21
Pov Автор
Воздух в Зале Совета, обычно пропитанный запахом старого дерева и вощёного пергамента, сейчас гудел, как растревоженный улей. Гул приглушённых, но полных паники голосов отражался от готических сводов, создавая давящую, хаотическую какофонию. Длинный стол из тёмного дуба, за которым обычно восседали уверенные в своей силе люди, сейчас больше напоминал баррикаду, за которой укрылись перепуганные аристократы. Такемичи сидел на месте Тайджу. Высокая спинка трона казалась ему слишком большой, а холод полированного дерева проникал сквозь тонкую ткань его одежд, но он не позволял себе съёжиться. Его руки лежали на подлокотниках, пальцы сжаты в белые кулаки, спрятанные в складках платья. Перед ним на столе лежал единственный предмет — тяжёлая серебряная печать Регента, вручённая ему Тайджу. Она была холодной и невероятно тяжёлой.
Первым нарушил относительное затишье Саёши Маджима. Он вскочил, его тучное лицо лоснилось от испарины.
Маджима -Ваше Высочество... простите, Регант
Он произнёл титул с лёгкой, ядовитой усмешкой.
Маджима -Мы не можем действовать опрометчиво! Мобилизация? Усиление гарнизонов? Это спровоцирует панику среди населения! А главное –банкиры, торговые гильдии... они заморозят кредиты! Экономика рухнет ещё до того, как корабли Риидо покажутся на горизонте!
Его голос звенел фальшивой заботой, за которой явно читался страх за свои кошельки.
Маджима -Я предлагаю направить посольство. Предложить перемирие. Условия... мы обсудим условия. Налоги, возможно, уступки территорий...
Воздух в зале выдохнул. Идея капитуляции, высказанная вслух, повисла между ними, гнилая и соблазнительная. Такемичи не шевельнулся. Его голос, когда он заговорил, был тихим, но стальным, и он прорезал гул как нож.
Такемичи -Герцог Маджима
Сказал он, и все взгляды устремились на него. На лице омеги была слабая улыбка.
Такемичи -Вы предлагаете мне оплатить нашу безопасность золотом, которое вы заработали под защитой тех самых солдат, которых вы теперь жалеете? Или, может быть, землями, которые обрабатывают те самые крестьяне, которых вы боитесь напугать?
Маджима замер с открытым ртом.
Такемичи -Король, а именно мой муж
Продолжил Такемичи, и его голос зазвучал громче.
Такемичи -Доверил мне корону не для того, чтобы я её продавал с молотка. Он доверил мне её, чтобы я её защищала. Пока он сражается на море, наш долг — обеспечить ему тыл. А не спину, в которую воткнут кинжал трусости и предательства.
Рюгуджи Кэйджи, до этого мрачно наблюдавший, ехидно фыркнул.
Кэйджи -Красивые слова, Регент. Но слова не остановят вражеские катапульты. Где король? Где его приказы? Мы должны дождаться вестей от него, а не слушаться...
Его взгляд презрительно скользнул по Такемичи
Кэйджи -...испуганных советов.
Это был открытый вызов. Прямое неуважение. Воздух в зале застыл. Даже Коконой замер, ожидая реакции. Такемичи медленно поднял глаза и встретился взглядом с Кэйджи. В его голубых глазах не было ни страха, ни гнева. Только холодная, абсолютная уверенность. Такемичи глянул на Санзу, что стоял около его трона. За это время, Санзу стал буквально верной собакой Такемичи.
Такемичи -Санзу.
Сказал Такемичи, не отводя взгляда от Кэйджи.
Санзу стоял как каменный страж, выпрямился.
Санзу -Моя королева
Такемичи -Герцог Кэйджи устал. Его слова мешают работе совета. Проводите его в его покои. И обеспечьте ему отдых. Чтобы никто и ничто его не тревожило до особого распоряжения. Никто. Понятно?
Это был изощрённый, абсолютно королевский приказ под домашний арест. Санзу, не моргнув глазом, сделал шаг вперёд. Двое стражников у дверей чётко взяли под козырьки.
Санзу -С удовольствием, моя королева,
Глухо произнёс Санзу, подходя к побледневшему Кэйджи.
Санзу -Прошу за мной.
Кэйджи хотел было что-то возмущенно выкрикнуть, но встретил ледяной взгляд Санзу и сдулся. Его молча, но не грубо, вывели из зала. Гробовая тишина, воцарившаяся после, была красноречивее любых слов. Такемичи перевёл взгляд на Маджиму. Тот уже сидел, стараясь казаться как можно меньше.
