Ближе, чем незнакомцы

Эндрю выходит вместе с братом из школы под сильный шум студентов, которые собрались на улице вокруг одного парня и что-то активно обсуждали. Это не привлекло его внимание, если бы не было многочисленных криков и удивленных вздохов. Однако он все равно намеревался пройти мимо, будучи абсолютно незаинтересованным общим переполохам.

— Он оказался омегой, так еще и таким сладеньким, — громко сообщает парень, ухмыляясь и имитируя толчки бедрами. — Я знатно с ним повеселился.

Эндрю равнодушно обошел его взглядом, останавливаясь у своей машины, чтобы закурить. Они с Аароном ждали Кевина, который не очень-то и торопился выходить. Его близнец не стал дожидаться и молча сел в Мазерати, не сильно интересуясь происходящим. Блондин услышал слегка уловимый запах малины от рослого парня, который во всех красках описывал свой секс. Почему-то ему показалось знакомым, словно раньше он сталкивался с этим феромоном.
Осознание приходит оглушающе быстро. Не докуренная сигарета летит на землю, притоптанная тяжелым ботинком. Эндрю двигается быстрее, чем успевает понять, что именно собирается сделать. Он настегает парня в три шага, хватает за грудки и перекидывает через себя, больно ударив спиной об асфальт. Тот сдавлено стонет, бросая испуганный взгляд с блондина на свою компанию сзади.

— Где он? — спрашивает Эндрю, неожиданно для самого себя, злясь на происходящее. Он нависает над ним, угрожающе сверкая глазами.

— О чем ты, блять? — недоуменно отзывается парень, пытаясь скинуть с себя чужие руки.

Эндрю заносит кулак и бьет со всей имеющейся силой по носу, ломая его. Парень под ним стонет, хватаясь за ушибленное место. Он размазывает по лицу кровь, тихо шипя и матерясь на блондина.

— Где он? — Снова спрашивает Эндрю, предварительно занося кулак.

— Стой, — вскрикивает парень, выставляя руки перед собой, — он в лесу у заброшенного дома. Теперь отпусти меня.

Кажется, ему послышалось. Этот придурок оставил его в лесу? Эндрю угрожающе над ним нависает, стискивает кулак до побеления костяшек и снова бьет. Злость охватывает его с такой силой, что он совсем не замечает, что лицо парня превратилось в кровавое месиво. Оно опухшее и залито кровью; тот лежит тихо, уже не умоляя его остановиться. Чьи-то руки оттаскивают его от бессознательного тела. Эндрю не понимает почему рвется обратно, в попытке добить парня. Он слышит ужасающие крики других студентов, слышит шепот Аарона и Кевина, который удерживают его на месте.

— Эндрю, ты нас слышишь? — В очередной раз спрашивает Аарон. Он говорит спокойно, но лицо выдает его раздражение. — Что, блять, на тебя нашло?

Эндрю не отвечает, просто сбрасывает с себя чужие руки, оглядывая весь беспорядок, который устроил. Парень жив, компания ребят смогла привести его в чувства, на что блондин лишь фыркнул. Он идет к своей машине, игнорируя все попытки друзей с ним поговорить. Непонятное чувство движет им, ему необходимо самому убедиться. Только вот в чем?

Он заводит машину, выруливая со школьной парковки. Где-то под ребрами необъяснимо тянет, от чего Эндрю злится еще сильнее. Ему не нравится непонятное чувство, не нравится то, что не может остановить это. Он едет быстро, и кажется, нарушает пару правил - плевать. Окраина леса виднеется где-то вдалеке, от чего тревога нарастает еще сильнее. Его сердце вот-вот сломает пару ребер изнутри.

