2. [Бывший жених?].
Настроение у Се Си было неплохим — нужные слова он всё-таки вытянул.
Прежний хозяин этого тела и Янь Вэньтин были одноклассниками ещё со школы. Янь Вэньтин вырос в бедной семье, и после выпуска именно он признался Се Си в чувствах — так они и начали встречаться.
Позже, ради Янь Вэньтина, Се Си рассорился с родными, а во время учёбы в университете работал на нескольких подработках, тратя всё до последней копейки на него. В конце концов он без раздумий шагнул вместе с ним в индустрию развлечений.
И в итоге остался ни с чем.
В тот день, когда Янь Вэньтин добился успеха и прославился, он разорвал с ним отношения.
Если бы это было обычное расставание, всё не закончилось бы так трагично. Но, чтобы не выглядеть корыстным, Янь Вэньтин начал отдаляться заранее — за целый год до разрыва. К тому же тогда у Се Си ещё сохранялась детская округлость лица, и Янь Вэньтин постоянно язвил, называя его толстым.
После разрыва с семьёй у Се Си остался лишь Янь Вэньтин. Все, что тот говорил — становилось истиной. Услышав насмешки, Се Си поверил, начал худеть — и перегнул палку, подорвав здоровье.
И именно в этот момент Янь Вэньтин предложил расстаться.
Под двойным ударом — физическим и психологическим — прежний Се Си и заработал анорексию, доведя себя до нынешнего состояния.
По этой причине он больше всего на свете не хотел после расставания иметь с Янь Вэньтином хоть какие-то дела.
Но Лю Фэн, стремясь раскрутить его через скандал, всё же публично «признался» Янь Вэньтину от его имени в Weibo.
Текст написал сам Лю Фэн, не поставив Се Си в известность. Когда тот узнал — сплетни уже захлестнули сеть и вылезли в тренды.
Янь Вэньтин же открыто всё отрицал и даже заявил, что некоторым актёрам стоит «остепениться и сосредоточиться на актёрском мастерстве».
В итоге Се Си подвергся насмешкам и травле со стороны фанатов Янь Вэньтина: его называли бесстыдным, липнущим не по чину, «жабой, мечтающей съесть лебедя».
За короткое время его имя оказалось полностью запятнано.
Под этим давлением болезнь лишь усугубилась: он долгое время не мог нормально есть, а в день съёмок, увидев поток оскорбительных комментариев в прямом эфире, не выдержал — сердце не справилось.
Ни Лю Фэна, ни Янь Вэньтина Се Си прощать не собирался. Но первым делом нужно было разорвать контракт.
— Я хочу расторгнуть договор, — прямо сказал он.
Лю Фэн рассмеялся от злости:
— Расторгнуть? Да ты серьёзно? - он всё это и затеял ради разрыва, просто не думал, что тот осмелится заговорить об этом первым. — Хочешь уйти — плати неустойку.
Се Си лишь улыбнулся:
— Правда? А я, кажется, помню, что до окончания контракта осталось меньше месяца.
— Да хоть один день — платить всё равно придётся. — Лю Фэн прищурился. — И ты вообще в состоянии заплатить?
В душе он уже решил: тянуть нельзя. Завтра же нужно отправить Се Си к продюсеру Ли. Пока контракт действует хоть день — актёр обязан подчиняться.
Если придётся — угрозами заставит.
Но Се Си неспешно достал телефон и нажал кнопку:
— Заплатить я не могу. Но, может, сначала послушаешь вот это?
В тот же миг из динамика зазвучал их недавний разговор.
Лицо Лю Фэна помрачнело — за годы он «воспитывал соколов», но в итоге сам оказался с выклеванными глазами.
— Ну и что? Запись? — он попытался взять себя в руки. — Скажу, что кто-то подделал мой голос. Кто тебе поверит?
— Верно. Запись — это слабовато. — Се Си приподнял телефон. — А как насчёт видео?
Экран засветился.
Лю Фэн побледнел и бросился к нему:
— Когда ты успел это записать?!
Он всё время видел: Се Си лежал на сидении, руки его были пустыми. Как он мог снять видео?
Се Си перехватил его запястье. Рука его была тонкой, пугающе худой — но хватка оказалась стальной. Как Лю Фэн ни дёргался, вырваться он не смог.
