Глава 5 Город, который невозможно забыть
Если в твоей жизни наступает плохой день, и ты думаешь, что хуже быть не могло, то стоит напомнить самому себе, что ты все ещё жив и здоров, видишь небо и слышишь пение птиц. Все проходит и это пройдет.
В последнее время я удивительно часто вспоминаю слова родителей. Хотя обычно вспоминала только золотые моменты, видя на улицах Тодхолла счастливые семьи, но сейчас помню только их уроки.
Возможно, отец был прав и нельзя впадать в уныние только из-за того, что произошло что-то неожиданно неприятное. Но думаю, что он никогда и представить себе не мог, что его единственный ребенок вяжется в подобное.
Подумать только, это же, как мне свезло: засветилась и раскрыла свою сущность, связалась с оборотнем и прокляла его же, да ко всему прочему неправильно.
«Когда я встречу мегеру, заковавшую меня, я от неё места мокрого не оставлю».
Сейчас мне уже и самой трудно поверить, что еще совсем недавно я была готова простить Марси. Несколько лет я жила в страхе по её вине, была в прямом смысле бессильна, а теперь ещё и из-за меня рушатся планы другого человека.
Какое же это унижение! Вместо проклятья самообороны, наложить любовное и то не факт! Эта тварь не такая умная, чтобы знать, как смешивать заклинания и проклятия.
Да, я об этом слышала от бабушки и мамы. Да, нам говорили об этом при обучении, только обучают этому только самых одаренных и только в Башне Равновесия. Но мы же вместе выросли, и я знаю о ней почти все. Она никогда не отличалась стремлением к знаниям.
«Значит, она придумала это не одна».
Ко мне давно закралась мысль о том, что все же это было спланировано не только одной молодой ведьмой, но я даже и не подозревала, что замешан кто-то из старших. В Башне обвинили меня в клевете за неимением должных доказательств моих слов. Совет старейшин развернул меня лицом к выходу и пригрозил, что если я буду нести подобный бред, то меня обвинят ещё и в ереси, а тогда уже будет и соответствующее наказание. На дыру в моей груди никто не обратил внимания, а в наших кругах прошёл слух, что я сошла с ума из-за проваленных испытаний, и весь мой ковен исчез, скрылся, лишь бы от меня избавиться.
Никто мне не поверил, и все мои знакомые отказались от меня и другие ковены отказали мне в укрытии и даже доверии. Были даже те, кто возрадовался случившемуся. Поэтому мною и было принято решение залечь на дно. Это оказалось не так сложно и не так страшно, как казалось, начать жить без привычной мне общины. И переходя из города в город, мне сначала было трудно, ведь я не привыкла к таким живым местам, но в Тодхолле это вышло на удивление легко. Полно зевак, все друг друга знают и даже новые лица никого особо не интересуют.
Но вот теперь, я не могу выбирать, куда мне идти, потому что мои же слова вышли мне боком. В прямом смысле. Теперь волк чувствует меня из-за связывающее-оборотного любовного заклятья. Он чувствует меня на расстоянии, но можно подчеркнуть и одним смешной момент. Когда он хочет мне нагрубить, то говорит комплимент. А от этого злится ещё больше.
После того милого ночного перекуса, я не пыталась завести с ним разговор первой. Когда же он сам начинал беседу, то отвечала колкостями, боясь опять сболтнуть лишнего. Держать оборону у меня поучалось хорошо, ведь после моего ответа как я себя чувствую, заснув в мокром платье, Реймонд начал осыпать меня неестественными коплиментами.
И вот теперь мы идем в угрюмой тишине и стремительно приближаемся Идису, который уже виднеется из-за деревьев.
Уставшая от тишины, которой сама же и добилась, я уже было думаю раскрыть рот, чтобы снова задать неуместный или двусмысленный вопрос Реймонду, но он прерывает тишину первым:
- Еще раз, напомни мне, зачем мы идем в Идис? Это в противоположном направлении от моего поселения.
- Мы должны найти Оракула и она даст нам знать, где искать ведьму проклявшую меня. Потом мы найдём уже её, и я верну силы, и сниму с тебя своё заклятие. А потом мы навсегда разойдемся, и, надеюсь, больше не свидимся.