Эндрю находит парня практически сразу, все благодаря сладкому запаху, витающему вокруг. Он заполняет легкие полностью, вытесняет свежий воздух и остается там надолго, чтобы сойти с ума.
Кудрявый сидит на земле, зажимая свою голову между коленок и тихо хрипит с каждым вдохом. Джинсы в грязи и залиты кровью, как и рубашка на нем. Он обхватил себя окровавленными руками, мелко дрожа. Парень не сразу замечает его, но, когда осознает, что не один, резко вскидывает голову. Лицо его красное и чуть опухло, а на обеих щеках расцветают синяки. Нижняя губа разбита, но он все равно ее нервно кусает. Эндрю зовет его, хватаясь за собственное бедро пальцами так сильно, чтобы боль отрезвляла. Парень иронично фыркает с его помощи, от чего блондин злиться, но пытается контролировать себя и свой феромон. Не хочет спугнуть.
Собрав все самообладание, Эндрю подхватывает его обмякшее тело на руки, готовясь встретиться с сопротивлением, но на удивление, парень послушно утыкается носом ему шею и засыпает.

***
Абрам лежал на кровати Эндрю практически раздетый, в одном белье. Блондин бережно обработал раны, каждый раз отходя к окну, чтобы вздохнуть свежего воздуха, и снова возвращался обратно к омеге. Ему хотелось курить и избавиться от собственного ноющего возбуждения, однако почему-то стоит у двери, наблюдая. Парень на его простынях стонет, весь извивается и сжимает ткань в кулаке так сильно, что иногда слышится треск. Абрам все еще не проснулся, находясь в полном бреду. Холодное полотенце на лбу снова скатывается на пол, от чего блондин обреченно вздыхает - это уже пятый раз. Пять раз он подходил, чтобы поправить холодный компресс и пять раз, чуть ли не срывался. Его бедро ноет от натиска собственное руки, но боль перестает помогать, как только они пересекают порог квартиры Эндрю.

Его дом тут же наполняется чужим сладким запахом, заставляя глухо рычать и практически вдавливать бедро в обратную сторону. Эндрю сам создал себе проблему, от которой на стену лезть хочется или приложится головой о холодную поверхность несколько раз. О чем он думал, когда привез его сюда?

Эндрю снова поправляет компресс, зажимая одной рукой нос и быстро отскакивает, когда встречается глазами с чужими темными. Абрам наблюдает спокойно, без каких-либо истерик, но все еще находясь где-то далеко в этот момент. Он приподнимается на локтях, обходя взглядом комнату и самого Эндрю, который уже стоит у окна, нервно закуривая. Пытается что-то сказать, но голос срывается, выдавая жалкий скулеж.

— Мне нужен душ, — выдает он с третьей попытки, опуская босые ноги на пол и пытаясь встать.

— По прямой, — отвечает Эндрю, делая, наверное, самую долгую затяжку в своей жизни. Он не смотрит на гостя, пытаясь всячески абстрагироваться от ситуации.

Блондин выдыхает едкий дым, чуть склонив голову вниз, раздумывая, что делать дальше. Держать его у себя - опасно - лучше отвести домой. Он наигрался в героя, даже больше нужного, теперь нужно разобраться с кудрявой проблемой.
Слышится глухой стук, а затем и громкий стон боли. Эндрю быстро выкидывает окурок в окно, распахивая дверь ванны и тут же цепенея от развернувшейся картины.

Абрам сидит на коленях, широко раздвинув ноги и оттопыривая задницу как можно сильнее. Он нервно вел одной рукой по члену, второй интенсивно и неумело себя растягивая, пытаясь хоть как-то избавиться от возбуждения. Парень больно скулит, дергая рукой нервно, почти на грани истерики. Холодная вода его не отрезвляла, лишь сильнее застилала глаза. Абрам обернулся на блондина, закусывая и так истерзанную губу.

Сильные феромоны затмевают разум. Мозг вовсе плывет, практически плавится от вида перед ним. Эндрю двигается ближе, рефлекторно, не задумываясь, но все равно останавливается прямо у края. Делает один глубокий вдох, добровольно снося себя с петель, отдаваясь полностью своему внутреннему альфе.

