Семь дней

Сэйнт сидел на старом, но таком уютном кресле и расскладывал на столе перед собой купюры и монеты столбиками. «Что ж, на неделю еще хватит,» - вздохнул он, пересчитывая свои сбережения и складывая в кошелёк.

Его жизнь напоминала ураган эмоций, в эпицентре которого оказались дети - двойняшки Эмили и Зак.

Воспоминания снова нахлынули на Сейнта. Он, наивный и влюбленный омега, всецело доверился Джейкобу - альфе с обманчиво добрым сердцем и безграничными обещаниями. Джейкоб очаровал его своими речами о вечной любви, семейной идиллии. Сейнт купился на эту сказку, распрощавшись с остатками разума.

Их отношения вспыхнули, как яркая комета на небосклоне. Джейкоб осыпал Сейнт комплиментами, дарил дорогие подарки, клялся в верности до гробовой доски. А после свадьбы стал брать деньги взаймы под благовидными предлогами. Открытие собственного бизнеса. Покупка дома для их будущих детишек. И Сейнт, ослепленный любовью, верил каждому его слову.

Беременность стала полной неожиданностью. И в то же время - исполнением самой заветной мечты. Омега лелеял надежду, что дети укрепят их с Джейкобом союз, сделают семью крепче. Но все обернулось иначе.

Джейкоб убежал, как последний трус, сразу после рождения Нами и Юнхо. Оставил Сейнта в горе, отчаянии и с миллионными долгами, которые они так и не смогли выплатить, поэтому их дом пришлось продать за бесценок. Сейнт выпала тяжкая доля - в девятнадцать лет в одиночку поднимать двойняшек и зарабатывать на жизнь.

Сейчас, спустя семь лет, ситуация немного лучше, он устроился помощником директора в одну небольшую фирму. Трудился омега усердно приходил домой измотанным, но ради детей готов был на любые жертвы. Эмили и Зак стали смыслом его существования после предательства Джейкоба.

Сейнт погрузился в размышления, откинувшись на спинку потрепанного кресла. Конечно, его жизнь была далека от райского блаженства. Ему постоянно приходилось отказывать себе в мелких радостях, чтобы свести концы с концами. Большая часть денег уходила на оплату жилья и школы, где учились близнецы, на одежду и игрушки для детей деньги откладывались по крохам. Каждая поездка в магазин превращалась в настоящее испытание, ведь нужно было высчитывать каждую мелочь.

Но разве это имело значение, когда Эмили и Зак смотрели на него своими озорными глазенками? Их смех, беззаботный и звонкий, услаждал слух Сейнта, делал его сильнее, чем он был на самом деле. Дети стали тем якорем, который удерживал его на плаву в бушующем море жизненных невзгод.

Иногда, в редкие минуты отчаяния, Сейнта охватывали мысли о мести. Он злился на Джейкоба, на себя, на весь белый свет. Но потом вспоминал лица дочери и сына - и всепоглощающая ярость сменялась неистовой нежностью. Ради них он готов был свернуть горы.

- Папочка, папочка! - раздался звонкий голосок Эмели из соседней комнаты.

Сейнт поспешно утер непрошеную слезинку со щеки и улыбнулся.

- Иду, лапочка!

Завтра был новый день, наполненный суетой и бесконечными хлопотами. Но в этом и заключался смысл его жизни. Омега бросил последний задумчивый взгляд на монетки, оставшиеся на столе, и решительно направился к детям. Все остальное могло подождать.

***

Сейнт стоял и смотрел на огромную витрину с тортами не менее огромными глазами. Никак так он мог просчитаться... Сегодня день рождения детей, нужен торт, а цены такие, что хоть почку продавай.

- Простите, вы выбрали? - вздохнув, уточнил кассир. - За вами уже скопились покупатели.

Омега метнул на него печальный взгляд.

- Я еще не выбрал, вы пока остальных обслужите...