- То есть ты в силах найти Оракула, но не знаешь, как найти ведьму, которая тебе, а точнее нам нужна? Знаешь, я так счастлив, что встретился с тобой! Я даже не представляю, что случится, когда нам придется расстаться! Жизни без тебя не вижу! – он заканчивает сквозь сжатые челюсти.
Реймонд до сих пор зол и теперь сам старается как можно меньше говорить со мной. Потому что ему, видимо его воспитание не позволяет оскорблять девушку, но злость берет вверх и когда он срывается, то изрекает комплименты один милее другого. Но из раздумий меня он вновь меня вытягивает.
- Город уже начинает виднеться. Ты что-нибудь чувствуешь? – это первое, что он говорит мне за день.
- Это не так работает, дружище, - не могу не усмехнуться.
«Может они действительно нухнув под хвостом товарища и могут узнать его за милю, но у ведьм так не принято».
Бросив взгляд на мужчину, едва не вздрагиваю. Да, если бы он мог, то прожег бы во мне дыру.
- Я смогу лишь благодаря зрительному контакту или прибегнув к силам это понять. Поэтому вперед, - ободрительно произношу я, указывая в сторону города.
В Идисе начались в гуляния в тот день, когда мы пришли сюда, в честь Летнего Солнцестояния. На улицах города были расклеены плакаты о шествующей труппе, хотя власти и Орден не приветствуют это дело, но актерам и жонглерам тоже надо на что-то жить и хоть как то заставить о себе говорить.
Музыканты тащили скамьи и инструменты, как я поняла в центр города. Последовав за ними, мы вышли на главную площадь. Горожане активно вещали гирлянды и готовили столы для еды. А лавочники громко спорили, чей товар должен стоять на входе ярмарочной улицы.
- Ну и где нам её искать? – поинтересовался мой спутник, обводя взглядом площадь.
- Я лишь знаю, что она находится в этом городе. Думаю, она либо прибыла на праздник подзаработать, либо уже давно обосновалась тут.
- Она? Откуда тебе известно, что Оракул – женщина?
- Дар предвидения среди ведьмаков редкость. В летописях упоминается только пять имен, но думаю, что они нам точно не повстречаются, по крайней мере, в этом мире.
- Тогда, думаю, нам стоит найти ночлег и посетить праздник. Мы не можем врываться в каждый дом или бегать по улицам и звать её во весь голос. И даже активно расспрашивать о ней у местных тоже будет подозрительно, - в его словах был смысл, а сам Реймонд держался свободно и непринужденно, будто говорил о погоде. – Погуляем по городу и послушаем местных.
− Мудрое решение, - медленно кивнув, в знак согласия.
− А ты считала меня глупым? – он смотрит на меня с высока, слегка прищурившись.
− Хм, я этого не говорила, но раз ты уж сам спросил, то только если что самую малость, - улыбнулась, сопровождая свои слова жестами пальцев левой руки.
Волк все так же смотрел на меня всего мгновенье, а после озорно ухмыльнулся и сказал, глядя перед собой:
− И опять наши мысли схожи, ведь и я был такого же мнения о тебе, - все ещё смотря вперед и стараясь, не позволить ухмылке перерасти в улыбку, он откашлялся и предложил продолжить идти.
Мы начали двигаться через площадь и, стараясь ни в кого не врезаться, шли к дому, на который нам указал один из торговцев цветов. У Реймонда это выходило легче, чем у меня. Никто и не думал задеть или врезаться в этого громилу, но меня же толкали и пинали почти все прохожие.
Реймонд добрался уже почти до середины площади, а я в то время не смогла пройти даже и половины этого пути. Заметив это, он развернулся и подошел ко мне взял мою ладонь свою и пробормотал:
- Вроде бы такая бойкая, но не можешь шагу ступить, когда людей много, - пробормотал он, вновь двигаясь вперед. - Попробуй чихнуть в ладошку и наколдовать себе размер с мышку, чтобы я мог положить себя себе в карман, и тогда мы спокойно будем вместе расхаживать по улицам города, - а сейчас, мой спаситель, кажется, пытался пошутить.
Мне нечего ему ответить, потому что в Тодхолле было не так много людей, да и я особо не гуляла по окрестностям. А раньше дальше нашего поселения я не выходила.
