33%
В палате к этому времени уже стало тише.После долгого дня, после работы, разговоров и редких вспышек смеха усталость наконец начала брать своё, и люди постепенно укладывались — кто-то сразу ложился, кто-то ещё переговаривался шёпотом, но в целом атмосфера стала спокойной, почти домашней, если можно было так назвать это место. Дженни уже устроилась рядом с Эшли, тихо что-то обсуждая, Лия укрылась одеялом и слушала, не вмешиваясь, Ноа почти сразу заснул, прижавшись к Одри, Кэтрин поправляла вещи у стены, а Колин, как обычно, выбрал место так, чтобы видеть вход.
И в этот момент дверь резко открылась.
В палату вошёл Дамиан.
По нему сразу было видно — он злой. Не просто раздражённый, а именно злой, как бывает, когда внутри что-то крутит, давит и не даёт покоя. Он ничего не сказал, просто прошёл внутрь, на ходу скинул куртку в сторону, так что она с глухим звуком упала на пол, и почти сразу сел на свой матрас, а потом резко лёг, будто хотел просто вырубиться и отключиться от всего, но не получилось.Он уставился в потолок, не моргая, и внутри всё продолжало крутиться.
Возможно ли кого-то так сильно не переносить на дух ..но при этом тянуться к этому человеку?
Мысль была неприятной и чужой.
И от этого он ещё больше злился.
Чёртова малявка.
Ломает весь его привычный мир, его порядок, его спокойствие — и даже не понимает, что делает. Лезет туда, куда никто не должен лезть. Говорит то, что никто не говорит.Смотрит так, будто видит насквозь.
Он резко сжал кулак... и сильно ударил им по матрасу.Рядом сразу повернули головы.
Джастин приподнялся на локте, прищурился:
— Чего это с ним?
Тео, сидевший неподалёку, даже не удивился.Он лишь закатил глаза, уже понимая:
— Ади...
Джастин сразу выпрямился, на лице появилась знакомая ухмылка:
— А-а-а... богиня снова вывела из равновесия моего братца.
Дамиан резко повернул голову:
— Закрой рот, Джас.
— Господи, какой нервный, — не унимался тот, усаживаясь поудобнее. — Тебе бы пар выпустить.
Пауза.
— Может, на пробежку сходить ? Или поговорить? Или... — он прищурился, — Ну ты понял.
Дамиан приподнялся на локтях, посмотрел на него тяжёлым взглядом:
— Могу использовать тебя как грушу для битья.
— О, — Джастин поднял руки, — Сразу видно, человек открыт к диалогу.
Колин тихо хмыкнул со своего места.Тео усмехнулся краем губ, но ничего не добавил.
Напряжение в комнате слегка спало — ровно настолько, чтобы это уже не выглядело как взрыв на грани. Вскоре Брайан поднялся со своего места.Он сделал это спокойно, как обычно, без лишнего внимания к себе, поправил куртку, проверил ремень с оружием и сказал:
— Пойду проверю периметр.
Брайан вышел из палаты спокойно, как и всегда,как человек, который делает это уже не первый раз и знает каждый свой шаг наперёд. Дверь за его спиной тихо закрылась, отрезая шум голосов и оставляя только пустой коридор, где звук шагов сразу становился громче, гулче, отдавался эхом по стенам.
Он шёл медленно, но уверенно, не просто «гуляя» — именно проверяя. Взгляд цеплялся за всё: двери, которые они сегодня укрепляли, окна, через которые теоретически можно было пробраться, тёмные углы, где могла скрываться угроза. Он привычно останавливался у каждой важной точки, рукой проверял, как держится доска, не ослабли ли крепления, не скрипит ли слишком сильно дверь, не оставили ли где-то щель. Иногда он даже прислушивался — не к громким звукам, а к мелочам: скрипу, дыханию ветра, далёкому стуку, который мог быть чем угодно.
Снаружи уже начинало темнеть, и через выбитые окна в коридоры пробирался тусклый серый свет, постепенно уступающий место тени. Больница снова становилась той самой — чужой, пустой, опасной, несмотря на людей внутри.
Он прошёл первый этаж, проверил боковые входы, обошёл старую столовую, где ещё недавно все сидели и ели, убедился, что всё закрыто, что ничего не сдвинуто, что никто посторонний не проник.
И только после этого направился к лестнице вниз.Спустился не спеша, но уже с другим настроением — более собранным, более напряжённым. Там было темнее, холоднее, и воздух казался тяжелее.
И именно в этот момент он столкнулся с ней.Ади поднималась вверх с нулевого уровня.Он остановился почти автоматически.Она тоже.На секунду они просто посмотрели друг на друга.И в эту секунду внутри Брайана что-то неприятно сжалось.
Подвал?
Что она там делала?
Мысль вспыхнула резко, почти как сигнал тревоги.Он конечно не подал виду, но внутри напрягся.
— Ты что здесь делала? — спросил он ровно, без давления, но внимательно, чуть прищурившись.
Ади ответила сразу, без паузы, будто это был самый обычный вопрос:
— Да так... просто гуляла.
Она чуть пожала плечами, как будто сама не придавала этому значения:
— Хотела побыть одна.
Сказано было спокойно и уверенно, без дрожи.Брайан смотрел на неё ещё секунду, словно проверяя — врёт или нет, но она держалась ровно, и он кивнул:
— Понял, — сказал он коротко.
Пауза.
Потом чуть мягче, как будто обычный разговор:
— Иди отдыхай. Всё... наладится.
Ади слабо улыбнулась:
— Угу.
И, не задерживаясь, пошла дальше вверх по лестнице.Её шаги постепенно стихли.
Брайан остался стоять.
Секунда.
Две.
Пока звук полностью не исчез.И только после этого его лицо слегка изменилось.
Он спустился в подвал быстро, почти бесшумно, но уже без той показной спокойности, с которой ходил наверху. Здесь не было смысла играть роль. Здесь он был один — и мог позволить себе быть настоящим. Воздух внизу был тяжёлый, сырой, пах старым бетоном и чем-то затхлым, будто это место давно забыли даже сами стены. Он двигался по памяти, не оглядываясь, не задерживаясь, сразу к нужному месту.Шкафчик стоял там же.Ничего не изменилось на первый взгляд.Он остановился перед ним, прислушался — тишина. Только капля воды где-то в глубине падала с равными промежутками. Брайан медленно выдохнул, наклонился и отодвинул плиту, которая прикрывала тайник. Рука на секунду замерла — не от страха, а от странного ощущения внутри, будто что-то было... не так.Но он всё равно открыл.Рация лежала на месте.Как он её и оставил.Он быстро схватил её, провернул колесико, ловя волну. Внутри неприятно скрутило — не страх, нет... что-то другое. Как будто интуиция пыталась сказать ему остановиться.
