25
Госпожа Хван, которая сначала была самой непримиримой, теперь с нежностью гладила живот Феликса, разговаривала с малышом, давала советы по уходу за беременными Омегами. Она, как Омега, не могла не поддаться на зов материнства, исходящий от Феликса. Это было странно, но постепенно их отношения начали меняться. Они все еще не одобряли выбор, но они любили внука.
-Вы должны быть осторожны, Феликс- говорила госпожа Хван, ее голос был мягче, чем раньше. - Омегам нужно больше отдыхать во время беременности. И никаких стрессов
Феликс улыбался ей, чувствуя ее искреннюю заботу
-Я стараюсь, госпожа Хван. Хенджин обо мне очень заботится
Это было своего рода негласное перемирие. Они не приняли их отношения полностью, но они приняли ребенка, и через ребенка они медленно, но верно, начинали принимать Феликса.
Хенджин видел это. Он понимал, что это не полная победа, но это был огромный шаг вперед. Его семья, пусть и с оговорками, начинала признавать его новую жизнь.
Подошел седьмой месяц. Живот Феликса стал очень большим, и он стал быстрее уставать. Хенджин настоял на том, чтобы Феликс взял отпуск по беременности и родам раньше. Он хотел, чтобы его Омега полностью сосредоточился на себе и малыше.
Офис, конечно, был шокирован этим решением. Секретарь генерального директора, Омега, уходит в декрет? Это было беспрецедентно. Но Хенджин не слушал никаких возражений. Он нанял временного помощника, и ясно дал понять всем, что Феликс - это его приоритет.
Детская комната была почти готова. Она была наполнена нежностью и предвкушением. Маленькая кроватка, мягкие игрушки, пеленальный столик, шкафчик с крошечной одеждой. Каждый предмет был выбран с любовью, и каждый напоминал им о чуде, которое они ждали. Феромоны Хенджина и Феликса, теперь более отчетливо пахнущие родительством, наполняли комнату, создавая идеальное гнездышко.
Они провели много времени, посещая курсы для будущих родителей. Хенджин был внимательным учеником, задавая вопросы, записывая все. Он хотел быть лучшим Альфой, лучшим отцом. Феликс, хоть и был Омегой, чувствовал себя увереннее, имея рядом такого поддерживающего Альфу.
Их отношения стали еще глубже, еще более нежными. Страсть уступила место глубокой, всеобъемлющей любви, основанной на взаимном уважении, доверии и общем ожидании. Они держались за руки, часто обнимались, и их взгляды были полны понимания и нежности.
Хенджин часто просыпался ночью, чтобы проверить Феликса, убедиться, что ему комфортно. Он вставал, чтобы принести ему воду, помочь ему повернуться, если ему было тяжело. Он был постоянно начеку, его Альфа-инстинкты работали на полную мощность.
-Я так сильно тебя люблю, Ликс- шептал Хенджин однажды ночью, обнимая Феликса сзади, нежно поглаживая его огромный живот. - И я так благодарен тебе за все это. За нашего малыша
-Я тоже тебя люблю, Хенджин- отвечал Феликс, прижимаясь к нему. - Я так счастлив. Я никогда не думал, что могу быть так счастлив
Начался девятый месяц. Беременность подходила к концу. Феликс стал тяжело дышать, каждый шаг давался ему с трудом. Он был огромным, но его глаза сияли от предвкушения. Феромоны Альфы-малыша, который вот-вот должен был появиться, были отчетливо слышны, смешиваясь с феромонами Феликса, создавая пьянящий, волнующий аромат.
Хенджин был на пределе. Он был взволнован, нервничал, но его главной целью было обеспечить комфорт и безопасность Феликса. Он взял отпуск с работы, отказавшись от всех деловых встреч, чтобы быть рядом с ним. Он был готов к любому сигналу.
-Ты чувствуешь, Ликс? - спрашивал Хенджин каждый день, нежно поглаживая живот Феликса. - Он уже совсем близко
Феликс улыбался.
-Да, Хенджин. Я чувствую. Он скоро будет с нами
Они снова и снова прокручивали в голове сценарий поездки в больницу, проверяли сумку, собирали вещи для малыша. Все было готово. Их сердца стучали в унисон, наполненные смесью страха, волнения и безграничной любви.