Нет, я не боюсь толпы, просто это не привычно для меня. На самом деле... в толпе незнакомцев у меня спирает дыхание. Когда получаешь нож в спину, а точнее в грудь, то не знаешь чего ожидать от чужака.
В первые недели моих скитаний, у меня случился припадок в подворотне одного маленького городка. Я уже не могу вспомнить даже его названия, но прекрасно помню, как чуть не сошла с ума от страха, когда столкнулась с мясником, когда тот был в рабочих отношениях с тесаком. Меня сочли сумасшедшей чужачкой и дольше дня я там не задержалась.
Уверенно сжимая мою руку в своей, Реймонд расчищал дорогу к дому. Вежливо открыв дверь передо мной, и пропустив вперёд, мы зашли в дом. Торговец цветами, у которого мы спросили совета на входе в город, был прав, и этот трехэтажный дом точно оказался гостиницей. Подойдя к мужчине средних лет за стойкой, мы спросили, есть ли свободные номера. Он сказал, что есть только две комнаты, но в одной из них бывший постоялец оставил такой отвратный запах, что лучше туда не заходить ещё неделю.
- А какая цена за свободную комнату? - вежливо спросил мой спутник.
- Одна ночь три монеты. Кровать большая, думаю, вам c женой она понравится, - всё это он говорил, проверяя свои учётные книги, и особо не смотрел на нас.
Нахмурившись, волк посмотрел мужчину, а потом на меня в этот момент я поняла, что нужно брать дело в свои руки и, не растерявшись, взяла Реймонда под локоть, и прощебетала:
-Да-да, конечно, мы будем, очень рады остановится в вашем городе! Ой, - восклицаю я, прикрыв ладонью рот, будто случайно сботнула глупость, - я хотела сказать гостинице. Вдобавок мы так рады, что попали к вам на Солнцестояние! Верно, милый?
Мой новонареченный муж уже было хотел вмешаться, но в этот момент я наступила ему на ногу и подмигнула. С пониманием в глазах и легкой раздраженностью на лице мой муженёк мог лишь сказать:
-Да, дорогая, должно понравиться.
Хозяин все ещё не особо обращал нас внимания и смотрел свои тетради, после чего он сказал, что тогда сейчас принесет ключи, потому что вся прислуга обленилась из-за предстоящего праздника.
Как только мужчина ушел, Реймонд развернулся ко мне и удивлённо прошипел:
- Какой ещё муж?
- А ты же слышал, что это единственная гостиница в городе? Будет странно, если неженатая пара будет жить в комнате с одной кроватью, а мы итак чужие здесь. Если тебе так претит мысль о том, чтобы притвориться моим мужем хотя бы на несколько дней, то я спокойно оплачу номер, - совершенно спокойно сказала я, доставая монеты из мешочка и кладя их на стол.
- Мне не противно играть роль твоего мужа, просто я удивлён. Когда врёшь, то хотя бы предупреждай меня, чтобы я не выглядел со стороны, как идиот, - он уже тоже успешно принял расслабленный вид. - Я могу спокойно оплатить комнату за всё то время, что мы будем здесь. Тебе не стоит тратить свои деньги.
- Нет уж, спасибо. Я плачу за комнату, а если ты не хочешь быть должным, тогда можешь платить за еду все эти дни.
- Ну, если тебе так удобней. Думаю, нам можно расспросить хотя бы у хозяина гостиницы о том, где можно хоть как-то развлечься время праздника. Возможно, он нам и посоветует где можно найти гадалку.
- Оракула,- поправляю я его.
- Не думаю, что в здешних землях, что обычные крестьяне могут спокойно думать, о том, в чем разница между гадалкой и оракулом.
- Хорошо, - киваю, соглашаясь с ним, - тогда я возьму на себя роль задать ему вопрос, а ты просто стой и играй роль мужа, который устал от путешествия рядом со своей женой.
- Я не устал от путешествия с тобой, - возразил он.
- А должен бы, потому что я случайно связала нас. Ну и я тебе не жена, - и только сейчас я замечаю, что Реймонд немного наклонился ко мне, возможно, чтобы нас никто не подслушал. Но наши лица слишком близко друг к другу, настолько, что его дыхание обжигает мое лицо.