«Я и не выберу...» - с грустью подумал омега. Он еще минуту постоял у витрины, развернулся и пошел на выход. Колокольчики за спиной отозвались веселым звоном, от которого омеге стало тяжелее.

Он стоял у парковки печально глядя на соседнее здание, где был их офис, который омега сейчас проклинал, потому как из-за работы он совсем забыл про даты и сейчас так лохонулся с деньгами.

- Черт! - буркнул он себе под нос.

- Молодой человек. Вы забыли, - раздался за спиной мягкий баритон.

Сейнт повернулся, и ему в руки настойчиво передали коробку с тортом.

- Нет... это не мое... - начал было оправдываться омега, но человек в дорогом костюме уже сел в авто, и оно плавно нырнуло в общий поток машин.

Вечером за столом омега поздравлял близнецов тортом и, глядя в одну точку, все еще пребывал в состоянии непонимания. Он даже не заметил, как намотал на руку ленту от коробки и прижимал ее к носу, вдыхая аромат альфы, что остался на атласной ткани.

Двойняшки резвились вокруг стола, осыпая отца конфетти и радостными возгласами. Эмели повисла у Сейнта на шее, зарываясь носиком в его шею и вдыхая папин аромат.

- Папочка, папочка, спасибо за торт! Он самый вкусный на свете! - щебетала девчушка.

Зак тем временем уплетал лакомство за обе щеки, размазывая шоколадный крем по всему личику. Сейнт растроганно наблюдал за детьми, ловя эти бесценные мгновения счастья. Он отогнал прочь грустные мысли о финансовых трудностях и решил сполна насладиться праздником.

Когда Эмили и Зак, утомленные весельем, отправились спать, Сейнт принялся убирать со стола. Он бережно свернул атласную ленту и убрал в потайной карман рубашки, не желая терять эту ниточку, ведущую к таинственному благодетелю.

В тот вечер сон пришел к омеге не сразу. Он ворочался с боку на бок, прокручивая в голове события дня и пытаясь разгадать загадку незнакомца. Кто он? Что подвигло его на столь великодушный жест? И почему запах его показался Сейнту таким притягательным, пьянящим, будоражащим?

Омега поймал себя на мысли, что впервые за долгие годы его посетило непрошенное вожделение. Их с Джейкобом близость давно стерлась из памяти, заменившись рутиной забот о детях и безденежьем. А сегодняшний альфа пробудил что-то глубоко внутри, заставив вспомнить, каково это - желать.

- Успокойся, Сейнт, контролируй свои мысли, - одернул себя омега. - Ты прекрасно знаешь, к чему может привести вспыхнувшее на пустом месте влечение. Сосредоточься на воспитании детей.

Утром, когда двойняшки убежали в школу, а Сейнт готовился к работе, он даже не заметил, что вновь достал драгоценную ленту и уже минут двадцать вдыхал запах незнакомца, как ребенок, жадно хватающий свежий воздух. Что-то в этом запахе западало в душу, вселяло робкую надежду.

«Может, однажды я его снова встречу?» - мечтательно думал Сейнт, откладывая ленту и спеша на службу.

***

- Сейнт, ты сегодня рано. Я думал, что после дня рождения детей ты возьмешь выходной.

Начальник омеги, господин Мо, грузный альфа с лукавой искрой в глазах, ворвался в кабинет помощника, будто озорной юнец. Он запрыгнул на стол омеги, отчего ручки посыпались на пол, а поверхность опасно затряслась.

- Господин, Мо. Я и не планировал, - вздохнул омега, поднимая упавшие предметы. - Да мы и не отмечали толком.

Альфа прищурился и посмотрел на Сейнта по-отечески тепло. Этот парнишка был ему безмерно дорог. Когда он пришел на собеседование, произвел на него неизгладимое впечатление. А когда альфа узнал, что случилось с Сейнтом сразу после рождения двойняшек, господин Мо проникся к нему глубокой симпатией. Он давно планировал изменить жизнь Сейнта. И сейчас, наконец-то все было готово.

