6
Первым проснулся Жозеф. Король, торопясь, довольно шумно пробежал мимо. Он не забыл забрать свой плащ из-под куста шиповника, но был неосторожен и почти наступил на ноги Жозефа, торопясь уйти с места преступления. Того, кстати, засыпало листьями с куста шиповника и еловыми иголками вперемешку с вороньим пометом, так что Эллур и не заметил внуков. По крайней мере, именно так объяснил себе это Жозеф. Он растолкал брата и молча указал на убегающего деда. Оба были еще сонными и плохо соображали.
– Где Элон? – наконец, спросил Филипп.
Они, не сговариваясь, встали и обернулись. На опушке ярко светился непонятный желтый шар.
– Что это? – задал еще один вопрос Филипп.
– Пойдем посмотрим. – Жозеф сдвинулся с места первым. – Если король сошел с ума и убил сына, прямого наследника, то нам даже не придется ждать его смерти, чтобы сесть на трон.
Филипп нагнал брата, спотыкаясь, будто то, кто из них придет первым к загадочному шару, решит, кому из них быть королем. Не дойдя и тридцати шагов братья заметили, что стало очень жарко.
– Он поджег его! – догадался Филипп, разглядев в огненном шаре очертания пригвожденного к земле принца.
– Сумасшедший! – радостно отметил Жозеф.
– Это точно он? – Филипп подошел еще ближе, насколько позволял жар.
– Какая разница?
– Глупый! Если мы не докажем, что это Элон тут горит, а не какой-нибудь деревенский пастух, то какой прок будет от наших обвинений? Подумаешь, сжег король никому не нужного деревенщину! А Элон, быть может, давно уже спит в своих золотых покоях!
– И то верно, – согласился брат и снова обогнал Филиппа.
Еще пятнадцать шагов, и прогремел взрыв. Обоих братьев свалило ударной волной. Они в ужасе приподнялись и попытались посмотреть на светящийся шар.
А шар все рос.
– Все, бежим отсюда, хватит с меня! – запаниковал Жозеф, но Филипп крепко схватил его, удерживая на месте.
– Как ты не понимаешь?! Все будет зря, если мы уйдем!
Но все и так было зря, потому что следующий взрыв был гораздо сильнее. Вспышка света, почти не наделав шума, сожгла все живое в радиусе двадцати ярдов. Раскаленный добела шар стремительно поднялся в воздух, и через несколько мгновений земли Первого государства узрели новый рассвет.
Толпа образовалась мгновенно. С шести утра к воротам замка прибывали люди, а сонная стража их не пропускала. Ночью несколько карет с семьями придворных покинули замок. "Крысы всегда бегут с корабля", – подумал Малькольм, когда узнал. Он тоже был "голубых кровей", по слухам, внук бастарда короля, что правил до Эллура, но его воспитывали по-другому. Он понимал, что король рассчитывает на него, не стеснялся мелкого звания Мастера и никогда не кичился своим происхождением, ибо был не подвластен изменить родословную. Утром, когда ему сообщили о толпе за воротами, он первым посетил начальника стражи.
– Что им надо? – обеспокоенно спросил Малькольм напряженного от вечных недосыпов огромного мужчину (баснословные метр десять сантиметров роста!) по имени Хторн.
– Они возмущаются вчерашним происшествием. На закате случился пожар и сжег пастбища, поля с рожью и ближайшие дома Южной деревни, – прогремел Хторн грубым голосом, поставленным, чтобы отдавать приказы.
– Странно.
– Все видели свет. – Малькольм удивленно воззрился на одного из стражников, и тот, заикаясь, объяснил: – Ну... на закате... будто что-то взорвалось. Вот только звуков не было. Вы разве не видели?
Хторн тоже внимательно смотрел на подчиненного, что-то обдумывая.
– У меня есть более важные дела, чем рассматривание природных явлений за окном, – раздраженно ответил Мастер Малькольм.
