41. [Борьба за внимание].
____
Мальчики и девочки, с наступившим Новым годом вас! Пусть этот год принесет вам финансовую стабильность, крепкое здоровье, и побольше интересных историй (не только напечатанных)! =^_^=
____
Се Си и зевающий у него на руках щенок застыли на месте — очевидно, они оба ещё не успели осмыслить происходящее.
Бао Синмао, заметив, что Се Си молча смотрит на двух пушистиков, расплылся в ещё более довольной улыбке:
— Учитель, ну разве не мило? Скажи честно — разве не тянет потискать? Да и разве одной такой пушистой радости достаточно? Ты только представь: в левой руке один, в правой — второй, а третьего можно прижать к груди. Чем не жизнь, как у императора с тремя тысячами красавиц?
Се Си посмотрел на двух малышей в коробке — непонятно, где Бао Синмао их вообще раздобыл. Это были словно уменьшенные копии его щенка... конечно, с отличиями, но сейчас они, свернувшись клубочком, снежно-белые и пушистые, с торчащими ушками и большими чёрными глазёнками, глядели на него так, что... ну да, чертовски мило.
Се Си вздрогнул, приходя в себя, и, опустив взгляд, столкнулся с мрачным, пристально поднятым на него собачьим взглядом. В ушах всё ещё звучали слова Бао Синмао, и он замолчал:
нет, такого счастья ему не вынести.
Он быстро прикрыл ладонью острые ушки щенка.
Щенок посмотрел на Се Си, затем — на двух пушистиков, и мгновенно ощутил угрозу. Особенно его задел тот самый блеск в глазах Се Си — от этого внутри вспыхнуло странное, неприятное чувство. В итоге он резко махнул хвостом, вывернулся из рук, оттолкнулся от дверного косяка и в два прыжка скрылся в комнате.
Бао Синмао уже вытащил из коробки двух беленьких малышей и держал их на руках. Он с любопытством заглянул внутрь квартиры:
— Учитель, а что с твоим пёселем?
Се Си задумчиво потёр подбородок:
— Наверное... приревновал.
Но, глядя на двух щенков, его глаза вдруг загорелись ещё ярче — он явно не ожидал, что у его «сына» наконец появится чувство опасности.
Се Си перевёл взгляд на Бао Синмао, тихо кашлянул:
— Пойдём со мной.
Бао Синмао, прижимая к себе двух щенков, которые изо всех сил пытались вывернуться, поспешно последовал за ним.
Встав в углу, Бао Синмао снова поднёс малышей поближе:
— Учитель, потрогать хотите? Они послушные. Я специально выбрал самца и самку. Вырастут — если хорошо их сблизить, можно будет и в жёны, и в мужья вашему псу определить.
Он ведь не знал, мальчик у Се Си или девочка, вот и подстраховался. В глубине души он считал себя невероятно предусмотрительным.
Се Си посмотрел на него сложным взглядом:
— Господин Бао... если бы вы с таким усердием занимались чем-нибудь полезным...
Бао Синмао растерялся:
— Учитель?..
Он так и не понял, к чему это было.
Се Си снова кашлянул и уже серьёзно сказал:
— Я ценю вашу доброту, господин Бао. Эти малыши и правда очаровательны, но я собираюсь растить только одного. Других — не буду.
Не говоря уже о том, что его щенок — вовсе не обычная собака. Да и вообще, формально на нём всё ещё «висит» статус его жениха — и что это за история выйдет, если он начнёт подыскивать ему «детскую невесту»?
И к тому же...
Се Си мрачно уставился на двух пушистиков.
Если вдруг вырастут — и правда «собака на собаку глаз положит», втроём будут обниматься и спать, а он что, будет стоять рядом и просто смотреть?
Но использовать этих двоих, чтобы щенок немного приревновал, почувствовал угрозу и тем самым слегка поднял его собственный «семейный статус», всё-таки было нужно.
Хотя бы чтобы щенок понял:
дело вовсе не в том, что у него нет других пушистых, которых можно тискать.
Он просто отказался от всех остальных, чтобы подарить щенку эту единственную, эксклюзивную любовь.
А значит, долю всех остальных пушистиков щенок обязан будет вернуть... в двойном размере.
Бао Синмао так и застыл с растерянным видом:
— А?.. Почему? Учителю эти щенки не нравятся? Учитель, скажите, каких вы любите — я постараюсь найти! Вы так мне помогли, я правда хочу хоть что-то для вас сделать.
*(Сперва Бао хотел сблизиться и перейти на неформ.речь. Теперь же разговаривает на «Вы», потому что относится, как к Мастеру, уважительно, а Се Си придерживается соц.дистанции/ деловых отношений)
Се Си покачал головой:
— Не нужно. Господин Бао заплатил деньги, я помог изменить судьбу — расчёт окончен. Не стоит быть таким вежливым. А что до симпатии — они мне, конечно, нравятся. Всё-таки такие милые.
Он протянул руку и мягко почесал обоих под подбородком. Два щенка тут же задрали мордочки, закряхтели, а их маленькие хвостики так и замахали от радости.
Бао Синмао моргнул — теперь он понимал ещё меньше.
Се Си тихо кашлянул и с самым серьёзным видом принялся нести откровенную чушь:
— Просто вы не понимаете. Я однажды рассчитал свою судьбу... В этой жизни мне суждено растить только одну собаку.
