6
Солнечные лучи проникали в врачебный кабинет сквозь тонкие занавески, отбрасывая на пол полосы золотистого света. Тэхён прижимал к груди стакан с водой, наблюдая, как медленно оседают капельки конденсата по стенкам стекла. Его сердце бешено колотилось, отзываясь глухим стуком в висках. Омега смотрел в окно, не замечая залитого солнцем сада, утопающего в зелени и ароматах раннего лета.
- Доктор Лян, это всё? - едва слышно произнес он, чувствуя, как голос предательски дрогнул. - Больше никаких вариантов...
Пожилой альфа бросил на него понимающий взгляд, в котором читалось искреннее сочувствие, прежде чем тяжело вздохнуть.
- Господин Ким, к сожалению, современная медицина оказалась бессильна. Мы действительно исчерпали все возможные ресурсы и методы лечения. Болезнь прогрессирует стремительными темпами.
Слова ножом полоснули по сердцу Тэхёна, выбивая воздух из легких. Стакан в его руках мелко задрожал, едва не пролив воду.
- Почему так быстро... - потерянно прошептал он, чувствуя, как к горлу подступает ком отчаяния. - Почему...
Мягкие морщинки в уголках глаз доктора Ляна слегка углубились, когда он посмотрел на омегу взглядом, полным отеческой теплоты и сострадания.
- Тэхён, - он сделал паузу, собираясь с мыслями. - Это рак последней стадии. Юнгхо держится на удивление хорошо, но вскоре боль станет невыносимой, и тогда вашему альфе потребуется помощь.
У Тэхёна перехватило дыхание от страшных слов, с невыразимой тоской он взглянул за горизонт.
- Что потребуется от меня? - решительно спросил омега, сжимая кулаки.
Доктор Лян участливо кивнул.
- Будьте рядом, господин Ким. Ваш успокаивающий аромат облегчит его страдания, а присутствие любящего спутника жизни станет лучшим обезболивающим в эти нелегкие времена.
- Конечно... конечно...
***
Тэхён сам не заметил, как свернул к живописному парку и припарковался возле резных кованых ворот, ограждающих это зеленое убежище от городской суеты. Покинув салон автомобиля, омега медленно пошел по выложенной плиткой аллее, ведущей в самый центр парка.
Все вокруг словно замерло, погружаясь в дремотную негу, несмотря на яркое солнце. Легкий ветерок ласково перебирал густую листву деревьев, отчего по дорожке плясали причудливые тени. Птичьи трели и мирное жужжание насекомых вторили безмятежной идиллии этого уголка природы.
Его муж умирает. Его альфа... Его океан, в котором он растворяется стоит оказаться рядом... Его душа, его жизнь.
И почему он не почувствовал, почему не заметил? Он корил себя за слепоту. Его альфа каждый день становится на шаг ближе к смерти... Эта мысль, как острый нож, вновь рассекла его изнутри. Как быть без него? Как дышать, если сама суть его существования исчезнет вместе с последним вздохом любимого?
Остановившись на самом берегу небольшого пруда, омега уставился на ровную, зеркальную гладь воды. Тэхён схватился за грудь, ощущая нестерпимую тянущую боль в области сердца. Хотелось кричать в голос, давая выход захлестывающим эмоциям, разрывающим душу на куски.
Откуда-то сбоку донесся звонкий детский смех, и Тэхён рефлекторно обернулся на этот счастливый звук.
На лужайке молодой омега играл в догонялки со своим сыном, явно альфочкой. Они весело смеялись и бегали по кругу, папа ловко увиливал от цепких ручек малыша, а тот, топая ножкой и заливисто хохоча, принимался за новую попытку поймать его.
- Папочка, ты такой быстрый! - мальчик схватил родителя за ладошку, и тот тут же подхватил ребёнка на руки кружа его в объятиях. - Ты у меня самый-самый красивый, - верещал крохотный альфа, заставляя родителя краснеть от гордости и смущения.
Тэхён не мог сдержать улыбки, глядя на эту трогательную сцену. Нежность и тоска затопили его сердце разом, замещая собой мысли о муже.
- Папочка... - пробормотал он едва слышно.