Шипение.
Пустота.
Он ждал.
Секунда.
Две.
Три.
И вдруг — голос.Резкий, живой, будто человек стоял прямо рядом, а не за километры:
— Ты чего первый раз на связь-то не вышел?
Брайан замер.Рука с рацией застыла.В голове мгновенно вспыхнуло десятки мыслей.
Первый раз?
Какой, к чёрту, первый раз?
Он только что спустился сюда.
Только что.
Мысли начали накладываться друг на друга, сбивая дыхание.Он же не выходил на связь раньше.
Или...?
Нет.
Нет, это бред.
Он быстро взял себя в руки, заставил лицо остаться спокойным, а голос — ровным. Ни одной лишней эмоции, ни одного лишнего слова:
— Так вышло, — ответил он коротко. — Проверял рацию. Она плохо работала.
Пауза.
Он проглотил ком в горле и продолжил уже более уверенно:
— Пока ничего интересного. День обычный. Обживаемся, укрепляемся. Без вылазок сегодня.
Голос на той стороне немного помолчал, словно переваривал информацию, а потом спокойно, почти лениво ответил:
— Хорошо.
Пауза.
— Ждём интересных новостей.
И чуть жёстче, с намёком, который нельзя было не понять:
— Следи за девчонкой.
Щелчок.
Связь оборвалась.
Шипение снова заполнило тишину.
Брайан не двигался, стоял, сжимая рацию в руке, и смотрел в пустоту перед собой, как будто там мог найти ответ на вопрос, который только что врезался ему в голову.Он подождал ещё пару секунд, пока шипение рации не стало раздражать. Он резко провернул колесо, отключая её, будто этот звук мог выдать его кому-то наверху. Пальцы чуть дрожали — он это заметил и сразу сжал их в кулак, заставляя себя успокоиться.Он опустился на колено, аккуратно положил рацию обратно в нишу, поправил её так же, как она лежала до этого, словно даже мелочь могла выдать, что кто-то трогал тайник. Затем вернул плиту на место, провёл рукой по краю, проверяя, чтобы она встала ровно, без перекосов.Всё выглядело так, будто сюда никто не заходил.Как и должно быть.Он поднялся, выпрямился, глубоко вдохнул и пошёл обратно к лестнице. Шаги были быстрыми, но не суетливыми — привычка держать себя в руках работала даже сейчас.Но стоило ему поставить ногу на первую ступень...
Он замер прямо посреди лестницы.Мысль ударила резко, как выстрел.
Ади.
Он нахмурился, медленно поднимая голову.
Она была здесь.Только что.Он сам с ней столкнулся.Она поднималась с нулевого этажа, с подвала, с этого самого подвала.
Сердце неприятно дернулось.Он медленно выдохнул, опираясь рукой о холодную бетонную стену, будто ему нужно было за что-то держаться, пока мысли не разнесли его окончательно.
Она могла зайти именно сюда?
Могла.
Он прокрутил в голове момент их встречи.
Её лицо.
Её взгляд.
Её голос.
«Просто гуляла.»
Он стиснул зубы.
Нет.
Это слишком тупое совпадение.
Она не просто гуляла.
Она была здесь.
Внизу.
В том же месте.
В тот же промежуток времени.
И тогда следующий вопрос врезался ещё сильнее:
Она могла увидеть рацию?
Он резко провёл рукой по лицу, чувствуя, как внутри начинает подниматься холод.
Если она нашла тайник...
Если включила...
Если услышала...
Он замер.
А почему тогда она молчала?
Он сдвинул брови, пытаясь собрать всё в одну картину.
Если бы она всё поняла...
Она бы уже сказала.
Не Дамиану — так Тео.
Не Тео — так кому-то из остальных.
Она не из тех, кто будет тихо носить такое в себе.
Или...?
Он вспомнил её взгляд пару минут назад.Тот короткий момент.Она выглядела...спокойно.
Никакой паники, никакого подозрения.Даже улыбнулась.Слабо, но всё же.
Он выдохнул через нос, но легче не стало.
А может... она услышала — и решила пока не говорить?
Проверить?
Подумать?
Подождать?
Брайан резко отвернулся от стены и сделал пару шагов вверх по лестнице, но снова остановился.
Чёрт.
Слишком много «может».Слишком много вариантов.И ни одного точного ответа.Это хуже всего.Он привык контролировать ситуацию, знать, понимать.
А сейчас...
Он не знал ничего.Только догадывался.И каждая догадка была хуже предыдущей.
Если она не знает — всё хорошо.
Если она догадывается — это уже проблема.
Если она уверена...
Он сжал челюсть.
Это конец.
Он резко выдохнул, чувствуя, как внутри поднимается злость.
На неё.
На себя.
На всю эту чёртову ситуацию.
— Чёрт... — прошептал он сквозь зубы.
Он ненавидел это чувство.Когда ты зависишь не от своих решений, а от чужих мыслей.От того, что другой человек может сделать в любой момент.Он сжал перила так сильно, что побелели пальцы.Страх и злость смешались внутри в одно тяжёлое, давящее ощущение.
Страх — потому что он понимал, насколько всё хрупко.
Злость — потому что он сам загнал себя в это.
Сам.
Своими руками.
Ради «будущего».Ради Кэтрин.
Он закрыл глаза на секунду, потом резко открыл.
Хватит.
Он не может сейчас стоять и гадать.Это только хуже.Он медленно выпрямился, выдохнул и уже спокойнее, холоднее прокрутил всё ещё раз.
Если она знает — она пока молчит.
Если молчит — значит, не уверена.
Если не уверена — у него есть время.
Немного.
Но есть.
И именно это стало самой важной мыслью.
Время.
Он поднялся ещё на пару ступенек и остановился в последний раз, глядя вверх, туда, где был свет и остальные.Лицо постепенно стало привычно спокойным, закрытым.Как будто ничего не произошло.Но внутри решение уже оформилось.
Чёткое.
Холодное.
Без вариантов.
Эту проблему надо решать.