Бао Синмао вдруг всё понял:
— Вот оно что! Я был слишком опрометчив. Тогда этих двоих... я заберу домой и сам буду растить?
Он и правда заранее был к этому готов: если учителю нужна только одна, оставшихся он с радостью возьмёт себе — уж слишком они были очаровательны.
У него дома уже была одна собака — держать ещё нескольких тоже не проблема.
Се Си покачал головой:
— Не спеши, чуть позже заберёшь.
Сказав это, он тихо добавил несколько слов. Глаза Бао Синмао раскрывались всё шире и шире — "так, значит, МОЖНО"?
Но... собаки разве бывают настолько умными? Они правда умеют бороться за внимание?
Се Си вскоре уже ввёл Бао Синмао вместе с двумя щенками в дом.
Щенок лежал в своём лежаке, лениво повернувшись спиной к Се Си. Лишь кончик хвоста слегка покачивался — явно мысли его были где-то далеко.
Се Си забрал двух малышей и усадил их на диван: дёрнул за ушко — восхитился, какие послушные; взял за лапку — поразился, какие смирные.
В конце концов, держа по щенку в каждой руке, он вздохнул:
— Вот бы все щенки были такими послушными.
Щенок не собирался обращать на него внимания...
Но если уж решил заводить других собак — ладно.
Но ещё и нарочно говорит это вслух, так, чтобы он услышал?!
Щенок медленно повернулся, приподнялся, острые ушки дёрнулись. Пышная шерсть в солнечном свете выглядела особенно тёплой и мягкой.
Он посмотрел на Се Си, затем — на двух малышей, после чего встретился с его явно виноватым, но воодушевлённым взглядом.
Слегка задрав подбородок, щенок тявкнул в сторону двух малышей.
Те тут же плюхнулись в ладонь Се Си от испуга, но всё равно продолжали украдкой поглядывать на щенка своими чёрными бусинками-глазами.
Щенок важно вышел из лежака, подошёл к другому краю дивана, прищурился, издал ленивое «у-у», а затем тихо и низко — ещё одно «гав».
Се Си:
- ??
Что он вообще делает?
Ответ стал ясен почти сразу: два щенка, которые секунду назад были паиньками, вдруг поднялись, неуверенно покачиваясь, и, тихо тявкая «уф-уф», направились к щенку.
Подойдя, один из них перевернулся, выставив пушистый животик, и тоненьким голоском тявкнул.
Со стороны это выглядело так, будто они... признают отца.
Се Си:
- ......
Бао Синмао тоже остолбенел:
— Чего?.. Разве мастер не хотел заставить свою собаку почувствовать угрозу, потискав других? Почему мне кажется, что всё вышло наоборот?
Щенок сидел, опираясь на одну лапу, лениво поднял другую и небрежно почесал двух малышей. Те тут же радостно тявкнули ещё тоньше.
А его взгляд был направлен на Се Си:
«Мои младшенькие. Хочешь погладить? Попроси меня — тогда дам.»
*(Младшенькие типа: как у банд - главарь говорит о младших членах, или как вожак стаи - о своих подчиненных младших)
Се Си:
- ......
Через десять минут Бао Синмао уже стоял за дверью, держа на руках своих двух щенков.
Всю дорогу он выглядел ошарашенным:
— М-мастер, это правда не моя вина! Я не знал, что ваша собака — главный босс!
Он опустил взгляд на двух малышей, которые всё ещё тянулись к двери, жалобно поскуливая — будто это он их обидел.
Се Си перегородил дверной проём и понизил голос:
— Господин Бао, эти двое ведь пришли бороться за внимание, да?
Причём не с кем-нибудь — а с ним.
Ещё немного — и щенок начнёт водить за собой младших, а на него и смотреть перестанет.
Бао Синмао был готов расплакаться:
— Мастер, я правда не знал, что так бывает...
Се Си захлопнул дверь:
— Ты купил собак — ты их и воспитывай.
Бао Синмао опустил голову и посмотрел на двух малышей, которые всё ещё отчаянно пытались вырваться и царапали дверь.
«Вот уж действительно — грех на душу...»
Сюрприз не удался, едва не превратился в крах.
Он как раз посадил двух щенков обратно в коробку у двери и понёс их домой, когда телефон вдруг звякнул.
Открыв уведомление, он увидел сообщение о переводе денег.
Причём на двести тысяч.
Бао Синмао:
- ???
Присмотревшись, он понял, что деньги перевёл отец. Почти одновременно пришло сообщение:
«По поводу тех талисманов — нужно ещё два.»
Под сообщением была фотография: две серьёзно разбитые машины. Одна из них выглядела очень знакомо — это была одна из машин из их семейного гаража.
Бао Синмао так перепугался, что сразу же набрал отца.
На том конце было очень шумно, и голос отца буквально доносился криком:
— Мы с мамой целы! Быстро иди и купи ещё два! Если бы не этот талисман, мы бы сейчас, как тот парень из семьи Цзян, уже в больнице лежали!
— Что?! — Бао Синмао побледнел. — Цзян Сун? Это опять он?!
С той стороны слышались чужие голоса, полный хаос:
— Потом расскажу, тут ещё дел полно. Я кладу трубку. Не забудь про талисманы!
Раздались короткие гудки. Лишь тогда Бао Синмао наконец выдохнул и, не медля ни секунды, снова постучал в дверь:
— Мастер! Мастер!
