Глава 36 - Он что, нормальный?
Сонхун всегда считал, что может держать дистанцию. С людьми, с чувствами, со всем, что делает его уязвимым. Но, похоже, в случае с Ники это правило переставало работать.
День начался как обычно: школа, занятия, он сидит у окна, перелистывает тетрадь, когда слышит смех. Тот самый. Громкий, немного хрипловатый, искренний до такой степени, что пробирает под кожу. Сонхун не хотел смотреть. Правда. Но глаза всё равно поднялись.
Ники сидел на задней парте, откинувшись на спинку стула, и что-то рассказывал Джейку, размахивая руками. Смеялся так свободно, будто весь мир был создан для его шуток. И в этом было что-то опасное — слишком живое, слишком настоящее.
«Почему ты вообще смотришь?» — раздражённо подумал Сонхун и резко уткнулся в тетрадь. Только вот строки сливались, а в голове вертелась одна мысль:
Он правда такой... настоящий.
После уроков они втроём шли по коридору. Джейк что-то болтал про физру, а Ники лениво закинул руки за голову, будто ему было плевать на всё, кроме собственного настроения. Сонхун украдкой посмотрел — лёгкая улыбка, волосы падают на лоб, ленивый, но при этом красивый до абсурда.
— Слушай, Хун, — голос Ники вырвал его из мыслей, — у тебя сегодня каток, да?
— Да, — коротко ответил Сонхун.
— Пойдём посмотрим, — Ники чуть склонил голову, в глазах блеснуло что-то тёплое. — Ну, вдруг ты реально катаешься лучше, чем выглядишь.
— ...Что? — Сонхун нахмурился, но Ники уже усмехался.
— Шучу. Ты выглядишь нормально, — добавил он так, будто между делом. Но у Сонхуна внутри всё перевернулось от этой «нормальности».
Почему это звучало так... мягко?
Каток был почти пустой, и Сонхун вышел на лёд, как всегда — уверенно, сосредоточенно. Он не хотел показывать им, как сердце колотится от мыслей, что они смотрят. Но, когда взгляд случайно наткнулся на Ники, тот улыбался — по-настоящему, без приколов. И это было хуже любого падения.
Когда Сонхун закончил, подошёл ближе, и Ники, вместо обычной наглой шутки, тихо сказал:
— Ты... нереально катаешься. Даже не знаю, что сказать.
Сонхун замер на секунду, не найдя, чем ответить. Обычно он отмахивался, но сейчас слова застряли где-то в горле.
— Спасибо, — выдохнул он, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
Ники просто кивнул, чуть улыбнувшись. И это «чуть» оказалось достаточно, чтобы Сонхун снова почувствовал: он ломается. Не из-за силы, не из-за давления — из-за простых вещей. Из-за того, что этот парень никогда не притворяется. Из-за того, что с ним легко, даже когда хочется сбежать.
Почему он такой... милый? — пронеслось в голове, и Сонхун поспешно отвернулся. Но поздно — внутри уже было слишком шумно.
Когда они вышли с катка, воздух обдал их морозной свежестью. Белый пар вырывался изо рта при каждом выдохе, а снежинки тихо садились на волосы и ресницы. Снег хрустел под ногами, и Сонхун, привычно засунув руки глубже в карманы пуховика, шёл чуть впереди, стараясь не оборачиваться. Но чувство чужого взгляда на спине было почти осязаемым.
— Эй, — позвал Ники негромко, и Сонхун остановился, обернулся через плечо.
Ники шёл с тем же ленивым, будто безразличным выражением лица, но глаза... они светились каким-то спокойным теплом. Он чуть поднял голову, улыбнулся одним уголком губ.
— Почему ты всегда такой серьёзный? — спросил он, будто между прочим, но голос звучал мягко.
Сонхун моргнул, не сразу нашёл, что ответить:
— ...Не знаю. Просто... такой.
Ники пожал плечами, засунув руки в карманы, и на секунду замолчал, будто подбирал слова. Потом сказал:
— Знаешь, это не плохо. Ты... красивый, когда серьёзный. — Он ухмыльнулся, но в глазах не было насмешки, только тёплая искренность. — Но иногда... ты выглядишь так, будто всё держишь в себе.
Эти слова попали прямо в цель. Сонхун замедлил шаг, даже дыхание на миг перехватило. Почему он говорит это так... честно? Слишком близко. Слишком прямо.
— Может быть, — ответил он тихо, почти шёпотом.
Ники догнал его и, будто случайно, коснулся плеча. Лёгкое касание через ткань пуховика, ничего особенного... но Сонхун почувствовал это слишком остро, как будто по коже пробежал электрический ток.
— Ладно, — Ники вдруг широко зевнул, возвращаясь к своему обычному тону. — Пошли уже, а то замёрзнем, пока ты философствуешь.
Он легко обогнал Сонхуна, шагая по заснеженной дорожке с какой-то непринуждённой грацией. Даже в таких мелочах Ники был... особенный. Без усилий, без позёрства. Просто таким, какой есть.
Сонхун остался на секунду, глядя ему в спину. Длинный силуэт, лёгкая походка, шапка сдвинута набок — ничего особенного, а взгляд оторвать невозможно.
И вдруг Сонхун поймал себя на том, что улыбается. Просто так. Без причины. Тепло растеклось по груди, смешавшись с лёгким смущением.
Что с тобой не так?.. — подумал он, но улыбка не сходила с губ.
Он пошёл следом, чуть быстрее, чтобы догнать, и неожиданно для себя произнёс:
— Ники.
Тот обернулся, брови чуть приподняты:
— А?
Сонхун открыл рот, но слова застряли. Хотел сказать «Спасибо», «Ты прав», «Мне приятно» — но ничего не вышло. Он только покачал головой и пробормотал:
— Ничего.
Ники ухмыльнулся, но не стал допрашивать. Только кивнул:
— Ладно. Но если что... я рядом, понял?
Он сказал это спокойно, как что-то само собой разумеющееся. Без пафоса, без намёков. Но Сонхун почувствовал, как сердце вдруг глухо ударило в груди.
Они пошли дальше, молча, только снег хрустел под ногами. Сонхун смотрел вперёд, но ощущал: улыбка Ники никуда не делась. Она жгла затылок. И почему-то от этой мысли было... тепло.
Он не такой, как я думал. Совсем не такой.
И именно в этот момент Сонхун понял: он начал замечать Ники слишком часто. Замечать и... ждать.