Ближе, чем незнакомцы

Вид Нила вызывал тошноту и непонятную тревогу. Осознание того, что именно он сделал это с ним - окончательно доводило до грани, которая, как думал Эндрю, давно стерта. Парень выглядел измученным, усеянный синяками, засосами и хуже всего - множество  укусов. Он не помнил, пометил ли омегу, но одна лишь мысль об этом могла заставить его вывернуть желудок.

Все эти чувства ему несвойственны. Он не должен думать об этом, когда уже оттолкнул Нила; когда тот ушел, практически ничего не сказав. Эндрю было хорошо, до безумия хорошо, чтобы забыться и совершить ошибку. Он не мог с ним так поступить, ни после того, как знал, что рыжеволосый подвергся насилию и ни после того, как увидел все эти бледные шрамы на чужом теле.

Эндрю действительно ненавидел себя за эту слабость. Нил - его ахиллесова пита, его уязвимое место. Он его спаленные крылья и не закрытый гештальт. Блондин не смог остановить себя, стоило только понять, что рыжеволосый стоит на пороге его комнаты. Не смог сдержать своего альфу до того, как растерзать парня перед собой. Чужое тело - сплошное поле боя. Он не хочет думать, что хоть где-то принуждал Нила, ведь иначе собственные монстры его поглотят.

Ощутил ли он разочарование от чужого ухода - пока не понятно. Сейчас мысли пожирали его, оголодав даже кости.  Растерзали его внутренности и холоднокровно прошлись про расколотому сердцу. Отвратительное чувство. Оно вязкое и липкое, как сладкий мед накануне на чужом разгоряченном теле. Только от этой липкости хочется избавиться, отмыться и содрать кожу. Эндрю необходимо стереть все, что связывает его с Нилом.

Дать себе обещание забыть несносного парня - было одним из самых сложных решений блондина. Казалось, что именно с этим решением он отворачивается от чего-то действительно важного в своей жизни.

О Ниле напоминало все: освежающий кофе по утрам, яркое полуденное солнце, рыжий наглый кот, крутящийся у его ног, и дебильные ромашки у Ники дома. Каждый раз он ловил себя на мысли о мягких губах и долгих поцелуях. О тихих стонах и податливом теле, однако все рушится карточным домиком. Последняя их встреча, где Нил выглядел слишком плохо, чтобы поддаться слабости и рвануть за ним, заземлила настолько, что он почувствовал скрежет грязи на зубах.

Эндрю изучал очередной документ по работе, когда в дверь позвонили. Он нехотя все же встал с нагретого места за любимым кухонным столиком, чтобы открыть непрошеному гостю дверь. На пороге стоял, к удивлению, его абсолютная копия. Аарон выглядел уставшим и от чего слишком хмурым, он зашел в квартиру слегка отталкивая Эндрю от двери.

— Отвратительная страна, я дважды заблудился, прежде чем найти тебя. — Брат легким движением стянул с себя обувь, направляясь в глубь квартиры.

— Думаю, что дело не в стране, а в твоем кретинизме, — фыркнул Эндрю, захлопнув дверь за ним. — Что ты тут забыл?

— Очень гостеприимно, — закатил глаза Аарон, — мне нельзя просто навестить вас?

— Ты никогда не отлипаешь от Кейтлин больше, чем на полтора метра. Так и? — Ровно спросил блондин, облокотившись спиной на столешницу.

— Она приехала со мной. Сейчас зависает с Ники и Эриком, — выдохнул Аарон, проходясь ладонью по взъерошенным волосам, — я хотел с тобой поговорить наедине.

Эндрю ничего не ответил, все также смеряя брата недовольным взглядом. Что такого могло случиться, что тот решил приехать не поставив его в известность?

Он игрался с пирсингом во рту, всячески оттягивая его зубами или перекатывая штангу верх-вниз. Аарон сидел также тихо, пытаясь подобрать необходимые слова.

— Мы с Кейтлин решили пожениться, — начал он, бегая глазами по лицу Эндрю в поисках чего-то, — свадьбу планируем через тройку месяцев.

— Все? — Он слегка приподнял бровь, на затихшего брата. Об этом Аарон мог сообщить и в звонке; Эндрю чувствует, что причина куда глобальнее, чем вся показуха устроенная сейчас.