Тэхён хотел стать родителем, очень... В прошлом году, когда ему исполнилось двадцать четыре, они с Юнгхо даже обсуждали ЭКО... Но как-то эта тема ушла на второй план из-за театра, новой постановки и других дел, а потом и вовсе затерялась в круговерти будней.
А сейчас так и вовсе ничего не выйдет. Его мужу шестьдесят два, и он болен.
Тэхён почувствовал как глаза увлажнились, а горло сковало так, что он не может вздохнуть.
- Мой Юнгхо... это нечестно...
- Дядя, почему вы плачете? - раздался рядом звонкий детский голосок.
Тэхён опустил взгляд и увидел рядом с собой маленького светловолосого мальчугана лет пяти. Тот смотрел на него большими озорными глазками нежного василькового цвета, улыбаясь демонстрируя две очаровательные ямочки на щечках. Омега постарался сдержать новый приступ слез и слегка улыбнулся, опускаясь на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с малышом.
- Я не плачу. - тихо произнес Тэхён, стараясь не расстроить альфочку.
- Папочка говорит, что когда кому-то грустно, его нужно крепко-крепко обнять, и тогда ему сразу станет веселее, - важно произнес кроха, тряхнув светлыми кудряшками. - Вам грустно, дядя?
- Да, малыш. Мне грустно, - тяжело вздохнул Тэхён, вновь ощутив подступающую волну отчаяния.
- Тогда давайте я вас обниму! - альфочка решительно раскинул крохотные ручки и шагнул к омеге, явно намереваясь осуществить свой план по «развеселению грустного дяди».
- Только если твой папа не будет против, - мягко произнес Тэхён, бросив быстрый взгляд на стоящего рядом мужчину-омегу, который с нежной улыбкой наблюдал за своим сынишкой.
- Папочка, этому омеге грустно! Можно я его обниму? - звонко крикнул мальчуган, всем своим видом требуя разрешения.
- Конечно, зайчик, - кивнул отец, продолжая с умилением поглядывать на сына.
- Зайчик?..
А крошечный альфочка, подобно маленькому урагану, налетел на Тэхёна, обхватив своими тоненькими ручками его шею. Омега замер, но через мгновение судорожно вдохнул сладкий молочный аромат, и что-то сжалось у него в груди. Он осторожно обнял малыша в ответ, утыкаясь носом в мягкие светлые кудряшки.
***
Чонгук методично разворачивал на экране ноутбука финансовые документы, связки отчетов и сводных таблиц по всем направлениям своего бизнеса и остановился на отчете по сети ночных клубов.
Взгляд был пристально устремлен на цифры последних месяцев, отражающие впечатляющий рост прибыли. Показатели выручки за последнее полугодие неумолимо ползли вверх, увеличившись практически вдвое по сравнению с предыдущим периодом.
Однако почему-то Чонгук не испытывал никакого удовлетворения от успехов своей империи в центре ночной жизни столицы.
«Достойный альфа», - эхом отдавались в голове слова омеги, которые тот произнес с такой легкостью, но которые больно полоснули альфу по самолюбию. Эта фраза буквально выбила почву у него из-под ног...
- Что это вообще значит - быть «достойным альфой»?
Зубы Чонгука сжались, челюсти свело от едва сдерживаемой ярости. Рыкнув, он одним движением отодвинул в сторону все, что лежало на столе. Он резко выпрямился в кресле, запрокинув голову, чувствуя, как внутри нарастает волна гнева на самого себя.
Он отчаянно жаждал быть достойным этого омеги, его любви, его нежности, его преданности. Он хотел, чтобы Тэхён смотрел на него так же, как смотрит на Юнгхо - с обожанием, благоговением и безграничным доверием. Он хотел, чтобы эти губы, которые так манили к себе, расплывались в счастливой улыбке при виде него, Чонгука.
Как получить этого омегу который, словно дурман, проник под кожу, забрался в самое сердце, отравляя разум видениями, от которых в груди клокотал огонь?
Альфа знал разные методы манипулирования людьми и управления массами, мог выстроить любую, даже самую сложную финансовую схему, найти подход к нужному человеку и заставить его делать то, что требовалось. Весь мир лежал у его ног, покорный его воле и амбициям. Он знал многое...
Но как завоевать сердце одного-единственного омеги? Как стать «достойным альфой» для Тэхёна?.. он не знал.
