Ближе, чем незнакомцы

В Штутгарте было холоднее, нежели в Южной Каролине. Погода пасмурная, а по утрам густой туман. Такая атмосфера была Нилу ближе, чем невыносимая духота Америки. Он уже тут второй месяц, абсолютно не жалея о выборе страны.
Германия - единственная страна, которая привлекла его внимание еще будучи в бегах. Здесь они с родителями провели большую часть времени, задержавшись почти на год, пока люди дяди не нашли их. Тут он первый раз пошел в школу, впервые подружился и тут же случился первый неловкий поцелуй с девчонкой из его класса. Эта страна оставила после себя приятный трепет - он обещал вернуться и теперь он тут.

Нил смог найти уютную квартиру, рассчитанную на одного человека. Обустроил все по своему вкусу: минималистично и только все необходимое. Нашел работу, временную правда. Устроился в кафе под домом официантом и проживает свою наконец-таки тихую и размеренную жизнь. Денег было предостаточно, чтобы не сильно волноваться о маленькой зарплате; работа нужна лишь для вида, чтобы казаться себе нормальным. Даже закурил, чтобы изредка общаться с коллегами во время перекура.

Как бы грубо не звучало, но без Мэри, которая тянула его на дно своих нескончаемых проблем, стало намного лучше. В конце концов, они не были столь близки, чтобы Нил ее оплакивал. Он привык быть один, в последние годы они так и жили - каждый сам по себе.
Она всячески его ограничивала, не позволяя даже выглядеть собой, потому что душила себя воспоминаниями о ней. Нил уже забыл какого это не подкрашивать корни каждую неделю. Не надевать линзы, как только открыл глаза и не травить организм ингибиторами, ощущая свой запах. Он слишком долго был другим человеком. С его плеч сняли неподъемный груз, как только Мэри умерла.

Единственна проблема, которую он упрямо игнорировал - течка. Первый месяц Нил смог перетерпеть, правда готов был лезть на стены или сесть на ближайший член, если это поможет, но тело было настолько слабым, что даже подняться поесть - сил не было. Годы притворства альфой дали о себе знать. Никакие лекарства не помогали, а отвратительное состояние держалось почти неделю, в отличие от его первой течки.

Он кусал запястья, выворачивая руки, цеплялся за простыни и сжимая челюсть до скрежета зубов. Нил пытался самому решить проблему, растягивал себя пальцами, вспоминая умелые руки блондина. Вел дрожащей рукой по члену, больно сжимая в ладони, и скулил от безысходности. Он яростно бил кулаками о стену, пытаясь перебить сильное возбуждение болью, но только разбивал костяшки. Нил злился на все, злился на свое тело.

На третий месяц таких мук, он даже заглядывает в секс-шоп, будучи уверенный, что это поможет. Нил хрипел в подушку, пока отчаянно трахал себя, оттопыривая задницу и пытаясь удержать себя на месте. Вспоминал твердый член блондина, который ритмично вбивался в него, вырывая из него стоны. Как сам насаживался глубже до искр перед глазами, до дрожи в ногах. Тогда с ним - это помогло. Ему было хорошо и его омежья сущность давала передохнуть, насытившись отрезвляющим запахом альфы. Именно после этого он сдался, отчетливо ощущая свою беспомощность. Нилу не хватает нормального секса.

В его обычную рутину теперь входил бар по пятницам. Он нашел его случайно, но место было вполне во вкусе Нила, чтобы возвращаться каждую неделю. Приходил, пытаясь подцепить кого-нибудь, но каждый раз просто сидел у бара, не находя в себе сил, чтобы перейти через отвращение. Не мог доверять незнакомцам; каждый из них не был достаточно нормальным, подходящим Нилу.
Ханс - бармен, стал спасателем этой ситуации. Он был разговорчив, чтобы отвлечь угрюмого Нила и достаточно тактичным, чтобы не задавать лишних вопросов. Говорил много и обо всем: работе, личной жизни и новых гостях в баре. Рассказал, кто и зачем пришел в заведение, всячески намекая познакомиться. Нил слушал молча, разрешая себя знакомить с «нормальными» альфами, по мнение Ханса. В конечном итоге, решение пришло само. К нему подходили знакомиться, Нил слушал пустую беседу, изредка отвечая на вопросы, затем они уходили, бронируя номер в отеле. Одноразовый секс с альфами, не то чтобы его удовлетворял, но было определено лучше, чем самому справляться с течкой.

