26
Наташа сидела на диване с чашкой чая,когда в дверь настойчиво постучали.Она нахмурилась – поздний вечер,гостей не ждали.Осторожно подошла и открыла дверь.На пороге стоял Виктор,одетый безупречно,с лёгкой улыбкой.В глазах его самоуверенность.
— Алеся, — сказал он мягким тоном, — решил заглянуть.Ты ведь одна?
Девушка сделала шаг назад,но не закрыла дверь.
— Проходи,Виктор.
Он вошёл,с любопытством оглядывая квартиру.Его взгляд тут же остановился на ней – слишком внимательный,слишком скользящий по деталям её фигуры,слишком наглый.
— Ты знаешь, — начал он,приблизившись, — я всё думаю о тебе.Ты не такая,как остальные.В тебе есть что-то… особенное. — Его голос стал ниже,почти интимным. — Скажи честно,что ты чувствуешь?
Лазарева медленно поставила чашку на стол и подняла глаза,спокойные,но острые:
— Я знаю,кто ты,Виктор.
Он замер,улыбка чуть дрогнула.
— И кто же?
— Ты охотник, — чётко произнесла она. — Думаешь,я не чувствую твою энергию?
Мужчина хотел что-то ответить,но в тот же миг воздух в комнате словно сгустился.С лампы упала тень,и из темноты коридора вышел Нугзар.Его шаги были медленными,словно излевающими.В полумраке он казался еще выше и массивнее.
Глаза его сверкнули тусклым,почти огненным светом.Воздух в комнате стал тяжелее,словно стены давили на плечи.Охотник дернулся,пытаясь достать оружие,но пальцы предательски дрогнули.
— Что… что это?.. — прохрипел он.
Херейд заговорил низко,почти шёпотом,но этот голос вошёл в голову,как нож в ткань:
— Твоё сердце уже замерло.Ты просто ещё не понял.
Виктор вскрикнул,схватившись за грудь, – мышцы свело,дыхание оборвалось.Он сделал шаг назад,но ноги отказались слушаться.Его взгляд метался между Наташей и Нугзаром,в глазах застыл ужас и непонимание.
— Ты охотился на нас, — продолжил парень,и в его голосе не было ярости,только холодная неизбежность. — Но охотник всегда становится добычей.Ты посмел смотреть на мою жену,посмел дотрагиваться до нее,флиртовать с ней.Но никто после этого не оставался в живых.Потому что это моя жена.
— Я должен....был....догадаться...
Одного взгляда оказалось достаточно. Виктор рухнул на колени,словно кто-то обрушил на него тысячи тонн.Последний хрип сорвался с его губ,и тело безвольно осело на пол.
Тишина стала почти оглушающей.Лишь дыхание Лазаревой и равномерное биение сердца юноши наполняли комнату.
Он медленно подошёл к жене.Его глаза всё ещё горели,но,глядя на неё,он позволил себе мягкость.Он протянул руку и скользнул ладонью по её плечу,как будто проверяя – не испугалась ли она его больше,чем убитого охотника.
— Всё кончено, — произнёс он тихо. — Больше он не коснётся тебя.
Ангел посмотрела на Виктора,потом на мужа.Страх и облегчение смешались внутри.Она молча прижалась к его груди,крепко обняв.
Гибадуллин обвил её руками,крепко прижимая к себе,и шепнул прямо в волосы:
— Я никому не позволю отнять тебя у меня.Никогда.
Они сидели на полу,среди тишины.Только их дыхание звучало в унисон.Наташа спрятала лицо у Нугзара на груди,обнимая его крепко-крепко,будто боялась,что он исчезнет,если отпустит.
Архидемон гладил её по волосам,сжимал в объятиях так бережно,словно она была самым хрупким сокровищем.Впервые за долгое время в нём не было злости,не было напряжения.В нем жило спокойное тепло,которое он дарил ей.
И вдруг воздух вокруг стал странно тяжёлым и лёгким одновременно.Всё пространство будто задрожало,стены растворились в белом сиянии,и из этого света зазвучал голос.Глубокий,вечный,невозможно человеческий.
— Вы многое пережили,дети мои… — слова звучали прямо в их сердцах,не в ушах. — Вы шли через боль,сомнения,кровь и страх,и всё равно выбрали друг друга.
Девушка отстранилась на секунду,удивлённо оглянувшись,но Херейд лишь крепче прижал её к себе.Его глаза вспыхнули,но не от гнева – он знал,кто говорил.
— Всевышний, — прошептал он,и в его голосе впервые за долгое время прозвучало благоговение.
Свет стал мягче,будто ласкал их.
— Ваш союз был испытанием и искуплением.И теперь вам решать,идти ли дальше вместе, — продолжал голос. — Но знайте: я благословляю ваш выбор,каким бы он ни был.
Лазарева закрыла глаза,ощущая,как её душу наполняет тихое,светлое тепло.Она прижалась к любимому ещё сильнее,и впервые за всё время в её сердце не осталось ни страха,ни сомнений.Была любовь и уверенность.
А парень,сжимая её в объятиях,тихо произнёс в сияющую пустоту:
— Я не отдам её никому.Ни земле,ни небу.Она моя судьба.
Белое сияние не исчезло полностью.Наоборот,оно стало гуще,обволакивая их так,что границы комнаты стёрлись окончательно.Казалось,они сидят уже не на полу,а на самом воздухе,а вокруг бесконечный свет.
Наташа прижалась к юноше.Сердце её колотилось всё сильнее.
— Что… что происходит? — прошептала она.
Голос Всевышнего вновь прозвучал,глубокий,будто идущий сразу отовсюду:
— Вы прошли через испытания,которых не выдержали бы многие.Теперь настало время сделать шаг дальше.
Гибадуллин напрягся,словно готовился к битве.Он поднял голову.Взгляд его был твёрдым:
— Если ты хочешь разлучить нас – я не позволю.
Но вместо ответа свет стал мягче,и вокруг зазвучала музыка – тихая,неземная,словно пели тысячи голосов.Девушка ощутила,как её тело становится лёгким,как будто она сама превращалась в сияние.
Архидемон прижал её к себе крепче,и в этот миг они почувствовали,что падают вверх,словно земля под ногами исчезла,и они поднимаются всё выше и выше.
— Нугзар… — только и успела прошептать ангел,прежде чем их полностью окутала белая бездна.
И последними словами,которые они услышали,был шёпот Всевышнего:
— Добро пожаловать домой.
Любовь не просит и не ждёт – она просто приходит и остаётся,даже если весь мир рушится.И когда она истинна,от неё нельзя уйти: она будет в каждом вдохе,в каждом шаге,в каждой тени за спиной.