Мо всю жизнь посвятил бизнесу, который с трудом можно было назвать успешным, и так и не успел создать семью. Одинокий альфа решил помочь омеге, видя в нем того сына, которого у него никогда не было.

- У меня к тебе предложение, дорогой мой человечек, - глаза господина Мо засияли озорными искорками.

- Я уже боюсь, - с улыбкой ответил Сейнт, поднимая последнюю ручку и вновь толкнулся ногой чтобы оттолкнуть кресло в котором он сидел и катался вокруг стола. - Вы так смотрите... как мой сын, когда задумал шалость.

- Что ты! - альфа всплеснул руками и широко улыбнулся. - Где я и где шалости?

Господин Мо сделал милейшую мордашку, от вида которой омега рассмеялся. Этого человека он давно воспринимал не как начальника, а скорее как старшего родственника. Омегу умиляли его детское поведение и непосредственность... Работая на господина Мо, он ощущал, что именно он, Сейнт, является руководителем этой маленькой фирмы, а не солидный альфа.

- Сейнт, я предлагаю тебе мини-отпуск, - господин Мо спрыгнул со стола и отпружинил от пола, будто мячик, радостно хлопнув в ладоши.

- Ну какой отпуск? - Сейнт нахмурился, и его лицо омрачилось тревогой. - Господин Мо, мне нужно оплатить жилье и школу. Да и у детей каникулы, мне на совместный отлых не накопить.

- А я предлагаю тебе переехать в мой гостевой дом, там как раз закончен ремонт. Это во-первых, - альфа подмигнул. - А во-вторых... - он сделал театральную паузу, - детей я возьму на себя. Так что вот, - он всучил омеге карту, - иди купи купальный костюм, сделай депиляцию, педикюр и что там еще делают омеги перед отпуском...

Он подхватил сумку Сейнта, взял парня под локоть и потянул к выходу из офиса. Омега сопротивлялся, пытаясь возразить, но альфа и слушать его не желал.

- ...билеты и путевку я возьму на себя, выберу для тебя что-нибудь интересное. - господин Мо выталкивал упирающегося Сейнта в коридор. - Жду тебя с детьми к восьми вечера у себя!

Альфа захлопнул дверь перед самым носом опешившего омеги и довольно улыбнулся, окинув кабинет взглядом хозяина положения. Но через миг дверь снова распахнулась, и в проеме показалась растерянная физиономия Тэхёна.

- Вы уверены, Господин Мо?

- Настолько, что готов дать тебе волшебный пендель для скорости! - с усмешкой рыкнул альфа. - А ну кыш в салон красоты!

Дверь захлопнулась, скрывая все еще недоумевающего Сейнта.

- Вот и чудненько, - промурлыкал господин Мо, возвращаясь в свой кабинет.

Он погладил ладонью столешницу, будто отправляя немой сигнал вселенной.

- Так, теперь можно заказать вертолет на пульте управления... и никто меня не осудит, я же для детей! - хитро прищурился альфа и игриво подмигнул своему отражению в оконном стекле.

***

Сейнт шел по центральной улице города в легком оцепенении. Ему никак не верилось, что господин Мо в одночасье вывернул его размеренную жизнь наизнанку. Совсем недавно главной его заботой было то, хватит ли денег до ближайшей зарплаты. А теперь... Неожиданно свалившийся отпуск вызывал целую бурю эмоций - от радостного возбуждения до непонятного смущения.

Омега не помнил, когда последний раз позволял себе подобную роскошь - ходить по магазинам в поисках отпускных обновок. Он замер у витрины с разноцветными плавками и ярко-оранжевыми парео, ошарашенно хлопая длинными пушистыми ресницами.

«Ну уж нет, это я ни за что не надену», - решил про себя Сейнт, скривив губы.