— Кейт беременна, — резко выплюнул Аарон, впечатавшись взглядов в глаза напротив. — Я не знаю... это просто, быстро? То есть, да, я действительно вижу с ней будущее, но сейчас это сложно. Я не готов стать отцом.

Аарон нес этот груз сомнения на себе с Америки, чтобы сейчас сидеть на кухне брата и выглядеть чертовски жалко. Для таких разговоров у них есть Бетси.
Его растерянность в действительности понятна Эндрю, они оба далеки от привычного понимания «хороший родитель». Их мать наркоманка и алкоголичка, которая периодически поднимала на них руку и практически не заботилась. Они выросли сами по себе - дикими и агрессивными, оба против всего мира. Понять что такое семья они смогли, когда их школьный психолог - Бетси, обратила на них внимание. Она заменила им мать, вкладывая в них всю заботу и внимание. Научила доверию и привычным социальным навыкам. Би любила их, словно они ее родные, хоть своих детей у нее никогда и не было.

Сейчас, когда один из них столкнулся с такой ответственностью, забытый страх проебаться - вернулся. Никто из их текущей семьи не поймет, ведь куда легче пообещать, что все будет хорошо, нежели действительно понять страх Аарона.

— Ты говорил с ней об этом? — Эндрю говорил спокойно, однако в голове крутились табун мыслей. В конце концов, он тоже не готов стать дядей.

— Нет, — мотнул он головой, — она была так рада, когда узнала об этом, я не смог ей сказать.

Эндрю кивнул, устало взъерошивая волосы:
— Мы знаем с тобой как не должно быть, чтобы начать придерживаться другого пути. Ты - не наша мать, Аарон.

— Да, я знаю, — брат раздраженно фыркнул, — но вдруг я не справлюсь? Вдруг, я не смогу стать тем идеальным родителем, которого хочет Кейт. Что если я облажаюсь и она уйдет от меня?

— Успокойся, параноик, — Эндрю швырнул в бурчавшего Аарона тряпку, от чего тот недовольно поморщился. — Ты не можешь знать наверняка. Не додумывай и просто поговори с ней нормально.

— Легко сказать, — он недовольно повел рукой, пытаясь подобрать слова, — как вообще это должно звучать: «Кейт, я могу стать паршив отцом, но не бросай меня, ладно?»

— Королева драмы, — закатил глаза Эндрю, поворачиваясь, чтобы найти еще что-нибудь для броска.

— Сам не лучше, — зло произнес Аарон, — Ники все уши прожужжал, что ты с кем-то трахаешься и все не говоришь кто это.

— Ники ебать это не должно.

— Ну конечно, еще бы Эндрю начал просвещать нас в свою личную жизнь, — в этот раз глаза закатил Аарон, швырнув в ответ ту самую тряпку. — Тебе нужно приглашение плюс один?

— Нет.

— Неужели все? — Брат ухмыльнулся, выглядя слишком довольным, будто выиграл только что крупную ставку.

— Тебя это тоже ебать не должно.

— Да брось, уж лучше рассказать мне, нежели потом выслушивать от Ники, — Аарон махнул рукой, подзывая брата начать рассказывать.

— Быстро ты забыл о собственной истерики, — Эндрю развернулся к нему спиной, ставя чайник на плиту.

— Это была не истерика, — практически прорычал близнец, — мне просто нужно было... мне нужно было, чтобы ты меня выслушал. Мне в любом случае придется поговорить с Кейт.

Они какое-то время просидели в тишине, пока Эндрю готовил им кофе. Звук бьющийся ложки о кружку и свист чайника - единственное, что было слышно. Он поставил перед близнецом кружку, присаживаясь с другой стороны от него.

— Ты действительно не расскажешь кто это? — Аарон медленно вел ложкой по кругу в своем кофе, звуча куда спокойнее, чем до этого.

— Что за внезапный интерес к тому с кем я трахаюсь? — Слегка приподнял бровь Эндрю, стуча пирсингом о зубы.

— Обычно это не один и тот же, — как само собой разумеешься ответил близнец.

— Уже нет, — все же отвечает блондин, делая глоток своего безумно сладкого кофе. Последний раз, когда от сладости сводило зубы - это был разлаженный на столешницы Нил и его липкое от меда тело. — Ему не нужна перспектива на отношения, мы просто трахались.

— А тебе? — Аарон понял глаза на него, в действительности интересуясь этим. — Тебе нужны были отношения с ним?