В этот момент вернулся хозяин гостиницы, и, натянув настолько ослепительную и легкомысленную улыбку, на которую только была способна, я решила пойти в наступление:
- Знаете, мы ведь с моим Берни, - крепче взяв Реймонда под руку, будто она принадлежит мне отдельно от человека, - держим путь на свадьбу моей сестры в соседний от вас город, но на самом деле я за неё очень сильно беспокоюсь. Она слеплена любовью к этому мужчине, но я в нём не уверена. А он, ну то есть Джеймс, его зовут Джеймс, мне кажется ветреным и поверхностным! Сама видела, как он не пропускает ни одной юбки. Ну и он, конечно, клянётся ей любви, как и она ему. Поэтому я хотела бы узнать, - я перешла на заговорщеский шепот, - не слышали ли вы, будет ли на вашем празднике какая-нибудь гадалка,- мой супруг улыбнулся краешком губ, заметив, что я использую его вариант для выяснения информации. - Я переживаю за сестру и поэтому хочу хотя бы как-то прекратить эти волнения, - я чуть было не всхлипываю.
Мужчина с недоверием посмотрел на нас, сначала на Реймонда, а потом на меня. Хотя, когда хозяин смотрел на моего мужа, то в его взгляде скорее читалось:
«Ну и свезло тебе, конечно, парень!»
Он уже было пытался раскрыть рот, и скорее всего, отказать, но тут меня поддержал мой муженёк:
- Господин, ты только не подумай, что мы покровительствуем всякой тарабарщине. Просто это младшая сестра моей жены и она очень за неё переживает. Она уже бывала в храме, прося помощи у богов, но ты же знаешь женщин. Если что-то в голову влетело, то просто так она не успокоится.
Говоря это, волк состроил мину как у тех самых мужиков из таверны. Будто бы он только что намекнул на тайну, которую знают только мужчины, женщина рядом с ним здесь лишь как дополнение.
Я поняла, что Раймонд пытается лишь втереться в доверие к этому мужчине, и все наше путешествие он вёл себя со мной обходительно. Хотя это может быть лишь действие проклятья? Но ведь и при нашем знакомстве он был вежлив. Теперь уже Реймонд подарил мне новую роль доверчивой женушки и скорбящей сестры.
На хозяина эта игра подействовала. Он похабно улыбнулся, и смотрел уже именно на моего новоявленного мужа, а только потом на меня свысока:
- Да понимаю тебя, Бернард, моя точно такая же, только она меня пилит постоянно, хех! – у этого мужлана, что икота, что смех все одно. - То она хочет, чтобы я заменил шторы в комнатах для постояльцев, то она говорит, чтобы я работал меньше, чтобы больше проводить времени с ней и моими тремя спиногрызами, то, что денег ей, видите ли, не хватает, - он расслабился, будто говорил сейчас об этом со старым другом. - Но говоря о просьбе твоей жены, то да иногда захаживает к нам на праздники какая-то гадалка, но она ошивается все время на площади да близлежащих улицах, и в основном только пьет за чужой счёт. Так что трудно понять это пьяные бредни или же настоящие гадания.
- Ну, спасибо и на этом, - в этот момент Рэймонд смотрит на меня и говорит, будто только вспомнил о моем присутствии. - Ну, мы узнали всё чего ты хотела, - я изображаю чистейшее счастье и беру его ладонь в свою. - А теперь я хочу пойти и, наконец, уже бросить кости и отдохнуть, - он ведет меня в нашу комнату. - Ах, да, хозяин, где у вас здесь можно отужинать? - последнее он сказал уже, когда мы почти подошли к лестнице.
- На противоположной стороне площади, пройдя через две улицы вглубь города, то будет таверна, - говоря это, он вновь уткнулся в свои учетные книги и, кажется, уже почти, что забыл о том, что мы пришли.
Найдя нужную комнату и заперев дверь изнутри, я принялась её осматривать. Она была больше чем на нашем постоялом дворе, но не такая чистая. Кровать действительно была большая, но я так хотела поспать не на земле, что почти и забыла, что обстоятельства сложились так, что мы в одной комнате и с одной кроватью, неизвестно на сколько. Видимо, прочитав по лицу мои мысли, Реймонд совершенно спокойным голосом сказал:
- Все в порядке, не переживай, - спокойно заверил меня мужчина. - Я лягу на полу, а ты на кровати, - он медленно подошел к окну, чтобы понять видно ли отсюда площадь.
