3. Пещера Горного Короля
27.12.2011
– Party rock is in the house tonight. Everybody just have a good time!
Проплывая сквозь потоки сновидений, в подсознание Деспа стали пробиваться какие-то неясные звуки, постепенно разгоняющие опутывающую его потустороннюю темноту.
– And we gonna make you lose your mind. Everybody just have a good time!
Наконец, он с трудом приоткрыл левый глаз и понял, что лежит головой в собственном сортире. Тут же Десп попытался поднять её, но упёрся макушкой в ободок стульчака.
– Party rock is in the house tonight. Everybody just have a good time!
Уже почти полностью придя в сознание, он понял, что его разбудил входящий вызов с мобильника, который он, кажется, выронил, когда вчера заходил в квартиру. Освободившись от хватки унитаза, он выбежал в коридор и, пошатываясь, направился к входной двери, на полу у которой валялся вибрирующий гаджет.
– And we gonna make you lose your mind. We just wanna see you... Shake that!
– Алло?
– Десептус, ты как? – дрожащий женский голос привёл его сознание в окончательный порядок, разбудив последние спящие нейроны. Он, думая, как ответить, посмотрел на свою загаженную до состояния тряпки рубашку, в которой вчера и уснул.
– Привет, Дорь. Всё как всегда, лучше скажи, ты сама как?
По ту сторону трубки раздался надрывающийся женский плач.
– Я сегодня не могла уснуть без Дамена. Всю ночь плакала, переживала. Где он там, бедненький мой?
Услышав последнюю сказанную сестрой фразу, Десп помрачнел. Только сейчас до него дошло, что он так и не рассказал Дори о случившемся. Та до сих пор упорно верила, что Дамен, живой и невредимый, просто где-то потерялся. Материнское сердце почти перестало биться, и он не знал, как она отнесётся к такому внезапному, плачевному известию. Совсем скоро жёлтая пресса везде распустит слухи о мертвецах в канализации, и Дори точно прикинет, что к чему. В этот тяжёлый момент нельзя было оставлять её одну...
– Давай встретимся сегодня в семь? – внезапно для самого себя выпалил Десп.
– Се... Семь? Хорошо. Буду ждать тебя у "Дэйзи".
– Держись там, всё будет хорошо. – Он соврал. Ничего хорошего уже не будет. Всё давным-давно закончилось и было предрешено, но Десп хотел ещё хоть на полдня сохранить спокойную обстановку в семье. Последние полдня перед тем, как всё закончится.
Трубка по ту сторону провода уже повисла, а значит, теперь оставалось лишь ждать вечера, когда всё встанет на свои места.
Десп вздохнул и посмотрел на себя в зеркало: круги под глазами только увеличились в размерах, будто он вовсе и не спал последние две ночи. То же касалось и волос. Причёска снова слиплась, но теперь она ещё и была мокрой от туалетной воды и рвоты. Рубашка тоже была испорчена в хлам. Застывшую ядерную смесь с примесью крови было не отмыть, так что её можно было смело выкидывать в мусорку.
Когда в разговоре с сестрой он сказал, что у него всё в порядке, он однозначно соврал. Жизнь помотала его не по-детски и ещё успела несколько раз пройтись по Деспу катком. Теперь, взглянув на часы, он понял, что проспал всё на свете. За десять минут ему нужно было успеть: привести себя в порядок, найти сменную одежду, убрать с себя этот зловонный запах рвоты, желательно успеть поесть и не опоздать на автобус, идущий до криминалистического центра.
Как горный козёл, перепрыгнув через лежащую на полу вешалку, Десп на одной ноге поскакал на кухню, попутно снимая с себя одежду. Добравшись в одних трусах до холодильника, он закинул в рот кусок хлеба, откуда помчался в душевую. Хорошенько там ополоснувшись, весь мокрый, он подбежал к шкафу, где с ужасом обнаружил, что не имеет ни одной чистой сменной рубашки. Единственной поглаженной вещью в гардеробе был ужасно безвкусный свитер с оленем, подаренный мамой, царство ей небесное, на один из давних рождественских праздников.
– Пришло твоё время, чемпион... – вздохнув, сказал он и с трудом натянул на себя облегающий всё тело, колющий свитер.
До автобуса оставалась минута, так что на чистку зубов и прочие мелочи времени не оставалось совсем. Закинув в рот жвачку со вкусом мяты, он нацепил на плечи пальто и выбежал в подъезд, из которого бросился на автобусную остановку.
Когда Десп подбегал к ней, его автобус как раз неторопливо подъезжал к этому же месту. С божьей помощью ему повезло успеть, и он залез в набитый транспорт, который тут же тронулся и повёз его в криминалистический центр.
Спустя каких-то полчаса он уже подходил к главному входу, встретившему его холодной керамической тишиной. Во всём здании, казалось, не было ни единого человека, и, бродя по пустынным коридорам, Десп вышел к своему с Сомой офису, за окном которого увидел первых за сегодня сослуживцев.