В следующем бутике за стеклом выставочной вертушки замелькали силуэты фигуристых манекенов в купальных костюмах для омег всех расцветок - от скромных темно-синих до дерзких алых с вырезами по бокам. Сейнт прикусил губу, с любопытством разглядывая экспозицию. Уж больно давно он не присматривал себе пляжный наряд.

В салон красоты омега заходил с опаской, ощущая себя ребенком, робко переступающим порог незнакомого места. От сладких запахов кремов и косметики у него ломило виски. Беты-администраторы встретили его радушными улыбками, потчуя комплиментами и навязчивым гостеприимством.

Сейнта усадили в мягкое кресло с пушистыми накладками на хромированных подлокотниках. Через миг перед ним уже сновали два мастера - один занялся его ногтями, аккуратно обрезая и подпиливая, а другой смочил волосы омеги ароматной пеной и принялся их массировать. От нежных прикосновений Сейнта бросило в дрожь - он отвык от подобных телесных ласк.

Сквозь полуприкрытые веки он наблюдал за другими посетителями, большинство из которых были омегами. Они щебетали и охали, кокетливо посматривая в зеркало, когда мастера обхаживали их руки и ноги. В этой атмосфере воздух буквально вибрировал от гормонов и флюидов. Запахи сладких фруктов и пряных специй смешивались, опьяняя Сейнта все больше с каждой минутой.

А затем пришел черед удаления волос с тела. Услуга была не особо приятной, и малость смущающей. Сейнт слегка заалел, когда мастер мазал его ноги кремом и поднимал одежду выше, оголяя участки кожи для депиляции.

От непривычных сенсорных впечатлений у омеги кружилась голова и горела кожа. Он едва узнавал самого себя в гладком сверкающем теле без единого лишнего волоска. В полном ступоре Сейнт уставился на свое отражение, когда мастера отступили в сторону, давая ему возможность полюбоваться результатом.

"Вот оно как... Так вот как ты можешь выглядеть... ", - засмущавшись, подумал Сейнт, с любопытством вглядываясь в собственные изгибы.

Ни разу с момента встречи с Джейкобом он не посещал подобные места. Даже в молодости его телу доставалось лишь заурядное купание и бритье. А сейчас все эти процессы приобретали новые, чувственные оттенки. Непривычные ощущения путали мысли и коварно распаляли желание ощутить их вновь.

***

Сейнт вышел из салона красоты заметно приободренным. Его обновленный облик излучал свежесть и очарование. Омега поправил воротник рубашки и направился к школе, где у Эмили и Зака заканчивались уроки.

В ожидании детей он привалился к стене и мечтательно наблюдал за снующими туда-сюда родителями, окунаясь в свои фантазии об отпуске.

Словно из-под земли выросли огромные вихри цветастых парео, шляп и солнцезащитных очков. Толпа нарядных мам и пап окружала школьный двор, подобно разноцветному вихрю.

Сейнт почувствовал себя одиноким вторженцем в этот яркий мир, лишним и ненужным. Кто он такой? Всего лишь усталый омега, борющийся за выживание семьи. Когда же в последний раз он мог позволить себе такую роскошь, как беспечное купание на берегу моря?

Звонок возвестил об окончании уроков и выдернул его из фантазий, окрашивая мир вокруг в серые цвета. Эмили и Зак выбежали из дверей, сияя, как две звездочки. Завидев отца, они сломя голову бросились к нему и повисли на шее.

- Папочка, папочка! Ты такой красивый! А что у нас сегодня? - затараторили они разом.

Сейнт ласково потрепал их по вихрастым макушкам.

- Сегодня мы собираем вещички и вы переезжаете к господину Мо ненадолго. Он задумал для нас всех сюрприз, - заговорщицки подмигнул он.

- Ура-ааа! - радостно взвизгнули двойняшки, подпрыгивая на месте. - Ура, вот это начинаются каникулы!