- Эм, я и не хотела это предлагать. Ты не обязан, ты тоже устал, – мне почему-то было неловко, заставлять его неизвестно сколько спать на твердом и холодном полу.
- А ты сама хочешь занять моё место или же желаешь разделить со мной постель? – он так самодовольно улыбается, что я жалею о том, что пыталась позаботиться об этом придурке.
- Нет, но вполне могу расстелить коврик под дверью, - и посылаю ему ответную улыбку.
Его это явно смешит, поэтому в этот раз он не сдерживает улыбку и она так заразительна, что я не могу удержаться и отвечаю тем же.
- А и не знал, что ты так умеешь. Там внизу, играя роль твоего мужа, я еле сдержался, чтобы не уронить челюсть на стойку.
Реймонд говорит так спокойно и искренне, что я на секунду, теряюсь и только потом решаюсь спросить:
- Ты это о чем? Да, из меня хорошая актриса. В детстве я даже иногда подумывала сбежать с актерской труппой, - хоть и неумело, но пытаюсь отшутиться от этой беседы.
- У тебя красивая улыбка, да и разыграла ты его хорошо, женушка, - он вновь улыбается, а мне становится неловко.
- Надо уже поскорее снять с тебя это заклятье, а то мне уже, правда, неловко, что тебе приходиться проходить через такое.
- Сейчас дело не в заклятии. Да, мне неприятно осознавать, что пытаясь снять одно проклятье, я влез в другое. Да, сначала я был очень и очень зол, а от последствий моих срывов злился ещё больше. Но когда я просто хочу проявить доброту или сказать, что-то хорошее, то не надо корить себя за то, что ты сделала не произвольно. Я не виню тебя и не винил. Ты испугалась и защищалась, а я вовсе не хотел тебя пугать, ни в таверне, ни на постоялом дворе, ни на поляне. Поэтому перестань, пожалуйста, вздрагивать, когда я протягиваю тебе руку и отводить глаза, когда я говорю тебе что-то хорошее. Мы с тобой оба заложники в этой ситуации, ты не можешь уйти далеко от меня, а я не могу даже отругать тебя за это. Поэтому давай пока сосредоточимся на том, чтобы найти Оракула.
Похоже, за эти дни дороги сюда, все его молчание, после наших мелких склок, было направлено на то, чтобы в своих чувствах и мыслях. Его поведение и речь не похожи на то, как он выглядел первые часы после той стычки на поляне в лесу. Он горел от ярости и сыпал, ругательствами, но когда пытался сказать мне что-то нелестное, то происходило с точностью наоборот, и злился ещё больше.
Из всего, что он мне сказал, моё любимое это: «Твоим глазам я готов простить все» - возможно, возможно он имел в виду то, что по моим глазам стоило понять, что я его обману. О, или: «Ты прекрасна, даже разгуливая в грязном фартуке» - думаю, он хотел сказать, что не стоило вообще замечать странную девчонку в грязной таверне. Ну и золото этой коллекции: «Твоя улыбка заставляет моё сердце трепетать» - хватит корчить рожу, ничего смешного в этом нет!».
Только сейчас, он говорил серьезно и я благодарна ему, что оборотень прояснил ситуацию. Но вопрос даже не в том, что боюсь именно его, а скорее в том, что благодаря своему прошлому я разучилась доверять кому-либо вообще.
- Я пока пойду вниз, - говорит он, кладя свою сумку рядом с комодом, - а ты, пока приведи себя в порядок. Будет не очень уместно гулять по празднику с хвоей в волосах. Хотя тебя это даже красит, - хохотнув, добавляет он, скрываясь за дверью.
Порыскав в мешке, наконец, нахожу маленькое зеркальце.
«Вот же черт! Да я просто чучело!», восклицаю про себя. «И ведь даже словечком не намекнул!»
Стараясь быстрее придать более себе пристойный вид, оглядываю и свой наряд. Да, после полуночного заплыва платье все же пришлось сменить. Оно действительно уже выцвело и обветшало. Вспомнив, что придумала не существующий цвет, чтобы оправдать тусклый цвет, улыбаюсь сама себе. Сейчас на мне коричневый корсет со шнуровкой спереди, поверх нижней рубахи и песочного цвета юбка, переодетые на следующее утро после нашего заплыва.