***
Утро в больнице началось быстро и без лишней суеты — никто уже не лежал долго, не тянул время, не позволял себе роскошь «ещё пять минут», потому что все понимали: здесь каждая минута либо работает на тебя, либо против. Люди просыпались почти одновременно, переглядывались, коротко кивали друг другу, кто-то сразу тянулся за оружием, кто-то за рюкзаком, кто-то просто сидел пару секунд, собирая себя в кучу после сна на жёстком матрасе. Воздух был прохладный, пах всё так же пылью и бетонной сыростью, но к этому уже начали привыкать — как к новому фону жизни.Завтрак прошёл быстро, почти молча, но не напряжённо — просто без лишних разговоров. Кастрюля с остатками вчерашней еды пошла по кругу, кто-то ел стоя, кто-то сидя прямо на матрасе, кто-то уже параллельно проверял снаряжение. Джастин, конечно, не удержался и начал что-то рассказывать про то, что «в нормальной жизни завтрак должен быть с кофе и круассанами, а не с ощущением, что ты ешь ради выживания, а не ради удовольствия», за что тут же получил от Дженни лёгкий толчок локтем и фразу:
— Ешь молча, а то отберу.
Он, конечно, сразу поднял руки:
— Всё-всё, я молчу. Но если что — знайте, я страдаю.
Ади тихо усмехнулась, не поднимая головы от своей порции, а Тео покачал головой, будто уже смирился с тем, что этот человек неисправим.
Дамиан не сидел — он стоял чуть в стороне, наблюдая за всеми, оценивая, кто в каком состоянии, кто устал, кто может работать, кто нет. В его голове уже выстраивался план, и было видно — он не собирается тянуть время. Когда шум немного стих, он шагнул вперёд, привлекая внимание:
— Нам нужно проверить район, — сказал он спокойно, но так, чтобы услышали все. — Мы не знаем, что происходит вокруг. После Жнецов прошло слишком мало времени, чтобы расслабляться.
Он сделал паузу, взгляд прошёлся по каждому:
— Надо пройтись по соседним кварталам. Проверить пути отхода, возможные укрытия, посмотреть, есть ли следы движения — людей или тварей. Если что-то пойдёт не так — мы должны знать, куда отступать.
Колин кивнул почти сразу, будто и не ждал другого решения. Брюс одобрительно хмыкнул. Остальные переглянулись, но никто не возразил — все понимали, что это необходимо.
И, конечно, тишина продержалась недолго.Джастин, сидевший на краю матраса и доедавший что-то из банки, поднял руку с важным видом, как будто собирался сделать официальное заявление:
— Я считаю, что в разведку должны идти самые красивые, харизматичные и вообще лучшие представители человечества.
Он развёл руками:
— То есть, очевидно, я.
Ади фыркнула, даже не скрывая:
— Сам себя не похвалишь — никто не похвалит, да?
Джастин повернулся к ней, прижав руку к груди:
— Во-первых, это не похвала, это объективный факт. Во-вторых, ты просто завидуешь.
— Чему? — спокойно спросила она.
— Моей неотразимости, — не моргнув ответил он.
Колин тихо усмехнулся, покачав головой, а где-то сзади даже Лия не сдержала улыбки.
Дамиан выдохнул через нос, уже явно теряя терпение:
— Закончил?
— Почти, — кивнул Джастин. — Я ещё хотел предложить взять меня, потому что...
— Нет.
— ...я отлично подхожу для разведки, у меня острое чувство опасности...
— Нет, — повторил Дамиан уже жёстче.
Джастин замер на секунду, моргнул:
— Это было грубо.
Дамиан наконец посмотрел на него прямо:
— В разведку пойдут я, Колин и Ади.
Пауза.
Он чуть наклонил голову:
— А ты пойдёшь драить туалеты.
В комнате повисла секунда тишины... а потом кто-то тихо хрюкнул от смеха.
Джастин медленно повернул голову:
— Прости... что?
— Ты слышал, — спокойно сказал Дамиан. — Нам нужен кто-то, кто займётся бытовыми вещами. И ты идеально для этого подходишь.
— Я... идеально подхожу для... туалетов? — он указал на себя пальцем, будто проверяя, не перепутали ли его с кем-то другим.
Ади не выдержала и усмехнулась:
— Ну ты же сам сказал — лучший представитель человечества. Вот и докажи это.
Колин тихо добавил:
— Начни с унитазов.
Джастин закрыл глаза на секунду, глубоко вдохнул, потом открыл их и посмотрел на Дамиана с максимально серьёзным лицом:
— Я это запомню.
Дамиан лишь коротко кивнул:
— Отлично. Запоминай и иди за ведром.
Смех в комнате уже никто не сдерживал, а сам Джастин, хоть и пытался сохранить достоинство, всё равно не удержался и пробормотал себе под нос:
— Герой апокалипсиса, блин... начинал с вылазок, а закончу с тряпкой в руках.
Но, как ни странно, пошёл.
Собрались быстро, без лишней суеты, как это обычно бывает у людей, которые уже привыкли к таким вылазкам и понимают — каждая лишняя минута внутри безопасных стен только откладывает момент, когда всё равно придётся выйти наружу. Оружие проверили на ходу, ремни подтянули, патроны пересчитали почти машинально, и через несколько минут трое уже стояли у выхода из палаты. Ади закинула винтовку на плечо, коротко проверила нож на поясе, будто убеждаясь, что он на месте, и первой двинулась к двери, не дожидаясь команды. Колин шёл следом, привычно спокойный, собранный, а Дамиан замыкал, уже мысленно прокручивая маршрут и варианты отхода, как будто разговоры и утренний шум вообще не имели значения.
Они вышли в коридор, и сразу стало тише. Здесь не было смеха, голосов, запаха еды — только пустота больницы, серые стены, холодный воздух и редкие звуки, которые эхом расходились по этажам. Свет падал через разбитые окна полосами, вытягивая длинные тени, и вся эта картина напоминала, где они на самом деле находятся. Не дома. И не в безопасности.
Атмосфера между ними тоже изменилась.
Резко.
Никаких шуток. Никакой лёгкости.
Ади шла чуть впереди, не оборачиваясь, будто её вообще не интересовало, кто идёт за спиной. Дамиан держался на расстоянии, но взгляд периодически цеплялся за неё — коротко, почти незаметно, но достаточно, чтобы это не ускользнуло от наблюдательного человека.
Колин это видел и чувствовал.Причём слишком хорошо.Он шёл между ними и буквально ощущал, как воздух становится плотнее, как будто кто-то натянул невидимую струну, которая вот-вот лопнет. Ни слов, ни взглядов, ни открытого конфликта — но напряжение было таким, что его можно было потрогать руками.Он мысленно выругался.