— Ничего бы не получилось, — с нажимом ответил Эндрю, — Мы просто трахались.

— Конечно, как скажешь, — кивнул Аарон, — именно поэтому ты выглядишь грустной псиной?

Блондин перевел взгляд со своей кружки на брата перед собой, чувствуя, как нарастает раздражение. Эндрю потянулся к пачке с сигаретами, иначе он действительно сорвется. Сколько он должен повторять им, чтобы они наконец перестали лезть в его личную жизнь?
Возможно, он и выглядит побитой собакой, но Эндрю сам в этом виноват. Сам допустил ошибку, сам довел до этого исхода. Он попросту не мог жалеть о своем решении, хотя бы потому, что не верит в сожаление.

— Это моя инициатива все закончить, — спокойно произнес Эндрю, выдыхая едкий сигаретный дым в лицо брату.

— В чем твоя проблема просто начать встречаться с тем, кто тебе действительно нравится? — Фыркнул Аарон, очевидно не видя проблемы в этом.

— В чем твоя проблема просто поговорить с Кейтлин о своей трусости?

— Это не одно и тоже. Ты не можешь сравнивать это, — близнец зло наставил на него палец.

Эндрю выглядел не впечатленным реакцией брата. У него не было проблем с тем, чтобы начать встречаться с Нилом, если бы знал, что тому в равной степени этого хочется. Однако рыжеволосому нужен был лишь секс, а не то, что мог предложить Эндрю помимо этого. Он не мог его винить, когда их сделка заключалась в том, чтобы удовлетворить друг друга, ведь сам изначально завел себя в клетку. Сам себя ограничил, поставив рамки дозволенного, и когда добровольно вышел за них, все посыпалось песочным замком.

— Я не хочу навязывать ему то, чего он не просил, — в конце концов отвечает Эндрю. Ему не нравится говорить об этом, не нравится обсуждать Нила с кем-то, ведь он все еще надеятся, что омега - чертов мираж.

— Вы с ним говорили об этом?

— Нет.

— Тогда ты ничем не отличаешься от меня, трус.

***

Аарон несколько недель ходил сам не свой, все решаясь наконец поговорить с Кейтлин. Эндрю молча наблюдал за нервным братом, находясь в полной прострации после их разговора на кухне.  Конечно, в какой-то степени он понимал, что им нужно было поговорить. Ему нужно было признаться, и в конце концов, получить четкий отказ, чтобы не возвращаться мыслями к нему каждый раз. Однако уже ничего не изменить. Эндрю даже не уверен, что даже перемотав время назад поступил бы по-другому.

Ники и Кейтлин суетились, бегая туда сюда, все время что-то перетаскивая с кухни в гостиную. Аарон бегал за девушкой хвостиком, все время предлагая помощь. Это продолжается уже пол часа. Эндрю уже думает уйти и вернуться под конец всего этого мероприятия, но каждый раз, когда порывается встать, натыкается на взгляд близнеца. Тот напряжен и одним взглядом молил остаться на месте.

Кейтлин решила устроить всю эту муть с гендер-пати. Казалось бы, какая разница какого пола будет ребенок. Это не настолько событие, чтобы суетиться по всему дому с самого утра.

Ники затаскивает в гостиную небольшой торт-бенто, ставя его прямо перед Эндрю. Ой, зря. Блондин не сводит с него глаз, мысленно уже деля его на порции; для себя он оставит добрую половину.

— Хорошо, — выдыхает кузен, положив руки на бока и проходясь по всей комнате оценивающим взглядом. — Все готово.

— Дорогой, садись уже, — добродушно произнес Эрик на немецком, хлопая по месту рядом с собой, — Аарон и Кейтлин сейчас подойдут.

— Я так нервничаю, как думаете, кто будет? — Ники трет, как догадывается Эндрю, вспотевшие ладони о свои джины и криво улыбается.

— Человек, — Эндрю переводит на них спокойный взгляд, все еще не понимая, какого черта люди вообще устраивают такое.

— Ладно, можем начинать, — Кейтлин заходит в комнату чуть неуверенно, сзади плелся такой же неуверенный Аарон.

Пара встает по бокам от торта, переглядываясь между собой и тепло улыбаясь. Они держат один нож на двоих и кажется, проходит вечность, прежде чем решаются начать резать сладость. Эндрю начал раздраженно трясти ногой, терпеливо наблюдая за их нерасторопностью. Он тут лишь потому, что его хотят тут видеть, а еще из-за торта.

