глава 16.
Валера сидел в качалке, куря сигарету. Суматоху, которая творилась вокруг, он не замечал. В голове лишь Ксюша. Те слова, что она выплюнула, запомнились. Неужели было понятно, что парень занимался любовью? Туркин пытался привести нормальные объяснения словам девчонки, но всё тщетно.
Потушив сигарету, парень бросил её в пепельницу и решил выйти на ринг. В соперники ему пошёл Сутулый. Парнише точно не победить Турбо, значит тот будет бить его, как грушу. Пацаны разошлись, готовясь к драке. Через пару минут Валера остался с голым торсом. На руки ему надели боксёрские перчатки.
Наконец попав на ринг, Туркин уже представил, как делает из Сутулого кусок мяса. Он усмехнулся своим мыслям. Соперник встал напротив его в стойку бойца. Сутулый был настроен победить Турбо, хоть прошлые несколько раз он уходил из качалки со встряхнутой головой.
Валера нанёс первый удар в скулу. Илья пошатнулся, но не упал. Пацаны, собравшиеся у ринга, загалдели. Второй удар в нос, но его принял Турбо. Оба загорелись азартом игры. Удары приходились куда попало.
Сутулый еле стоял на ногах. На лице были капельки пота, а из носа текла кровь. Непонятно почему, но он истерически усмехался. Валера, тем временем, стоял напротив. У того запеклась кровь на губе, не больше. Парень был полон сил, был готов на ещё один раунд.
— Ну, что, — начал кучерявый. — Ещё раунд?
— Не, — отмахнулся Илья, покидая ринг. Все загалдели, показывая, что хотел бы продолжение.
— Слабак, — хмыкнул парень и, перепрыгнув через бортик, пошёл в каморку.
У Ксюши.
Морозова лежала на кровати, свернувшись калачиком. Обняв саму себя за плечи, она отдирала кожицу с губ. Когда девочка почувствовала металический привкус, тут же перестала.
Сердце разрывало от обиды на Валеру. Парень, вместо того, чтоб поддерживать... возлюбленную, занимался интимом с кем-то другим. Хотелось рвать и метать. Ксюша была готова убить ту, что лежала под Турбо, но не знала, кто она. Девчонка даже не подозревала, что этой девушкой окажется близкий ей человек.
Ксюша, в последнее время, ни с кем не общается. Марат и Елена большую часть времени в школе. Сейчас конец четверти ребята готовятся к контрольным, времени навещать подругу нет. Морозова это понимала, поэтому не обижалась, что было делать, в принципе, глупо.
Собравшись с мыслями, девчонка встала с кровати и поплелась на кухню. Чайник был горячий, поэтому она, не тратя времени, кинула заварку в кружку и залила кипятком. Пока чай заваривался, Ксюша стояла и смотрела в окно.
Почти в каждой квартире стоит ёлка, которая сверкает разноцветными огоньками. Снег сыпал хлопьями, последние несколько дней. Мимо проходящие женщины несли в руках пакеты с новогодними изображениями. Наверное, сладкий подарок или новогодний.
Вздохнув, Морозова взяла в руки кружку и вернулась на прежнее место. Сделав глоток чая, она почувствовала, как тепло разливается внутри. На мгновение Ксюша забыла о всех проблемах, но возвращение в реальность произошло быстро.
В качалке.
Валера сидел на диване, беседуя с Зимой. Разговор был обыденный, о том, о сём. Вахит не забыл о Ксюше. На этом моменте Турбо напрягся. Девчонка поселилась в его голове, а теперь стала темой для разговора.
— Как там Ксюшка? — весело спросил парень, не обращая внимание на напряженное лицо друга.
— Не знаю, — тихо, но с, нескрываемым раздражением, ответил тот. — Не навещал её.
— А почему? — поднял брови Зима. — Ей после дискоча херово, ты ж понимаешь.
— Понимаю, — кивнул Валера. — Не могу я к ней пойти.
— Почему?
— Я переспал с её мачехой, — на выдохе сказал тот. Казалось, что время остановилось. Вахит замолк, поднося руку ко рту.
Марат, стоявший неподалёку, слышал всё, о чем говорили суперы. После последних слов Турбо, парниша замер. Мир вокруг перестал существовать. Слова отдавались в ушах эхом. «Я переспал с её мачехой», «Я переспал с её мачехой». Не было ничего, только эти слова.