«Да вы издеваетесь...»
Он не был дураком. И не вчера родился. Он прекрасно понимал, что между этими двумя происходит что-то... неправильное. Не в плохом смысле — а в том, что они оба упёрлись лбами и принципиально не хотят отступать ни на шаг. Оба острые, оба упрямые, оба привыкли держать всё внутри и действовать по-своему.И, судя по тому, как они сейчас молчали...Разговор им был нужен.Очень.Но не при нём.
Колин чуть замедлил шаг, нахмурился, будто что-то обдумывал, и в следующий момент остановился:
— Так... — протянул он, прижимая руку к животу.
Ади остановилась первой, обернулась, нахмурившись:
— Ты чего?
Дамиан тоже остановился, бросив на него быстрый взгляд:
— Проблемы?
Колин скривился так, что выглядело это максимально правдоподобно:
— Похоже на то, — выдохнул он, чуть согнувшись. — Чёрт... походу, не стоило кушать вчерашние остатки ужина...
Он провёл рукой по животу, поморщился сильнее и тихо выругался:
— Меня... крутит.
Ади приподняла бровь, явно не впечатлённая:
— Серьёзно?
— Более чем, — кивнул он, делая ещё шаг назад. — И, честно говоря... лучше мне сейчас не отходить далеко от базы.
Дамиан нахмурился:
— Мы можем отложить.
— Не надо, — сразу отрезал Колин, выпрямляясь чуть-чуть, но всё ещё играя свою роль. — Вы справитесь. Это обычная разведка, не первый раз.
Он перевёл взгляд с одного на другого, и в этом взгляде мелькнуло что-то более осознанное:
— Пройдётесь вдвоём. Быстрее даже будет.
Пауза.
— Я догоню, если станет лучше.
Ади скрестила руки на груди, прищурилась, будто пыталась понять, не гонит ли он:
— Ты уверен?
— Абсолютно, — кивнул он. — Если я сейчас с вами пойду — пользы будет меньше, чем проблем.
Дамиан пару секунд смотрел на него, явно прикидывая, не стоит ли настоять, но потом коротко кивнул:
— Ладно.
Колин отступил ещё на шаг назад, уже разворачиваясь к лестнице:
— Не сдохните там без меня.
Ади хмыкнула:
— Постараемся.
Он усмехнулся, но уже через секунду его лицо стало серьёзнее, когда он бросил на них последний взгляд.И в этом взгляде было чёткое понимание:
«Разберитесь уже, чёрт возьми.»
Но вслух он, конечно, этого не сказал.
Просто развернулся и пошёл обратно, оставляя их вдвоём в пустом коридоре.
И тишина сразу стала другой.
Ади несколько секунд смотрела в ту сторону, куда ушёл Колин, будто всё ещё пыталась уловить в его поведении что-то странное, но потом просто выдохнула, будто решила не зацикливаться, и перевела взгляд на Дамиана.Он стоял напротив, уже привычно собранный, спокойный, будто ничего не изменилось, будто только что их не оставили вдвоём специально.Она чуть повела плечом, будто сбрасывая остатки напряжения, и коротко сказала:
— Ладно... пойдём тогда?
Он кивнул и они пошли.Спустились вниз по лестнице, прошли через первый этаж, где всё ещё пахло сыростью и старым металлом, и вышли наружу. Дверь за их спинами тихо закрылась, отрезая шум и людей, оставляя их вдвоём в этом пустом, мёртвом мире.
Снаружи было тихо.
Ветер лениво гонял пыль по асфальту, где-то вдалеке скрипела вывеска, и редкие силуэты заражённых двигались между домами, не замечая их. Небо было серым, тусклым, как будто даже солнце не хотело задерживаться здесь надолго.Они молча пошли в западную сторону.Шаги были ровные, выверенные, каждый держал свою дистанцию, но всё равно ощущал присутствие другого слишком чётко.Не было ни напряжённой ругани, ни язвительных фраз — но и лёгкости не было.
Просто тишина, в которой слишком много невысказанного.
Первый дом они проверили быстро.
Старый, с выбитой дверью, перекошенными окнами и обвалившейся крышей. Внутри — пыль, разбросанная мебель, следы старых костров, но никаких свежих следов. Ни людей, ни тварей.
— Чисто, — тихо сказал Дамиан, оглядывая комнаты.
Ади кивнула, уже выходя наружу.
Второй дом был чуть лучше — стены целые, даже пара окон уцелела, но внутри было всё то же: пустота, холод, и ощущение, что здесь давно никто не живёт. Она прошлась по комнате, провела рукой по столу, оставляя след в пыли, и остановилась у окна, глядя на улицу.
— Здесь тоже никого, — сказала она.
Он коротко кивнул.
И они снова вышли.
Шли дальше.
Между домами, мимо брошенных машин, через заросшие участки, где трава уже пробивалась сквозь трещины в асфальте. Время тянулось странно — вроде прошло немного, но ощущение было такое, будто они идут уже несколько часов.
И всё это время — тишина.
Но в какой-то момент Ади всё-таки не выдержала.Она шла чуть впереди, потом замедлилась, повернула голову в сторону, не прямо на него, а будто в пространство, и вдруг сказала:
— Командир... а ты когда-нибудь думал, что там за зоной?
Он не сразу ответил.Пару шагов прошёл молча, будто обдумывая, стоит ли вообще вступать в этот разговор:
— В каком смысле? — спросил он наконец.
Она чуть пожала плечами, но голос стал тише, почти задумчивым:
— Ну... дальше. За пределами всего этого.
Она махнула рукой вокруг — на разрушенные дома, пустые улицы, серое небо:
— Говорят же, что есть место, куда мор не дошёл. Где всё... нормально и по-человечески..
Пауза.
— Слышал про Нордхейв?
Он нахмурился.
Название было знакомым.
Слухи и старые разговоры у костров, обрывки историй, которые передавались от группы к группе.Город за пределами заражённой зоны.Где якобы есть электричество, где есть вода, где люди живут... как раньше.И где, по этим же слухам, никто из тех, кто пытался туда добраться, так и не вернулся.
— Слышал, — коротко ответил он.
Она чуть кивнула, глядя вперёд:
— Говорят, там всё по-другому, — продолжила она. — Не как здесь. Без этих... — она кивнула в сторону далёкого силуэта заражённого, — ...тварей.