В голове альфы звучала призрачная мелодия, та самая, что лилась в театре, когда Тэхён исполнял свой танец, покоряя зрителей плавными, чувственными движениями. С каждой нотой воспоминания о вчерашнем сне становились все ярче, терзая измученный разум.
Да, омега, такой стойкий, властный и принципиальный, вызывал у Чонгука бесконечное уважение. Но то, каким он был во сне, таким чувственным, открытым, страстным... сводило с ума. Мысли альфы постоянно возвращались к тонким запястьям, к нежной, почти прозрачной коже, к изящным длинным пальцам с аккуратными миндалевидными ноготками. Чонгук явственно слышал дыхание омеги, его манящий голос, ощущал тепло его бархатистой кожи... чувствовал аромат.
Истинность выворачивала Чонгука наизнанку, заставляя пребывать в состоянии перманентного напряжения и возбуждения.
Раньше в его жизни не было ничего подобного - чтобы он, даже не прикоснувшись к омеге, сходил с ума от одной лишь мысли о нем, желал до ноющей боли в паху завладеть этим созданием, полностью раствориться в его теле и душе.
Чонгук готов был выть на луну, на солнце, на все небесные светила, лишь бы омега услышал его, почувствовал это неистовое желание сделать его своим.
Он понимал, что не справляется... не может сдерживать свой пыл. Понимал, что ему нужна помощь... Схватив пиджак, он вылетел из кабинета, бросая на ходу своему помощнику:
- Я уехал к Ким Юнгхо. Сегодня не вернусь.
***
Господин Мо крадучись, подобно юркому зверьку, пробирался вдоль увитой плющом стены дома, прижимая к груди небольшой букетик душистых цветов, названия которых он не знал, но искренне считал, что они идеально подходят для госпожи Чхве.
В своем возрасте он чувствовал себя ошалевшим от любви юнцом, чье сердце впервые познало сладостные терзания любви. Точно мальчишка, он украдкой таскал скромные дары, дабы выразить почтение возлюбленной домоуправительнице. Господин Мо втайне посмеивался над собственной нелепостью, но глубоко в душе лелеял надежду, что прекрасная бета когда-нибудь взглянет на него иначе.
Госпожа Чхве принимала ухаживания мужчины благосклонно, но близко не подпускала его, отчего задор и юношеская удаль в сердце господина Мо лишь сильнее разгорались. Ведь какой смысл в легких победах? Самое сладкое удовольствие доставляет долгое и упорное преследование цели.
Вот и сейчас господин Мо, прижимая к груди букет, чуть ли не ползком продвигался под окнами кухни, где трудолюбивая бета готовила ужин для семейства Ким. Старик кряхтел и обильно потел, но с завидным упорством преодолевал препятствия на своем пути, пока наконец не оказался у цели. Облегченно вздохнув, он умастил букет на карнизе у окна, отряхнул одежду и уже было собрался возвращаться обратно, когда его внимание привлек звук подъезжающего автомобиля.
Незнакомый черный седан въехал во двор, и господин Мо настороженно сощурился, пытаясь разглядеть, кто же прибыл. Его старческое сердце невольно забилось быстрее от легкой тревоги.
- А это кто? - бета нахмурил седые кустистые брови и направился к высокому мужчине, только что вышедшему из черного седана. - Чем могу помочь? Господин...?
- Чон Чонгук, - представился альфа, слегка поклонившись.
- Аааа... так значит вот ты какой - второй альфа моего Тэхёна, - важно произнес старик, складывая руки за спиной в замок и отставляя плечи. - Ну-ну, любопытно.
Чонгук окинул взглядом невысокого пожилого мужчину. Его лицо избороздили глубокие морщины, словно воспоминания долгой жизни оставили на нем свои метки.
- Вашего? Простите, я не совсем понимаю... - альфа вопросительно вскинул бровь.
- Сын он мой, - без дальнейших объяснений отрезал бета. - Так зачем приехал, альфа?
Чонгук вздохнул, ощущая внезапное неудобство под пристальным, изучающим взглядом этого странного старика.
- Мне нужно увидеть господина Ким Юнгхо. В офисе сказали, что он сегодня дома, вот я и...
- Хм... Ну пошли в дом тогда, альфа, - господин Мо криво ухмыльнулся и, развернувшись, зашагал к парадной двери. - Догоняй!