Се Си открыл дверь:
— Ты же вроде уже ушёл?
Бао Синмао тут же перевёл ему двести тысяч:
— Мастер, за двести тысяч сколько талисманов можно взять?
Се Си глянул на телефон, но деньги не принял:
— Десять тысяч за комплект, всё включено.
Он мельком посмотрел на лицо Бао Синмао — с ним всё было в порядке. Значит, талисман сработал, ничего серьёзного не случилось.
Раз Бао Синмао всё это время был у него, значит, неприятности произошли с родителями.
Се Си заранее заготовил много защитных талисманов. Он сходил внутрь, вернулся и протянул ему два мешочка:
— Вот, держи. Быстро возвращайся. Если снова превратятся в пепел — приходи.
Если каждый раз брать по сто тысяч, Бао Синмао, может, и не жалко, но ему самому было бы неловко их брать.
Бао Синмао был так тронут, что чуть не ляпнул, что готов отдать двух щенков в подарок. К счастью, он краем глаза заметил пса, который сидел на диване за спиной Се Си и мрачно смотрел на него. Бао Синмао вздрогнул, быстро убрал талисманы и, прижимая щенков, дал дёру.
Се Си тут же повернулся и улыбнулся щенку, который всё ещё его игнорировал:
— Ну что, малыш, видишь — все ушли. Я же не из тех, кто легко увлекается новым, правда? Мне одного тебя более чем достаточно. Уже почти обед... Может, сделаем креветки с чесноком, свиные рёбрышки в кисло-сладком соусе, острую жареную курицу...
Он перечислял блюдо за блюдом.
Щенок посмотрел на часы — было всего чуть больше девяти утра — и сделал вид, что ничего не понял, тихо тявкнув.
Когда Се Си отвернулся, щенок, который до этого держался невозмутимо, наконец не выдержал: радостно замахал хвостом, а в его собачьих глазах плескалось удовольствие.
А тем временем Бао Синмао, добравшись на место, наконец узнал, что именно произошло.
Цзян Сун, похоже, ещё вчера подстроил ловушку Бао Синмао, но так и не дождался новостей о том, что с семьёй Бао что-то случилось. Прождав всю ночь, утром он просто сел в машину и стал караулить у дома Бао, чтобы посмотреть, что происходит...
В итоге из-за того, что Бао Синмао вышел из дома рано, а его машину как раз отдали в ремонт, он просто поехал на попутке.
Цзян Сун, приехавший к дому Бао, увидел лишь, как папа Бао и мама Бао вместе отправляются на работу. Когда их машина проезжала мимо, он заметил, как Бао мать вытирает пот со лба мужа. Вид этой супружеской нежности снова больно уколол Цзян Суна. В итоге он плюнул на Бао Синмао и просто поехал следом за родителями.
Две машины ехали одна за другой. Чем дольше Цзян Сун думал, тем сильнее злился. На одном из перекрёстков, когда они остановились на светофоре, он заметил впереди крупногабаритный грузовик, который собирался проехать перед машиной родителей Бао. В этот момент Цзян Сун резко нажал на газ и на полном ходу врезался в их автомобиль.
По его первоначальному расчёту, удар должен был вытолкнуть машину Бао прямо на перекрёсток, грузовик не успел бы затормозить и врезался бы в неё. А он сам потом просто сказал бы, что занервничал и перепутал педали газа и тормоза.
Но странность была в том, что, хотя грузовик уже ехал прямо и был совсем близко, а из-за высоты его не так легко заметить, —он вдруг резко вывернул руль. Цзян Сун же, пытаясь вытолкнуть машину Бао вперёд, проехал следом.
*(«не так легко заметить» имеется в виду из за зоны обзора кабины грузовика не видно легковушку внизу)
В результате грузовик, сместившись, врезался сразу в обе машины, разбив их почти в хлам.
Но самое удивительное — машина Бао отца и Бао матери выглядела сильно повреждённой, однако когда приехала полиция, выяснилось, что они совсем не пострадали, отделавшись лишь испугом.
А вот Цзян Суну не повезло: он был без сознания, с разбитой головой, и его увезла скорая.
Когда Бао отец и Бао мать немного пришли в себя, они вспомнили, что в момент сильного удара сзади у них вдруг стало горячо на груди. Они нащупали в одежде мешочек.
Переглянувшись и вспомнив, как во время аварии он странно нагрелся, они, хоть и считали это невероятным, всё же открыли его — внутри оказалась лишь горстка пепла.
Они хорошо помнили, что когда сын только подарил им этот мешочек, они из любопытства заглянули внутрь — там действительно был бумажный талисман.
Супруги снова переглянулись и поняли: именно этот мешочек спас им жизнь. Они тут же написали сыну сообщение, чтобы он срочно купил ещё два защитных талисмана.
Когда Бао Синмао приехал, его родителей уже увезли в участок для дачи показаний. Записи с камер подтвердили, что их вины в аварии не было.
Бао Синмао, стиснув зубы, сказал:
— Это не несчастный случай. Это было намеренно. Цзян Сун — тот, кто ехал сзади, — он сделал это специально. Вчера он уже подстроил поломку тормозов в моей машине, я едва не погиб. А сегодня он врезался в машину моих родителей. Это уже покушение на убийство.
— Что?! — Бао отец и Бао мать были потрясены. Они знали лишь, что накануне он подрался с кем-то из-за мелкого артиста, но о таком даже не догадывались.
