Часть 10
ВечерОсобняк Манобанов
POV Лисы
Часы в комнате тихо пробили семь.
Лиса стояла у зеркала.
Она долго выбирала, что надеть.
В итоге остановилась на платье, которое почти никогда не носила.
Глубокий изумрудный цвет.
Длинное.
Ткань мягко струилась до самого пола.
Тонкий пояс подчёркивал талию, а лёгкие рукава закрывали плечи, чтобы вечерний холод не был таким резким.
Поверх платья она накинула тёплое кремовое пальто.
Волосы были распущены мягкими волнами.
Небольшие серьги из жемчуга.
Ничего лишнего.
Она ещё раз посмотрела на себя.
И тихо выдохнула.
— Спокойно, Лалиса.
В этот момент за окном послышался звук машины.
Она подошла к окну.
У ворот особняка остановился чёрный автомобиль.
И рядом с ним стоял Чон Чонгук.
Лиса на секунду замерла.
Потом взяла сумку и вышла из комнаты.
Когда она спустилась вниз, дверь уже была открыта.
Вечерний воздух был холодным.
И тихим.
Чонгук стоял у лестницы крыльца.
В руках у него снова был букет.
Белые ранункулюсы.
Когда он поднял глаза и увидел её...
Он на секунду просто замолчал.
Лиса спускалась медленно.
Каблуки тихо касались каменных ступеней.
Лёгкий ветер двигал край её платья.
И чем ближе она подходила, тем меньше слов находил Чонгук.
Она остановилась перед ним.
И слегка улыбнулась.
— Добрый вечер.
Чонгук моргнул, будто только сейчас вернулся в реальность.
— Добрый вечер, Лалиса.
Он протянул ей букет.
— Для вас.
Она взяла цветы.
Пальцы осторожно коснулись нежных лепестков.
— Снова ранункулюсы...
Она подняла глаза на него.
— Вы действительно решили удивлять меня каждый раз?
Он слегка улыбнулся.
— Если честно... да.
Она тихо рассмеялась.
— Это работает.
На секунду между ними снова повисла та самая тишина.
Тёплая.
Почти неловкая.
Чонгук наконец произнёс:
— Вы выглядите... потрясающе.
Лиса слегка наклонила голову.
— Это комплимент?
— Это констатация факта.
Она улыбнулась.
— Тогда спасибо.
Чонгук открыл для неё дверь машины.
— Готовы?
Она посмотрела на него с лёгким любопытством.
— Вы так и не сказали, куда мы едем.
Он закрыл дверь после того, как она села.
— Если я скажу, это уже не будет сюрпризом.
Лиса тихо усмехнулась.
— Логично.
Дорога
Город постепенно оставался позади.
Огни Пусана становились реже.
Дорога уходила всё выше.
Лиса смотрела в окно.
— Мы уезжаем из города?
— Ненадолго.
Он спокойно держал руль.
— Иногда лучший вид на город открывается на расстоянии.
Она посмотрела на него.
— Вы любите говорить загадками.
— Иногда.
Она немного подумала.
— Это... свидание?
Он чуть улыбнулся.
— А вы сомневаетесь?
Она тихо засмеялась.
— Просто уточняю.
Через некоторое время машина остановилась.
Чонгук вышел и открыл ей дверь.
Холодный ветер коснулся её лица.
Он заметил это и сразу снял своё длинное пальто.
— Наденьте.
Он аккуратно накинул его на её плечи.
— Наверху будет холоднее.
Лиса посмотрела на него немного удивлённо.
— Спасибо.
Перед ними была узкая каменная тропа, уходящая вверх по склону.
— Нам туда? — спросила она.
Он кивнул.
— Осталось совсем немного.
Они поднялись по дорожке.
И когда Лиса вышла на вершину, она просто остановилась.
Перед ней открылся не просто вид на город.
Вся площадка была превращена в маленький сад.
Круглая каменная терраса была украшена сотнями белых ранункулюсов.
Они стояли в стеклянных вазах, оплетали перила, лежали вдоль дорожки и окружали маленький стол в центре.
Лёгкие гирлянды огней мягко светились между цветами.
Свечи тихо мерцали на ветру.
А внизу... раскинулся ночной Пусан.