Чонгук на мгновение замешкался, но затем все же поспешил следом, прикидывая, как бы половчее ретироваться. Однако едва они переступили порог, как бета громогласно возвестил:
- Госпожа Чхве, встречайте гостей!
Из глубины коридора тотчас выпорхнула женщина в переднике и поправляя растрепанные пряди, она торопливо затараторила:
- Ну какой же вы гость, господин Мо! - но завидев Чонгука, смутилась и осеклась на полуслове.
- Вот... госпожа Чхве, познакомьтесь: Чон Чонгук. Он... эм... партнёр Юнгхо, - бета легонько подтолкнул альфу в спину. - Проходите, молодой человек, подождём хозяина дома вместе.
- А они будут поздно, - тут же встряла домоуправительница. - Тэхён уговорил господина Кима прогуляться у Чхонджечхон.
- Ну-у... - протянул господин Мо, переводя взгляд с Чонгука на Чхве и обратно. - Это надолго. Ступай, госпожа Чхве. Я сам развлеку гостя.
Женщина кивнула и поспешила удалиться, бросив напоследок заинтересованный взгляд на незваного визитера. Чонгук лихорадочно соображал, как бы выпутаться из этой щекотливой ситуации, не ввязываясь в расспросы. Но едва ощутимый аромат маттиолы растворил все доводы рассудка, и альфа с готовностью согласился на предложение господина Мо присесть и побеседовать.
- Вижу, тяжко тебе, Чон Чонгук, - с беспокойством произнес старик, окинув его проницательным взглядом. - Ломает без него, без истинного?
Чон лишь удивленно вскинул брови, поражаясь прозорливости беты, но на вопрос кивнул, не находя слов.
- Вы знаете о нашей... ситуации? - нахмурившись, все же спросил он.
- Знаю... знаю, - бета картинно всплеснул руками. - И вот что скажу тебе... я против!
Чонгук растерялся:
- Против чего?
- Против того, что задумал Юнгхо и против того, чтобы вы, уважаемый Чонгук, тревожили Тэхёна. - фыркнул старик и откинулся на спинку дивана, забросив ногу на ногу. - Они мужья... Тэхён и Юнгхо идеальны, соль земли. А вы... - он окинул альфу уничижительным взглядом с ног до головы. - Мальчишка! Тёмное племя!.. не достойны моего Тэхёни.
Чонгук оторопел, не веря собственным ушам! Его, человека с незыблемым авторитетом и властью, этот невесть откуда взявшийся бета называет мальчишкой?! И снова это «достоин». Да как он смеет?! Альфа буквально кипел от возмущения, однако, находясь в чужом доме, все же сдерживал ярость.
Видя смятенное выражение лица внезапного гостя, господин Мо лишь прищурил один глаз и некоторое время изучающе разглядывал его, словно пытаясь заглянуть в самую душу альфе. Наконец, он вдруг громко расхохотался, отчего его тело затряслось.
- А ты хорош, альфа! Недурно держишься, - одобрительно закряхтел бета, продолжая посмеиваться и посмеиваясь так, что в глазах выступили слезы. Говорил он снисходительным тоном строгого, но справедливого наставника, отчитывающего непутевого ученика. - Выдохни, выдохни, а то сейчас жилы от напряга лопнут!
Чонгук вспыхнул от возмущения. Его с детства приучили к уважению старших, но этот бета будто специально провоцировал! Словно проверял, сможет ли альфа сдержаться с его социальным статусом и авторитетом.
- Господин Мо, вы... вы меня дразните? - выговорил наконец Чонгук, по-прежнему не веря происходящему на его глазах.
- Конечно, дразню! - беззастенчиво присвистнул бета и саркастически фыркнул, словно юнец-хулиган, глумясь над своей жертвой. - А что мне, старику, молиться на тебя? Подожду маленько, ты сперва с Тэхёном совладай...
Альфа смутился, почувствовав себя ребенком, которому делают замечание.
- Считаете, не осилю? - бросил он вызывающе, упрямо вздернув подбородок.
Господин Мо окинул взглядом его развевающиеся от ярости ноздри, напряженную фигуру - весь облик кипящего нетерпением альфы.