Бао Синмао раньше молчал, понимая, что без доказательств говорить бессмысленно, но теперь не выдержал. Цзян Сун явно болен, а раз так, пусть его лучше сразу запрут в психбольнице, чтобы он больше никого не калечил.
Однако доказательств пока не было. Тем не менее, после заявления Бао Синмао дело взяли на контроль — просто расследованию требовалось время.
Когда трое из семьи Бао вышли из участка, все ещё пребывая в шоке, Бао отец не удержался и хлопнул сына по плечу:
— Сынок, в этот раз ты наконец не зря потратил деньги — купил действительно полезную вещь.
Бао Синмао дёрнул уголком рта:
— Пап, это ты сейчас так сына поддержал? А до этого ты же в душе думал, что меня просто развели, да?
Бао отец неловко кашлянул:
— Да ты обычно сам слишком бесшабашный. Стоит какому-нибудь мелкому артисту тебя чуть-чуть уболтать — ты уже всё покупаешь без разбору. Тебя разве мало раз обманывали?
Он помолчал и добавил:
— Кстати, что это за мастер такой сильный? Надо бы как-нибудь пригласить его к нам, пусть посмотрит фэншуй в доме.
Они-то думали, что история с семьёй Цзян уже давно в прошлом и не стоит к ней возвращаться. Но если Цзян Сун действительно вынашивал мысли об убийстве, так это дело нельзя просто так оставить.
Бао Синмао снова кашлянул:
— Вы этого мастера знаете.
Бао отец и Бао мать удивлённо переглянулись:
— Знаем? Мы? Как это — знаем?
Бао Синмао ответил:
— Это Се Си. Старший сын семьи Се, который недавно разорвал отношения с Се Цзиньжуном.
Бао отец и Бао мать:
— ???
Дядя Цзянь в последние дни был по уши в делах. Компания только что открылась, дел было море, плюс недавно вскрылись его старые истории, из-за чего поднялся шум. Предыдущую фирму, находившуюся в центре города, пришлось срочно переносить в другое место.
К этому добавились набор сотрудников, поиск менеджеров, ассистентов — никто толком ещё не был укомплектован. Поэтому дядя Цзянь возвращался домой всё позже и позже.
Но даже так он позаботился о том, чтобы рабочие планы Се Си были выстроены чётко.
Пока не нашли надёжного и проверенного агента и ассистента, дядя Цзянь в срочном порядке «прокачивал» Тянь Цзянуо, временно поставив его на замену.
Когда появится подходящий агент, Тянь Цзянуо отойдёт в сторону.
Теперь Тянь Цзянуо отвечал за внешние контакты. Он принёс Се Си список ближайших дел:
— От режиссёра Чжоу уже пришли даты. Примерка — через десять дней, заезд в группу — через полмесяца.
Реклама парфюма W выйдет только через месяц, зато уже послезавтра в восемь вечера по ТВ начнёт выходить «Шоу о жизни», сначала покажут пилотную серию... Сейчас до начала съёмок есть примерно полмесяца свободного времени. Господин Се, вы хотите отдохнуть или взять какие-нибудь мероприятия или короткие шоу? Я могу заняться переговорами.
*(заезд на съемки/ в группу - перед началом съёмочного периода/ организационные моменты: грим, примерки, брифинг)
Изначально дядя Цзянь не хотел перегружать Се Си и надеялся, что перед съёмками тот хорошенько отдохнёт.
Но он уважал мнение Се Си, поэтому и попросил Тянь Цзянуо сначала узнать его решение, а потом уже всё грамотно распланировать.
Сам Се Си больше склонялся к тому, чтобы зарабатывать деньги — всё-таки у него теперь есть «детёныш», которого нужно кормить.
Он уже собирался ответить, как зазвонил телефон. Посмотрев на экран, он увидел, что звонит режиссёр Хоу.
Се Си взял трубку. Хоу-дао напомнил о выходе пилотной серии послезавтра и попросил тогда же выложить пост в Weibo — с этим у Се Си проблем не было.
Затем Хоу-дао слегка прокашлялся и осторожно продолжил:
— Тут такое дело... У меня есть старый друг, он снимает кулинарное шоу. В каждом выпуске приглашают несколько гостей соревноваться между собой — это такой ход для создания образов и привлечения внимания. Шоу получает популярность, гости — трафик и яркий имидж. В каждом выпуске ещё есть несколько судей, которые пробуют блюда и дают оценки. Я слышал от Лао Чжоу, что вы только через полмесяца заезжаете в группу, поэтому хотел спросить: не было бы у вас интереса... поучаствовать в этом шоу в качестве гастрономического судьи? Всего на три дня.
Режиссер Хоу просто не выдержал уговоров друга. Шоу выходило уже несколько сезонов: гостей вроде бы приглашали известных, но тех, кто действительно умел готовить, было немного, а тех, кто готовил вкусно, ещё меньше.
Поэтому за несколько отснятых выпусков рейтинги заметно просели. И тут как раз они увидели у режиссёра Хоу то самое взорвавшееся лайв-реалити — особенно сцены, где Се Си готовит. Блюда выглядели настолько аппетитно — цвет, аромат, подача, что у зрителей буквально текли слюнки даже через экран.
Старый друг режиссёра сразу загорелся идеей и несколько дней подряд названивал Хоу-дао, прося узнать, не согласится ли Се Си.