Такемичи -Ваши опасения за экономику понятны, герцог
Сказал Такемичи, и в его голосе снова появились лёгкие, почти вежливые нотки, от которых стало ещё страшнее.
Такемичи -Поэтому вы лично возглавите Комитет по военным займам. Все ваши связи, всё ваше влияние будут направлены на то, чтобы обеспечить казну золотом. Каждую недостающую монету... я буду считать личной недостачей именно вас. Понятно?
Маджима лишь закивал, не в силах вымолвить ни слова.
Такемичи -Коконой.
Коконой -Ааше высочество?
Советник склонил голову, и в его глазах читалось нечто новое — не просто служебное рвение, а уважение.
Такемичи -Все мои приказы по обороне — в силу. Немедленно. И чтобы вести доходили до меня лично. Без задержек. Без искажений.
Коконой -Так и будет сделано.
Такемичи обвёл взглядом зал. В нём не осталось и тени сомнения или страха. Только воля.
Такемичи -Совет окончен. Приступайте к исполнению своих обязанностей.
Он не стал ждать ответа. Поднялся, взял со стола тяжёлую печать, повернулся и вышел через боковую дверь, оставив за собой зал, полный ошеломлённых, напуганных и впервые по-настоящему проникшихся уважением людей. Дверь закрылась за ним с тихим, но окончательным щелчком. Первая битва была выиграна. Но он знал — это была только первая.
---
Воздух на острове был густым, влажным и неподвижным. Он пах гниющими водорослями, солёной водой и сладковатым, тошнотворным душком магии, которая висела над этим клочком суши непроницаемой пеленой. Туманом, который не рассеивался ни днём, ни ночью. Он застилал небо, скрывал море, превращая мир в серую, беззвучную тюрьму. Тайджу Шиба опёрся спиной о холодный камень утёса.Его латы, некогда сиявшие, были покрыты солью, копотью и запёкшейся кровью. На его лице застыла маска ярости и физической боли. Левая рука была грубо перевязана окровавленными обрывками рубахи — глубокий порез от щепки, отлетевшей при взрыве катапультного ядра, пульсировал огнём. Каждое движение отзывалось в виске тупой, навязчивой болью. Рядом,на крошечном пляже, лежал остов его флагманского драккара. «Гнев Дракона» больше не был грозным исполином. Он был грудой обгорелого, искорёженного дерева, намертво впившейся в прибрежные скалы. Его палуба была расколота, мачты сломаны, как спички. От былой мощи осталось лишь жалкое подобие. Вокруг,среди обломков, копошилась горстка уцелевших. Десять, от силы пятнадцать человек. Несколько матросов с пустыми, отрешёнными глазами. Двое его личной гвардии, с ненавистью взиравшие на серую пелену, что отняла у них товарищей и короля. Лекарь, безуспешно пытавшийся помочь раненому, чьи тихие стоны были единственным звуком, нарушавшим гнетущую тишину. Они были в ловушке.Не просто на острове. Они были в ловушке внутри чужого заклятья. Тот самый туман, что заманил их на мель и позволил кораблям Риидо расстрелять их как мишени, всё ещё висел вокруг. Он был не просто непроницаем для взгляда. Он поглощал звук. Крики тонущих, приказы, звон сталь -всё тонуло в этой вате, не долетая до внешнего мира. Попытки отправить шлюпки заканчивались тем, что они возвращались к берегу, будто обезумевшие, а гребцы не могли объяснить, как заблудились в трёхстах метрах от берега. Тайджу с силой ударил кулаком по камню.Боль пронзила раненую руку, заставив его стиснуть зубы. Беспомощность. Это чувство было для него хуже любой раны. Он, Жестокий Король, повелитель морей и земель, был побеждён не силой, а подлой магией и оказался заперт, как животное в клетке. Его мысли метались.
Тайлжу -Такемичи. Дети. Они думают, что я мёртв. Что он чувствует? Держится ли он? Акио... он ведь дал клятву. Сможет ли он?*
Сердце сжималось от боли, острой и живой. Он видел их лица — испуганные, полные надежды на прощании. И видел лицо Такемичи в их последнюю ночь — озарённое доверием и той новой, хрупкой нежностью, которую они так долго искали. Его ярость сменилась ледяной,концентрацией. Он не мог позволить себе умереть здесь. Не сейчас. Не тогда, когда у него наконец-то появилось всё. Он оттолкнулся от скалы и грузно направился к крушению. Его шаги по влажному песку были тяжёлыми, но решительными. Выжившие замерли, глядя на него. В их глазах читался вопрос, отчаяние и тлеющая искра надежды, которую они боялись разжечь. Тайджу остановился перед самым крупным обломком— носовой фигурой дракона, отломанной и воткнувшейся в песок.