- Считаю, что ты слишком эмоциональный и нетерпеливый, - спокойно произнес старик. - Вон как себя ведешь... Сюда примчал, весь на взводе, глаза горят от жажды обладания.
Чонгук резко выдохнул, силясь взять себя в руки.
- Вы правы, не могу себя контролировать. Совсем.
- Мне, бете, не понять страстей альфы, - бета лукаво прищурился. - Но своего Тэхёна я знаю. И напирая, ты его только оттолкнешь.
Господин Мо внимательно изучал гостя, его черты лица, эмоции, резкие порывистые движения. Мо видел альфу насквозь - тот искрил, словно оголенный провод под напряжением, готовый вот-вот вспыхнуть.
- Тебе нужно выспаться, желательно без снов... - вдруг произнес бета. - Госпожа Чхве! - резко позвал он.
Домоправительница тотчас возникла в дверном проеме.
- Приготовьте для нашего гостя успокоительный чай с собой, - велел господин Мо, с любопытством ожидая реакции Чонгука.
- Не стоит, - запротестовал было тот.
Но господин Мо лишь отмахнулся.
- Стоит, стоит. Тебе нужно мозг успокоить, - с улыбкой сказал он, вновь окинув альфу прищуренным взглядом. - И поспать тебе нужно.
- Поговорить с Юнгхо мне нужно, - упрямо отрезал Чонгук, словно бросая вызов старику.
- Юнгхо здесь не поможет, - покачал головой бета. - Тебе говорить нужно с Тэхёном.
Альфа горько усмехнулся:
- Он не подпустит. Он сам сказал...
Господин Мо одобрительно кивнул:
- Но ведь ты не сдашься? - спросил он, поглаживая седую бороду. - Ты бы не смог создать свою империю, если бы так легко сдавался.
Чонгук вздохнул, осознавая правоту старика:
- Жаль, что любовь - это не бизнес.
- Соглашусь, - бета прищурился, впиваясь в альфу цепким взглядом. - Но переговоры - это бизнес. Вот и займись ими. Построй с Тэхёном для начала диалог.
- Построить диалог... - Чонгук сомкнул пальцы в замок, обдумывая эти слова.
- Юнгхо вёл с ним переговоры четыре месяца, - хмыкнул господин Мо. - Мой Тэхён не сдаётся просто так, даже истинному альфе.
На скулах Чонгука заиграли желваки - уязвленная гордость дала о себе знать.
- Юнгхо... это он причина, что удерживает меня от активных действий, - тихо начал альфа. - Этот человек истинно благороден, он нашёл меня для своего омеги. Каково это - отдать свою пару в руки другого... - казалось, что Чонгук сейчас сорвется в слезы. - Я бы не смог.
Бета одобрительно кивнул.
- Конечно. Ты молод, горяч и ревнив. Собственник в тебе так силен, что даже я ощущаю твоего буйного альфу, - он снова хмыкнул. - Учись терпению, Чон Чонгук. С моим Тэхёном оно тебе очень понадобится.
***
Они брели рядом по узкой тропинке, петляющей вдоль живописного берега реки Чхонгечхон. Держась за руки, Тэхён прижимался плечом к своему мужу, жадно вдыхая его аромат - тот казался омеге самым желанным ароматом на свете. Лучи заходящего солнца окрашивали водную гладь в золотистые оттенки, отражаясь мириадами бликов.
- Ты сегодня особенно тихий, луна моя, - с нежной улыбкой произнес Юнгхо, бросив взгляд на омегу.
Тэхён поджал губы и уставился в одну точку, собираясь с мыслями.
- Я был у доктора Ляна, - глухо произнес он после паузы.
Альфа замедлил шаг, внутренне сжавшись от предчувствия неминуемого.
- Тэхён... - выдохнул он почти беззвучно.
- Юнгхо, - омега остановился и заставил мужа повернуться к себе лицом. Его ладони дрожали, а в глазах плескались слезы. - Я не готов сдаться. Мы найдём способ... Наверняка есть способ лечения... Должен быть!
- Мой Тэхён... - альфа погладил мужа по щеке, пытаясь успокоить. - Его нет. Ты сам знаешь...
- Я не хочу, чтобы это было правдой! - со внезапной горячностью воскликнул омега, сжимая ладони Юнгхо. - Я не хочу верить, что ты... уйдёшь...