– Это моя работа – смотреть в окна и подмечать странные детали.
– Я вас понял. Разогнать толпу пробовали? – снова обратился он к начальнику стражи.– Сегодня не приемный день. Пусть приходят через неделю. Скоро король проснется, – прошептал Малькольм, многозначительно поведя глазами. – Он не должен всего этого застать.
– Есть!
Стоило Малькольму повернуться, чтобы уйти, как случилось еще кое-что. Двое стражников, патрулирующих периметр, прибежали доложить начальнику о трупах, найденных на опушке леса. Мастера бы это нисколько не удивило, если бы он не слышал накануне, что король решил прогуляться с сыном в лесу. Вчера Эллур до глубокой ночи расхаживал по библиотеке в ожидании принцев Жозефа и Филиппа. Он отпустил Малькольма спать, так что тот не знал, о чем они разговаривали.
Мастер Малькольм остановился, чтобы послушать разговор стражей с начальником.
– Три трупа, один лежит на спине, руки в разные стороны, – молодой страж сопровождал рассказ движениями. – Вот так. А двое других... там...
– Мы бы и не поняли, что это тоже мертвецы, если бы не... – хотел было продолжить второй, но тоже не смог.
Он молча вытащил из кармана что-то блестящее. Начальник стражи остолбенел, а Малькольм посмотрел из-за его плеча на руку говорившего. На грубую ладонь была намотана толстая серебряная цепочка, с которой свисал медальон. Малькольм узнал его, но подошел поближе и быстрым движением выхватил украшение у стража. Он приблизил медальон к глазам. Весь в копоти и пепле, местами оплавленный, предмет был практически неузнаваем. На нем был искусно выгравирован королевский герб с черной буквой «Ф» в центре.
– Покажите мне их, – приказал Малькольм.
– Туда можно добраться только пешком. И там все в пепле.
– Мне плевать. Идемте, – Малькольм пошел за ними.
На пепелище возвышался клинок с неизвестным гербом, с рубином на рукоятке, и Мастер порадовался, что король догадался не брать свое оружие. Клинок пригвоздил, казалось, само солнце к земле, но светило смогло освободиться и возвыситься. От подплавленного меча, торчащего из земли, во все стороны расходился черный круг выжженной травы с отростками лучей. В центре этого круга лежала куча пепла, в которой еле угадывались очертания тела. Огонь, видимо, перекинулся на деревья у опушки, а уже оттуда пополз на поля и деревню.
В десяти шагах от «сгоревшего солнца» виднелась еще пара трупов. Эти люди, понял Малькольм, умерли, держа друг друга в объятьях. Они сгорели так быстро, что пепел окаменел и принял форму их тел, стоящих на коленях. Если бы у второго трупа не нашлось аналогичного амулета с буквой «Ж», можно было подумать, что Филиппа застали на свидании с девушкой и жестоко наказали. Он так крепко обнимал брата, что от его образа остались лишь четко очерченные острыми носками сапог ступни, остальное тонуло в тисках Филиппа, на лице которого угадывался отпечатавшийся навечно ужас.
– Не трогайте их пока, – приказал Малькольм стражникам, когда понял, что смог говорить.
Стражники молча кивнули.
Мастер развернулся, смахнул слезу и уверенно пошел в сторону замка. Ни Жозефа, ни Филиппа он не любил, они были избалованными испорченными людьми, но жестокость убийства выбила его из колеи. Особенно если учесть его догадку об убийце...
Впервые в жизни Малькольм вошел в покои короля без разрешения. Он был напуган и зол. Он хотел и защитить своего хозяина, и убить. Как мог он лишить жизни своих внуков, единственных, кроме Элона, родственников? Король давно выжил из ума? Конечно, он свихнулся! Свихнулся еще тогда, когда осудил Абадона на глупейший срок и начал борьбу со старостью!