Город сиял тысячами огней.
Как море звёзд.
Лиса медленно обернулась к нему.
— Чонгук...
Она не могла закончить предложение.
— Это...
Она снова посмотрела вокруг.
— Это невероятно.
Чонгук спокойно наблюдал за её реакцией.
Но когда она подошла ближе к столу, она вдруг остановилась.
Её глаза стали шире.
Она осторожно коснулась одного цветка.
— Ранункулюсы...
Она подняла взгляд на него.
— Но сейчас ноябрь.
— Их почти невозможно найти.
Чонгук спокойно ответил:
— Некоторые вещи стоят того, чтобы их искать.
Она тихо покачала головой, всё ещё улыбаясь.
— Вы не представляете, как я их люблю.
Он чуть склонил голову.
— Представляю.
И именно в этот момент тихо заиграла музыка.
Мелодия была мягкой.
Медленной.
Лиса замерла.
Она сразу узнала её.
Elvis Presley — Can't Help Falling in Love.
Она резко посмотрела на Чонгука.
— Вы...
Она даже рассмеялась от удивления.
— Это моя любимая песня.
Чонгук смотрел на неё спокойно.
— Я знаю.
Она прищурилась.
— Откуда?
Он сделал маленькую паузу.
— Хороший собеседник всегда слушает внимательно.
Лиса тихо выдохнула.
— Три дня.
— Вы знаете меня всего три дня.
— И уже знаете мои любимые цветы и музыку.
Он слегка улыбнулся.
— Иногда достаточно одного разговора.
Она покачала головой, но в её глазах уже горел тот самый свет.
Восторг.
Настоящий.
И тогда Чонгук сделал шаг ближе.
Музыка тихо продолжала играть.
Он протянул ей руку.
И произнёс мягко, почти торжественно:
— Госпожа Лалиса Манобан...
Он чуть склонил голову.
— Позволите ли вы мне украсть один танец этой ночью?
Она удивлённо смотрела на его руку.
— Танец?
— Здесь?
Он кивнул.
— Вальс.
Несколько секунд она просто смотрела на него.
Потом тихо засмеялась.
— Вы понимаете, что это самое романтичное приглашение, которое я когда-либо слышала?
— Надеюсь, это не проблема.
Она положила свою руку в его ладонь.
— Ни в коем случае.
Музыка продолжала играть.
Чонгук аккуратно положил руку на её талию.
Она положила ладонь на его плечо.
И они медленно начали двигаться.
Шаг.
Поворот.
Лёгкий ветер поднимал край её длинного тёмно-изумрудного платья.
Плотная ткань мягко струилась вокруг ног.
Тёплый кремовый шарф лежал на её плечах, а пальто Чонгука всё ещё согревало её.
Лунный свет касался её лица.
Чонгук на секунду остановился.
Он просто смотрел на неё.
И, кажется, забыл сделать следующий шаг.
Лиса заметила это.
— Что случилось?
Он тихо выдохнул.
— Ничего.
Пауза.
— Просто...
Он чуть покачал головой.
— Вы выглядите... невероятно.
Она немного смутилась.
— Спасибо.
Он не отводил глаз.
— Я серьёзно.
— Если бы я умел рисовать, я бы сейчас пытался запомнить каждый момент.
Лиса тихо улыбнулась.
— Вы всегда говорите такие вещи?
— Нет.
— Только когда это правда.
Музыка продолжала звучать.
И их движения стали медленнее.
Спокойнее.
Лиса почувствовала, как напряжение внутри неё постепенно исчезает.
Она расслабилась.
— Знаете...
— Я обычно не доверяю людям так быстро.
Чонгук тихо спросил:
— А сейчас?
Она немного подумала.
Потом посмотрела ему в глаза.
— Сейчас... мне спокойно.
Он слегка наклонил голову.
— Это хороший знак?
Она улыбнулась.
— Очень.
Музыка подходила к концу.
Но Чонгук всё ещё не отпускал её.
Его янтарные глаза были прикованы к её лицу.
И где-то внутри него происходило то, что он не испытывал уже очень давно.
Он просто не мог отвести взгляд.
А Лиса тихо подумала:
Если человек может за три дня сделать вечер таким...