Альфа смотрел на своего мужа, не в силах вымолвить ни слова. Ему было больно видеть Тэхёна в таком состоянии, сражающимся с неизбежным.
- Пусть это звучит эгоистично, но я не хочу оставаться без тебя! - он заглянул в глаза альфе с такой болью, что у того сжалось сердце. - Ты обязан бороться, любовь моя!
Юнгхо не мог оторвать взгляда от своего прекрасного омеги - растрепанные волосы, заплаканные глаза, дрожащие губы... Ему было мучительно больно видеть Тэхёна в таком состоянии, но в то же время его грудь переполняла гордость от того, что этот удивительный мужчина любит его такой искренней и безусловной любовью.
- Не плачь, милый, - еле слышно прошептал альфа, привлекая омегу к себе. - Я прожил потрясающую жизнь с тобой рядом. Ты подарил мне самые прекрасные годы...
Омега всхлипнул, уткнувшись лицом в плечо мужа:
- Я не хочу тебя терять... Ты моё всё.
- Луна моя, - бережно обнимая дрожащее тело Тэхёна, Юнгхо проникновенно произнес: - Поедем домой, я просил госпожу Чхве приготовить кое-что особенное, что тебе обязательно понравится. Поужинаем вдвоём, только ты и я...
Омега вскинул на него заплаканное лицо:
- Ты переводишь тему.
Альфа ласково коснулся губами его лба, затем взял за подбородок, заглядывая в глаза.
- Позволь мне тоже быть немного эгоистичным, Тэхён. Я хочу насладиться тем драгоценным временем, что мне еще отпущено. Его с каждым днем остается все меньше и меньше...
От этих слов в груди у Тэхёна словно что-то оборвалось, и он кивнул, чувствуя, как мир вокруг застыл, погружаясь в безмолвную агонию. Внезапно омеге показалось, что его сердце остановилось.
***
- Суён, зайдите ко мне, пожалуйста, - Тэхён нахмурил брови, вглядываясь в банковский документ перед собой.
В считанные мгновения в кабинет впорхнула омега-секретарь с планшетом в руках, готовая со свойственной ей дотошностью вникнуть в любую мелочь.
- Господин Ким? - она застыла в учтивом полупоклоне, ожидая указаний руководителя.
- Суён, на наш счет поступила огромная сумма денег, - Тэхён жестом пригласил ее подойти поближе. - Но я не вижу в графе отметку о том кто перечислил деньги. Вы не знаете, кто был столь щедр к нашему театру?
Девушка сосредоточенно нахмурилась и принялась выводить на экране планшета какие-то данные.
- Так... Деньги перечислила компания JK-групп, - она окинула Тэхёна осторожным взглядом. - Они не числятся среди наших партнеров, это частное пожертвование.
- Компания JK-групп? - омега удивленно вскинул брови.
- Вы должны были о них слышать, - Суён кивнула, откидывая за спину пушистую прядь каштановых волос. - Это крупная финансовая корпорация, у них есть еще сеть гостиниц и ночных клубов.
Она приложила пальчик ко лбу в задумчивости.
- Знаете клуб под названием «Сайленс»?
Тэхён помотал головой.
- Нет, не слышал раньше. Что-то модное и популярное в молодежных кругах?
Омега звонко рассмеялась, прикрыв ротик ладошкой.
- Ох, это потрясающее место! Несколько танцполов, стриптиз-зоны, VIP-апартаменты, креативное меню коктейлей... и крейзи-меню. Вход строго по пригласительным билетам, очень дорогое и статусное заведение.
На лице руководителя отразилась брезгливая гримаса.
- Понятно, элитный бордель...
- Господин Ким! - Суён прищурила глаза и лукаво улыбнулась. - Даже если это и так, попасть туда мечтают многие знаменитости и обеспеченные люди.
- В любом случае, принимать деньги от таких... заведений для нашего театра танца кажется мне весьма странным, - произнес Тэхён больше для себя, нежели для секретаря.
- Господин Чон Чонгук один из... - начала было девушка, но руководитель резко прервал ее.
- Чон Чонгук?!
Тэхён почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он натянуто улыбнулся и постарался скрыть нервозность.
- Да, господин Чонгук - президент компании JK, - подтвердила Суён.
