3. Луна.
Пятый месяц.
В тот день процедуры затянулись.
ПОРОК усилил нагрузку — требовались новые данные. Стимуляция иммунного ответа. Повышенные импульсы. Контроль болевого порога. Минхо сидел в кресле фиксации, запястья закреплены, датчики под кожей мерцали тусклым светом. Эмили стояла у панели. Она заранее снизила мощность на три процента. Три процента — достаточно, чтобы система не заметила. Достаточно, чтобы боль стала терпимее.
— Опять твои фокусы. - тихо сказал он, не глядя на неё.
Она не ответила. На мониторе его пульс поднимался слишком быстро.
— Держись. - сказала она почти шёпотом.
— Я и так держусь.
Импульс прошёл сильнее, чем должен был. Минхо резко вдохнул, челюсть напряглась. Он не закричал. Он никогда не кричал. Но цифры на экране поползли вверх. Эмили быстро ввела корректировку.
— Ты опять что-то меняешь. - сказал он сквозь зубы.
— Я корректирую.
Он с трудом усмехнулся.
— Ты странная.
Пауза. Он медленно повернул голову в её сторону.
— Приходишь ночью. Уменьшаешь боль. Приносишь еду…
— Это часть наблюдения.
— Нет.
Он смотрел прямо на неё.
— Ты будто светишься в этой темноте.
Она замерла.
— Не говори глупости.
Он выдохнул.
— Луна. - повторил он спокойнее. — Ты не солнце. Не герой. Просто светишься, когда вокруг темно.
Она почувствовала, как что-то внутри дрогнуло.
— Это нелогично.
— Мне всё равно.
Импульс закончился. Показатели начали стабилизироваться.
— Луна. - добавил он тише. — Не делай так, чтобы из-за меня у тебя были проблемы.
Она отвернулась к панели.
— Тебе не о том стоит беспокоиться.
Но слово осталось.
— И прекрати меня так звать.
— А как ещё? Имени ты не говоришь, просто доктор как то.... Грубовато для тебя.
Эмили не стала возражать.
Через три дня нагрузку увеличили официально. Приказ пришёл сверху.
Эмили увидела обновлённый протокол — усиленная стимуляция, двойной цикл, минимальное седативное вмешательство. Она стояла перед мониторами. Процедура началась. Минхо стиснул зубы. Его мышцы дрожали. Пульс подскочил мгновенно.
— Снизьте уровень. - сказала она в общий канал.
— Протокол утверждён. - ответил холодный голос оператора.
На графике появилась красная линия перегрузки. Эмили почувствовала, как дыхание становится неровным.
— Он не выдержит.
— Иммунитет должен адаптироваться.
Минхо резко дёрнулся в фиксаторах. Её пальцы зависли над панелью. Это было прямое нарушение. Если она вмешается — зафиксируют. Если не вмешается.... Она резко отключила дополнительный канал питания.
Экран мигнул. Показатели начали падать. Тишина в операторской стала тяжёлой.
— Кто дал разрешение? - спросили по связи.
— Скачок напряжения. - ответила она ровно. — Я стабилизировала систему.
Пауза.
— В следующий раз согласовывайте.
Связь оборвалась.
Она смотрела на экран, где его пульс медленно опускался. Только когда цифры стали зелёными, она позволила себе вдохнуть. Руки дрожали. Это был её первый раз открытого неповиновение, но она не жалела. Потому что если бы он умер — все цифры, формулы и отчёты перестали бы иметь значение.
Позже вечером Тереза сидела у неё на кухне. Агнес выглядела усталой. Под глазами залегли тени.
— Сегодня показатели по Шаиль снова упали. - сказала она тихо. — Я думала, мы близки к решению.
Эмили молчала.
— Иногда мне кажется, что мы делаем что-то неправильно. - продолжила Тереза. — Но если не мы… то кто?
Она смотрела на свои руки.
— Они страдают ради лекарства. Но если лекарства не будет… значит, всё это было зря.
Эмили медленно подняла взгляд.
— А если лекарство не должно рождаться через боль?
Тереза посмотрела на неё резко.
— Ты начинаешь сомневаться?
Пауза.
— Я просто думаю.
Тереза встала и подошла к окну. Огни Последнего города отражались в стекле.
— Если мы откажемся, люди за стенами умрут. - сказала она тихо. — Мы хотя бы пытаемся.
Она обернулась.
— Ты ведь тоже веришь в это?
Эмили кивнула. Но слишком медленно. Тереза подошла и обняла её.
— Мы делаем правильное дело, Эм. Просто путь тяжёлый.
Эмили закрыла глаза. Она хотела верить. Правда хотела. Но люди уже умирали. И большинство..... Из-за них.
В голове звучало одно слово. Луна. И оно больше не казалось случайным.