Раскрыв пошире мешочек и позволив малышу выйти на прогулку, я решаю подвязать его под юбками. Сбежавший узник прячется под кроватью, и, наказав ему сидеть там до моего возвращения, закончив прихорашиваться, решаю поскорее нагнать Реймонда. Перед тем как спуститься с лестницы, вновь натягиваю на себя улыбку, чтобы казаться ещё более легкомысленной начинаю хихикать спускаюсь с лестницы.
А он уже ждёт меня внизу, и понимает, что стоит подыграть и, подготовив локоть для меня, он подчеркивает, что по мне видно, не терпится посмотреть праздник.
Приняв его предложение, мы покидаем гостиницу. Город действительно бурлит жизнью и работой. На празднование солнцестояния некоторые деревни выделяют один день, ну, а здесь, как нам сказали местные, гуляния длятся неделю.
Эти два дня, когда мы шли к этому городу, приходилось питаться нашими скромными припасами. Но совместные приемы пищи не отличались оживлённой беседой. Волк делился со мной своими припасами из дорожной сумки, но мне это было не нужно, потому что у меня были свои в мешочке.
На самом деле я давно собиралась покинуть ту деревню, поэтому всегда после работы делала небольшие запасы еды и денег. Спутника очень удивляло то, что я достаю еду из своего маленького мешочка и когда он жевал своё вяленое мясо, то задумчиво косился на сумочку и мои руки.
Но сейчас, раз нам представилась возможность поесть тёплой и свежей еды, то мы направлялись в таверну. Реймонд вновь открывает передо мной двери и жестом предлагает войти первой.
«Не знаю, ничего о Лунном лесу, но, думаю, там и белки воспитанные».
Здесь же всё отличается от нашего места первой встречи. Посреди бела дня ни кто активно не распевает эль или пиво. Ни кто не кричит и не ссориться, и не угрожает дракой, а в воздухе чувствуется запах свежего хлеба и жареного мяса.
Мы садимся за свободный стол около окна, друг напротив друга и ждём, пока к нам подойдёт кто-нибудь и примет заказ. Людей здесь все уже довольно много, видимо не только мы зашли сюда на праздник.
«Может у нас и выйдет затеряться среди всех».
К нам подходит женщина средних лет. Седина ещё не тронула её волосы, но морщины на лице говорят о том, что она изрядно уже устала, но всё равно при виде нас она улыбается. Улыбка не касается её глаз и я прекрасно её понимаю. Мой друг по несчастью, интересуется, какие блюда сегодня в меню и пока вот мы слушаем список, я решаю заказать половину из всего, что сейчас было перечислено.
Если он думал, что я соглашусь потратить всего лишь три монеты в день на комнату, то он даже не подозревал о том, что я могу наесть в четыре или пять раз больше за один день. Раз уж он платит за сегодняшний обед, я планирую наесться до отвала.
В список моих фаворитов уже вошёл жареный цыплёнок, свежий хлеб, кувшин молока, каша с грибами, две трески, чаша вина и кусок ягодного пирога.
Записывая наш заказ, женщина не могла вбросить и свою монету и обратилась к моему удивленному спутнику:
- Как хорошо зная тебя твоя жена. Все блюда твои любимые помнит, - улыбается ему так по-матерински, будто хвалит сына.
- Ой, нет что вы, - отвечаю я за него. - Это всё только для меня, - и посылаю ей милую улыбку.
Женщина смотрит на меня так, будто видит впервые такую обжору. Рэймонд же тоже заказывает себе кусок пирога и рагу из жареного ягнёнка с овощами, также он просит принести ему чашу с вином, только побольше.
Когда женщина уходит на кухню, Рэймонд усмехается и, откинувшись слегка назад, спрашивает:
- А у тебя точно не было в роду волков? С таким аппетитом, ты бы легко вписалась в любую стаю или клан.
- Все ещё хочешь оплатить мою еду? – говорю я с легким вызовом.
- Я не отказываюсь от своих слов. Хоть три раза закажу тебе все, то же самое. Только боюсь представить, как ты после всего этого выпьешь целый кувшин молока.
- Молоко я оставлю на потом вдруг захочу попить его перед сном. Ты мне лучше скажи, раз после того что случилось вы не можете обращаться из-за риска потерять человеческий облик навсегда, но остался ли тебя чуткий слух?