Тэхён прикрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь совладать с эмоциями. Когда он открыл веки, его взгляд был твердым и решительным.
- Спасибо, Суён. Я разберусь с этим сам, - отрывисто бросил он, резко вставая из-за стола. Подхватив сумочку, Тэхён направился к выходу из кабинета стремительной походкой.
***
- Зайчик... - протянула Ёнсу, появляясь в офисе альфы подобно искусительнице из глубин самых смелых фантазий. Словно дымка соблазна, опаляющая жаром лишь от одного присутствия.
Омега на этот раз превзошла саму себя - каждый изгиб ее тела, каждая черточка облика кричали о готовности к любовной игре, о распутной доступности для альфы. Длинные стройные ножки обтянуты облегающей юбочкой, едва прикрывающей бедра как приглашение забраться под ставшую вдруг тесной ткань. Шелковая блузка из прозрачного газа была наглым намеком на отсутствие нижнего белья, вуалью искушения, сквозь которую просвечивали соблазнительные изгибы. Тяжелый, пьянящий запах ее естественных феромонов ударил по обонянию Чонгука подобно могучей волне, заставив против воли зрачки расшириться.
Не произнеся ни слова, Ёнсу прошла к массивному столу альфы походкой хищной кошки. Не дожидаясь реакции альфы, она запрыгнула на столешницу, бесцеремонно отбросив в сторону бумаги. Омега облокотилась на руку и игриво закинула одну ногу на другую, в последний раз презрев приличия.
Чонгук почувствовал, как внутри натянулась невидимая струна раздражения, готовая вот-вот лопнуть. Холодная маска безразличия начала трескаться, не в силах сдержать эмоции.
- Ёнсу, неужели ты до сих пор не поняла, что между нами все кончено? - прорычал он. - Я больше не хочу тебя видеть!
Омега лишь насмешливо фыркнула в ответ и пожала плечами, в издевку прикрыв глаза, упиваясь своей мнимой властью над альфой.
- Ах, Чон Чонгук, как ты жесток и несправедлив со мной, - она ухмыльнулась, поигрывая бровями. - После стольких ночей страсти, после целого года вместе, разве я не достойна хотя бы объяснений? А если говорить начистоту... - ладонь Ёнсу медленно скользнула по бедру, - разве я не заслуживаю прощального секса?
Чонгук яростно сверкнул глазами, едва сдерживаясь, чтобы не наброситься на эту бесстыжую омегу и не показать ей, кто здесь хозяин.
- Твои слова звучат пошло и вульгарно, тебе не кажется? - процедил он сквозь зубы.
Ёнсу издала низкий смешок, ничуть не смущаясь. Прогнувшись в спине, она изогнулась соблазнительной дугой, склонившись к Чонгуку, обдавая его терпким ароматом, что ударял прямо в низ живота.
- Но ведь тебе же это нравится, зайчик... Признайся, ты хочешь меня так же сильно, как я тебя, - она игриво облизнула пухлые губки кончиком языка, не отрывая взгляда от альфы.
Их непристойный поединок наэлектризованных взглядов внезапно прервал звук распахнувшейся двери. Ёнсу вздрогнула и мигом выпрямилась, словно ее окатили ледяной водой. Чонгук резко повернулся с заранее написанной на лице гримасой раздражения, ожидая увидеть одного из своих подчиненных. Однако его взгляд встретился с пламенем яростного, сверкающего презрением взора Тэхёна.
В тот же миг альфа забыл обо всем на свете, кроме единственного существа, что стояло в дверном проеме. Вселенная сжалась до размеров этого кабинета, наполнившись ароматом, что исходил от омеги. Запах бушующей волной накрыл Чонгука с головой, пробуждая в нем нечто древнее, первобытное, дикое и неистовое, жаждущее обладать и покорять...
- Господин Ким! - Возглас Ёнсу прозвучал фальшивой нотой, нарушившей негу момента. - Вы совсем забыли про чувство такта! Разве не видите, что мы заняты? Выйдите немедленно!
Ее слова доносились будто сквозь толстый слой ваты, затерявшись где-то на задворках сознания Чонгука, сосредоточенного лишь на Тэхёне. Высокий, стройный омега с гордой осанкой, чьи глаза горели яростным пламенем, завораживал взгляд, притягивал к себе.