Тайджу -Кончайте ныть!
Его голос, хриплый от солёной воды и усталости, прорвал тишину, как удар топора.
Тайджу -Король не мёртв, пока его сердце бьётся. А моё ещё не остановилось.
Он обвёл их своим жёлтым, горящим взглядом.
Тайджу -Лекарь. Отчёт о состоянии людей. Раненые — в пещеру, найти укрытие. Остальные — ко мне. Мы ищем всё, что может плавать. Бочки, доски, обломки. Всё.
Он указал пальцем на туман.
Тайджу -Эта тварь держится на чём-то. На каком-то источнике. На острове или на кораблях, что держат осаду. Мы найдём его. И разорвём.
Он не предлагал. Он приказывал. И в его голосе снова звучала та самая непоколебимая уверенность, что вела их в битвы. Искра в глазах солдат разгорелась. Они закивали, засуетились. Тайджу повернулся спиной к туману, к своему разбитому кораблю, к своей боли. Он смотрел на своих людей, организуя их, строя планы, отдавая приказы. Он был в ловушке, ранен, отрезан от всего, что любил. Но он не был побеждён. Он был Жестоким Королём. И он начинал свою самую важную войну. Войну за возвращение домой.
---
Такемичи вошёл в свои покои и подошёл к дверям балкона, медленно открыл их и вышел на него. Весь балкон был усеян цветами. Лис смотрел в даль, в надежде увидеть мужа, хотя от моря столице находится далеко.
Санзу -Моя королева, я уверен всё будет хорошо. Король внрн4тся и всё будет хорошо.
Такемичи -Санзу. Скоро мой живот выростит
Санзу -Вы беремены? Это же радость, вы не рады?
Такемичи -Я рад. Но я не хочу что бы кто то знал, особенно придворные, они и так ко мне не очень. Так что отныне, ты будешь моим децственым лицом. Все мои приказы, идеи будут идти через тебя.
Санзу -Как прикажете.
Такемичи -Ни кто не должен знать об этом с ладно?
Санзу -Конечно, все ваши секреты умрут со мной.
Такемичи развернулся и пошёл в комнату.
Такемичи -Что то известно?
Санзу -Нет моя королева.
Омега посмотрел на кроватку, где спали дети в обнимку. Рен и Акира, лежали по двум сторонам, а между ними спал Акио.
Такемичи -Какие они милые...
Тихо произнёс Такемичи и нужно провёл рукой по щеке Акио.
Такемичи -Санзу, можешь достать для меня кое что?
Санзу -Что же?
Такемичи -В западных лесах.. есть домик ведьмы, купи у неё пару вещей
Такемичи взял пергамент и перо, стал писать список, а после протянул Санзуа ззатем достал мешёк с золотыми монетами.
Такемичи -Вот, только как можно быстрее достань их
Санзу -Хорошо.
Этим вечером альфа покинул замок, Такемичи не покидал комнату, сидел и обучал детей. Санзу вернулся через неделю, с мешком, в котором были покупки.
Такемичи -Хорошо, отнеси детей няням в соседней комнате.
Санзу кивнул и взял аккуратно Рена и Акиру и отнёс их у комнату, куда и приказали, а Такемичи достал из мешка красные и чёрные свечи, они имели успокаюващий эффект для оборотней.
Такемичи зажёг свечи и расставил по комнате.
Такемичи -Чтож... надо найти что то что поможет Тайджу... а если вызвать духа?
Такемичи осмотрел комнату и сел на ковёр в позу лотоса, на полу сразу стала чертится белая пентаграмма, через время в пентаграмм появилась белая сфера.
Такемичи -Дух света... прошу помоги.
Свет -И чем же тебе помочь?
Такемичи -Мой муж пропал. Страна врага использует магию иллюзий. Помоги, укажи ему путь к победе...
Такемичи смотрел на яркую сферу, которая в тот же миг исчезла. Такемичи встал с ковра и сел на кровать, силы ослабли из за ритуала. Тут же вошёл Санзу.
Санзу -Моя королева?
Такемичи -Все хорошо, просто устал не много. Я лягу спать, через 20 минут потуши все свечи и через ещё 30 минут привели детей сюда спать, ладно?
Санзу -Так точно, моя королева.
Такемили лёг на кровать и сразу вырубился. Санзу через 20 минут потушил все свечи, а ещё через 30 принёс младших и уложил в кроватку и укачало их.
________________________________________________________________
Подпишитесь на мой тг канал, там вся информация о мои фф:SipYaoi
А так же кидайте донат на номер: 89773739289(Сбер)
Написано: 04.09.2025г
Опубликовано: 06.09.2025г
Слов: 1854