мягче.
Размешав крахмал в воде, и покрыв им нарезанные кусочки, Бу Фан приготовился к самой главной части.
Вокруг его правой руки тоже заструился дым, и древний, тяжелый, черный вок Сюань-У завис над его ладонью.
Повинуясь его воле, вок закрутился и увеличился, превратившись в большую сковороду.
Он изверг поток поток магического огня, который буквально вонзился в дно сковороды.
Он хотел проверить, сможет ли небесный огонь активировать вок Сюань-У.
Под ним находились четыре маленькие, вроде бы бронзовые ножки. Когда пламя шмыгнуло между ними, узоры на ножках засверкали, словно невидимые колебания управляли бушующим пламенем.
Пламя тихо и спокойно горело под донышком сковороды.
Бу Фан закрыл рот и откашлялся. Он еще не привык к огненному дыханию, ведь только недавно ему научился.
Вок Сюань-У завис в воздухе, пламя под ним тихо горело, не издавая ни звука.
Бу Фан поднес ладонь к сковороде и тут же почувствовал исходящее от него тепло. Он был вне себя от радости: наконец он активировался!
От волнения глаза Бу Фана заблестели.
Он налил масло в вок Сюань-У и своей волей увеличил огонь, из-за чего температура масла быстро поднялась.
Затем Бу Фан аккуратно положил в вок мясо, обваленную в крахмале.
Ш-ш-ш…
Как только мясо попало в сковороду, из него хлынул поток духовной энергии, грозящий вырваться наружу.
Это же было мясо подземного дракона восьмого ранга, содержащее необычайную духовную энергию.
Над воком Сюань-У, казалось, поднялась гигантская духовная черепаха размером с гору, подавляя духовную энергию, которая хлынула обратно в сковороду.
Мясо быстро перекатывалось в воке, и, покрытое крахмалом, приобретало золотистый цвет.
В одно мгновение в воздух поднялся насыщенный аромат.
Благоухание было поистине пленительным.
По сравнению с духовной свининой, мясо дракона было еще более вкусным, все-таки это ингредиент восьмого уровня.
Более того, в воке Сюань-У оно приготовилось еще быстрее.
Бу Фан ловко извлек кусочки из сковороды. По кухне разносился густой аромат горячего, дымящегося мяса.
Вылив масло из вока, Бу Фан начал готовить маринад.
Бум!
Когда продукты оказались в воке, глаза Бу Фана сузились; изнутри вырвалось пламя.
Бу Фан неторопливо продолжил готовить.
Он помешал ложкой и кисло-сладкий оранжевый маринад был готов.
Он полил им жареное мясо подземного дракона, и вскорости его руки словно заиграли светом и тенью. Тщательно перемешав мясо с соусом, повар добился однородного вкуса.
Затем он переложил пьяные ребрышки в фарфоровую тарелку, и оттуда полился аромат, намного более насыщенный, чем раньше, вызывая у Бу Фана неудержимое желание попробовать их.
Он облизнулся и палочками сжал кусочек мяса.
Оранжево-красный винный соус облепил ребрышки, и когда Бу Фан взял одно, он буквально растянулся в тягучую нить.
Горячий пар поднялся в воздух.
Повар запихнул мясо в рот и невольно зажмурился.
Жуя приготовленные пьяные ребрышки, он вышел из кухни.
Стоило ему распахнуть дверь, как аромат жареных ребрышек подземного дракона вырвался наружу.
Переулок вокруг ресторана снова отстроили. Осмотревшись, Бу Фан поставил пьяные ребрышки перед крепко спящим Сяо Хэем.
— Сяо Хэй, пора кушать, — равнодушно произнес Бу Фан, погладив собаку по голове.
Пьяные ребрышки из дракона восьмого уровня были первым блюдом, приготовленным в воке Сюань-У, и это было отличное угощение для толстого пса.
Глаза спящего Сяо Хэя моментально округлились, стоило ему учуять запах жареного мяса.
Быстрым движением Сяо Хэй притянул миску к себе, его глаза ярко заблестели.
Высунув язык и дернув носом, Сяо Хэй издал опьяненный лай.
«Паршивец, так у тебя есть совесть!» — проворчал себе под нос уважаемый пес, а затем принялся за еду.
В тот момент, когда первый кусочек оказался у него во рту, и без того широко раскрытые глаза собаки расширились еще больше и засияли практически невероятным светом!
— Это же ребрышки дракона! Любимая еда господина пса! Гав! — нехотя восхитился Сяо Хэй. Его голос по-прежнему звучал притягательно.
По сравнению со свининой, мясо подземного дракона восьмого ранга было намного более жестким. Однако поразительно мастерство Бу Фана сделало его мягким и нежным. Хотя он впервые готовил в воке Сюань-У, набор бога Кулинарии позволил ему чувствовать малейшие изменения энергии в сковороде.
Это было намного проще, чем готовить в обычном воке, для готовки в котором ему бы пришлось успокоить свой ум и находится с ним в тесном контакте.
Тем не менее, различия в способах контроля все равно существуют.
Даже небольшое изменение влияет на вкус блюда.
Тарелка пьяных ребрышек, приготовленных из мяса дракона… Это было первое блюдо, приготовленное в воке Сюань-У. Вкус был таким, что Бу Фан просто не мог поверить. Он все еще чувствовал аромат мяса у себя во рту. Нежное, мягкое драконье мясо, ароматный кисло-сладкий винный соус, и обильная духовная энергия дополняли друг друга, создавая изысканное блюдо.
В сочетании с небесным огнем набор бога Кулинарии был поистине необыкновенным.
Бу Фан с удовлетворением подумал, что его кулинарные навыки явно улучшились.
Сяо Хэй был очарован: перед восхитительной едой для него больше ничего не имело значения.
Его взгляд был прикован… лишь к пьяным ребрышкам из мяса подземного дракона.
Слабо улыбнувшись, Бу Фан вернулся в ресторан, придвинул кресло и свернулся в нем перед дверью, глядя, как уважаемый пес поедает мясо, вдыхая аромат блюд и греясь на теплом солнышке. Жизнь казалась прекрасной.
Издалека медленно приближался Сяо Сяолун, с не очень хорошим лицом и оттенком печали в глазах.
Увидев Бу Фана, свернувшегося в кресле перед рестораном, он вдруг замер.
Затем в его глазах вспыхнули нескрываемые волнение и надежда.