— Я не могу, — это звучит надрывно, на грани паники. Он буквально изнывает от сильного возбуждения, скуля от боли и продолжает двигать руками. Его пальцы все еще в нем, с них обильно капает слик. — Сделай что-нибудь, — отчаянно шепчет Абрам, это звучало почти как мольба, просьба о помощи.

Эндрю тут же подхватывает Абрама на руки, заставляя его обхватить себя ногами за торс и руками за плечи.
Он притягивает его ближе к себе, уперевшись носом ему в шею, жадно вдыхая сладкий запах. Эндрю проходит пальцами вдоль позвоночника парня, спускаясь ниже, продолжая ранее начатое Абрамом действие. Растягивал грубо, добавляя палец за пальцем и припечатывая к себе мертвой хваткой. Он двигал пальцами куда умелее, чем омега, выбивая из чужого рта скулеж и громкие стоны.

Абрам не сдерживается, он цепляется за блондина, томно выдыхая в ухо и трясь членом об чужой живот. Он держит парня крепко, скользя языком по тонкой шеи и трахая пальцами. Слышать стоны в самое ухо и ощущать, как Абрам сам насаживается глубже, нервно ведя задницей по кругу - невыносимо. Эндрю идет в комнату, стараясь не приложиться о дверной косяк. Он не отрывается от него, осыпая поцелуями все, до чего может дотянуться. Кусает, выбивая скулеж, затем зализывает яркую отметину и заполняет легкие крышесносным малиновым рафом.

Эндрю садится на кровать, держа парня у себя на коленях до последнего. Абрам присасывается к его шее, ведет языком до самого уха, прикусывая мочку, и молит не останавливаться. Просит еще: больше и грубее. Блондин измучено запрокидывает голову, блаженно прикрывая глаза, подаваясь чужому языку. Абрам сводит с ума. Он сам насаживается на его пальцы, сам надрывно стонет и трется членом об него. Назад пути нет. Эндрю не может игнорировать развратного парня на своих коленях.

Блондин одним рывком укладывает Абрама на кровать, нависая сверху и ощутима сдавливая его бедра. Эндрю необходимо сжимать его бока, чувствовать под пальцами мягкую кожу и шероховатые шрамы. Ему нужно слышать, как Абрам звонко стонет и придвигается ближе, упираясь прямо в его пах. Он считает выпирающие ребра, царапает короткими ногтями соски и вылизывает всего его до тряски в ногах, до слез в уголках глаз.

Эндрю стягивает с себя ненужную одежду, последние, что отделяет их от полного омута. Он обнаженный и разгоряченный, проводит рукой по всей длине собственного возбуждения и замечает пристальный взгляд Абрама. Парень смотрел пошло, чуть с прищуром, словно лиса. Эндрю снова переворачивает его, уже лицом в простыни. Поднимает чужой зад, заставляя упереться коленками в матрас и давит на поясницу. По дрожащим бедром обильно стекает слик; блондин проводил пальцами по ним, наблюдая, как натягивается между ними тонкие липкие нити. Его ладонь скользит к чужому возбуждению и ощутимо сжимает в кулак, проводя большим пальцем по головке и снова медленно верх-вниз.
Абрам что-то мычит в подушку, елозя от нетерпения. Блондин позволяет себе сжать в руках чужой упругий зад, довольствуясь мгновенной реакцией на свои действия.

Эндрю трахает Абрама лицом в подушку грубо и громко, он держит его руки сцепленными на пояснице, сковывая движения. Его взгляд проходится по кудрявым волосам в огромном беспорядке, по взмокшей тонкой шее, которую хочется вылизать и кусать...
Блондин быстро отгоняет эти мысли, втрахивая податливое тело, удерживая разгоряченного парня за бедра, которые так и разъезжаются с каждым толчком все сильнее. Абрам стонет громко и без устали просит не останавливаться; бредит и выпускает непозволительно много феромонов. Сам двигается навстречу, ловя толчки Эндрю где-то на середине и практически мурлычет, когда наконец-то кончает.
Он обмякает в крепких руках, позволяет себя трахать дальше, пока блондин не доходит до пика.