Пауза.
— Иногда думаю... а вдруг это правда?
Он посмотрел на неё.Дольше, чем обычно.
— А иногда думаю, что это просто сказка, — добавила она, чуть усмехнувшись. — Типа... чтобы не сойти с ума окончательно.
Ветер прошёлся между домами, подняв немного пыли.Она остановилась, повернулась к нему чуть боком:
— Ты бы пошёл туда, если бы знал, что это реально?
Дамиан не ответил сразу. Он остановился на полшага позже неё, как будто сам не заметил, что замедлился, и взгляд на секунду ушёл в сторону — не на неё, не на дорогу, а куда-то дальше, туда, где за серыми домами и пустыми улицами заканчивался их мир.Вопрос был простой, но внутри он зацепил слишком многое, и он это сразу понял. Такие разговоры он обычно обрывал на корню, не давая им разрастись, потому что за ними всегда шло то, о чём он не любил думать — надежда.Он медленно выдохнул, провёл рукой по затылку, будто собирая мысли в одну линию, и только потом сказал:
— Если бы знал, что это реально... — он чуть наклонил голову, — Я бы сначала проверил, почему никто оттуда не возвращается.
Голос был спокойный, ровный, без лишних эмоций, но в нём чувствовалась привычная осторожность, которая всегда стояла впереди любых решений.
Ади чуть прищурилась, глядя на него:
— То есть ты бы не пошёл?
Он перевёл взгляд на неё, и в этот раз ответил сразу:
— Я не верю в сказки.
Пауза.
Он сделал шаг вперёд, обошёл её и снова пошёл по дороге, будто разговор для него уже закончился, но через пару секунд добавил, уже чуть тише:
— Но если действительно есть место, где люди живут нормально...
Он на мгновение замолчал, будто сам удивился, что вообще продолжает эту мысль:
— ...то я бы вывел туда людей.
Не себя.
А именно — людей.
Как всегда.
Он шёл дальше, не оборачиваясь, но внутри что-то всё равно неприятно сдвинулось.
Потому что этот вариант — нормальная жизнь, безопасность, отсутствие постоянной угрозы — звучал слишком... заманчиво. И именно поэтому он ему не доверял.
Ади догнала его через пару шагов, идя рядом, и какое-то время просто смотрела на него, не говоря ни слова. Потом тихо хмыкнула:
— То есть ты бы сначала всё проверил, потом всех спас, а потом уже подумал о себе?
Он коротко бросил на неё взгляд:
— Я всегда сначала думаю о группе.
Она покачала головой, но без раздражения, скорее с каким-то странным пониманием:
— Вот именно.
Несколько секунд они снова шли молча.
Разговор, хоть и короткий, будто чуть сдвинул что-то между ними, убрал остроту, которая висела с утра.
Ади вдруг снова заговорила, уже чуть легче:
— А я бы пошла.
Он приподнял бровь:
— Сразу?
— Угу, — кивнула она. — Без проверок, без планов, без всей этой твоей стратегии.
Он усмехнулся краем губ:
— Плохая идея.
— Возможно, — пожала плечами она. — Но если это правда... я бы не хотела всю жизнь провести здесь, так и не узнав...что шанс на нормальную жизнь все время был рядом..
Он посмотрел на неё внимательнее.И в этот раз не стал спорить.Потому что в её словах было что-то, что он сам себе обычно запрещал — желание не просто выжить, а жить.
***
Тем временем в больнице жизнь шла своим ходом, и если где-то наверху люди ещё занимались полезными делами, то на первом этаже разворачивалась картина, достойная отдельного спектакля. Джастин стоял посреди старого больничного туалета с выражением лица человека, который явно оказался не там, где планировал быть этим утром. В одной руке у него была тряпка, в другой — ведро с мутной водой, а вокруг... ну, вокруг было всё то, что обычно заставляет людей быстро выйти и больше никогда не возвращаться.
Он стоял, смотрел на унитаз перед собой и медленно качал головой, будто пытался осознать, в какой момент его жизнь свернула не туда:
— Я спасал людей, — пробормотал он, глядя в пространство. — Я стрелял, рисковал жизнью, выживал в аду...
Он опустил взгляд на тряпку:
— ...и вот теперь я здесь.
Сзади раздался тихий смешок.
Он обернулся.
В дверном проёме стояли Дженни, Эшли и Лия. Дженни уже прикрывала рот рукой, чтобы не рассмеяться в голос, Эшли откровенно улыбалась, а Лия просто смотрела с любопытством, чуть наклонив голову:
— О, прекрасно, — вздохнул Джастин, разводя руками. — Публика пожаловала..
Дженни не выдержала и всё-таки засмеялась:
— Прости... я не могла не прийти посмотреть.
— Конечно не могла, — кивнул он. — Когда ещё увидишь, как великий герой Хартвелла воюет с... — он махнул рукой в сторону унитаза, — ...этим.
Эшли прыснула:
— Тяжёлый бой?
— Самый сложный в моей жизни, — серьёзно ответил он. — Противник грязный, коварный и не поддаётся переговорам.
Лия тихо хихикнула, впервые за долгое время позволяя себе расслабиться.
Джастин вздохнул, закатил глаза и снова повернулся к «работе», с максимально страдальческим видом опуская тряпку в ведро:
— Если я не выживу, — пробормотал он, — Расскажите всем, что я пал в неравной схватке.
— Мы скажем, что ты поскользнулся, — спокойно добавила Дженни.
— Предательница.
Эшли ещё раз усмехнулась, потом посмотрела на Дженни, и та, кивнув, слегка толкнула её в плечо:
— Ладно, мы пойдём, пока он не начал читать нам лекцию о самой главной трагедии в своей жизни.
— Уже начал, — заметила Эшли.
Они развернулись, всё ещё посмеиваясь, и вышли из комнаты, оставляя после себя только лёгкое эхо смеха.
Лия осталась.Она стояла пару секунд у двери, потом сделала шаг внутрь, чуть неловко переминаясь с ноги на ногу, будто не была уверена, стоит ли вообще вмешиваться.
Джастин краем глаза заметил, что она не ушла, и приподнял бровь:
— Ты тоже пришла посмотреть, как я страдаю?
Она покачала головой, чуть смущённо улыбнувшись:
— Нет... я...
Пауза.
Она сделала ещё шаг ближе, опустила взгляд на ведро, потом снова подняла его на него:
— Хочешь... я тебе помогу?
