Юра
На следующий день Тхам ждал Гойю у школьных ворот.
— Зачем ты хотел поговорить? — спросила она настороженно.
— Просто... — он замялся, потом протянул маленькую коробочку. — Возьми.
Гойя посмотрела на него недоверчиво:
— Это что?
— Открой.
Она открыла. Внутри была тонкая цепочка с маленькой луной.
— Тхам... — голос дрогнул. — Зачем?
— Потому что ты всегда смотришь на небо, когда тебе тяжело, — сказал он тихо. — И потому что... я хотел.
— Это не решит всего, — сказала Гойя.
— Я знаю, — кивнул он. — Я не прошу ничего взамен.
Она молчала несколько секунд, потом аккуратно закрыла коробочку:
— Спасибо. Правда.
— Ты наденешь?
— Не сейчас, — ответила она. — Но я сохраню.
Он кивнул, будто этого было достаточно.
⸻
Дом Тхама. Вечер
— Ты подарил ей украшение? — голос сестры был холодным.
— Да, — спокойно ответил Тхам.
— Ты сошёл с ума, — сказала она. — Ты забыл, кто ты?
— Я ничего не забыл.
— Тогда я напомню, — она улыбнулась слишком спокойно. — Пора вернуть тебя в реальность.
Она набрала номер.
— Юра? Приезжай. Да. Сегодня.
⸻
Ночь. Комната Тхама
Тхам вошёл в комнату, не включая свет.
— Устал... — пробормотал он, закрывая дверь и запирая её.
— Ты всегда так возвращаешься? — раздался голос.
Он резко обернулся.
— Что ты здесь делаешь?
Юра стояла посреди комнаты в одном халате.
— Соскучилась, — сказала она и шагнула ближе.
— Это плохая идея, — холодно сказал Тхам.
Она не слушала. Взяла его за руки и резко усадила на кровать.
— Ты всегда был таким... — начала она.
Халат соскользнул с плеч.
— Хватит, — жёстко сказал Тхам.
— Ты же не против, — она наклонилась ближе.
Тхам резко отвернулся.
— Оденься. Сейчас же.
— Ты серьёзно? — она засмеялась.
— Да, — голос был ледяным. — Это жалкая попытка.
— Ты меня не привлекаешь. Ни капли.
Юра замерла.
— Ты врёшь.
— Нет, — он встал. — Ты здесь по чьей-то просьбе. И это противно.
Он отвернулся к окну.
— Уходи.
⸻
Внизу
— Гойя, — сказала сестра Тхама, открывая дверь. — Пройди со мной.
— Зачем? — тихо спросила Гойя.
— Ты должна кое-что увидеть.
⸻
Комната Тхама
Дверь открылась.
Гойя увидела Юру, которая торопливо завязывала халат.
— О... — Юра натянуто улыбнулась. — Я уже ухожу.
Она прошла мимо, не глядя.
Гойя смотрела на Тхама.
— Я... — голос сорвался. — Я не знала.
— Гойя, подожди, — он шагнул к ней.
— Не надо, — она отступила. — Теперь всё понятно.
— Это не то, что ты думаешь!
— Всегда одно и то же, — слёзы текли, но она не вытирала их. — Я снова поверила.
Она развернулась и выбежала из дома.
— ГОЙЯ! — Тхам рванул за ней.
Он выбежал во двор, но её уже не было.
Тхам остановился, сжал кулаки.
— Чёрт...
Впервые он понял:
он не просто всё испортил.
Он потерял её — по-настоящему.
⸻
Хорошо. Одна сцена. Только Тхам и сестра. Диалоги, эмоции, без лишнего.
⸻
— Ты довольна? — голос Тхама был тихим, но опасным.
Сестра стояла у окна, не оборачиваясь.
— Я сделала то, что должна была.
— Ты разрушила всё, — он шагнул ближе. — И не говори, что не понимала.
— Я понимала слишком хорошо, — она повернулась. — Именно поэтому и вмешалась.
— Ты привела её. В мой дом. В мою комнату, — Тхам сжал челюсть. — Ты знала, как это будет выглядеть.
— Да, — сказала она прямо. — Я хотела, чтобы она ушла.
Тхам резко рассмеялся.
— Отлично. Тогда знай: она ушла не просто из дома. Она ушла из моей жизни.
Сестра замерла.
— Ты... — она медленно вдохнула. — Ты правда так к ней привязан?
— Я не знаю, как это назвать, — ответил он. — Но я знаю одно: без неё всё пусто.
Она опустила взгляд.
— Ты говоришь точь-в-точь как я когда-то.
— Что? — Тхам нахмурился.
— Когда меня выдали замуж, — сказала она тихо. — За человека, которого я не любила.
— Но он был богат. Влиятельный. Подходящий.
Тхам молчал.
— Я тоже тогда сказала, что это правильно, — продолжила она. — Что чувства — это слабость.
— А потом каждую ночь думала о человеке, которого мне запретили любить.
— И ты всё равно сделала это со мной? — спросил Тхам глухо.
— Потому что испугалась, — она горько усмехнулась. — Я не хотела, чтобы ты прошёл через то же...
— Но сделала хуже.
— Ты лишила меня выбора, — сказал Тхам. — Так же, как лишили тебя.
Сестра закрыла глаза.
— Прости.
Он посмотрел на неё долго.
— Ты понимаешь, что Гойя для меня — не каприз?
— Теперь да, — она кивнула. — Слишком поздно, но понимаю.
— Ты смотришь на неё так, как я никогда не смотрела на своего мужа.
— Тогда помоги, — сказал Тхам. — Не мне. Ей.
— Я не знаю, простит ли она, — честно сказала сестра.
— Я тоже не знаю, — ответил он. — Но если я её потеряю...
— Это будет не из-за неё. Это будет из-за тебя.
Сестра сжала руки.
— Я больше не буду вмешиваться. Клянусь.
Тхам повернулся к выходу.
— Надеюсь. Потому что второго такого удара я не переживу.
Он вышел, оставив её одну.
Сестра тихо сказала в пустоту:
— Любовь всегда пугает тех, кто уже однажды её потерял.