Будучи на краю сознания, весь взмокший и разгоряченный, он разрешал себя трахать, однако где-то на задворках, понимал, что все происходящее его бесит. Его раздражало многое - как пыхтят над ним, говоря неуместные пошлости. Толкаются бездумно и резко, позорно кончая первым и не помогая закончить ему. От одних пахло ужасно, они отлетали еще в начале. Некоторые, особо наглые, пытались запихнуть свой язык ему в глотку, как только подходили. Почему Нилу никто не сказал, что найти секс партнера так тяжело?

Он не выдвигал какие-то требования, однако планка, казалась, слишком завышена. Нил опирался на свой первый опыт, который преследует его во всех снах, и очевидно, оказался слишком хорошим. Он с такой частотой вспоминал блондина, что тот, возможно, уже помер от икоты. Однако Нилу пара смириться, что никто не будет достаточно хорош, чтобы сравнится с ним. Никто так классно его не трахал, чтобы провести всю течку вместе. Он выгонял всех после первого же раунда, справляясь дальше сам. Нил настолько наладил эту систему - «секса на одну ночь», что она продержалась пять долгих лет.

***

— Поздравляю с новой работой, чувак, — улыбнулся Ханс, поднимая рюмку с алкоголем перед собой и коротко стукнувшись с рыжеволосым, залил ее в себя. — Ты это заслужил.

— Спасибо, — коротко ответил Нил, повторяя за барменом, который уже намешивал коктейль для других посетителей.

— Что хоть делаешь?

— Перевожу важные бумажки, — улыбнулся он, откидывая сильно отросшие кудри назад, которые тут же снова сползли на лицо. Нил сдул с глаз сильно выбившуюся прядь, на этот раз завязывая волосы в небрежный хвостик на затылке.

— Тебе бы подстричься, — Ханс коротко бросил на него взгляд, ставя перед ним новую стопку.

— Наверное, — пожал плечами Нил, — все не могу записаться.

Он сидел, как обычно, у барной стойки, закинув ногу на ногу и расслабившись от мелодичной музыки на фоне. У него скоро течка, пора бы найти кого-нибудь. Нил уже успел поймать несколько заинтересованных взглядов на себе, как только вошел в бар. Со временем до него дошло, что многие считают его привлекательным; ему это было на руку.

Состояние чуть вялое, глаза затуманились, алкоголь после изнурительной недели - работал лучше, любого успокоительного. Нил обошел глазами помещение, столкнувшись взглядом с парнем в другом конце зала. Тот ему подмигнул, растянув губы в кривой улыбке. Рыжеволосый медленно моргнул и никак не реагируя на флирт, повернулся обратно к Хансу, который бурно рассказывал про очередной случай на работе. Нил изредка задавал вопросы, имитируя вовлеченность в разговор. Мыслями был не там, задумываясь, стоит ли самому подойти к тому парню или позже найдет другого.

— В последнее время к нам часто заглядывают американцы, — сменил тему бармен, встряхивая что-то в шейкере. — Ты же вроде оттуда.

— Да, — легко ответил Нил. Он не скрывал это, хоть и прожил достаточно долго в Германии, чтобы избавиться от акцента.

— Не хочешь познакомиться? Предаться ностальгии, так сказать, — поиграл бровями Ханс, кивнув в сторону входа.

Нил лениво повернул голову, пытаясь разглядеть тех самых американцев, натыкаясь взглядом на блондинистую макушку. Компания состояла из трех человек, они сели за ближайший пустой столик, пока один из них - высокий и смуглый - увлеченно рассказывал что-то. Рыжеволосый заинтересовано их разглядывал, точнее только более низко парня, пытаясь понять странное появившиеся чувство восторга. Блондин, будто ощутил пристальный взгляд, обернулся, встретившись с Нилом глазами. К удивлению, Нил его узнает. Сердце, кажется, сделало кульбит, а затем рухнуло в пятки мертвым грузом. За столом сидел тот, который всплывал в памяти до сих пор и Нил желает, чтобы это так и осталось в его голове.