Если бы это было раньше, Хоу-дао просто бы спросил. Но после того как всплыла история с дядей Се Си, он узнал, что Се Си на самом деле — старший сын семьи Се.
Одного только наследства, оставленного матерью Цзянь, ему хватило бы на безбедную жизнь, а теперь у него ещё и собственная развлекательная компания дяди Цзяня.
Хотя формально Се Си и подписан на эту компанию, по сути он всё равно настоящий «молодой господин».
Поэтому Хоу-дао не был уверен, заинтересуется ли Се Си не слишком популярным кулинарным шоу его друга, но всё же, скрепя сердце, решил спросить.
А Се Си как раз ломал голову, чем бы заняться и подзаработать до начала съёмок, так что предложение оказалось как нельзя кстати:
— Без проблем. До заезда в группу у меня нет никаких планов, я как раз переживал, чем заняться.
Хоу-дао решил, что тот шутит:
— Если господин Се согласен, тогда я скажу им, чтобы они с вами связались?
Се Си был не против. Повесив трубку, он посмотрел на Тянь Цзянуо:
— Работа нашлась.
И тут же притянул к себе щенка и с удовольствием его потискал:
— Малыш точно мой маленький талисман удачи. Стоит задуматься о работе — и она сразу появляется.
Тянь Цзянуо озадаченно посмотрел на него:
«Это вообще как связано?»
Малыш, которого бесцеремонно тискали за лапки, поднял глаза и, увидев ошарашенное лицо Тянь Цзянуо, мысленно фыркнул:
«Никак не связано. Он просто ищет повод лишний раз потрогать.»
По телефону режиссер Хоу говорил так неуверенно, что Се Си сначала решил, будто это малобюджетное и совсем не популярное шоу. Но когда с ним связалась съёмочная группа, Тянь Цзянуо полез искать информацию — и остолбенел.
Шоу, о котором говорил режиссер Хоу, называлось «Одна ложка решает исход».
Каждый выпуск длится три дня. Каждый день участвуют шесть гостей, соревнующихся в приготовлении блюд.
В каждом выпуске:
-4 постоянных судьи
-1 таинственный приглашённый судья
Каждый день выбирают лучшего «мастера сковороды». Призы щедрые: помимо денежной награды, есть ещё и таинственный суперприз.
Этот приз устроен примерно так же, как и в шоу режиссера Хоу: иногда это рекламный контракт, иногда — приглашение в другое популярное шоу.
Сама программа — ответвление от «Шоу о жизни», так что предлагаемые контракты и приглашения пусть и уступают по уровню тем, что даёт команда режиссера Хоу, но всё равно считаются весьма неплохими.
Из-за такого «бонуса» каждый выпуск привлекал немало артистов, желающих попасть на шоу.
Однако у программы было строгое требование: участники должны уметь готовить и делать это действительно хорошо.
В начале шоу и правда пользовалось большим успехом, но со временем подходящих гостей становилось всё меньше, и интерес зрителей начал падать.
С гостями стало трудно — тогда команда решила сделать ставку на судей. Приглашали очень сильных специалистов из гастрономического круга, но судьи менялись от выпуска к выпуску.
В первом сезоне ради эффекта новизны позвали настоящих «тяжеловесов», позже уровень оставался неплохим, но уже не таким впечатляющим. Со временем у зрителей появилась усталость.
После этого продюсеры решили делать упор на таинственного приглашённого судью.
Так как этот судья не обязан быть профессионалом из кулинарной сферы, можно было приглашать популярных актёров, айдолов или даже киноимператоров и киноимператриц, чтобы тянуть рейтинги.
Хотя текущий «статус» Се Си ещё не слишком высок, его выступление в недавнем реалити-шоу было одним из самых ярких. Руководство программы тут же уловило возможность и буквально вцепилось в режиссера Хоу, умоляя свести их с Се Си.
После обсуждений Се Си согласился.
Съёмки начинаются послезавтра, а уже завтра вечером ему нужно выехать в город A, где съёмочная группа забронировала для него отель.
Поскольку он выступает в роли таинственного приглашённого судьи, на данный момент он не будет жить вместе ни с программной группой, ни с остальными четырьмя судьями.
Тянь Цзянуо по-прежнему временно исполняет обязанности менеджера и ассистента Се Си.
Перед отъездом Се Си в город A дядя Цзянь привёз целый ящик дорогой одежды — всё люксовые бренды, и ни один бренд не повторялся.
Се Си не ожидал, что при такой занятости у дяди ещё найдётся время подбирать ему вещи:
— Дядя, раньше я и так обходился, правда, не нужно было покупать столько всего.
Тем более что сам дядя Цзянь носил простой костюм — всё тот же, что и раньше.
Дядя Цзянь похлопал его по плечу:
— Раньше было раньше. Теперь у тебя есть дядя — значит, и жить нужно по-другому.
К тому же он пропустил столько лет из жизни племянника. Теперь, когда он наконец рядом, хотелось хоть немного восполнить упущенное.
А одежда — всего лишь мелочь.
Тем более теперь Сяо Си — артист. Раньше он об этом не знал, но теперь, раз уж знает, должен дать ему самое лучшее.
Се Си, держа на руках щенка, почувствуя сложные эмоции. В итоге он просто сказал:
— Я понял, дядя.
Дядя Цзянь не удержался и обнял его за плечи, в голосе звучала лёгкая неохота расставаться:
— Возвращайся пораньше.