По дороге домой они будто озорные эльфы увивались вокруг Сейнта, наперебой рассказывая ему о прошедшем школьном дне, о результатах, о том, что на каникулы даже ничего не задавали. Омега старался уловить каждое их слово, вбирая в себя это беззаботное счастье. Давно он не чувствовал себя таким легким.

Дома они ловко запихивали в рюкзаки все необходимое - любимые игрушки, книжки, одежду. Эмили все никак не могла решить, каких кукол взять с собой, а каких выкинуть несчадно. Она сгребала их в охапку, мяла, гладила, придирчиво оценивая каждую. Сейнт лишь посмеивался над причудливым выбором дочери.

А Зак в это время будто торнадо носился по комнате, ошалело хватая все, что мелькало перед глазами - фломастеры, машинки, мячики и собирал все это богатство в единую кучу.

- Не забудь вещи, а то не в чем будет ходить! - деловито напомнил ему отец.

- Точно, точно, - засуетился мальчуган, вытаскивая из шкафа всю свою одежду.

Собрав полные рюкзаки и сумки, семейство Сейнта отправилось к господину Мо.

Сам хозяин встретил их на крыльце. На его лице сияла широченная улыбка от уха до уха, словно он загодя уже придумал что-то эдакое.

- Вот вы и приехали! - он радостно захлопал в ладоши, встречая их у калитки. - Эмили, Зак, вы готовы к приключениям? У меня обширное расписание на эту неделю!

- Дааа! - закричали те, роняя рюкзаки на землю.

- Это хорошо, это очень хорошо! - альфа ловко подхватил поклажу детишек и сделал приглашающий жест. - Тогда проходите, сейчас все увидите!

Они въехали во двор роскошного особняка. Газон был идеально ровным, с аккуратно подстриженными кустами и клумбами. Ухоженный дом из красного кирпича утопал в цветущих вьюнках и плюще. Внутри их встретила милая бабушка-омега в домашнем платье. Она расплылась в широкой приветственной улыбке.

- Это Альма, моя домоправительница, - представил ее господин Мо, когда они расселись в гостиной у накрытого стола. - Она лучшая кулинарка на свете. Попробуйте ее стряпню! Пальчики оближешь!

Пожилая омега проворно разлила всем ароматный чай и принялась расхваливать свои кулинарные шедевры. Дети ловко подцепляли поджаренные кусочки мяса и уплетали за обе щеки, изредка утирая рот рукавами. Господин Мо выжидающе посмотрел на Сейнта.

- Да, действительно восхитительно, - кивнул тот с улыбкой.

- Ну что ж, - альфа потер ладони и бросил веселый взгляд на детишек. - А теперь сюрприз. Как вы смотрите на то, чтобы пожить здесь? На то время, пока ваш папочка будет отдыхать?

- Ура-а-а!!! - двойняшки радостно вскочили на ноги, захлопали в ладоши и бросились обнимать господина Мо.

- Здорово, дядя Мо! Супер, мы останемся! - выкрикивали они, облепляя альфу со всех сторон.

Тот довольно рассмеялся, стараясь удержать равновесие под напором детских объятий.

- Ну-ну, полегче, егозы! А то я скоро совсем одряхлею от ваших приступов радости, - он ласково потрепал обоих по макушкам. - Идемте, я покажу ваши комнаты!

Сейнт остался в гостиной за накрытым столом вместе с Альмой. Он чувствовал себя совершенно растерянным - не в силах постичь подобную щедрость своего начальника. И в то же время душа переполнялась невиданной прежде радостью и теплотой - от одной мысли о том, что его дети теперь могут безбедно резвиться, заполучив собственный дворец развлечений.

- Готово! - через некоторое время раздался возглас господина Мо.

Он спустился по лестнице из второго этажа, сопровождаемый вихрем надрывного детского смеха и топота. Эмили и Зака галопом пронеслись по холлу во двор, вопя от восторга. За ними следовала усталая, но довольная физиономия альфы.