Это достаточно сильно его встревожило, чтобы в попыхах попрощаться с растерянным Хансом и быстро уйти из бара. Позорно сбежать и не оглядываться. Он увидел ту часть своего прошлого, которое хотел забыть. Однако далеко убежать Нил не смог, его хватают за руку, и он понимает кому достает наглости на такое. Прежде чем обернуться, он ощущает незабываемый свежий и густой феромон, с легким оттенком сигаретного дыма. Сам не произвольно вдыхает глубже, прикрывая глаза и наконец поворачивается. На лице блондина отчетливо видно любопытство. Нил теперь выглядел по-другому, не тот каштановый Абрам стоял перед ним. Теперь его внешность ярче, заметнее. Рыжие волосы и голубые глаза - не такой серый и скучный Абрам. Блондин прошелся долгим оценивающим взглядом по нему, явно не стесняясь его разглядывать.

Он и сам изменился, стал еще шире и крепче. В ушах маленькие черные гвоздики, бровь также проколота - от него веяло опасностью и неизведанностью; ноги сами собой подгибались, хотелось позорно встать на колени перед ним. Блондин стоял слишком близко, чтобы задохнуться в его запахе и в собственной извращенной фантазии.

— От чего бежишь? — иронично, почти насмехаясь спросил блондин.

Он слишком умен, чтобы продолжать с ним разговор

— От тебя, — раздраженно ответил Нил, выдергивая руку из чужой хватки, намереваясь уйти. Он собрал все самообладание, чтобы звучать непринужденно и ни капельки незаинтересованным.

— Поздно, — блондин снова хватает его, притягивая к себе ближе прежнего, припечатав к своей мускульной груди, как в последнюю их встречу. Он проводит носом по шее, вдыхая знакомый сладкий запах, заставляя Нила покрыться мурашками и чуть отстраниться. - Абрамам, кажется?

— Нил Джостен, — поправил он, почти расплываясь в его объятьях. Он спихивает это все на раздражающее предтечное состояние. Нил никогда не ластился к своим партнером, но почему-то поддается именно этим крепким рукам. Будто ждал только их все это время.

— Эндрю Миньярд, — он говорит в самую шею, отдавая ее теплым дыханием и все еще крепко удерживая Нила. — Наконец познакомились.

Нил плавится окончательно, хватается за сильные плечи и ощутимо впивается пальцами. Он мелко подрагивает и осознает пугающую правду - не может отстраниться и уйти, ему не хватает выдержки.

— Может, — тихо шепчет рыжеволосый в самое ухо парня и нервно закусывает губу, когда чужие руки скользят выше по спине, — поможешь? — Делает паузу, выдыхая, — как в прошлый раз.

— Ты просил забыть, — издевательски напоминает Эндрю, просовывая колено между его бедер. Нил сразу же на пробу трется о него, прикрыв глаза.

— А ты забыл? — Он улавливает напряжение блондина. Оно такое же сильное, как и его. Эндрю явно не забыл, может и вспоминал реже, нежели Нил, но не забыл.

— Пойдем, — блондин быстро отстраняется от него, ведя за собой к черной машине. Он достает телефон, что-то быстро напечатал, затем снова убирает. Наверное, предупредил о резкой пропажи.

Нил еще не до конца пришел в себя, он ощущает, как поднимается жар, как мокнут брюки. Его усаживают в машину, а затем притягивают к себе для медленного поцелуя. Эндрю держит его крепко за затылок, сжимая в кулаке длинные волосы, но целует нежно, оттягивая нижнюю губу. Он скользит языком меж губ по ровным зубам. Нил начинает задыхаться только от одного осознания, что у Эндрю металический шарик во рту. Прохладный и маленький, прижимается плотно к его собственному языку, выбивая протяжный и громкий стон. Он ощущается так ново, возбуждающе, что Нил тянется ближе к нему, хочет больше и дольше, однако блондин отстраняется, слегка ухмыльнувшись. Теплые губы Эндрю исчезли так же быстро, как и появились. Становилось невыносимо жарко от мысли, что может сделать с ним этот язык.

***

Он оттягивает светлые волосы, казалось, слишком сильно, но Эндрю никак не реагирует. Нил запрокидывает голову назад, ударяясь затылком о стену сзади. Блондин стоит на коленях, сжимает в кулаке его член и медленно ведет по нему. Карие глаза смотрят пристально, улавливая, как вздымается грудь в частых вдохах, как приоткрыты губы и как нервно дергается кадык.

Эндрю ведет языком по всей длине, широко и мокро, вбирая практически на половину. Пирсинг плотно прижат к его возбуждению, позволяя покрыться гусиной кожей. Он помогает себе правой рукой, надрачивая в такт движениям головы, левой же прижимает таз Нила к стене, не давая ему вести нетерпеливо бедрами на встречу. Сосет медленно до головокружения и тихих стонов, каждый раз насаживаясь ртом все глубже. Эндрю гладит кончиками пальцев выпирающую тазовую кость, затем очерчивает подтянутые бедра, проходя ладонью по внутренней части, размазывая по мягкой коже стекающий по ногам слик.