Они сделали надрез чуть отодвигая бисквит в сторону, чтобы разглядеть какого цвета начинка. Аарон завис на пару секунд, затем поднял бегущие от близнеца к кузену глаза, снова опустил и снова поднял.

Что блять там за цвет такой, что у Аарона случился диссонансный шок? Черный? Зеленый? Серый?

— Мальчик, — тихо выдает вердикт близнец, наконец переводя взгляд на девушку.

Они крепко обнимают друг друга, что-то нашептывая и ласково улыбаясь. Эндрю повернул голову на диван справа от себя, там зареванный Ники вытирает сопли о рубашку Эрика. Блондин соврет, если скажет, что непонятное и липкое чувство не окутало его. Возможно, он мог бы сидеть тут с Нилом и обсуждать переоцененность этого мероприятия. Мог бы перекидываться с ним долгими и томными взглядами, чтобы они не значили. Эндрю смог бы считать легкое недовольство перекошенных губ, когда бы ему всучили тарелку с тортом. Он мог бы съесть его порцию, а затем, дома, когда бы они вернулись с праздника, сцеловывать остатки сладости, который успел попробовать Нил.

Но вместо этого он сидит один, пока все заняты другими. Эндрю думает тоже о другом - ярко пылающем Ниле. Раздражение и злость окутывают быстро. Он отрезает себе кусок сладости и уходит от всего этого цирка подальше. Балкон у Ники небольшой, но он отлично вмещается в угол, чтобы покурить и насладиться одиночеством.

***

Свадьба у Аарона такая же скучная, как и он сам. Незнакомые лица, радостные поздравления, слезы и неуклюжий флирт одного из официантов. Эндрю снова находится тут лишь потому, что его хотят тут видеть, а еще из-за Би.

Бетси счастлива, наблюдая за сыном у алтаря. Она счастлива, когда бережно обнимает Кейтлин. Счастлива, когда сидит рядом с мрачным Эндрю.
Он в действительности может позавидовать ее оптимизму. Их подобие семьи держалось только на ней и ее бесконечной любви.

Эндрю сидит за столом родственников и Кевина, лениво рассматривая людей вокруг. Официант снова подходит к нему и уже четвертый раз спрашивает нужна ли ему помощь. Блять, ему нужно, чтобы его перестали замечать. Неужели это так трудно?

Он переводит на него взгляд, думая, что в пятый раз такого вопроса не сможет сдержаться и точно сломает ему нос. Парень широко улыбается и, кажется, не знает как еще привлечь к себе внимание, кроме идиотских вопросов. Эндрю смотрит долго, не отвечая, затем встает со стола направляясь в сторону туалета. Если парню не в терпеж, догадается пойти за ним, если же нет... его проблемы.

Он дрочит ему быстро, грубо и практически брезгливо. Эндрю осознает горькую правду - ему не интересно. Ничего в этом парне не заставляет пылать так же сильно, как если бы блондин услышал легких запах сладкого феромона. Низ живота не тянет от липкого возбуждения, грудь не вздымается все выше, пытаясь набрать больше воздуха. В штанах гробовая тишина - ничего не заставляет альфу внутри него хотеть парня перед собой. Он вытирает руку о его рубашку, сразу же уходя.

В голове гудят сирены; они долбят по вискам со всей силой, обрушивая на него самый тяжелый груз правды. У него не встал...

***

Нил широко зевает, сдувая челку с глаз. Утро началось со звонка коллеги, которая истерично что-то тараторила, пытаясь донести суть проблемы. Он пожалел, что взял трубку и вообще стал как-то вовлечен в то, что его не касается. Из-за этого даже Сэр ушла с нагретого места рядом с ним.

Ему определенно нужен кофе, чтобы начать функционировать нормально хотя бы пол дня. Раз пришлось тащиться в главный офис, чтобы решить не его проблему, то он пожалуй заскочит по пути за двойным эспрессо.

Фасад кофейни простой, темная вывеска и несколько пустых столиков перед широким окном. На улице прохладно, чтобы сидеть на веранде, но парню за другим столом это не мешает. Нилу необходимо подойти практически вплотную, чтобы понять кто в действительности там сидит.

