я вернулась

Я вернулась
Часть 1. Новая работа/Сиделка

После окончания школы Дюпэн узнала, что намечается свадьба у её одноклассников. Адриан должен был жениться на Хлое, он говорил, что не любит её, но остальные действия, казалось бы, показывали обратное. Время шло, Мари решила не присутствовать на свадьбе, чтобы не делать себе больнее. Она закрылась в своей комнате, решая отдаться делу, что ей поистине нравится. Девушка стала шить, причем достаточно качественные работы для её 17 летнего возраста. Платья, юбки, футболки, даже разные игрушки, — эти вещи синевласка делала на заказ, и никто даже не думал жаловаться на её товары, ведь все они были качественные по себе.

Прошло 2 года. Дюпэн делала и продолжала делать то, что ей нравилось и чем она хотела заниматься. Параллельно с любимым делом она ещё и училась во французском университете, получая хорошие баллы.

Так бы и продолжалась её жизнь, вроде бы не скучная, но и не до конца интересная, как вдруг в глаза ей попалась реклама, что высветилась у неё на ноутбуке, когда та искала интересные вдохновляющие картинки. В рекламе было сказано, что известный модельер Габриэль Агрест предлагает достаточно большую сумму денег тому, кто будет работать сиделкой у его сына-инвалида. У Адриана отказали ноги, но руки и голова ещё способны. Ему достаточно трудно приспособиться, ведь ходить парень уже не может.

Габриэль не предлагал бы подобную зарплату за простые: кушать, уложить спать и т.д., если бы у его сына не развился на почве стресса и «моя жизнь погибла» сложный характер. Теперь каждый день с ним сложно протянуть, сиделки у него долго не задерживаются, только на пару дней, получая самую малость из обещанной зарплаты.

Маринетт долго перечитывала информационный текст, взвешивала все «за» и «против». Она понимала, что до сих пор чувствует к Агресту нежные чувства, которые все эти 2 года хотела зарыть, но что-то её заставило ответить на эту рекламу и позвонить по номеру указанному там. Синевласка договорилась о том, что придет к Габриэлю и его супруге завтра и тогда же сможет приступить ко своим новым обязанностям. Чэн сразу призналась, что у неё нету опыта работы сиделки, но она способная девушка и быстро схватывает на лету, проще простого.

На следующий день, ровно в 9:00, синевласка уже стояла возле поместья Агрестов. Маринетт была очень взволнованна из-за предстоящей встречи. Не то, чтобы из-за любви к Адриану, она боялась его реакции, что может поставить её в тупик. Просто девушка решительно настроена помочь парню.

— Здравствуй, Маринетт, рад тебя видеть, — Габриэль пригласил синевласку в дом, направившись с ней в гостиную, где стоял диван, — Садись, сейчас к нам подойдет моя жена, — спустя минуту к ним и правда подошла жена Агреста, мадам Софи. Посмотрев на её прекрасное лицо, Чэн поняла в кого пошел Адриан.

— У меня, как я уже сказала, нету опыта работы сиделки, но я схватываю всё на лету, так что…

— Мари, ты, как одноклассница Адриана…

— Бывшая одноклассница…

— Да, бывшая одноклассница, должна его достаточно хорошо знать. Помоги ему, он наш единственный и горячо любимый сын. Не буду скрывать… Он хотел покончить с собой, считая, что его жизнь закончена.

— Помоги ему, пожалуйста, — со слезами на глазах закончила Софи, вытирая поступающие слёзы.

Смотря на них, Маринетт так же хотелось плакать. Агресты любят своего сына, почему же Адриан этого не понимает, причиняя им боль? В их глазах читалось столько боли, что Дюпэн сдерживала уже свои эмоции. Зачем Габриэлю столько денег, если даже с их помощью нельзя поставить его единственного сына на ноги…

Чэн согласилась на эту работёнку, подписав соответствующие бумаги о том, что теперь это её официальная работа. Она так же не могла не спросить о том, где же Хлоя, почему она не заботиться о своём муже. Софи и Габриэль, опустив голову, сказали, что ошиблись в выборе невесты. Блондинка походила к Адриану в больницу, поплакала, сказала, что переживает, а позже уехала с каким-то мексиканцем в другую страну, быстро оформив развод с Агрестом.

— Не долго переживала, — сухо произнесла Маринетт, когда в её голосе столько слышалось ноток отвращения к Буржуа, что родители поняли — они выбрали правильную сиделку для сына, она не заставит его скучать.

Софи сообщила Дюпэн, что идёт подготавливать своего сына к тому, что у него появилась новая девушка, что за ним будет ухаживать. Он лишь отозвался, что эта «новая девушка» у него долго не задержится. Парень очень изменился в лице, когда на пороге его комнаты увидел Чэн.

— П-привет, ты пришла меня навестить? — как-то недоверчиво спросил Адриан, пока его мать уходила обратно в гостиную, чтобы оставить сына тет-а-тет со своей старой подругой.

— Да нет, — ответила Мари, делая шаг в сторону кровати парня, — Я-я твоя… новая сиделка.

— Ясно, можешь уже уходить. Ты тут надолго не останешься, я всё равно умру.

— Не говори так, Адриан, — сурово произнесла Чэн, испепеляя парня взглядом, — Твои родители переживают за тебя, в их глазах столько любви к тебе, единственному сыну.

— Ты думаешь, что мне их не жаль? Уходи, Маринетт, по-хорошему прошу, — суровый взгляд теперь прошелся по Чэн. Юбка, чуть выше колен, легкая футболка, что округляла достоинства, — это всё заставляло парня думать, какой же он жалкий в этот момент.

Раньше он бы мог на подобное накинуться, как полноценный парень и поживиться, как следует, ублажив инстинкты. Ну… а что теперь? Лежит и наблюдает, как раз за разом девушки приходят ради того, чтобы влюбить в себя Адриана и что, после своей смерти, он оставит им пол своего имущества. Как смешно и наивно. Агрест знал, что у Маринетт не такие принципы, она, скорей всего, это делает из-за доброго сердца, но и от подобной мысли ему не легче. Будто бы он своим состоянием инвалида принуждает её сидеть с ним.

— Ты готова подписаться на унижения, Дюпэн?

— Ну… — усмехнулась Мари, подходя впритык к кровати Агреста, — Я попробую сделать всё, чтобы ты не грустил.

— Тебе придётся постараться.

— Ха-ха, — улыбнулась она, но её прекрасная и обворожительная улыбка спала тогда, когда парень произнес, что желал бы сходить в туалет и немедленно. Ей пришлось тащить больше 55 кг в толчок, это её не радовало, но мысль о том, что она делает благое дело, хотя бы как-то согревало её.

Принеси, подай, унеси, понеси — это не все слова, что девушка слышала только за сегодня, это только часть. Под конец дня Дюпэн уже сама не могла ходить, думая, что это уже у неё отказали ноги, а не у Агреста. Чэн уже было хотела пойти к Габриэлю и отказаться от роли, на которую подписалась только сегодня утром, как вдруг услышала: «Спасибо…»

Такое тонкое, жалостливое «спасибо» от блондина, что Дюпэн растаяла, как и тогда, ещё в школе. Она не смогла отказаться от работы, которую приняла. Чэн поняла, что ей ещё долго придется терпеть просьбы Адриана Агреста, ведь он умеет неосознанно манипулировать её чувствами. Одно «спасибо» за сегодняшний день и её работу, и Мари вся его.

— Мне будет, ой, как не просто… - подытожила Чэн, падая изнеможенная на свою кровать.