Он отрывается совсем на чуть-чуть, чтобы снова взглянуть на Нила, который часто дышит и закатывает глаза. Выглядя при это слишком обворожительно и сексуально.
Блондин закидывает его левую ногу себе на плечо, придерживая, чтобы тот не свалился от неожиданности. Эндрю продолжает вести рукой по его члену, поворачивая голову, целуя, а затем и прикусывая нежную кожу бедра, оставляя яркие отметены. Рыжеволосый тихо шипит, оттягивая мягкие блондинистые волосы, неотрывно наблюдая за парнем на коленях. От всей этой ситуации его ведет слишком сильно, он плывет от крепких рук и горячего дыхания. Кажется, Нил наконец-то дождался шикарного секса.

Эндрю снова берет полностью его в горло, что на уголках карих глаз появляются слезы. Он слишком кршесносно сосет, умело ведя проколотым языком по головке и сглатывая, стискивая член рыжеволосого сильнее.

Весь воздух выходит из легких Нила, когда он ощущает, что блондин начал медленно его растягивать. Сначала один палец, затем второй и чуть позже третий. Эндрю их сгибает под правильным углом, чтобы услышать несдержанные стоны омеги. Нил сгорбился от ярких ощущений, будучи не в силах себя держать ровно. Он прижимает голову блондина к своему паху, толкаясь на встречу в горячий рот и одновременно насаживаясь на его же пальцы. У него самого слезы перед глазами. Все тело мелко дрожит от удовольствия, что приносит Эндрю. Еще несколько резких и нервных толчков в чужое горло, и парочку ударов пальцами по простате, заставляют его кончить - сильно и много. Пальцы побелели от того, как крепко он сжал в кулак волосы. Челюсть напряжена, почти до скрипа зубов, а глаза невозможно разлепить, ведь взгляд плыл, как и сам он. Нил плавился от ощущений, от свежести чужого феромона и от самого Эндрю. Слишком хорошо. Слишком приятно.

Нил отстранился, когда блондин вытащил пальцы и похлопал легко по бедру. Эндрю выглядел развратно. Глаза в полумраке блестели, губы чуть опухли и покраснели; они растянулись в легкой ухмылке. Рыжеволосый скатился по стенке вниз, обхватывая ногами парня перед собой, придвигаясь максимально близко к чужому телу. Они оба часто дышали, уперевшись лбами о друг друга.

— Вау, — тихо выдал Нил, все еще приходя в себя от сильного оргазма. Волосы липли ко лбу и непослушно лезли в глаза, он сдул пряди, выдыхая, — это было хорошо.

— Мне казалось, что ты это понял еще в прошлый раз, — фыркнул Эндрю в самые губы рыжего, специально дразня изнывающего парня.

Нил хрипло посмеялся, ведь действительно, он это понял еще в прошлый раз. Секс с Эндрю был иным; на другом уровне. С ним хотелось долго и много, отдаться в крепкие руки удовольствия и плавиться от поцелуем. Кто он такой, чтобы отказываться от столь заманчивого предложения. В любом случае, утром они разойдутся, как и в прошлый раз.

Нил мягко вел пальцами по чужим предплечьям, выводя незамысловатые узоры. Поднимался ими выше по крепким мышцам рук, острым ключицам, длинной шее и останавливаясь у самых губ. Он аккуратно давит на подбородок блондина, заставляя разомкнуть челюсть и проскальзывает указательным пальцем в рот. Эндрю ему позволяет потрогать язык с металическим шариком, затем протолкнуть палец глубже в горло, исследуя все его возможности. Блондин смотрит неотрывно из под подрагивающих ресниц на Нила, как тот громко сглатывает и добавляет второй палец, ему нравятся ощущения чужого горячего рта, а Эндрю совсем не против чуть его разбаловать.

Нил давит на язык, толкается пальцами ровно так же, как до этого трахал его рот. Почему-то одна эта мысль поднимала жар во всем теле, заставляя блаженно выдохнуть и облизать сухие губы. Эндрю умело расслаблял горло и посасывал, водил языком вокруг и протискивал его меж фаланг пальцев, играючи касаясь пирсингом. Своими ладонями он гладил подрагивающие бедра Нила, в ожидании его дальнейших действий.