Он плюхнулся в глубокое кресло у стола и отдуваясь, повернулся к Сейнту:

- А ты никуда не торопись, дружок. Отведу тебя через часок в гостевой домик и все покажу.

После трапезы Сейнт вместе с господином Мо отправились через сад к отдельно стоящему небольшому домику. Тот больше смахивал на что-то европейское... легкое и красивое строение и отдельными спальнями, кухней-гостинной и ванной комнатой. Все здесь источало тепло, уют и очарование.

- Располагайся, Сейнт, и чувствуй себя как дома! - произнес альфа, с гордостью демонстрируя убранство. Он провел омегу по комнатам, показал, где какие удобства находятся, а затем распахнул застекленную дверь на террасу с видом на бассейн и зеленый газон. - Вкалывать ты любишь, поэтому делаф это сколько влезет! Но и отдыхать после работы нужно на все сто.

- Господин Мо, но я не могу принять... - запротестовал было Сейнт.

Альфа властно осадил его, приложив палец к губам:

- Никаких «не могу». Ты заслужил и этот дом и эти каникулы, как никто другой! - Он подошел к Тэхёну и крепко обнял его, с нежностью потрепав по волосам. - Ты как сын мне, мой мальчик. Столько я наблюдаю, как ты выбиваешься из сил, стараясь свести концы с концами, обеспечить детей достойной жизнью. Ты не сдаешься, продолжаешь упорно бороться, невзирая на удары судьбы.

В глазах альфы блеснули слезы.

- Я столько лет потратил на работу и достижения, что совсем позабыл о простых радостях жизни. И вот, будто в награду за годы изнурительного труда, судьба послала мне тебя и твоих дорогих шалопаев. - Он коснулся ладонью щеки Сейнта, с любовью вглядываясь в его омежье лицо. - Позволь старику хоть раз осчастливить вас, как собственную семью. Прошу тебя, Сейнт ... Отдохни, расслабься, получи удовольствие от отпуска. Докажи себе и мне, что ты помнишь вкус к жизни.

Сейнт всхлипнул, утирая слезы рукавом. Он обнял господина Мо в ответ, прижавшись к его груди. В этом альфе он впервые за долгое время увидел тепло и заботу истинного отца. Ту семью, которой ему всегда хронически не хватало.

- Спасибо вам... Спасибо огромное! - благодарно прошептал омега.

Господин Мо проследил, чтобы Сейнт устроился с максимальным комфортом, а затем оставил его в покое насладиться первыми часами отпуска в одиночестве.

Ночь выдалась душной и томной. Сейнт никак не мог сомкнуть глаз, ворочаясь с боку на бок в прохладной постели. Он прислушивался к звукам ночи - ленивым трелям сверчков, шелесту ветерка в кронах деревьев, редким возгласам Эмили и Зака из соседнего дома, откуда то и дело доносились их безудержные голоса.

Омега вздохнул и перевернулся на спину, обнажая торс. Давно забытые ощущения из салона красоты будоражили его подсознание, заставляя кожу гореть возбужденным румянцем. Что это было? Азарт, блаженство, предвкушение наслаждения? То, чего он был столько лет лишен?..

Сейнт бросил косой взгляд на соседнюю подушку, почему-то силясь высмотреть в сумраке чей-то силуэт. Он не мог отделаться от ставшего почти чужим чувства желания, когда каждое прикосновение становится поводом для трепета души и тела. Джейкоб лишил его не только уверенности в альфах, но и банальных радостей оставаться живым, чувствующим существом.

«А может, в этом и был замысел господина Мо? - вдруг осенило Сейнта. - Чтобы я вспомнил, каково это - быть омегой во всей своей полноте ощущений...»

Он закрыл глаза, глубоко вдыхая пряный аромат цветущего сада за окном. Благоухание многообещающе туманило разум Сейнта, облекая его в пелену чувственных грез. И впервые за очень долгое время он пожалел о том, что в эту ночь рядом с ним никого нет.