Он замер на секунду, будто не ожидал такого поворота, потом посмотрел на неё внимательнее. В её голосе не было ни насмешки, ни жалости — просто искреннее желание помочь.Он фыркнул, но уже без раздражения:
— Ты серьёзно?
Лия кивнула, чуть пожав плечами:
— Вдвоём быстрее будет.
Он посмотрел на унитаз.
Потом на тряпку.
Потом снова на неё.
И вдруг усмехнулся — уже нормально, по-человечески:
— Ну... — он протянул ей вторую тряпку, — Добро пожаловать в элитный клуб неудачников..
Она тихо улыбнулась и взяла её:
— Спасибо.
— Не благодари, — хмыкнул он. — Это худшее решение в твоей жизни.
Но, несмотря на слова, в его голосе уже не было той наигранной трагедии. И пока они вдвоём начали возиться с этим «фронтом работ», атмосфера в комнате стала... легче.
Даже если это был всего лишь туалет.
***
В общей палате было спокойно, почти непривычно спокойно для места, где ещё недавно люди боялись лишний раз выдохнуть. Свет из окон ложился на пол мягкими полосами, кто-то тихо возился в углу, кто-то просто лежал, отдыхая после утренней суеты, и среди всего этого Колин сидел на матрасе вместе с Тео, Брюсом и Аланом, вытянув ноги и облокотившись спиной о стену, словно наконец позволил себе пару минут просто не думать о вылазках, планах и угрозах.
Тео сидел уже без той бледности, что была в первые дни, плечи расправлены, движения увереннее, и если бы не лёгкая осторожность, с которой он всё ещё переносил вес на ногу, можно было бы сказать, что он почти полностью восстановился. Алан, сидящий чуть поодаль, как раз заканчивал с повязкой, аккуратно проверяя, как зажила рана, и в какой-то момент просто откинулся назад и кивнул сам себе.
— Всё, — сказал он спокойно. — Швы снял. Дальше сам, но аккуратно.
Тео усмехнулся, провёл рукой по месту, где ещё недавно была боль, и кивнул:
— Значит, официально возвращаюсь в строй?
— Почти, — ответил Алан. — Только без геройства первые пару дней.
— Скучно, — хмыкнул Тео.
Брюс, сидящий напротив, тихо усмехнулся, почесав щёку:
— Привыкай. Тут у нас половина героев сначала ломается, потом учится не лезть на рожон.
Колин хмыкнул, но ничего не сказал, просто наблюдал за разговором, как обычно.
Несколько секунд они молчали, потом разговор сам собой перешёл на более простые вещи — на жизнь до всего этого, на работу, на то, кем были, когда мир ещё не развалился.
Тео чуть задумался, глядя в пол, потом сказал:
— Я раньше в автосервисе работал обычным механиком. Машины, масло, руки вечно грязные... — он усмехнулся. — Зато всё было понятно. Если что-то сломалось — ты знаешь, как это починить.
Он поднял взгляд:
— А сейчас... — он чуть повёл рукой вокруг, — Попробуй вот это почини.
Брюс фыркнул:
— Если найдёшь инструкцию — дай знать.
Лёгкий смешок прошёлся по комнате.
Тео снова улыбнулся, но уже тише, и добавил:
— Ади тогда училась на ветеринара.
Колин приподнял бровь:
— Серьёзно?
— Угу, — кивнул Тео. — Она с детства с животными возилась. Тащила домой всё, что находила. Кошек, собак, даже одну раненую птицу как-то притащила... — он усмехнулся. — Мать тогда чуть с ума не сошла.
Алан тихо улыбнулся:
— Не удивлён.
— Да она вообще... — Тео на секунду замолчал, подбирая слова, и в его голосе появилось что-то тёплое, почти ностальгическое, — Другая тогда была.
Пауза.
— Открытая к миру и людям.Могла болтать без остановки, смеяться по любой мелочи... — он качнул головой. — Бегала постоянно, боксом занималась. Вечно куда-то неслась.
Он усмехнулся чуть грустно:
— А сейчас... как видите. «Колючка», как бы сказал Дамиан.
Колин тихо хмыкнул, но без насмешки.
— Ну, в этом мире либо ты колючка, либо тебя съедят, — заметил он.
Тео кивнул, но взгляд остался серьёзным:
— Да. Но... — он сделал паузу, чуть сильнее сжав пальцы, — Я уверен, что это не конец.
Он посмотрел куда-то в сторону, будто видел её перед собой:
— И я все ещё увижу свою старую Ади.
Брюс, который всё это время слушал молча, вдруг откашлялся и провёл рукой по бороде, как делал, когда что-то обдумывал:
— Надеюсь, — сказал он медленно, — Я тоже увижу старую версию своего сына.
Пауза.
Все посмотрели на него.
Он чуть усмехнулся, но в этой усмешке было больше усталости, чем юмора:
— Потому что этот... — он кивнул в сторону двери, где пару часов назад стоял Дамиан, — Слишком уж много на себя взвалил.
Колин кивнул, не споря:
— Он всегда таким был.
— Был, — согласился Брюс. — Но раньше... — он замолчал на секунду, подбирая слова, — Раньше в нём было больше жизни.
Он пожал плечами:
— А сейчас — только ответственность и упрямость.
Тео чуть прищурился, будто что-то прикидывая, и тихо усмехнулся:
— Значит, у них с Ади есть кое-что общее.
Колин коротко хмыкнул:
— Вот это ты сейчас сказал опасную вещь.
— Да ладно, — пожал плечами Тео. — Два упрямых человека с кучей тараканов.По-моему отличная комбинация.
Алан тихо усмехнулся, покачав головой:
— Главное, чтобы не взорвалась.
Брюс фыркнул:
— Уже поздно.
***
На кухне было тихо и по-своему уютно, несмотря на всё, что их окружало. Кэтрин стояла у импровизированного «рабочего места», аккуратно нарезая то, что удалось достать из запасов, и время от времени помешивала еду, сосредоточенно следя, чтобы ничего не подгорело. Её движения были спокойными, привычными — будто именно в этом она находила хоть какую-то стабильность в мире, где всё остальное давно вышло из-под контроля.Рядом, чуть в стороне, Одри сидела с Ноа, тихо играя с ним, показывая ему какие-то простые вещи, отвлекая от всего, что происходило вокруг. Мальчик смеялся негромко, иногда что-то лепетал, и этот звук, живой и настоящий, странно контрастировал с холодными стенами больницы.