Суворов хотел ринутся с подруге и всё выложить, но не хотел расстраивать ещё больше. Конечно, рано или поздно, Ксюша узнает, разочаруется, но главное оттянуть этот момент. Пусть восстановится после той дискотеки, поживёт и тогда, может быть, Марат решится и расскажет.
Дверь в подвал распахнулась, вошли старшие. Все оживились, посвящая внимание им. Кащей был напряжен, а Вова... Просто был разочарован. Суворов младший сглотнул и часто заморгал. Сразу понятно, что эта встреча не закончится хорошим.
— Ну, чо, — начал Кащей, подходя к Валере и хлопая его по плечу. — С вафлёршами возишься, да? Больше всех, ведь, презирал таких.
— Что? — возмутился Туркин. — Не вожусь я с вафлёршами, по-прежнему презираю.
— Ага, рассказывай, — усмехнулся тот, отходя от супера и начиная наматывать круги по подвалу. — Ксюшка ваша — вафлёрша.
— Чего?! Кащей, что за бред?! — вступился за подругу Марат, подходя к старшему. — Вы слухам верите?
— Как не верить? — фыркнул тот. — Парни из ДомБыта рассказали, у них это и было.
— Это слухи, — прорычал Суворов младший.
— Маратка, — начал Вова. — Ты с ней прекрати общаться, а то отошьём, — мужчине было сложно сказать эти слова. Лицо парнишки исказила злость.
— Отшивайте, — фыркнул младший, забрал куртку с крючка и вышел из подвала, хлопнув дверью.
— Вован, — начал Кащей. — Мне стыдно, за твоего брата, с вафлёршами водится, — истерически усмехнулся он. Адидас, не выдержав, ударил мужчину в скулу.
У Ксюши.
Морозова стояла на балконе, куря сигарету. Ради минутного наслаждения, прошлось распаковать новую пачку сигарет отца. Спички она тоже взяла у него. Теперь точно понятно, что она курила. Ксюша знала, что получит, но было плевать. Девчонка отключила чувства. Хуже уже неуда.
Скурив никотиновую палочку до фильтра, рука потянулась к пачке, за второй. Чиркнув спичкой, сигарета зажглась. Снова вдох, выдох и становилось легче. Стряхивая пепел, Ксюша увидела Марата, который шёл, пиная снег ногами. Вдохнув никотин, она усмехнулась.
— Маратка! — крикнула она, вдыхая дым. Парень сразу обратил внимание. Увидев подругу, он тепло улыбнулся. — Заходи.
Девчонка докурила сигарету и выкинула её. Зайдя в квартиру, она пошла к двери и открыла её. Марат, как раз, поднялся на этаж. Открыв дверь квартиры, Ксюша кинулась на друга. Парень сразу обнял её. Так крепко, как смог.
Морозова не сдержала слёз, расплакавшись в плечо другу. Горькие слёзы обжигали глаза. В последнее время она плакала слишком часто. Излить душу было некому. «У всех свои дела, хлопоты, никому нет дела до меня. Хотя, с другой стороны, кто знает, что у меня на душе?» — размышляла девочка, плача в плечо Суворову.
***
Ксюша и Марат сидели в комнате, смеясь. Пару минут назад девчонка излила душу другу, стало легче, были силы хохотать вдвоём. В один момент в дверь постучали. Ребята вышли в прихожую. Морозова открыла и увидела на пороге отца и Вику. Суворов, стоявший рядом, по морщился, увидев Викторию.
— Мы с Маратом в комнате, — кинула девочка и потянула друга обратно.
Парень рассказывал, что произошло за период отсутствия подруги. Ничего особенного: одноклассник разбил окно, другой разбил горшок с цветком, а третий положил на стул учительницы кнопку. Конечно, безнаказанным это не осталось. Родителей вызвали в школу и оставили обещая: «Хоть одна, подобная проделка, вы забираете документы».
Разговор прервал Михаил, спросивший о новой пачке. Ксюша сказала, что не видела. Отец пошёл на балкон, что не удивительно. Там нашёл открытую пачку. Морозова услышала крик будучи в другой комнате с закрытой дверью.
— Морозова Ксения Михайловна, вы ничего не хотите сказать?!