Рыжеволосый трется щекой о чужую, и оставлял легкие поцелуи по всему лицу, пока пальцами гладил язык. Нилу явно пришелся по вкусу пирсинг, каждый раз цеплял его короткими ногтями. Эндрю перехватил чужие бедра, легко поднимая и усаживая к себе на колени, еще ближе к жадно вздымающееся груди. Нил ластился, как мартовский кот, все время прячась носом в изгиб шеи и наконец вынимая пальцы, для того, чтобы обнять парня за шею. Им хватило все несколько минут легкой передышки, прежде чем снова вцепиться в губы жадным поцелуем.

Сначала это было нежно и невесомо - одними губами, но чуть позже Нил прижал тело блондина к полу, сплетая язык с его и практически мурча в поцелуе. Эндрю держал одной рукой его за шею, стискивая подбородок, когда вторая надавливала на поясницу, заставляя прогнуться. Им обоим очевидно хотелось большего. Отросшие волосы непослушно спадали, щекоча лицо, блондин неоднократно убирал их за уши, но все четно.

Рыжеволосый нервно вел голой задницей на чужих бедрах, ощущая возбуждение Эндрю слишком явно. Он получил обжигающий шлепок по ягодице, заставляя простонать в самый рот. Затем еще раз и еще, пока кожа не покраснела от ладони, пока боль не смешалась с возбуждением слишком сильно, что приходилось практически умолять себя трахнуть.

— Кровать, — успел сказать блондин, прежде чем его снова заткнули горячими губами, запечатывая, словно сургуч.

Эндрю крепко схватил парня над собой, чтобы в одно мгновение поменять их местами. Теперь Нил был прижат к холодному полу, недоуменно открывая глаза, пытаясь сфокусироваться на лице над собой. Он потянулся за новым поцелуем, но блондин отстранился. Ему ужасно не хватало тактильности. Не хотелось, чтобы Эндрю отстранялся от него даже на чуть-чуть.

Нила легко подхватывают, чтобы потом повалить на мягкую кровать и прижать крепкой грудью в матрас. Блондин проходится поцелуями по шее, останавливаясь на губах. Он очерчивает ладонями бедра рыжего, хватаясь ощутимо, как в первый раз, чтобы оставить синяки и яркие засосы. Нил должен вспоминать о нем всю оставшуюся жизнь.

Все что остается Нилу, так это изнывать под чужим телом и выстанывать хриплое «Эндрю». Рыжеволосый снова оказывается сверху, гладя широкие плечи и грудь блондина. Эндрю выглядел абсолютно довольно, когда стянул рубашку - последнюю вещь на Ниле - сам оставаясь все еще одетый. Возбужденный и поплывший парень, кажется, вовсе не замечал этого, поддаваясь любым действиям. Он сам хватает бледные руки, укладывает к себе на грудь, ведет ими выше к шее. Эндрю сомкнул руки вокруг нее, чуть сжимая, наблюдая, как нетерпеливо ерзает Нил и закатывает от наслаждения глаза.

— Поможешь снять? — снова подал голос Эндрю. Только он был в состоянии говорить, пока рыжеволосый рассыпается на атомы, даже не предпринимая попытки собрать себя обратно.

Нил прошелся по нему томным взглядом, наконец замечая, что только он полностью раздетый. Рассеянно кивнул, хватаясь за подол черной футболки и оголяя чужой живот. Он тут же водит поцелуями ниже к самому поясу джинс, расстегивая пуговицу трясущимися пальцами. Нил цепляет зубами бегунок молнии, тянет вниз, чтобы потом приложится языком к выглядывающим боксерам. Целует влажно чужой член, отдавая горячим дыханием. Он облизывает широко, повторяя ранее действия Эндрю, и довольно растягивает губы в улыбке, слыша хриплый стон. Глаза сами собой поднимаются, разглядывая расслабленного парня. Одним рывком Нил стягивает оставшуюся одежду, чтобы снова оседлать бедра. Трется промежностью, пошло постанывая, сейчас ничего не мешает ощущать чужой жар кожи и возбуждение.

Эндрю снова хватает за шею, притягивая для тягучего поцелуя. Цепляет большими пальцами уголки губ рыжеволосого, чуть растягивая и вылизывая рот. Нилу нравится. Он мычит в губы и практически не дышит. Хватается руками за плечи блондина, пытаясь удержать себя от полного омута. Однако это невозможно. Эндрю слишком умелый. Он знает как довести до полного забвения, каждым своим действиям доводя Нила до пика. Вознося до седьмого неба, чтобы позже ему больнее упасть.