Се Си сжал лапку малыша и помахал рукой:
— До свидания, дядя.
Сев в машину, он обернулся и увидел, что дядя всё ещё стоит на месте. В груди появилось тёплое чувство — трудно было описать словами.
Сначала он лишь хотел «от имени прежнего владельца тела» как-то компенсировать дяде утраченные годы, но сейчас ясно осознал: он действительно начал считать его настоящим родственником.
Шоу «Одна ложка решает исход»— это проект, выделившийся из того же эфирного телеканала. Изначально его делали с прицелом на интернет, поэтому основной формат — прямые трансляции.
К тому же ради честности и прозрачности, чтобы зрители сразу видели результаты, каждый выпуск выходит в формате стрима.
Хотя за последние пару выпусков популярность снизилась, в целом аудитория у программы всё ещё немалая.
Постоянные зрители, как обычно, ровно в восемь утра уже ждали начала трансляции.
Комментарии в чате:
【Интересно, кого в этот раз пригласят в участники. Если честно, артистов, которые реально умеют готовить, уже почти не осталось.】
【Мне больше любопытно, кто будет таинственным судьёй. В прошлый раз пригласили легендарную актрису Чай Сюэчжэнь — это было неожиданно. Богиня остаётся элегантной и красивой даже в возрасте, а её кулинарные навыки вообще поразили.】
【Но участникам в этот раз, похоже, придётся туго.】
【Почему? Ты что-то знаешь?】
【В этот раз среди судей есть Дяо Сунбо — мастер Дяо, знаменитый в гастрономическом кругу «ядовитый язык». У него ещё прозвище «золотой язык»: если блюдо невкусное, он точно не станет говорить приятные слова.】
【Да ладно?! В прошлых выпусках таких мастодонтов даже пригласить не могли — похоже, в этот раз у программы реально размах.】
【Да-да, хоть он и ядовитый, но его комментарии всегда по делу.】
Ровно в восемь утра прямой эфир «Одна ложка решает исход» стартовал вовремя.
В кадре появилась студия. Она была большой, круглой формы. Ближе всего к камере стоял стол и пять кресел.
Четыре — для постоянных гастрономических судей, а последнее, золотое — для приглашённого таинственного судьи.
Перед ними располагалась просторная площадка, а в глубине — шесть отдельных зон, полностью оборудованных под кухни.
Чтобы камерам было удобно снимать, кроме боковых перегородок, всё пространство было открытым и обращённым прямо к объективам.
Ведущий вышел в центр площадки и с улыбкой обратился к зрителям:
— Новый выпуск «Одна ложка решает исход» снова с вами. Без лишних слов давайте посмотрим, кто же шесть участников сегодняшнего первого дня.
Очень скоро шесть конкурсантов по очереди вышли на сцену в масках.
Когда первый участник снял маску, чат взорвался удивлением.
【Серьёзно?! Это У Ци? Она же считается молодой звездой, разве она когда-нибудь говорила, что умеет готовить?】
【Она ведь совсем недавно ходила на кастинг к режиссёру Чжоу на роль главной героини, но проиграла Тань Цзяцзя.】
【Ну Тань Цзяцзя — лауреатка, тут без шансов. Кстати, слышал, что Сюй Маньси недавно попала в аварию в студии звукозаписи? Что-то давно нет новостей.】
【Правда? Я вообще ничего такого не слышал.】
【Говорят, вместе с ней там была и Тань Цзяцзя. Почему же с Тань Цзяцзя ничего не случилось?】
【Что ты несёшь? Обязательно, чтобы обе пострадали, чтобы тебе спокойно стало?】
【Я просто спросил, чего ты взорвался? Ты фанат Тань Цзяцзя, что ли, раз так защищаешь? Совесть нечиста?】
Зрители мгновенно переругались, но когда второй участник снял маску, внимание переключилось — потому что никто не ожидал увидеть Сан Юнъаня, бывшего популярного киноимператора. Ему было около пятидесяти, и он уже много лет не снимался.
【Что происходит?! Сан Юнъань в кулинарном шоу?】
【Да он же сто лет не появлялся в кино.】
【Неужели хочет вернуться в индустрию?】
Следующие трое участников были актёрами третьего эшелона или вообще шестого–седьмого — не суперпопулярные, но лица знакомые.
【Остался последний, шестой. Судя по фигуре, он высокий и сложён как модель.】
【Ха-ха, интересно, кто это.】
Но когда последний участник снял маску, чат на секунду замер, а фанаты буквально взорвались от радости.
【Да ну?! Брат Тин ещё и готовить умеет? Вот это скрытый талант!】
【Эмм... шутите? Совсем недавно Янь Вэньтин участвовал в одном шоу и вообще не умел готовить. И вдруг умеет? Смешно.】
【А что, человеку нельзя было за это время научиться? Программа же требует уметь готовить, а не быть шеф-поваром. Сейчас в конкурсе и увидим, умеет он или нет.】
【Ну да, если чьи-то фанаты готовы так за уши тянуть аргументы, тут уж ничего не поделаешь.】
В режиссёрской аппаратной режиссёр Тан изначально спокойно наблюдал за трансляцией с камер. Но как только он увидел Янь Вэньтина, он резко выпрямился, недоверчиво уставился в экран — лицо мгновенно позеленело от злости.
— Где помощник режиссёра?! Где он вообще?!