Он резко разворачивается в другую сторону, думая, что не так уж ему и хочется кофе. Нил не готов решать сейчас самую большую свою проблему. Не готов смотреть в такие знакомые глаза и не чувствовать ничего. Как оказалось, он никогда не будет готов к этому. Эндрю - тот, которого нельзя просто выкинуть из головы.

Его хватают за край толстовки, дергая достаточно сильно, чтобы развернуться лицом. Он выглядит также, как и пол года назад. Янтарные глаза, дурацкий пирсинг и сведенные брови. Они это уже проходили.

— Кто ты? — Хрипит он, не сводя взгляд с парня перед собой.

Он теряется, бегая глазами по такому знакомому лицу. Почему блондин ведет себя так странно, не помнит его?

— Нил.

— Нил, может по кофе?

Омега соглашается, странно щуря глаза, пытаясь разглядеть что-то в лице Эндрю. Он подозрительный, неужели с ним играются? Сейчас кто-то выпрыгнет с камерой и скажет, что это социальный ролик с какой-то бредовой задумкой. Что происходит?

Он молча следует за блондином в кафе, не сводя с него изучающего взгляда. Эндрю заказывает для Нила обычный черный кофе. Рыжеволосый теряется, потому что откуда он знает? Почему заметил такую незначительную деталь, помнит ее, но не Нила?

Они садиться за тот самый столик, где также сохраняют молчание.

— Ты меня не помнишь? — Он не выдерживает первый, выгибает бровь, все также непонимающе смотря на парня.

— Ты Нил.

— Нет... то есть, да. Я Нил. — Он махнул рукой, пытаясь подобрать слова. — Мы были уже знакомы.

Эндрю смотрим долго и очень пристально, делает глоток кофе и спустя долгие минуты отвечает.

— Я думал, что в этот раз ты назовешь мне другое имя, — ухмыляется Эндрю, спокойно рассматривая рыжеволосого.

— У меня одно имя, — уверенно произносит Нил. — И кажется, я действительно сошел с ума, если думаю, что ты - глюк. — Он смотрит прямо на Эндрю, отслеживая каждую мелочь, что могла бы послужить смены настроения и добавляет тише, — слишком часто я думал о тебе, незнакомец.

— Мы ближе, чем незнакомцы.

Блондин встает, хватая парня за грудки. Глаза у Эндрю блестят в полуденном солнце, словно золотистый янтарь. Губы в него все те же, грубые, обветренные и безумно манящие. Поцелуй такой знакомый, словно накатило дежавю. Эндрю оттягивает нижнюю губу Нила, цепляет ее зубами и широко проводит языком с пирсингом по ней. На вкус Эндрю такой же едкий, горький и освежающий. Нил действительно мечтал об этом все это время.

— Ты великолепный, — шепчет Нил в губы, ловя чужое дыхание своими.

— Заткнись, — Эндрю снова его целует, мягче, но все также страстно.

***

— Ты не можешь всегда давать ему сладкое, пока твой злой близнец этого не видит, — тихо смеется рыжеволосый, сидя на противоположной стороне дивана.

— Я могу, — Эндрю демонстративно достает еще одну конфету из кармана, протягивая ребенку на своих коленях. — Именно поэтому я любимый дядя.

Нил закатывает глаза, фыркая с абсолютной уверенности своего мужа. Он тоже может потягаться с ним на эту роль.

Сэр гордо проходит мимо рыжеволосого, который протянул к ней руку. Кошка останавливается около Эндрю, трясь мордочкой о его ногу.

— Кажется, ты в меньшинстве, — ухмыляется блондин, — меня в этом доме любят больше.

— Конечно,  — кивает Нил, делая серьезное лицо, — ты всеобщий любимчик.

Эндрю чуть сощурил глаза на рыжеволосого, будто не верит его словам. У того слишком хорошее настроение. Они вместе уже достаточно долго, чтобы блондин смог распознать игривые нотки в голосе Нила.

Им пришлось потратить много времени, чтобы понять, что они оба полные идиоты. Оба хотели большего, но слишком сильно уважали чужие границы и безмозглые решения. Ники назвал их: «удивительными мучениками». Что ж, в кое-то веки Эндрю с ним согласен.

— Ты отвратителен, — говорит блондин, имея ввиду именно это.

— Тебе нравится, а мне нравится, что тебе нравится, — пожимает плечами Нил.