Часть 13 (воспоминания).
Воспоминание 1
— Рина, не дёргайся, а то испорчу!
Никита сидел рядом с ней на кровати и аккуратно заплетал её волосы. Его пальцы путались в мягких светлых прядях, но он старался.
— Ты же сам предложил, — хихикнула Ира, закатив глаза.
— Ну так давай не мешай, а то не получится красиво.
Она хотела что-то ответить, но в этот момент он наклонился ближе, чтобы лучше разобрать волосы, и его дыхание коснулось её шеи. Ира затаила дыхание.
— Знаешь, что самое сложное? — пробормотал он, аккуратно перекидывая прядь.
— Что?
— Не отвлекаться на твою шею.
Она залилась румянцем, но прежде чем успела что-то сказать, Никита резко развернул её к себе и, ухмыляясь, поцеловал за ухо.
— Я же говорил.
Она только рассмеялась, уткнувшись лбом в его плечо.
Воспоминание 2
Лето. Москва. Дождь.
Они шли по улице без зонта, мокрые насквозь.
— Рина, ты так простудишься! — Никита недовольно посмотрел на неё.
— И что? Это же весело! — она закружилась на месте, раскинув руки, а потом резко схватила его за руку. — Побежали!
— Ты сумасшедшая, — усмехнулся он, но всё же побежал за ней.
Они добежали до какого-то небольшого навеса и остановились, тяжело дыша.
— И зачем мы это сделали?
— Чтобы запомнить этот момент.
Ира взяла его за руку, переплетая их пальцы.
— Теперь, когда услышишь дождь, будешь вспоминать меня.
Никита ничего не ответил, только притянул её ближе и поцеловал.
И теперь, когда шёл дождь, он действительно вспоминал её.
Воспоминание 3
— Рина, ты же знаешь, что я тебя люблю, да?
Они лежали на его кровати, переплетя пальцы. В комнате было тихо, слышалось только их дыхание.
— Знаю.
— А ты меня?
Она повернулась к нему, её глаза блестели в полумраке.
— А ты как думаешь?
Никита усмехнулся.
— Думаю, ты должна сказать мне это вслух.
Она сделала вид, что задумалась.
— Не уверена...
— Что?
Никита приподнялся, нависая над ней.
— Ты серьёзно?
Ира засмеялась и быстро поцеловала его в губы.
— Конечно, люблю.
— Вот и отлично. А теперь ты моя навсегда.
Он снова её поцеловал, и в тот момент они были самыми счастливыми.
Воспоминание 4
— Рина, тебе обязательно заказывать самое странное мороженое?
— Это фисташковое, оно вкусное! — возмутилась Ира, облизав ложку.
Никита скептически посмотрел на зелёный шарик в её стаканчике.
— Оно выглядит так, будто с ним что-то не так.
— Ну тогда не ешь, — пожала плечами она и демонстративно зачерпнула побольше.
— Дай попробовать.
— Ты же сказал, что оно странное.
— Всё ещё хочу попробовать.
Ира закатила глаза, но протянула ему ложку. Никита взял её, медленно положил в рот и тут же скривился.
— Фу, оно реально странное.
— Отдай обратно! — возмутилась она, выхватывая ложку.
— Лучше бы взяла шоколадное.
— Да все берут шоколадное!
— Потому что оно нормальное!
Они так и спорили всю дорогу, пока не дошли до набережной. Ира доедала своё «странное» мороженое, а Никита смотрел на неё и улыбался.
Через много лет, проходя мимо кафе с фисташковым мороженым, он вдруг поймал себя на том, что хочет его купить.
Воспоминание 5
— Ник, не открывай!
Ира стояла перед дверью ванной, раскинув руки в стороны.
— Что ты там скрываешь? — прищурился он, пытаясь заглянуть за её спину.
— Ничего! Просто... не заходи пока!
— Теперь мне ещё интереснее, — он наклонился, чтобы посмотреть мимо неё, но Ира резко толкнула его в грудь.
— Никита!
Он засмеялся, но всё-таки отступил.
Через пару минут дверь наконец открылась, и перед ним стояла она — в его футболке, которая была ей слишком велика, и с мокрыми после душа волосами.
— Ты что, взяла мою футболку?
Ира стушевалась.
— Ну... она удобная.
Он ухмыльнулся, шагнул ближе, взял её за край футболки и слегка натянул вниз.
— Теперь она твоя.
Ира посмотрела на него, не сразу понимая.
— В смысле?
— В прямом. Оставь её себе.
Она прикусила губу и улыбнулась.
Теперь эта футболка пахла им. И долгие месяцы после их расставания Ира засыпала, уткнувшись в неё.
Воспоминание 6
— Это последняя.
— Ты уверен?
— Абсолютно.
Никита осторожно приклеил стикер на её лоб. Ира смотрела на него с вызовом.
— Считаем.
Они обвешали друг друга бумажными стикерами с глупыми надписями и теперь считали, у кого их больше.
— Раз, два... восемнадцать... двадцать два...