Дверь тихо скрипнула.Кэтрин даже не обернулась сразу — она уже знала этот звук, знала эти шаги. Но всё равно почувствовала, как внутри что-то чуть сжалось, когда Брайан подошёл ближе и остановился рядом.
Она подняла взгляд.И почти сразу поняла — что-то не так.Он выглядел как обычно: тот же спокойный, сдержанный, чуть уставший, но... было что-то ещё. Взгляд чуть тяжелее, чем обычно. Челюсть напряжена сильнее, чем нужно. Он стоял слишком неподвижно, как человек, который держит внутри больше, чем готов показать.
— Ты долго, — тихо сказала она, стараясь, чтобы это звучало просто как замечание, а не как вопрос.
Он кивнул, будто это было самое обычное дело:
— Обход делал.
Она ещё несколько секунд смотрела на него, не отрываясь. Слишком давно они были вместе, чтобы она не чувствовала такие вещи:
— Что-то случилось? — спросила она мягче.
Он на секунду задержал на ней взгляд.И этого было достаточно, чтобы она поняла — да.Но в следующую секунду он уже отвёл глаза, будто закрылся обратно:
— Нет, — спокойно сказал он. — Просто устал.
Он сделал шаг ближе, коснулся её плеча коротко, почти автоматически:
— Всё как обычно.
Кэтрин нахмурилась чуть сильнее, но не стала давить. Она знала его. Если он не хочет говорить — не скажет. Ни сейчас, ни позже.
— Ты какой-то... — она замялась, подбирая слово, — Напряжённый.
Он усмехнулся краем губ, но в этой усмешке не было настоящего тепла:
— Мы все напряжённые. Время сейчас такое.
Пауза.
Он посмотрел на неё чуть внимательнее, будто хотел убедиться, что она не будет продолжать.
— Всё наладится, — сказал он тихо. — Не переживай.
Слова прозвучали правильно.Как надо.Но Кэтрин всё равно почувствовала, что за ними что-то не так.Она кивнула, хоть внутри и не стало легче:
— Хорошо.
Он ещё секунду стоял рядом, потом отступил, как будто этого было достаточно, и развернулся к выходу:
— Я ещё пройдусь, — бросил он уже на ходу.
Она посмотрела ему вслед, прикусив губу, но не остановила.Дверь закрылась.Кэтрин осталась стоять на месте, глядя в пустоту, и только через пару секунд вернулась к готовке, но теперь движения стали чуть медленнее.
А Брайан уже шёл по коридору, шаги его были ровными, уверенными, как всегда.Только внутри всё было иначе.Он больше не сомневался, не колебался.Мысли, которые ещё недавно путались, теперь складывались в чёткую, холодную, логичную линию.Не оставляющую места для эмоций.Он понимал, что ситуация выходит из-под контроля.Понимал, что риски растут.И что ждать дальше — значит проиграть.В голове уже выстраивался план.
Новый.
Более жёсткий.
Более опасный.
И он не оставлял никому шанса, если всё пойдёт не так.Брайан сжал челюсть, глядя вперёд.Решение было принято.
***
К тому времени, как они развернулись обратно к больнице, прошло уже достаточно времени, чтобы усталость начала давать о себе знать. Они обошли несколько складов, проверили пару пустых ангаров, прошлись вдоль старых заборов и задних дворов, заглянули в несколько служебных помещений, где когда-то хранили инструменты и запчасти. Всё было одно и то же — пыль, разруха, тишина и следы прошлого, но ни одного намёка на свежую угрозу. Ни людей, ни заражённых, ни даже признаков того, что кто-то недавно здесь проходил.
И, что было самое странное...
Они начали разговаривать.Не сразу, не резко, а как-то постепенно, будто сами не заметили, как тишина перестала давить и стала просто фоном. Сначала короткие фразы — «чисто», «идём дальше», потом чуть больше, потом ещё. И в какой-то момент Ади поймала себя на том, что они уже не просто обмениваются рабочими репликами, а... разговаривают.
Нормально.
Спокойно.
Без уколов.
И это её слегка выбило.
Она шла рядом, краем глаза посматривая на него, будто проверяя — это вообще тот же человек, который вчера готов был её придушить или ей кажется.Он говорил мало, как обычно, но отвечал. Иногда даже сам что-то добавлял, коротко, по делу, но без той жёсткости, которая была раньше. И в этом было что-то... странно приятное.
Она хмыкнула сама себе, качнув головой.
«Ну и дела...»
Они уже почти вышли к знакомой дороге, ведущей к больнице, когда всё произошло.Ади на секунду отвлеклась — взгляд зацепился за что-то в стороне, то ли движение, то ли просто игра света между деревьями. Этого хватило.Нога попала не туда.Она резко оступилась, потеряла равновесие и не успела даже толком среагировать — тело ушло вперёд, и через секунду она уже падала.
— Чёрт
Она не договорила.Земля встретила её жёстко.Руки сработали рефлекторно, принимая удар, и тут же с неприятным ощущением она почувствовала, как кожа сдирается о грубый асфальт. Боль вспыхнула резко, но не критично. Гораздо хуже было в ноге.Резкий, неприятный поворот.И сразу — тянущая боль.
— Блять... — выдохнула она сквозь зубы.
Дамиан среагировал мгновенно.Он оказался рядом быстрее, чем она успела толком понять, что произошло. Опустился рядом, уже оценивая, где и насколько всё плохо, руки уверенно, без лишней суеты проверяли её состояние:
— Не двигайся, — коротко сказал он.
Она раздражённо выдохнула:
— Да я и не собиралась...
Он не ответил, уже аккуратно беря её за ногу, проверяя, где именно боль:
— Здесь? — спросил он, чуть надавив.
Она сжала зубы:
— Да... там.
Он нахмурился, быстро осматривая:
— Подвернула.
Пауза.
Он перевёл взгляд на её руки — ссадины, кровь, но ничего серьёзного:
— С руками все нормально, — констатировал он.
— Спасибо, доктор, — буркнула она.
Он проигнорировал.Поднялся, огляделся, будто прикидывая расстояние до больницы, потом снова посмотрел на неё.
— Вставай, — сказал он.
Она попыталась.И тут же тихо выругалась, потому что стоило перенести вес — нога отозвалась резкой болью.
— Отлично, — скривилась она. — Просто замечательно.
Он наблюдал пару секунд, потом выдохнул и спокойно сказал:
— Я тебя понесу.