Се Си смотрел на него холодно. Другим такое было бы не под силу — но не ему.
На нём висела свободная рубашка: спрятать телефон не составляло труда. К тому же его ментальная сила позволяла управлять предметами на расстоянии — включить запись не требовало рук.
Лю Фэн наконец понял, что дело плохо, и перестал вырываться. Се Си отпустил его.
Агент опустил взгляд: на запястье проступал тёмный синяк — жуткое зрелище.
Перед ним стоял хрупкий на вид юноша, вновь лениво расслабленный, но теперь один лишь его взгляд заставлял Лю Фэна содрогаться:
— Ты... ты всё это время притворялся?
Выходит, он принял волка за безобидного зайца.
Се Си прищурился:
— Так что, расторгаем контракт?
Пусть сейчас его статус ничтожен, но стоит этому видео утечь — и Янь Вэньтин получит по заслугам.
Лю Фэн понял расстановку сил. Скрипя зубами, он сдался:
— Завтра приходи в компанию.
Се Си слегка качнул телефоном:
— Нет. Сегодня.
Он не собирался давать времени на махинации. Он только вернулся из конца света — ему хотелось спокойно поесть и выспаться.
В апокалипсисе нельзя было терять бдительность ни на миг. Он и сам не знал, сколько времени не спал по-настоящему.
В итоге, прижатый угрозой, Лю Фэн прикрыл это дело, наспех придумал оправдание для руководства — судьбу какого-то актёра третьего ряда он ещё мог решить сам.
Через два часа Се Си вернул себе свободу.
Выйдя из офиса, он поймал такси, доехал до съёмной квартиры — и, едва переступив порог, рухнул спать.
Этот сон затянулся до глубокой ночи.
Се Си ещё никогда не спал так крепко. Проснувшись, он какое-то время не мог отличить сон от яви. Лишь убедившись, что вокруг больше нет зомби, а воздух чист и свеж, он по-настоящему пришёл в себя — словно снова ожил.
Но тело тут же дало о себе знать. Он сел, скрестив ноги, и начал собирать ментальную энергию, преобразуя её в целительную силу, чтобы восстановить повреждения этого тела.
Тело было изрядно истощено, но при должном уходе за месяц-другой вполне могло прийти в норму — ничего критичного.
Он медитировал до рассвета. Когда Се Си открыл глаза, из пор на коже проступил тёмно-серый налёт — остатки токсинов, накопившихся в организме.
Приняв душ, он вышел посвежевшим: тусклость и следы истощения на лице немного исчезли. Он всё ещё был худым, но уже не выглядел пугающе-худым.
Се Си не ел со вчерашнего дня — последний раз это было на стриме. С предвкушением он взял телефон и увидел баланс: 36,8 юаней.
— ??？
Он знал, что прежний хозяин тела беден, но не думал, что НАСТОЛЬКО. Знай он это вчера — пошёл бы пешком, не тратя деньги на такси: поездка съела двадцатку, а на эти деньги можно было бы съесть две миски лапши.
А может, деньги есть на карте?
Он открыл банковское приложение — и молча уставился на экран:
что ж, там было ещё печальнее — 10 юаней.
Се Си замолчал.
Когда зазвонил дверной звонок, он как раз размышлял, хватит ли оставшихся 46,8 юаней на один нормальный приём пищи. Что лучше: четыре миски ароматной лапши или восемьдесят с лишним паровых булочек — пусть невкусно, зато хватит надолго?
Звонок не умолкал.
В этом месте, кроме Лю Фэна, его адреса никто не знал, так что Се Си сначала решил не открывать.
Но настойчивый трезвон начал раздражать, и он всё же подошёл и распахнул дверь.
На пороге стоял пожилой мужчина, аккуратно одетый, в белоснежном костюме. Его волосы тоже были совершенно седыми. В одной руке — трость, на руках — белые перчатки. Выглядел он сдержанно и благородно.
Увидев Се Си, старик на мгновение растерялся. Он внимательно всмотрелся в его лицо, затем достал фотографию и сравнил. Лишь убедившись, что перед ним действительно старший сын семьи Се — пусть и сильно осунувшийся и истощённый, — он мягко улыбнулся.