Разозлившись еще больше, Мальком подлетел к кровати, одернул порог и обнаружил, что короля в ней нет! Более того, постель вообще была нетронута, будто в ней и не спали. Мальком обвел взглядом богатые хоромы правителя, ища подсказку, где тот может быть. Все было как обычно, на трюмо стоял пустой фарфоровый таз и кувшин, вода в нем была холодной. Значит, горничные еще не приходили и не заменяли воду со вчерашнего дня. Красивый, украшенный золотыми розами ночной горшок прятался под кроватью совершенно пустой. Малькольм подошел к огромному дубовому шкафу, открыл одну из дверец. Изнутри на него глядели фунты песцовых воротников и бархатных накидок. Короля, разумеется, там не было.
Мастер тихонько подошел к двери, смежной с покоями королевы, и услышал, как ее тоненький голос отвечает кому-то неслышимому. Может быть, ненормальная королева разговаривала сама с собой? А может быть, стала следующей жертвой короля? Малькольм, сжимая кулаки до судорог, собрался с духом и постучал. Голос Эллы затих, послышались тяжелые шаги, и на Мастера всем своим весом вывалился старый король. От него пахло гарью, на нем был походный небогатый костюм, а плащ совсем испачкан. Одного взгляда хватило бы, чтобы понять – Эллур прошлой ночью был на месте преступления.
– Как Вы могли?! – выпалил Малькольм.
– Что?!! Это ты как мог? Что все это значит? – злобно обернулся он к ничего непонимающей королеве. – Как Вы объясните, что мой помощник стучится к Вам с утра пораньше, да еще и через мою дверь?!
Элла, опешив, молчала. Глаза ее, и без того неумные, становились все больше и недоуменнее с каждой секундой, отчего совсем разозлили короля. Он уже было хотел вытащить меч из ножен, чтобы покромсать эту несуразную парочку, но тут же вспомнил, что его настоящий фамильный меч лежит под бочкой в ванной комнате, а тот, который он брал вечером, торчит сейчас в земле на опушке леса.
– Вы убили принца? – тихо спросил Мальком, пока была такая возможность.
Эллур яростно воззрился на него. Всего долю секунды он не находил, что ответить.
– Что ты пьешь перед сном, Малькольм? Принц Элон, полагаю, еще сладко спит в своей постели!
– Элон не спал вот уже больше месяца, как только достиг размеров юноши и смог кататься на лошади, – выпалил Мастер. Конечно, он понимал, что королю дела нет до таких мелочей.
– Значит, гуляет где-нибудь... в лесу... не знаю... И вообще, – снова разозлился старик, – как ты смеешь обращаться так ко мне, своему королю? Что ты забыл тут? Отвечай, иначе я повешу вас на одной веревке! – он указал на вконец перепуганную Эллу. Она уже собиралась плакать. – О Назиэль и боги Элона! – внезапно завопил король, напугав даже Малькольма. Имя верховного правителя всуе не произносили. – Не вздумайте начать реветь!
Вдруг они услышали треск и звон стекла. Где-то разбилось окно, и гул толпы стал слышен громче и четче. Король, и так похожий на свеклу, побагровел еще больше. Он перевел горящий взгляд на Мастера:
– Ч-что происходит?!
– Об этом я и пытаюсь сообщить... Ваш сын... Кажется, он пропал. А Жозеф и Филипп – мертвы, – в доказательство своих слов Малькольм вытянул амулет, который зловеще покачивался в трясущейся руке.
– Что? Как?! – Эллур тоже закачался, почти в такт, побледнел, позеленел, а потом резко ухнул на кровать, чуть не раздавив давящуюся рыданиями супругу.
– Сгорели. Дотла...
– Мои внуки? Но... как?
– Мы нашли их тела на поляне за замком. Опознать получилось только по украшениям. Амулет Жозефа прикипел к его груди, а этот... принес один из стражников. – Малькольм, поняв, как странно он смотрится с вытянутой рукой, спрятал украшение в карман.