Помощник тут же подбежал трусцой:
— Режиссёр, что случилось? Есть какая-то проблема?
Режиссёр Тан ткнул пальцем в монитор, голос у него дрожал от гнева:
— Что это вообще такое?! Я прекрасно помню, что шестым участником точно не был Янь Вэньтин. Откуда он здесь взялся?!
Помощник не понимал, почему режиссёр так взбесился:
— Это инвесторы временно заменили участника. Предыдущий сам согласился уйти. Я подумал, что Янь Вэньтин— всё-таки киноимператор, и по трафику, и по фанатам он неплох, так что проблем быть не должно. Если вы переживаете, что он не умеет готовить — можно не волноваться, говорят, он срочно подтянулся, жарить умеет. Пусть и не особо вкусно, но он и не собирается брать первое место, просто пришёл засветиться.
Режиссёр Тан так разозлился, что едва не ткнул пальцем помощнику в лоб. Он не ожидал, что, доверив подбор гостей помощнику хотя бы один раз, получит такую проблему.
Но это был прямой эфир — заменить участника уже невозможно, даже если срочно искать замену.
И главное... как так получилось, что всё сошлось именно так?
А ведь ещё вопрос, что теперь подумает Учитель Се — наверняка решит, что это сделано намеренно!
Режиссёр Тан стиснул зубы и замолчал. Помощник же стоял ни жив ни мёртв, не понимая, в чём именно он провинился — он ведь думал только о рейтингах шоу.
Но очень скоро он понял, почему режиссёр так взбесился.
После представления участников ведущий начал знакомить зрителей с судьями. Четыре постоянных члена жюри — все известные в гастрономических кругах критики. И среди них действительно оказался легендарный ядовитый Мастер Дяо.
Когда осталось представить последнего, приглашённого таинственного судью, ведущий с улыбкой сказал:
— Честно говоря, до сих пор я сам не знаю, кто наш сегодняшний таинственный судья. Если точнее — кроме режиссёра, об этом не знает вообще никто из команды. Итак, давайте поприветствуем специального судью этого выпуска — господина X!
Взгляды зрителей устремились к проходу. Двери открылись, и таинственный судья вышел на свет.
Когда прожектор осветил его лицо — лицо, словно созданное небом, — все застыли.
Помощник режиссёра, увидев стоящего в проходе Се Си, остолбенел:
— ??..
Он резко втянул воздух и в панике отступил на два шага назад, побледнев:
— Ре... режиссёр, я правда не знал... это... это же...
...неужели просто совпадение?
Откуда ему было знать, что режиссёр пригласит Се Си, который в последнее время на пике обсуждений в сети — старшего сына семьи Се?
Теперь понятно, почему режиссёр был в ярости.
Ведь ранее Янь Вэньтин и Се Си уже поссорились из-за фальшивого «подставного ДТП», а потом окончательно разругались на фоне дела Се Дунъюя.
А теперь — один участник, другой судья.
Со стороны это выглядит так, будто программа специально всё подстроила.
Комментарии в чате взорвались:
【？？？Да вы издеваетесь... программа просто без тормозов, реально осмелились!】
【666, чёрт, я в тот момент даже не знал, куда смотреть. Но я уверен: Янь Вэньтин сейчас просто в бешенстве, xswl. В прошлый раз вы оба были участниками, а теперь — я всё ещё участник, а ты уже судья! ХАХАХА!】
【Не понимаю, зачем Янь Вэньтин — целый киноимператор — вообще попёрся в кулинарное шоу. О чём он думал? И ещё умудрился нарваться на бывшего прямо в жюри!】
【Жесть... но программа-то правда не специально это устроила?】
【Да сто процентов специально. Мы могли не знать, а программа что — не знала, кто у них участники и судьи?】
【Не факт. Ведущий же сказал, что про таинственного судью заранее никто не знал.】
В тот момент, когда Янь Вэньтин увидел Се Си, его лицо позеленело.
Но уже в следующую секунду, вспомнив о нынешнем состоянии Се Си, он невольно ощутил, как мысли уносятся совсем в другую сторону.
Причина, по которой он пришёл в это кулинарное шоу, была предельно простой — у него закончились деньги.
После того как Се Дунъюй из-за прежних дел всё запорол и был избит Се Цзиньжуном, госпожа Се, к тому же, из-за шумихи в интернете потеряла лицо и наговорила Се Цзиньжуну немало болезненных слов.
В ярости тот не только запретил Се Дунъюю появляться в Корпорации Се, но и временно заблокировал его банковские карты, приказав сидеть дома и «раскаиваться».
Се Дунъюю дома было всё равно.
А вот Янь Вэньтину — нет.
Та семья оказалась настоящими вымогателями: получив деньги, которые он только что перевёл, они не остановились и потребовали ещё пятьсот тысяч.
Все сбережения Янь Вэньтина ушли на затыкание этой финансовой дыры — откуда у него могли взяться ещё деньги?
*(семья пострадавшего в аварии, кот. сбил брат Янь Вэньтина)
Он заставил Се Дунъюя искать выход, и в итоге тот смог выбить для него лишь это единственное появление на экране.
Съёмки длились три дня, но поскольку Янь Вэньтин — новый киноимператор, гонорар был немалый и позволял временно решить его насущные проблемы.
Поэтому он и согласился.
Но он не ожидал, что так «удачно» столкнётся с Се Си.