Она сразу подняла голову:
— Ещё чего.
Он даже бровью не повёл:
— Залезай на спину.
— Нет, — отрезала она. — Я сама дойду.
Она снова попыталась встать, упрямо, стиснув зубы, но шаг получился неровным, и она тут же пошатнулась.Он поймал её за плечо, удерживая:
— Ади.
Она выдернула руку:
— Я сказала — сама.
Он посмотрел на неё чуть внимательнее, потом устало выдохнул, будто разговаривает с ребёнком:
— Ты серьёзно?
— Абсолютно.
Он на секунду замолчал, потом развернулся к ней спиной, чуть присел и бросил через плечо:
— Залезай.
Она скрестила руки, стоя на одной ноге, и фыркнула:
— Ты меня не унесёшь.
Он медленно поднял бровь:
— Колючка... — голос стал чуть ниже, — Ты сейчас серьёзно сомневаешься во мне ?
Она упрямо вскинула подбородок, несмотря на то, что стояла, едва держась на одной ноге:
— Ну... вдруг ты переоцениваешь свои возможности, командир.
Он коротко усмехнулся, но без веселья — скорее с той самой тихой уверенностью, которая появлялась у него, когда его начинали проверять на прочность:
— Я тебя на руках вынесу, если надо, — сказал он ровно. — Но давай не будем усложнять.
Он снова повернулся к ней спиной и чуть присел:
— Залезай.
Она стояла ещё секунду, явно борясь сама с собой — с болью, с упрямством, с желанием доказать, что справится сама.Сделала попытку сделать шаг.И тут же тихо выругалась, потому что нога снова отозвалась болью.Он не обернулся и просто сказал:
— Заканчивай.
Тон был спокойный.Но спорить с ним сейчас было бессмысленно.Она тяжело выдохнула, закатила глаза и пробормотала:
— Вот же...
Подошла ближе, наклонилась, и всё-таки залезла ему на спину, неуклюже, но стараясь не показывать, насколько ей это неприятно:
— Только попробуй уронить меня, — буркнула она, устраиваясь.
Он перехватил её ноги под коленями, легко, будто она действительно ничего не весила, и поднялся без малейшего усилия:
— Расслабься, — бросил он. — Ты же не мешок картошки.
— А ощущаю себя именно так, — пробормотала она.
Он чуть поправил хват, чтобы ей было удобнее, и пошёл вперёд, шаги ровные, уверенные, как будто для него это вообще не проблема.Несколько секунд они шли молча.Потом она снова не выдержала:
— Это унизительно, между прочим.
— Что именно?
— Вот это всё, — буркнула она. — Я вообще-то сама ходить умею.
— Но сейчас не можешь, — спокойно ответил он.
Она фыркнула ему в плечо:
— Спасибо, что напомнил.
Он не ответил, но уголок губ всё-таки едва заметно дёрнулся.Она поёрзала, устраиваясь удобнее, и тихо добавила:
— И вообще... ты мог бы не делать из этого такую драму.
— Я делаю из этого логичное решение, — ответил он. — Ты не можешь идти — я тебя несу.
— Звучит слишком просто.
— Потому что так и есть.
Она замолчала на пару секунд, потом тихо пробурчала:
— Всё равно бесит.
— Я заметил.
Он шёл ровно, не ускоряясь, не сбиваясь, и с каждой минутой становилось очевидно — он не просто может её нести, он даже не напрягается.Ади это тоже заметила.И, конечно, не могла промолчать:
— Ладно... — протянула она, чуть тише. — Может, ты и не совсем бесполезный.
Он хмыкнул:
— Спасибо. Это многое для меня значит.
Она закатила глаза, хотя он этого не видел:
— Не привыкай.
Но, несмотря на ворчание, она уже не пыталась слезть. И даже перестала так сильно напрягаться, позволяя себе немного расслабиться, опершись щекой о его плечо.А он просто спокойно шёл дальше.Будто это было самым естественным делом в мире.
К тому моменту, как впереди начали появляться знакомые очертания больницы, прошло уже достаточно времени, чтобы даже для Дамиана этот путь начал ощущаться в плечах и спине, хоть он и не подал ни малейшего вида. Он шёл ровно, уверенно, не сбиваясь с шага, будто два часа с человеком на спине для него были чем-то обычным, а не дополнительной нагрузкой. Ади сначала ещё пыталась держаться напряжённо, будто в любой момент собиралась слезть и доказать, что «сама может», но постепенно сдалась — усталость и боль в ноге сделали своё, и она просто притихла, иногда лишь тихо бурча себе под нос, чтобы не терять лицо окончательно.
— Если ты кому-нибудь расскажешь... — пробормотала она в какой-то момент, — Я тебя лично прикончу.
Он даже не обернулся:
— Я подумаю.
Она фыркнула, но уже без злости, больше по привычке.
Дорога назад прошла без происшествий. Тишина, редкие силуэты заражённых вдалеке, ветер, который гонял пыль по пустым улицам — всё как обычно. И чем ближе они подходили к больнице, тем сильнее это ощущение «возвращения» накатывало — вроде бы те же стены, та же территория, но после нескольких часов вне её границ всё это снова казалось чем-то... безопасным.Но стоило им выйти на открытую площадку перед входом, как это ощущение сразу исчезло.У входа стояли трое.
Колин.
Брюс.
И Брайан.
Они не разговаривали и не двигались.Просто стояли.И даже с расстояния было видно — что-то не так.Напряжение буквально висело в воздухе, плотное, тяжёлое, как перед бурей. Брюс держал руки на поясе, взгляд цепкий, сканирующий территорию, Колин стоял чуть впереди, словно уже принял какую-то роль, а Брайан... он был слишком спокойным.
Настолько, что это само по себе бросалось в глаза.
Дамиан замедлил шаг.Его взгляд сразу стал жёстче:
— Что-то не так, — коротко сказал он.
Ади, всё ещё на его спине, тоже напряглась, подняв голову:
— Я вижу.
Они подошли ближе.Ещё несколько шагов — и расстояние между ними сократилось до нескольких метров. Колин поднял голову, встретился взглядом с Дамианом, потом перевёл его на Ади — коротко, оценивающе.
— Что случилось? — сразу спросил Дамиан, не тратя время на лишнее.
Колин не ответил сразу.Он сделал шаг вперёд.Взгляд стал ещё серьёзнее.И только потом, глядя прямо на них, спокойно, без лишних эмоций сказал:
— У нас завелась крыса.