Эпилог.
Марат направлялся к дому Ксюши. Она не отвечала на звонки, никто не знал, где она и что с ней. На душе было неспокойно, будто случилось что-то плохое. Зайдя в подъезд, парень быстро поднялся на нужный этаж и стал стучать в дверь. Никто не открывал. Суворов заглянул под коврик, под ним, слава богу, оказался ключ.
Открыв дверь, он вошёл. Обойдя всю квартиру, не нашел и намека на подругу. Как будто испарилась. Парень начал не на шутку переживать. Набрав по телефону номер отца, тот не взял. «Нет блять, неужели на завод идти придётся?» — процедил сквозь зубы тот. Закрыв квартиру и положив ключ обратно, Марат полетел на остановку.
Сев в автобус, который останавливается по близости к месту работы Михаила, парень сел на сиденье и принялся ждать. Минуты казались вечностью. Когда автобус подъезжал к нужной остановке, Марат спрятался в толпе. Получилось, зайцем проехал. Со всех ног он побежал к заводу. Когда ворота оказались перед носом, охрана его не пустила.
— Не положено, молодой человек, — твердил мужчина.
— Мужик, пусти, я те щас въебу, — кричал Суворов, подходя ближе к охраннику, но его напарник оттащил парнишу. — Михаила Морозова сюда приведите!
Один из охранников ушел, а вернулся уже с отцом подруги. Тот, видимо, работал без не показался рук. Весь чумазый, с синяками под глазами и злой, как собака. Суворов подбирал в голове слова, чтоб не занять много времени и не уйти на три весёлый буквы.
— Дядь Миш, Ксюха пропала, — начал Марат. — На телефон не отвечала, дома нет. Вы не знаете, где она быть может?
— Черт, — протянул мужчина, парень только вопросительно посмотрел. — Ксюша!
Он сорвался с места и Суворов ринулся за ним. Охрана ничего не поняла, но не погналась. Морозов бежал сломя голову. «Кажется, он понял, где Ксюша, но сказать-то не судьба?» задавался вопросом Марат. Они бежали, долго. Очень долго.
Спустя пару минут парниша и Михаил стояли у входа на кладбище. Суворов нервно глотал слюну, щелкая пальцами в карманах куртки, а мужчина молился, чтоб его догадки не оправдались. Открыв калитку, они зашли. Пройдя пару могил, они остановились у одной.
Морозова Светлана Николаевна.
1946-1989.
Помним, любим и скорбим.
Рядом лежало тело в луже крови, без признаков жизни. Морозов сразу узнал платье. Платье своей дочери, подаренное женой. Он упал на колени и зарыдал, обняв ледяное тело своей дочери. Не хотелось верить, что главные люди его жизни мертвы. Хотелось верить, что это - кошмар, который закончится если проснуться. Но нет, это суровая реальность.
Суворов стоял с каменным лицом, наблюдая за всем происходящим. Его Ксюши больше нет. Той лучезарной, доброй, светлой, смешной и любимой Ксюшки больше нет. Теперь он не сможет пожаловаться ей, поделиться чем-то. Не сможет обнять и погулять. Сможет лишь придти на могилу, оставить цветы и поговорить с надеждой, что она его услышит.
Марат присел рядом, кладя руку на плечо Михаила, который заливался слезами. С каждой секундой парнишу пронзала боль, которую ничем не заткнуть. По его щеке скатилась слеза. Он не плакала лет с пяти. Привык со всем справляться сам, либо с помощью подруги. Теперь помощи от подруги не будет, а сам не справится.
Рядом с мертвой подругой он нашел бумажку. Развернув её, он прочел текст. Сердце разорвалось на части. Не верится, что это написала его подруга. Парень не мог сдерживаться и тоже заплакал навзрыд. Для него Ксюша — не просто подруга, лучшая подруга, близкая... Нет. Она — младшая сестра. Всегда поддержит, поймёт. С ней можно и посмеяться, и поплакать. Она принимала и понимала его всегда.
***
Михаил и Марат приехали на район, но теперь на машине мужчины. Ехать было тяжело, осознавая, что в багажнике лежит мертвая дочь и подруга. Оба были убиты горем. Они не разговаривали, в такой ситуации нечего сказать. Морозов довез парня до качалки, а сам поехал в похоронное бюро.
Суворов зашёл в качалку, все взгляды стали направлены на него. Пацаны активно здоровались, но тот игнорировал. Вова заметил, что на брате нет лица.
— Чо случилось? — спросил старший, тряся Марат за плечо.
— Ксюша умерла.
Повисла тишина, которая наэлектризовывалась с каждой секундой. Все смотрели на Адидаса Младшего, ожидая объяснений. Больше всего их ждал Валера, который моментом оттолкнул Вику.
— В смысле, блять, умерла?! — Турбо подошёл к парню и развернул к себе. — Чо было?
— На могиле у матери вены вскрыла, — сухо ответил тот, доставая сигареты.
Никто из пацанов не знал, что чувствовать. Вроде как, никто, кроме пары парней, не был знаком с ней близко. Но она действительно стала частью, неотъемлемой частью, истории Универсама. Все были огорчены. Даже те, кто не разговаривали с ней.
Зима сидел на диване и курил. Тупо курил, не говоря ни слова. Этим он очень выбесил Туркина.
— Зима, те чо похуй?
— Нет, — спокойно сказал тот. — Это было ожидаемо. Ты был для неё всем, потом ты ушёл к своей Викусе, — он посмотрел на девушку, вжавшуюся в диван. — И забыл про девчонку. Нет тебя - нет Ксюши. Всё просто!
Валера ударил друга в челюсть. Его переполняла ярость. Неужели его обвиняют в чье-то смерти? Настолько плохим он быть не может, это слишком. Капля человечности у него есть, особенно к своей бывшей. Плюнув в ноги Вахиту, он ушёл, громко хлопнув дверью.
Зима спокойно принял удар. Даже не пошатнулся. Пройдясь рукой по месту удара, вытирая кровь. Он был полон спокойствия. Будто каждый день умирают пятнадцатилетние девочки, ставшие частью группировки.
***
Отец организовал похороны. Кого-то конкретного он не звал, «кто хочет, пусть приходит» — сказал глава семейства. Собрались все родственники - две бабушки, дедушка, тетя и дядя со стороны мамы и дядя со стороны отца. Из окружения Ксюши пришли - Валера с Викой, Зима, всё семейство Суворовых и... Елена. Она узнала о похоронах в письмах Марата, которые он закидывал в почтовый ящик.
Когда выносили гроб, большинство не сдержало слёз. Их любимой Ксюши больше нет. Они ей не позвонят, не поговорят, не смогут увидеть и обнять. Смогут только вспомнить, придти на могилу, оставить цветы и рассказать обо всём. Всё. После похорон все немного посидели и разошлись.
Михаил, когда вернулся домой, сразу зашёл в комнату дочери. Всё осталось на своих местах. Он не хотел ничего трогать, а хотел, чтоб в комнате царила тот излюбленный хаос своей дочери. Только на стол он поставил ещё одну рамку и конверт. На фотографии была изображена вся их семья, а в конверте - предсмертная записка. Он плакаться в своей комнате.
Похороны организовал родственники, ещё помогли Суворовы. Они отправили сына, брата, приятеля в последний путь.
Вся семья Морозовых была похоронена в одном месте, рядышком. Не верилось, что у их семьи больше нет будущего.