Сначала, увидев, что таинственным судьёй оказался Се Си, Янь Вэньтин почувствовал унижение.
Он с таким трудом добрался до титула киноимператора — и теперь его будет оценивать какой-то бывший «восемнадцатилинейный» актёришка?
Но, подумав, он понял, что Се Си уже давно не «восемнадцатая линия».
Более того, от Се Дунъюя он знал, что Се Си получил наследство, оставленное ему матерью Цзянь: несколько компаний и немало недвижимости.
Хотя Се Дунъюй утверждал, что Се Си передал всё это Цзянь Цзунъяню, Янь Вэньтин в это не верил.
Такие деньги — да кто от них добровольно откажется? Наверняка это просто слова для публики, а на деле компании и деньги всё равно принадлежат Се Си. Все эти слухи — не более чем прикрытие.
И в глазах Янь Вэньтина Се Си вновь превратился в золотую жилу.
Се Си, увидев Янь Вэньтина, тоже был удивлён, но быстро понял причину его появления — деньги закончились, не иначе.
Раз уж тот сам попался ему в руки, то нечего жаловаться — пощады не будет.
Янь Вэньтин был так уверен в себе по двум причинам.
Во-первых, ему действительно срочно нужны были деньги, а из всего доступного именно это шоу позволяло быстрее всего их получить.
Во-вторых, феноменальный кулинарный прогресс Се Си за полгода придал ему ложную уверенность.
Если Се Си смог за полгода достичь такого уровня, то он, потренировавшись дней десять, тоже сможет — пусть не шедевр, но хотя бы на уровне.
Реальность оказалась куда жёстче.
Готовка давалась крайне тяжело, и хотя вкус был посредственный, блюдо хотя бы выглядело съедобным.
Вскоре Се Си занял место в жюри, и начался первый раунд кулинарного состязания.
Каждый участник готовил своё коронное блюдо.
Пять судей дегустировали и давали оценки, выбирая лучшего из шести.
Всего было три раунда, и по сумме баллов определялся победитель дня.
Камеры прямого эфира переключились на шесть кухонных зон, полностью показывая происходящее у каждого участника.
【А эта У Ци ничего такая — с виду тихая, скромная девчонка, а одной рукой железную сковороду подкидывает. Видно, что реально умеет.】
【Киноимператор Сан тоже хорош. Ему уже под пятьдесят, а движения такие шустрые. Эх... когда-то он столько лет экран собой украшал, жаль, что потом почти не снимался.】
【Говорят, он вернулся из-за болезни жены... (шёпотом)】
【Правда? Если так, то он реально хороший мужик.】
【А Янь Вэньтин вообще что творит? Он морковь так режет, будто нож первый раз в жизни держит.】
【Он что... собирается делать яичную жареную рисовую кашу?】
【Мне кажется, ты только что попал в точку.】
Вскоре все шесть участников закончили готовить по одному блюду.
Кроме У Ци и киноимператора Сана, которые показали себя получше, остальные трое были не слишком уверены, но всё же смогли что-то пожарить — пусть и суетливо.
Последним остался Янь Вэньтин. Он в панике выключил плиту.
Не говоря уже о вкусе — само блюдо хотя бы выглядело более-менее прилично. По крайней мере, рис не подгорел.
Сотрудники программы быстро разложили шесть блюд по небольшим тарелкам, каждое — на пять порций, пронумеровали и расставили перед пятью судьями.
Се Си посмотрел на шесть порций перед собой и взял палочки.
Блюда У Ци и Сан Юнъаня были вполне съедобными.
У остальных троих — так себе.
А у Янь Вэньтина... это уже было за гранью слов.
Когда судьи дегустировали, внезапно стало видно, как старик Дяо, попробовав что-то, резко вытаращил глаза и швырнул палочки, лицо его позеленело от злости.
Камера тут же поспешно отвела кадр в сторону, но момент всё равно успели поймать.
【ХАХАХА, чёрт, да насколько же это должно быть невкусно?! Старик так разозлился, что прямо в эфире палочки бросил. Камера, конечно, убежала, но я видел — это было блюдо номера 6!】
【Всё, капец. Если мастер Дяо сейчас будет комментировать блюдо киноимператора Яня, он же может просто встать и уйти.】
Однако зрителей ждало разочарование.
Поскольку ни одно блюдо не дотягивало до уровня «действительно вкусно», мастер Дяо, помня, что идёт прямой эфир, вообще отказался от комментариев, просто взяв самоотвод.
Очевидно, выбирать лучшего было особо не из кого.
Увидев, как Дяо Сунбо швырнул палочки, Янь Вэньтин тоже напрягся.
Он пришёл сюда ради денег, но если бы Дяо Сунбо разнёс его блюдо в пух и прах, лицо было бы потеряно окончательно.
Теперь же, когда тот отказался от оценки, Янь Вэньтин наконец-то выдохнул.
Вот только — слишком рано.
Вскоре ведущий по регламенту начал вызывать судей для комментариев.
Первые трое оценили лишь тех участников, чьи блюда сочли съедобными.
Один судья отдал голос У Ци.
Двое — Сан Юнъаню.
Затем очередь дошла до Се Си.
Он поднял табличку — и тоже отдал голос Сан Юнъаню.
После комментария в адрес Сан Юнъаня Се Си внезапно сменил тон и снова заговорил:
— Раз уж я сюда пришёл, то, пожалуй... прокомментирую и остальных участников тоже.