— Вы — господин Се Си? Я управляющий семьи Пэй.
— Семьи Пэй? — Се Си долго рылся в памяти, прежде чем вспомнить, что это за семья.
Он был старшим сыном в семье Се, но его мать умерла от тяжёлой болезни вскоре после его рождения. Брак родителей был союзом по расчёту, без любви, и уже через полгода отец снова женился. Когда Се Си было три года, у отца родился ещё один сын, а в том же году он привёл в дом внебрачного ребёнка — ровесника Се Си.
Самого же Се Си отец не любил, и в семье Се он всегда был почти незаметным.
Пока в десять лет в дом не пришли представители могущественного клана Пэй. Они рассчитали дату рождения и объявили, что Се Си идеально подходит по судьбе единственному наследнику Пэй, после чего между детьми заключили помолвку.
Как бы Се Си ни сопротивлялся, отец, желая угодить семье Пэй, всё же согласился. Так у него появился «жених», которого он никогда не видел.
В восемнадцать лет ради Янь Вэньтина Се Си открыто восстал против этой помолвки, лично отправился в дом Пэй, расторг её и порвал отношения с семьёй Се, уйдя из дома навсегда.
Он так и не увидел своего бывшего жениха, но, по крайней мере, тот согласился на разрыв — и помолвка была официально отменена.
Когда отец узнал, было уже поздно. Даже если бы Се Си не ушёл сам, его всё равно бы выгнали.
Се Си удивлённо посмотрел на старика. Прошло уже несколько лет после расторжения помолвки — с чего вдруг они появились сейчас?
Он вежливо ответил:
— Да, я Се Си. Чем могу помочь?
Управляющий Пэй, видя спокойствие и мягкость Се Си, ощутил проблеск надежды. Понимая, насколько его просьба дерзка, он всё же решился:
— Господин Се, можем ли мы войти и обсудить это внутри?
Се Си спохватился — он всё ещё стоял в дверях. Он пригласил гостя, налил горячей воды и сел напротив, ожидая объяснений.
Оглядев скромную комнату, дворецкий почувствовал жалость к некогда «старшему господину» семьи Се:
— Господин Се, простите за вторжение. Я пришёл с просьбой.
Се Си спокойно сделал глоток. Он уже и так был на мели — чем он мог помочь семье Пэй?
— Речь идёт о нашем молодом господине, — продолжил дворецкий. — О том самом, с кем у вас когда-то была помолвка. Сейчас у него возникла небольшая... особенность со здоровьем. Ситуация довольно специфическая, и ему требуется определённая забота. Поэтому я осмелился прийти и спросить — не согласились бы вы присмотреть за ним несколько месяцев?
Рука Се Си с чашкой замерла.
— А?
Он не ослышался? Заботиться о бывшем женихе? Это же совершенно неуместно.
Тем более семья Пэй — столетний клан, элита элит, в городе J слово Пэй значило всё. Неужели у них не найдётся ни одного человека, чтобы ухаживать за своим наследником?
Се Си сразу понял: тут что-то нечисто. Он только что выбрался из одного болота и не собирался прыгать в другое.
Он улыбнулся и мягко отказал:
— Боюсь, вам придётся меня извинить. Моё положение сейчас тоже не самое лучшее. С сегодняшнего дня я ищу работу, дома почти бывать не буду — ухаживать за больным мне просто неудобно.
Управляющий знал, что просьба чрезмерна, но подходящих людей действительно не было. Он упрямо продолжил:
— Молодой господин не болен. Просто его состояние... особенное. Фактически никакого ухода не требуется — лишь готовить ему три раза в день.
Се Си машинально погладил живот.
Это уж точно невозможно — он и сам ещё голоден. Где ему брать лишнюю еду для кого-то ещё?
С доброй улыбкой он в нескольких словах выпроводил старика:
— Правда, не могу помочь. Простите.
Управляющий, хоть и ожидал отказа, всё равно не хотел сдаваться. Когда его уже вежливо провожали к двери, в голове вдруг мелькнула мысль:
— Ах да... я не договорил. Раз уж речь идёт о заботе о питании молодого господина... Ежемесячное вознаграждение от семьи Пэй — сто тысяч.
Рука Се Си, уже тянувшаяся закрыть дверь, замерла.
— ？？