то каким будет вся жизнь рядом с ним?
И впервые эта мысль не испугала её.
Она показалась... правильной.
Музыка закончилась тихо.
Последние ноты словно растворились в холодном ночном воздухе.
Лиса всё ещё стояла рядом с Чонгуком.
Город внизу сиял, как рассыпанное золото.
Свечи тихо колыхались от ветра.
Она осторожно отпустила его руку.
Но между ними всё равно оставалась какая-то невидимая нить.
— Спасибо... — тихо сказала она.
Её голос звучал мягче, чем обычно.
— За этот вечер.
Она посмотрела вокруг.
Цветы.
Свечи.
Музыка.
И весь Пусан под их ногами.
— Честно... — она слегка улыбнулась. — я даже не знаю, как это описать.
Чонгук смотрел на неё.
И впервые за очень долгие годы ему было сложно подобрать слова.
Он видел тысячи ночей.
Тысячи городов.
Но почему-то именно этот вечер ощущался иначе.
Лиса продолжила тихо:
— Я не думала, что человек может так внимательно слушать... всё, что я говорю.
Она коснулась одного из ранункулюсов.
— Вы запомнили даже такие мелочи.
Он спокойно ответил:
— Для вас это мелочи.
— Для меня нет.
Она слегка опустила глаза.
И на секунду ветер тихо прошёлся по холму.
Лиса подняла взгляд на него.
— Нам, наверное, пора возвращаться.
Чонгук кивнул.
— Да.
Но никто из них не двигался ещё несколько секунд.
Как будто оба не хотели разрушать момент.
У особняка Манобанов
Машина остановилась у ворот.
Особняк был тихим.
Окна второго этажа мягко светились.
Чонгук вышел из машины и открыл ей дверь.
Лиса вышла.
Холодный воздух коснулся её лица.
Она повернулась к нему.
Несколько секунд они просто стояли друг напротив друга.
Слишком тихо.
Слишком спокойно.
Лиса наконец улыбнулась.
— Чонгук...
— Сегодня был самый необычный вечер в моей жизни.
Он слегка наклонил голову.
— Я рад это слышать.
Она поправила волосы, которые ветер снова растрепал.
— Честно говоря... я даже не ожидала, что всё будет так.
Он тихо спросил:
— Так... хорошо?
Она посмотрела на него.
И кивнула.
— Да.
Очень просто.
Но искренне.
Чонгук на секунду опустил взгляд.
Будто собираясь с мыслями.
И потом снова посмотрел на неё.
В его голосе появилась тихая серьёзность.
— Лалиса.
Она внимательно слушала.
Он сделал короткую паузу.
— Я понимаю, что мы знакомы всего три дня.
Он слегка улыбнулся.
— Но... для меня эти дни прошли так, будто я знаю вас гораздо дольше.
Он медленно продолжил:
— Иногда время ведёт себя странно.
— С некоторыми людьми несколько лет проходят как один день.
— А иногда несколько дней... ощущаются как целая жизнь.
Лиса молчала.
Её глаза внимательно смотрели на него.
Чонгук тихо выдохнул.
— Завтра утром вы должны дать ответ.
— И я буду ждать его... до самого рассвета.
Он на секунду отвёл взгляд к тёмному небу.
Потом снова посмотрел на неё.
— Я верю в судьбу.
— Иногда она бывает жестокой.
— Она может играть с людьми... не оставляя им выбора.
Его голос стал чуть мягче.
— Но иногда она приносит человеку то, чего он даже не ожидал найти.
Тишина вокруг них стала почти ощутимой.
Он тихо закончил:
— Я очень надеюсь, что судьба не сыграла с нами злую шутку.
Несколько секунд Лиса просто смотрела на него.
Потом её губы медленно тронула мягкая улыбка.
— Я тоже.
Она чуть склонила голову.
— Спокойной ночи, Чонгук.
— Спокойной ночи, Лалиса.
Она развернулась и поднялась по ступеням.
Дверь особняка тихо закрылась.
Чонгук ещё несколько секунд стоял у машины.
Смотрел на тёмные окна дома.
И где-то глубоко внутри него впервые за долгие века появилось чувство, которое он давно не позволял себе.
Надежда.