Король не успел отреагировать, потому что треск и шум усилились.
– Я узнаю, что происходит, – пообещал Мастер и выскочил из покоев, оставив двери распахнутыми.
Не прошел он и пары коридоров, как его встретили четверо ужасно напряженных стражников.
– Где Его Величество? – спросил один из них. Малькольм знал его на лицо, но не помнил имени.
– Что там творится?
– Толпа ворвалась в замок. Они твердят, что его величество убил Элона. Они очень агрессивны. Очень.
– Нужно спасать короля! Поднимите мост! Запустите в ров крокодилов!
– Мост подняли пятнадцать минут назад. Крокодилы в воде. Но большая часть жителей города уже была на территории замка.
– Да как же так?!
– Вы нам скажите! Почему вечером у главных ворот не было стражи? Мост стоял опущенным несколько ночей, как я сейчас выяснил.
– Саботаж! Революция! Что за бардак? – Малькольм чувствовал, что и сам краснеет, как недавно Эллур. – Я ничего не знал о воротах! Не ваша ли работа – следить за территорией?!
– После обхода все было закрыто! А затем пришел приказ открыть ворота для колдуна.
– И?
– А закрыть приказа не было!
– Вы дурак или из меня дурака делаете?! – разозлился Малькольм.
– Хтон сказал, что король велел слушаться колдуна...
– Молчите уж! – отмахнулся Мастер.
Где-то в глубине его мозга затаилась мысль, что ккороль сыграл куда большую роль, чем просто доверился Друиду. Он не хотел, чтобы стражники на воротах видели, как он выходит на прогулку с сыном. Но сейчас Малькольм не мог позволить себе долго об этом думать.
– Идите и защищайте замок, как вам и положено!
Стражники разбежались, Мастер поспешил вернуться в покои королевы. Залетев в них без всякого стыда, он быстро закрыл огромные двери, затем забаррикадировал вход в комнату короля. Все это время Эллур и Элла смотрели на него со смесью страха и недоумения на лицах. Когда Мальком обратил на них внимание, его расстроенные нервы сыграли с ним злую шутку.
Эти двое, одна такая молодая и румяная, с мокрыми от недавних непролитых слез огромными глазами, а второй – сморщенный, словно высохшая груша, старик, – следили за помощником короля с одинаковым выражением, даже головы поворачивая одновременно. Мальком не сдержался и хихикнул, тут же получив реакцию от Эллура в виде побагровевшего лица и проклятий, произнесенных полушепотом:
– Что, адово племя тебя дери, происходит?!
Снаружи шум толпы все нарастал.
Мальком приблизился к королю и ответил ему на ухо. Тот выпучил глаза. А Элла, забыв о правилах приличия, начала грызть ногти. Некоторое время вся троица молчала, пока внезапный взрыв и победно верещащее улюлюканье не заставило Мастера вспомнить о своих обязанностях.
– Приводим в действие план А.
– Нет, ту дверь я заварил лет десять назад, когда нужно было... выпытывать из одного лекаря рецепт зелья бессмертия.
Под "выпытывать" Эллур имел именно что "пытать", и Малькольм сразу это понял. А еще он вспомнил, что служанки жаловались, будто слышали завывания призрака в северном крыле замка. Теперь, по крайней мере, стало понятно, кто это был.
– План Б?
– Я не выдержу смыв с горки. Кости не те. Кто вообще это придумал?
Когда-то учитель Малькольма псоорудил водную горку в шутку, но дед Эллура посчитал это хорошей идеей для запасного плана быстрого побега из замка. Горка вела прямиком в Шумную реку, самую широкую, и ту самую, что питала не только поля и деревни поблизости, но и ров вокруг королевского дома.
– План В. Он последний, Ваше Величество, – поспешно напомнил ему помощник.
Эллур запахнул халат поплотнее:
– Веди.