Эндрю вытрахивает всю душу. Если он не успел это сделать пять лет назад, то сейчас точно доделает свою работу. Трахает его, толкаясь грубо и быстро, удерживая за горло. И оказывается, у Нила на это ебанный кинк. Ему нравится ощущение удушья, нравится чувствовать крепкую хватку на теле. Хочется, чтобы брали до синяков и алых засосов. Эндрю это и делает, будто знает, что по-другому не понравится.

С каждым резким толчком в нужное место, с каждым жадным поцелуем и одобрительным шепотом блондина, становится невыносимо сдерживаться. Эндрю тянет за волосы, шлепает по заднице, вбиваясь глубже, чтобы свести с ума. Как бы Нил не старался продлить удовольствие, все равно яркий оргазм накрывает с головой, заставляя сжаться и затрястись от сильных эмоций. Однако Эндрю все так же по животному дико ведет бедрами, насаживая обмякшее тело рыжеволосого и смыкает челюсть за его плече. Нил стонет, шипит и вскрикивает, но все равно выглядит чертовски довольно.

Он падает на вздымающееся грудь блондина, чувствую быстрое сердцебиение. Им нужен небольшой перерыв, потому что Нил собирается повторить. Возможно больше двух раз. Нил хочет быть затрахан Эндрю практически до смерти, чтобы потом, когда все закончится, он жалел всю жизнь, что не смог предложить блондину ничего интереснее секса в течку.

***

У Нила блядское дежавю. Он разлепляет глаза, морщась от яркого света и ужасно жалеет, что не зашторил окно перед сном. Ему не с первого раза удается понять какой сегодня день. В голове одна каша, а живот противно тянет от голода. Рыжеволосый отлично помнит обстоятельства, при которых он оказался в отеле, чтобы сразу свести угрюмо брови к переносице.

Сегодня понедельник, а значит они протрахались почти три дня. Ужасно. Нил выпал из жизни на три гребанных дня. Не сказать, что он сильно жалел, в конце концов, его разложили на каждой поверхности этого номера, активно испытывая мебель на прочность. Нила взяли на кухонном столе, когда они попытались поесть, затем посадили на колени в душе, трахая в рот и закончили диваном в гостиной, где пытались посмотреть телевизор, но в итоге его умело вылезали.

Однако вопреки всем канонам, сейчас в кровати Нил не один. Эндрю молча наблюдал за его размышлениями, выглядя при этом через чур бодро. Рыжеволосый повернул голову, встречаясь с чужим испытывающим взглядом. Чтож, этот парень определено в его вкусе. Нил окончательно убедился в этом, не в состоянии сделать ни одного резкого движения.

— Снова похвалишь и попросишь забыть? — Вздернул бровь Эндрю, замечая в голубых глазах растерянность.

— А что ты предлагаешь? — Хрипло спросил рыжий, морщась сильнее от своего голоса.

— Очевидно продолжить, — он пожал плечами, будто это само собой разумеющиеся. Очевидно здесь только ему, а никак не Нилу.

— Зачем?

— Тебе явно нужен партнер, чтобы справиться с течкой, а я могу с этим помочь.

— Благодетель? - Усмехнуля рыжеволосый, совсем не понимая какая именно выгода Эндрю с этого. Ну кроме очевидной. — Спасибо, но я не верю в бескорыстность.

— Это сделка. Просто секс, без каких-либо обязательств. Я помогаю с течкой, а ты - гоном, — спокойно ответил Эндрю, все так же наблюдая за реакцией Нила. — Думаю, что это куда лучше, чем искать каждый месяц нового партнера.

— Не думаю, что мне это нужно, — выдавил из себя парень, почти ведясь на заманчивое предложение. Ему определено нравилось проводить течки с блондином, но он не мог себе позволить привязываться.

— Как скажешь, — легко согласился Эндрю, вставая с кровати и направляясь в душ.

Нил позорно сбежал, оставив блондина одного, иначе бы передумал и согласился. Его жизнь только наладилась, а прошлое так и норовит стать частью его настоящего. Каким бы Эндрю не был шикарным - Нил оставит его в Южной Каролине. С течкой он уже привык справляться самостоятельно, значит и дальше будет так.