Родители Хенджина звонили каждый день, спрашивая о самочувствии Феликса. Их голоса были полны беспокойства и предвкушения. Теперь они уже не говорили о Юне. Их мир сузился до одного единственного фокуса - их будущего внука. Это было молчаливое, но важное признание их новой семьи.
Это случилось ночью. Посреди глубокого сна, Феликс резко вскрикнул.
-Хенджин! Кажется... Кажется, началось!
Хенджин мгновенно проснулся. Его феромоны Альфы тут же вспыхнули, излучая беспокойство и готовность действовать. Он подскочил с кровати, его сердце бешено колотилось.
-Что случилось, Ликс? Что ты чувствуешь? - спросил он, его голос был напряженным.
-Воды... и боль - Феликс сжал простыни, его лицо было искажено. Его феромоны, до этого тревожные, теперь кричали о боли и страхе.
Хенджин, несмотря на внутреннюю панику, действовал быстро и решительно. Он уже вызвал скорую помощь, которая должна была быть у них через считанные минуты. Он помог Феликсу встать, поддерживая его, чтобы он не упал.
-Все хорошо, Ликс - Хенджин обнимал его, его голос был успокаивающим, а феромоны излучали силу и поддержку. - Я рядом. Мы справимся. Наш малыш уже хочет к нам
Поездка в больницу была напряженной. Феликс терпел схватки, его лицо было бледным, но он держался мужественно. Хенджин крепко держал его за руку, не отпуская ни на мгновение, его феромоны постоянно обволакивали Феликса, пытаясь облегчить боль.
В родильной палате время словно остановилось. Часы тянулись бесконечно. Хенджин был рядом с Феликсом, не отходя ни на шаг. Он держал его за руку, вытирал пот с его лица, шептал слова поддержки и любви. Его Альфа-инстинкты кричали, заставляя его желать забрать всю боль Феликса на себя. Он был свидетелем его невероятной силы, его мужества, его стойкости.
-Ты сможешь, Ликс - шептал Хенджин, его голос был хриплым от эмоций. - Я знаю, ты сможешь. Ты самый сильный Омега, которого я когда-либо встречал. Ради нашего малыша
Феромоны Феликса, полные боли и напряжения, смешивались с феромонами Хенджина, излучающими поддержку и решимость. Это была битва, в которой они участвовали вместе.
И вот, после долгих часов борьбы, прозвучал крик.
Чистый, пронзительный, невероятный.
- Это мальчик! Поздравляю! - произнес врач.
Хенджин почувствовал, как слезы хлынули из его глаз. Он посмотрел на Феликса, его лицо было измождено, но на нем сияла невероятная, самая прекрасная улыбка, которую Хенджин когда-либо видел. В ее глазах была усталость, но и чистая, незамутненная радость.
Им на грудь положили крошечный, сморщенный комочек. Маленького Альфу. С темными волосиками и крошечными кулачками. Он был таким маленьким, таким хрупким, но таким настоящим. Его феромоны, еще слабые, но уже отчетливо Альфа, наполнили комнату.
Феликс тут же прижал малыша к себе, его глаза были полны слез и безграничной любви.
-Наш сын...- прошептал Феликс, его голос был полон нежности.
Хенджин наклонился, обнял их обоих, его феромоны Альфы смешались с феромонами его Омеги и их новорожденного сына, создавая самый прекрасный, самый полный аромат, который он когда-либо чувствовал. Это был запах семьи. Его семьи.
В этот момент, глядя на своего Омегу и своего сына, Хенджин понял, что все, через что они прошли - ложь, боль, развод, осуждение - все это стоило того. Он был невероятно счастлив.
Родители Хенджина приехали в больницу, как только узнали о рождении внука. Они вошли в палату, их лица были полны предвкушения и волнения. Их феромоны излучали тревогу и радость.
Когда они увидели малыша, лежащего на руках у Феликса, их лица изменились. Все их предубеждения, все их слова о «неправильном выборе» растворились, словно их и не было. Госпожа Хван подбежала к кровати, ее глаза были полны слез, когда она протянула руки к внуку.
-Мой внук...- прошептала она, ее голос дрожал. - Он такой маленький... такой чудесный