Послание друга.
Но нет, кошмары продолжались, но теперь уже не про агрессивных водоплавающих, а про детскую страшилку.
Проснувшись в холодном поту, я встал около пяти утра. Осознав, что больше не усну, я задумался над смыслом той истории бабули Розы.
«Странное совпадение, что детская сказочка о том, чтоб ложиться вовремя, оказалась былью», - промелькнуло в голове. В мыслях летало лишь предположение о смерти от страха, без боли во сне.
Я плюнул через левое плечо и хохотнул от собственных мыслей, позже влепив себе затрещину за ужасную фантазию. Но был и плюс: такая история дала мне вдохновение для новой композиции, а именно на подобные сюжеты.
Я мигом достал блокнот и нарисовал полноценную иллюстрацию, с моим представлением того легендарного Сонного Палача.
Огромного, полупрозрачного, с седой бородой и огромным топором и капюшоном, сверкающего своими ботинками во тьме.
С наступлением рассвета, я подошел к окну и открыл его. Вдохнув много свежего воздуха и улыбнувшись, я прошептал: «Кажется, я счастлив».
Удивившись этой фразе, я посмотрел на руки. Они не тряслись, не леденели, а спокойно опирались на деревянный подоконник.
В мыслях неслись те ощущения, которые я испытывал в пути. Страх, отчуждение, нелюдимость. Сейчас же я почувствовал себя живым и даже счастливым. Из крайности в крайность меня бросало, то в жар, то в холод.
Я не заметил, как задремал. К своему удивлению, я полусонный дошёл до кровати и с треском лёг на неё, поймав нити сна.
Странно, но теперь мне казалось, что что-то плохое надвигается. Спину постоянно ломило, живот болел, а тело было ослабленно. «Наверное, побочка от переутомления», - вновь я успокаивал себя.
Уже во время, когда всё семейство завтракало, я собирал вещи и вытирал велосипед. Тётя Лилия дала мне припасов, наставления и пожелания хорошей дороги. Тимур вызвался меня проводить.
Я и мальчик шли по уже высохшей дорожке, солнце припекало, в тенистой местности сверкали мутные, ещё не испарившиеся лужицы. Дойдя до сухой скамейки, Тимур предложил сесть на дорогу.
Честно, я постоянно удивлялся, как такие маленькие дети спокойно говорят со мной, обычно в их возрасте, все те, кого я видел, побаивались меня, а они даже иногда упрекали меня в моём образе жизни, если заходил разговор про него вчера вечером.
Тимур прервал тишину.
- Слушай, а карта хоть есть? Могу свою подарить.
Мальчишка вытащил конвертик с картой местности, я сразу нашёл свою деревеньку, куда я изначально хотел попасть, к родной бабушке.
-Тимур, я тебе на обратном пути отдам, - заверил я шкета.
- Да ладно, Винсент, оставь себе. Это мой тебе подарок, - гордо и успокаивающе сказал Тимур, а потом серьёзно спросил:
- Винсент, ты выглядишь постоянно таким уставшим и одиноким. Что, совсем друзей нет?
Мальчишка взял меня за самое больное. Но выдохнув, я ответил ему:
- Нет, Тимур. Был друг, но погиб.
Мальчик грустно ответил мне:
- А знаешь, у меня тоже друг был. Его звали Рудольф, не местный. Да утонул в речке, пока плавать учился. Плакал я горько и долго, - шмыгнув носом проговорил Тимур, - но решил, что если я буду так долго грустить, Ру́ду бы это не понравилось.
- Полагаю, что так. Жаль тебя, - сказал я.
Шмыгая носом и сдерживая слёзки, Тимур мужественно встал и фыркнув, ответил:
- Ладно, хорош уже языком трепать. Бывай.
Я покатил из села к дороге и вернулся к своему привычному режиму.
Спустя пару остановок, меня свалило жаркое солнце и я решил поспать. Провернув ту же схему с велосипедом на дереве и сном на сумке, я наступил в те же грабли.
Сон был долгий и мучительный.
Я оказался в белом пространстве, среди тумана и чего то сырого, вдалеке мелькали осколки. Было холодно, тишина разъедала мои уши.
Но я был явно не один. Труп той рыбы, кошмарившей меня вернулся. С отчаянием, я обернулся.
Рыбина оказалась прямо у моего носа, я вдыхал запах тухлого. Её бездушные выпученные глаза проедали меня, а острые и уродливые плавники дёргались, словно по команде она хотела меня растерзать.
Вдали послышалось эхо. Голос до боли знакомый, приятный. Яркий и добрый.
-Винсент, будь ты человеком, прими смерть, как обычное явление. Забудь про тот роковой вечер, когда потерял меня. Живи настоящим и не жалей о прошлом, а мягко, чуть с грустью, вспоминай.
Это был Френсис. С каждым его словом, рыба пропадала, появлялся силуэт человека. Светлый и приятный.
Друг мой продолжил:
- Ты столько лет убивался из-за своей беспомощности, якобы не сумев спасти меня, - фигура коснулась моих плеч, - хватит. Ты простил себя.
Силуэт прошел сквозь меня и я проснулся, с влажными глазами и тяжелой головой.
Через пару минут, осознав, что мои вещи в целостности и сохранности, я перекусил и достал велосипед. Мысли давили на голову, словно кучевые облака, в глазах мелькали кадры, будто я сжимая руку светлой фигуре пронзаю рыбу мечом.
«Прости себя, Винсент», - проговорил я.
Собравшись с силами, я почувствовал, как камень с плеч упал и разбился на тысячи кусочков. От вечного тягостного состояния осталось ни следа, а сердце переполняло спокойствие и умиротворение.
Незаметно для себя, я улыбнулся, пока выкатывал транспорт на обочину, чтоб продолжить путь.
Лес не был больше пугающим, поля казались приятно широкими, а солнце светило на меня, будто благословляло на хорошую дорогу.
Включив музыку на телефоне (который я кстати зарядил, пока у Лилии был), подпевая и проезжая по обочине я провожал взглядом машины.
Тут появились мысли о том, как я буду часам разговаривать с бабушкой о том о сём, пить чай с баранками и наслаждаться моментом встречи. Как же мне не хватало тех тёплых разговоров и воспоминаний, диалогов о жизни и историй из детства.
Надавив на педаль, я прибавил скорость.