- Да, я тоже уже думал над тем, чтобы прекратить эту милую беседу, о том как, скорее всего после всей этой еды ты захочешь спать, и мы никуда не пойдём, и послушать, что говорят остальные люди здесь.
- Ничего я не усну. А теперь, Реймонд, начинай слушать и помолчи-ка сам, - на последнем слове я вновь ему улыбаюсь.
- Рей, ты можешь называть меня просто Рей.
И тут он принимает непринуждённой вид, но по его взгляду я вижу, что он сосредоточен на людях вокруг. Даже когда нам приносит еду, он не реагирует на слова женщины, о том, что когда она была в положении, то у неё был дикий аппетит. Меня настолько это шокирует, что я успеваю поперхнуться, даже не притронувшись к еде. Волка это не отвлекает и он, будто бы оставил все разговоры на меня.
Откашлявшись, я же коротко благодарю за еду и пододвигаю к себе тарелку каши. Она очень тёплая и греет мне лицо паром, когда я принюхиваюсь к пылающей тарелке, а затем себе наливаю стакан молока.
«Никогда не могла подумать, что так обрадуюсь горячей каше».
Начинаю отрывать ножку цыплёнка и кладу его к себе на тарелку. Блюдо с оставшейся птицей подвигаю ближе к Рею. Но он все ещё не реагирует и внимательно прислушивается к чужим разговорам.
Непринуждённо оглянувшись по сторонам, я решаю достать мешочек через карман в юбках и аккуратно растянуть его под столом.
«Никто же не смотрит по сторонам кроме меня. Все увлечены беседами или же едой», успокаиваю я сама себя.
Мне же на руку и я начинаю осторожно искать банку. Найдя нужную, а именно пустую, принимаюсь аккуратно переливать в неё молоко. На самом деле, это очень рискованно, потому что в любой момент какой-нибудь зевака может оглянуться на нас увидеть, что мой собеседник сидит угрюмо и сверлит взглядом стол перед собой, а я переливаю молоко из кувшина в глиняный стакан, а потом лью себе на ноги, а подол юбки остается сухим. Но в этот раз действительно удача на моей стороне и никто все же это не замечает. Закончив, я ставлю кувшин на место, потом закрываю банку и бросаю туда ещё и рыбу, и наконец-то, возвращаю мешочек на место.
Я понимаю, что еда начинает остывать, а оборотень так к ней и не притронулся. Действительно Рей звучит лучше, чем Реймонд. По крайней мере, как-то по-дружески. Он же выходит из транса и смотрит на меня, потом на стол и замечает, что кувшин наполовину пуст, рыбы нет, кашу я съела и теперь принимаюсь за куриную ножку, щедро отпив вина.
- Это я так долго слушал или это ты так быстро уминаешь еду за обе щеки?
«Даже не знаю, что лучше? Когда он угрюмый и молчаливый или когда он старается разрядить обстановку своими шутками, которые до нелепости глупые?».
Но удивительно, что он всегда вызывает эмоции в ответ и когда улыбается, хочется ответить ему тем же.
- Ешь, давай, пока все не остыло! Цыплёнок твой, - говорю я, указывая на тарелку перед ним. - Я уже взяла столько, сколько хотела, а так я хотя бы перестану слышать по ночам это устрашающе урчание твоего желудка, - добавляю, быстро расправившись с куском пирога.
- Ничего не могу поделать, если волчий аппетит берет свое.
Мужчина выглядит немного смущенным, видимо ему ещё никто не говорил какой громкий ночью. Не в силах удержаться от улыбки из-за своей же шутки, чуть ли не прыскаю со смеху. Волк замечает то, что я беззвучно смеюсь в ладонь над чем-то, ему неизвестным и уже было хочет спросить, как мы оба начинаем слышать, как начинаются гуляния.
Пока Реймонд приступает к еде, я пытаюсь взвесить все за и против. На самом деле очень наивно полагать, что Оракула найти легко. Да, мы в нужном городе, но её дом может быть заколдован и менять свое местоположение каждые сутки, если не час. Или же, даже если нам повезет её найти, то какая будет плата?
Да, желание одно. Всего одно, но, сколько понадобится вопросов, чтобы настроить прорицательницу на нужный путь? Она может запросить что угодно – услугу, жертву, первенца.