Малькольм машинально схватил за руку стоявшую рядом королеву и выскочил из покоев. Эллур, тихо ворча, ковылял сбоку, стараясь не отставать. Нужно было пройти в коридор гобеленов, там, за черным, изображающим повешение Абадона (новинка Эллура, до него там висела картина с трехглавым львом, вполне симпатичным), была тайная дверь, ведущая прямиком в подземелья, где, в самой первой камере, в которую никогда не сажали заключенных, находился спуск в тайное подземелье. Оттуда можно было выйти в катакомбы, идущие далеко за пределы территории замка, и выбраться наружу в одном заброшенном домике в одной маленькой деревеньке, примостившейся аккурат у южных городских стен.
– Бежим, бежим! – торопил Малькольм старого короля, которого мучила одышка с тех пор, как начался длинный спуск в подземелья. Его подгоняли приглушенные, но все же различимые звуки столкновения стражи с разъяренными жителями.
Мастер бежал и все не мог понять, как все так быстро изменилось, и что стало причиной такого резкого преображения народа из любящего в ненавидящий. Они не могли еще точно знать, что король убил принца. Да и о том, что принц умер. И вообще, буквально полгода назад, когда златокудрый мальчик появился на свет, они его боялись и ненавидели, а молодую королеву называли всеми нелестными именами женщин определенного рода деятельности. Что-то было тут не чисто, и подсознательно пытливый ум первого помощника короля уже пытался в этом разобраться.
Он так сильно пытался, что где-то по дороге на спиральной склизкой от влажности лестницы не заметил, что потерял из виду Эллу. Ее потная ладошка выскользнула из его руки еще в момент, когда он сдирал страшный гобелен со стены. Малькольм точно запомнил этот миг, потому что впечатлительная королева ахнула и прижала свои розовые пухлые пальчики к не менее розовому и пухлому рту, а Эллур разразился проклятиями, потому что его жена при этом громко вскрикнула и могла таким образом выдать их местоположение. Правда, его крики выдали бы их скорее, но Малькольм быстро затолкал подопечных в секретную дверь, запрыгнул сам и забаррикадировал проход бочками со смолой, стоявшими тут же, на всякий случай. Затем он бежал в темных коридорах и по темным лестницам. Всхлипывающая королева была при них, Эллур частенько на нее огрызался. А теперь Эллы не было рядом.
– Ваше Величество, где Ее Величество?!
– Где ключ от камеры? – не слыша его, спросил король. Он нашарил нужный предмет на стене и отворил решетчатую дверь. – Открывай люк, да поживее!
– Но королева Элла, она где-то...
– Спасай МЕНЯ! – перебил Эллур.
При этом его глаза так выкатились из орбит, что Малькольм всерьез решил, будто король умрет на месте. Но нет, старик был жив и относительно здоров. Близкая опасность явно придала ему сил.
Мастер повозился с люком, но через какое-то время смог открыть его, со страшным скрипом, прокатившимся эхом по подземелью. Шум толпы не был слышен, но по углам что-то шуршало. Крысы или духи умерших в этих камерах? Почему-то главный помощник подумал об Абадоне, который находился парой уровней ниже. "Надеюсь, этот гад умрет", – появилась непрошенная мысль в голове. В этот миг глаза Малькольма встретились с напуганным, но резким взглядом Эллура. Первому стало не по себе. Показалось, что король услышал его мысли, но принял на свой счет и теперь злится.
Малькольм топтался на месте, старый король тоже медлил. Шорохи все не прекращались. Неожиданно где-то в глубине тюремных камер кто-то закричал. Голос был далеким, но Мастер расслышал: "Эллур!".
– Это?.. – хотел было спросить Малькольм, узнав голос Друида.
– Некогда! – снова перебил его король, решительно выдохнул и прыгнул в люк.
Малькольм, смотря на выступающую из люка лестницу, проигнорированную Эллуром, тоже глубоко вздохнул и ухнул за своим королем.