Эндрю заваливается рядом с ним, тяжело дыша. Им необходим свежий воздух, иначе они задохнутся в собственных феромонов, которые цепко сплелись между собой. Абрам сдавленно мычит, уткнувшись в подушку Эндрю, переворачивает голову и смотрит. Эндрю хотел бы не обращать внимание на томный взгляд устремленный на него, но не может.
Проходит мгновение, как Абрам забирается на него, нагло оседлав бедра. Его омега все еще возбуждена. Все еще требует внимания.

Эндрю приподнимает бровь в немом вопросе на его действия, в ответ лишь получает хитрый взгляд и незамысловатое действие у рта, мол - «хочешь отсосу».  В голове тут же мелькает картинка кудрявого парня, который обхватывает блядскими горячими губами его член, который сам медленно насаживается глубже, давится и сдавленно стонет, закатывая глаза и пуская мелкую вибрацию. Боже...
Хочется приложиться головой о что-нибудь тяжелое. Почему этот парень так странно на него влияет?

Абрам медленно трется задницей о него, поглаживая массивную грудь и крепкий живот. Выводит незамысловатые узоры по чужому прессу, слегка царапая бледную разгоряченную кожу. Дразнит, снова заводит. Его глаза застелены сильным возмужанием, ресницы слегка подрагивают и рот приоткрыт, в уголке блестит слюна. Он невыносимо мокрый, разгоряченный и податливый.
Эндрю тянет к его щеке руку, поглаживая и притягивая к себе для тягучего, жаркого поцелуя. Он истязает горячие губы, кусая и оттягивая. Целует медленно, ловя чужие стоны и вылизывает каждую ранку на них. Выбивает из Абрама скулеж, когда ведет языком, углубляя поцелуй. Эндрю не хочет себя сдерживать. Он целует жадно, наращивая темп; притягивает к себе ближе, смыкая чужое лицо в ладонях. Абрам отстраняется первый, выглядя абсолютно дезориентированным и поплывшим. Глаза блаженно прикрыты, а губы раскрасневшиеся и опухшие, блестят в полумраке.
Он наклоняется назад, оперившись руками в ноги Эндрю, чтобы чуть позже самому скакать на его члене и тихо постанывать от удовольствия. Абрам выбивает весь воздух из легких, заполняя собой. Он пробирается под кожу, словно языки пламени, и оставляет там отпечаток.
Эта ночь была длинной для них обоих.

***
Абрам отключается где-то к утру, полностью изнеможенный и довольный их страстным сексом. По мнению Эндрю, это было по животному грязно - оба поддались своим сущностям. Они сделали это не раз и не два. Невозможно было отстраниться друг от друга. Невозможно было не втрахивать Абрама в матрас или в другие поверхности. Он пах сладко и слишком маняще.

Эндрю курил у окна, проветривая комнату и отрезвляя свои мысли. Он убрал комнату после них и вымыл уставшего парня, чтобы спокойно заснуть. Слишком педантичный в этом плане.
Сигареты не помогали прийти в себя, голова также забита ненужными мыслями и кудрявой омегой у себя на кровати. Абрам спал почти не двигаясь, пуская слюни на подушку блондина. Эндрю выкинул бычок, ложась на вторую половину кровати; он потом подумает над случившемся.
Стоило только лечь, как Абрам инстинктивно, на грани своей омежьей сущности, придвигается ближе, уткнувшись в бок блондина и глубоко дыша, втягивает свежий запах «леса после дождя». Эндрю позволил ему прижаться, сам впервые расслабляясь с кем-то в пастели.