Деньги их обычно не интересуют. С такими силами их легко раздобыть и сберечь. Ты можешь видеть либо прошлое, когда можно подглядеть, где кто припас родовое наследство, либо будущее, что кто-то будет разгуливать и ссорить деньгами.
- Какой у тебя теперь план? – спрашивает Рей, запивая цыпленка вином. – Ты сказала, что нам нужно прибыть в город и осмотреться. Пока не заметила чего-нибудь стоящего?
- Пока нет, но думаю, что будет проще понять на празднике. А у тебя есть что-то интересное?
- Женщины обсуждают, с кем хотят станцевать, а мужчины с кем хотят заночевать после, - он заканчивает с птицей и переходит к пирогу. – В принципе ничего не обычного, но некоторые обсуждают слухи о странных набегах на соседние города, - Реймонд не говорит конкретно, но я понимаю, что он имеет ввиду.
- Ваши? – я вспоминаю разговоры зевак и пьяниц в Тодхолле.
- Это не мои люди точно, потому что только я был отправлен эти места. Но мы не единственный клан здесь, в этой части континента. Возможно это какая-нибудь стая, - небрежно бросает он.
На самом деле мне интересно, в чем разница. Он уже не в первый раз вскользь говорит о том, что стая на порядок ниже. Но я не забываю и о том, что мы с ним не обязаны общаться, как друзья.
«Мы – заложники ситуации и когда найдем Марси, то разойдемся окончательно, как в море корабли. Поэтому не стоит лишний раз привязываться».
- Ну, тогда давай прогуляемся на празднества. Думаю, там нам повезет больше, - произносит он, вставая из-за стола.
Солнце уже почти село и люди из таверны тоже постепенно стали выходить на улицу, чтобы принять участие в празднике. Расправившись с едой, мы отправились наружу и присоединились к толпе.
Спустя пару шагов стали слышаться возгласы веселья, песни и отголоски музыки. Реймонд вновь предлагает мне руку и, оценив ситуацию, я решаю её принять, не желая снова ловить пинки и толчки локтями. Следуя за музыкой, мы вышли главную площадь.
Везде виднеются цветы идиса, ведь в их честь и назван город. Они везде: в гирляндах на окнах и домах, из них сделаны венки, и они же добавлены на украшения выпечки. Также один огромный цветок изображен и на флажках, что развиваются на ветру.
И тут это происходит. Это словно наваждение. Я чувствую странный холод, что пробегает по спине и исчезает так же быстро, как и появился. Тело замирает на месте как вкопанное. Меня пробивает пот. Легкое покалывание в пальцах рук и ног.
«Это из-за заклятия поиска? Она где-то здесь?»
- Что с тобой? Все хорошо? – Реймонд останавливается вместе со мной, но я слишком напугана, чтобы сохранять непринужденный вид.
- Нет, - шепчу я на выдохе и поднимаю на него взгляд.
Мужчина в замешательстве, впрочем, как и я. Отведя глаза от его лица, пробегаюсь ими по людям на празднике.
«Простые смертные и ничего необычного».
Но вдруг остановив взгляд на затылке мужчины, что стоит к празднику спиной, на меня накатывает тошнота. Он недалеко от нас, на другой стороне улицы, и с кем-то разговаривает. Я слежу за каждым его движением, не в силах отвести взгляд. Незнакомец медленно поворачивается к гуляющей толпе лицом, и не неторопливо обводит ленивым взором всех присутствующих. А когда доходит до меня, то наши взгляды встречаются. У меня странное чувство, будто между нами накаляется воздух.
«Охотник», с ужасом осознаю я. «Это охотник, теперь точно он».
Я не осмеливаюсь произнести это вслух. Боюсь, раскрыть рот и вместо слов изречь крик. Но слов и не нужно.
Волк проследил за моим взглядом и вынес свой вердикт, одним словом подтвердив все худшие опасения:
- Охотник.
———————
Глава 4 «Не каждую ведьму можно утопить» выложена до конца. Мне очень жаль, что пришлось выкладывать частями.
Глава 6 «В нужное время и в нужном месте» будет опубликована с 03.06-09.06.
Большое спасибо, что читаете меня! Я буду стараться не подводить вас и нормально выкладывать главы, без деления.