— Двадцать три! — воскликнул Никита, показывая на последний листок у неё на руке.
— Нет, он не считается!
— Считается.
— Это нечестно!
— Признавай поражение, Рина.
Она скрестила руки на груди, надменно на него глядя.
— Никогда.
— Тогда...
Никита резко схватил её за талию и начал щекотать.
Ира завизжала, забилась в его руках, хохоча и моля о пощаде.
— Ладно-ладно! Ты выиграл!
— Вот и отлично, — он отпустил её и довольно улыбнулся.
Она вспоминала этот момент, когда видела бумажные стикеры на прилавках магазинов.
И всё ещё слышала его смех в своей голове.
Воспоминание 7
— Рина, закрой глаза.
— Никита, что ты опять придумал? — она усмехнулась, но подчинилась.
— Не подглядывай.
Она услышала тихий звон металла, а потом ощутила его тёплые пальцы на своей шее. Лёгкое прикосновение холода — и что-то мягко легло на кожу.
— Всё, можешь открывать.
Она опустила взгляд и ахнула.
— Это...
На её груди висел кулон в виде серебряного лебедя. Изящного, тонкого, словно парящего в воздухе.
— Понравился?
— Никита... он потрясающий, — Ира осторожно коснулась кулона, а потом подняла глаза на него. — Но почему именно лебедь?
Он усмехнулся.
— Лебеди выбирают себе пару раз и на всю жизнь.
Она затаила дыхание.
— Так что теперь ты моя.
Ира рассмеялась, но в глазах блестели слёзы.
— А ты мой?
— Разумеется, — он наклонился ближе, его губы коснулись её щеки. — Навсегда.
Воспоминание 8
— Ты же его не снимаешь?
Они лежали на траве в парке, глядя на облака. Никита лениво крутил между пальцами её кулон, улыбаясь уголками губ.
— Конечно, нет, — Ира перевернулась на бок и уткнулась носом ему в плечо. — Он ведь от тебя.
Он довольно кивнул.
— И пусть все знают, что ты занята.
Она рассмеялась и шутливо ткнула его в бок.
— Ревнивый ты мой.
— Просто справедливый, — он ухмыльнулся, притягивая её к себе. — Раз уж ты моя, то только моя.
Ира счастливо вздохнула и прижалась ближе.
Воспоминание 9
— Рина, угадай, что у меня есть?
Она только открыла дверь, а он уже тянул руку за спину, явно что-то скрывая.
— Опять сюрприз?
— Ну, почти, — Никита хитро улыбнулся и достал небольшой кулон.
Такой же, как у неё. Лебедь, но мужской, чуть массивнее.
— Теперь у нас парные, — он подмигнул, застёгивая цепочку на шее. — Так что даже если ты далеко, я всё равно буду рядом.
Ира потянулась к нему, обняла за шею и поцеловала в губы.
— Ты и так всегда рядом, Ник...
— Теперь и официально.
Он чмокнул её в нос и сжал её ладонь в своей.
Воспоминание 10
— Рина, я тебя научу!
— Никита, я утону!
— В бассейне? Глубиной метр двадцать? — он усмехнулся, удерживая её за талию.
Она сжала его плечи так, будто и правда боялась утонуть.
— Мне всё равно страшно!
— Маленькая трусиха, — он хмыкнул, но нежно провёл рукой по её спине. — Я же здесь. Держу тебя.
Ира посмотрела на него, а потом осторожно отпустила его плечи и сделала несколько гребков.
— Получается!
— Конечно, получается, — Никита гордо кивнул, но тут же с ухмылкой нырнул под воду и резко вынырнул, обхватив её руками. — Иди ко мне, русалочка.
Она звонко рассмеялась, обвивая его шею.
— Ну вот, теперь точно не утону.
— Конечно, не утонешь, — он чмокнул её в мокрую щёку. — Я ведь твой спасатель.
Воспоминание 11
— Никит, а если бы мы были животными, ты бы кем был?
Они сидели на крыше его дома, кутаясь в тёплый плед.
— Волком, наверное.
— Хм... да, похоже на тебя. А я?
— Лебедем, конечно, — он усмехнулся и ткнул пальцем в кулон у неё на шее.
— Почему?
— Потому что ты нежная, красивая и слишком упрямая, — он хитро улыбнулся и подул ей на щёку.
Ира фыркнула, но спрятала лицо у него в груди.
— Значит, ты — волк, а я — лебедь.
— Да, но всё равно моя.
Он поцеловал её в макушку, притягивая ближе.
Воспоминание 12
— Никита, а можно тебя оставить себе?
— В смысле? — он приподнял бровь, глядя на неё с лёгкой ухмылкой.
— Ну вот взять и положить в карман, чтобы ты всегда был рядом.
— В карман не поместишь, а вот в сердце уже спрятала, — он наклонился и чмокнул её в нос.
Ира улыбнулась и закрыла глаза.
— Ну и ладно. В сердце даже лучше.
— Ещё бы, — он обнял её, устроив подбородок у неё на макушке. — Там мне и место.
____
1309 слов.