- Уходи отсюда, Ёнсу. - натянуто произнес альфа, не в силах оторвать взгляда от своего истинного.
- Вот, слышите... Что? - Омега обернулась к нему с искренним недоумением, приподнимая изящные бровки. - Как это понимать? Ты прогоняешь меня?
Чонгук молчал, все его существо было полностью поглощено Тэхёном. Альфа-инстинкты кричали, требуя вот-вот вырваться наружу, подчинить это прекрасное создание, сделать своим единственным.
- Госпожа Бан Ёнсу, насколько я понимаю, вам недвусмысленно указали на дверь, - глубокий баритон Тэхёна прокатился раскатом грома. - Не унижайте себя. Покиньте это место.
Мощная волна доминантных феромонов омеги обрушилась на Ёнсу, ошеломляющая своей силой. Она замерла на месте, ощутив, как невидимые тиски сдавливают грудь, перекрывая доступ воздуха. Не в силах сопротивляться давлению, она поспешно ретировалась, оставив альфу и омегу одних в замкнутом пространстве кабинета. Тяжелая дверь затворилась с глухим стуком, отсекая их от внешнего мира.
- Как мне понять смысл этих пятисот миллионов вон, господин Чон? - Тэхён сделал еще один решительный шаг вперед, его походка была грациозной, полной чувственного изящества, как у хищной кошки. - Вы пытаетесь купить меня?
- Моя цель была в том, чтобы поддержать ваш театр, господин Ким, вот и все, - альфа встал и ответил шагом навстречу, но тут же остановился, чувствуя, как внутри зарождается нечто опасное.
Перед ним стоял омега, они были вдвоем в его кабинете... Единственное, чего жаждало все существо Чонгука - овладеть этим манящим созданием, прижать к ближайшей поверхности, слиться с упоительным ароматом, наконец-то ставшим столь близким...
- Ни мне, ни моему театру не нужны ваши деньги и ваша "поддержка"! - Резкий выпад Тэхёна нарушил оцепенение. Омега старался держать лицо, но изнутри его буквально терзало бушующее пламя вожделения. Тело предательски наливалось истомой, дыхание срывалось.
Чонгук почти физически ощущал ускоренный пульс своей пары, чувствовал, как под маской спокойствия клокочут эмоции. Он сделал еще один едва различимый шаг, двигаясь к добыче бесшумно, как настоящий хищник.
- Я сделал это без корыстных мотивов. От чистого сердца, - хрипло произнес альфа.
- Господин Чон, я прибыл лично, чтобы уведомить вас о возврате платежа. Ваши деньги отправлены банком обратно, - Тэхён гордо вскинул подбородок, бросая вызов.
- Знаете, Тэхён, - Чонгук ухмыльнулся, наблюдая игру чувств на лице омеги. - Я и не рассчитывал на вашу персону в моем офисе. Но это невероятно приятный сюрприз. И если подобное случится вновь, я готов жертвовать театру каждый день.
Губы Тэхёна изогнулись в насмешливой усмешке, бровь вызывающе приподнялась.
- Так вы принимаете меня за омегу по вызову?
Яростная волна феромонов вырвалась из него, когда Тэхён в гневе шагнул вперед. Его ауру буквально разрывало от бушующего коктейля эмоций - ярости, негодования и... неконтролируемого желания. Для альфы это стало последней каплей.
- Я вижу в вас свою пару, - низким, рокочущим голосом произнес Чонгук и в один широкий шаг преодолел разделяющее их расстояние.
Они стояли вплотную друг к другу, разделенные лишь тонкой дымкой воздуха. Чонгук чувствовал, как доминантный омега давит на него всей мощью феромонов, и это заводило его до предела.
По венам альфы струилось обжигающее возбуждение, и оно начало вырываться наружу, окончательно срывая последние путы рассудка.
- Я хочу, чтобы вы исчезли из моей жизни! - прошипел Тэхён, вскидывая гордый подбородок. Его глаза метали молнии, однако зрачки были расширены от желания.
- А я хочу тебя в своей постели! - рыкнул Чонгук, теряя остатки самообладания.
Звонкий, хлесткий звук пощечины пронзил гробовую тишину кабинета, повисшую после его дерзкой фразы. Время словно остановилось...