У стенки стояла поникшая Сома. Её руки были непривычно низко опущены, а взгляд, который всегда козырьком смотрел вверх, теперь красовался у своих ботинок. Возле неё, отчитывающе, что-то говорил начальник их отдела – Род.
Десп распахнул дверь и переключил на себя внимание коллег.
– Ещё один явился! Штраф за опоздание тебе, и... и... И выговор! – задыхаясь от гнева, кричал Род.
– Пс, что случилось? – подойдя на шаг ближе к Соме, шепотом спросил у неё Десп.
– Сама не знаю.
– Что вы там шушукаетесь! Слушайте меня, оба! Сегодня начинаются рождественские каникулы у всего отдела, а на вас до сих пор висит незаконченное дело. Мы не можем уйти в отпуск, пока все расследования не закроют, так что вам надо сегодня же найти виновника, или вы будете оба к чёртовой матери уволены! Делайте что хотите, но если я через... – Род перевёл взгляд на часы, щурясь из-за пота на лице. – Через восемь часов я не увижу подписанных документов с полным отчётом – можете забыть о своей карьере!
Вспотевший от своих криков, упитанный мужичок поспешил покинуть помещение и со всей силы захлопнуть за собой дверь, оставив недоумевающих коллег наедине друг с другом.
– И-и-и... Что только что произошло?
– Он тут с самого утра сидел и орал про отчёты да отпуск. Я сама только пришла. – Сома пожала плечами и круглыми глазами уставилась на Деспа.
– Э-э, так, ещё раз. Он серьёзно хочет, чтобы мы за день разобрались со сложнейшим, мать его, делом за год?
– Типо.
Десептус, на грани того, чтобы переступить черту и начать материться на весь опустевший центр, сел на стул и посмотрел на захлопнутый вчера ноутбук. Нет – сейчас не было времени на бессмысленное пересматривание записей без какой-либо пользы. Нужно было ехать обратно и ещё раз осмотреть место происшествия с уже новой полученной информацией.
– Поехали, – сухо сказал он Соме.
– За коня́ми!
– Э-э... Там вообще-то по-другому говорилось.
– М? А как?
– Пожалуйста, просто забудь...
Вдвоём Сома и Десептус сели в рабочую машину и поехали сквозь узкие, заполненные в праздничные дни улочки. Когда он выглянул из окна, посмотреть, где они притормозили, увидел перед собой магазин новогодних игрушек, разукрашенный сотнями мелких рождественских украшений. Словно какого-то эльфа вырвало на их дыру, а не они решили срубить побольше денег с паршивого праздника.
Десп поморщился и отстранился от окна, утыкаясь в Сому.
– Что? Появились какие-то догадки за день? – спросила она.
"Конечно! Это же сам "панаралямный" Крампус. Кто ещё?" – подумал про себя Десп, но не решился произносить вслух, удостоив Сому более сухим ответом.
– По нулям. Всё, что я знаю – это точно были не собаки.
– Ну-ну... – задумчиво произнесла она и отвернулась к окну.
Всю оставшуюся дорогу они проехали молча, каждый уткнувшись в свой угол. Сома смотрела в окно, а Десп себе под ноги: Ну до рвоты его доводил вид с улицы, ничего тут не поделаешь.
Когда горе-следователи добрались до уже знакомого им переулка, на них сразу нарвался молодого вида паренёк-репортёр:
– Скажите, это правда, что в канализации нашли трупы пропавших детей? Сколько ещё людей будут похоронены в нашем водостоке? У вас есть подозрения на роль убийцы?
– Без комментариев. – Десп закатил глаза и оттолкнул от себя парня рукой, вызвав у того гнев на лице.
Сома, будучи более миролюбивой, улыбнулась ему, но не стала отвечать на вопросы, молча пройдя под жёлтой лентой.
– Откуда только эти паршивцы черпают информацию? – оглядываясь назад, задал вопрос Десп скорее сам себе, чем Соме. Несмотря на это, она решилась дать ответ.
– Такие, как этот мальчуган, по ночам пролазят на территорию, а потом сами оказываются новыми жертвами.
– Малолетние придурки, только мешают дело вести.
– Ничего не поделать, мы сами когда-то были такими же. Что, забыл своё студенческое время?
– Вот только кто-то из этого времени вырастает, а кто-то... Остаётся таким, как ты.
– Эй! Всмысле, как я? Я что, по-твоему, недостаточно взрослая?
Десп проигнорировал её вопрос и было сделал первый шаг на лестничную балку, когда его внимание привлёк неясный новый звук.
– Чего встал? Встал что ли?
Десп перевёл на Сому уставше-вопросительный взгляд, после чего оглянулся по сторонам, ища источник звуков воочию.
Почти все поставленные на скорую руку палатки уже были убраны, и на некогда оживлённом месте происшествия не осталось ни единой живой души. Лишь одинокие чёрные вороны, проводящие свои будни под крышами домов, изредка каркали, нагоняя мурашек по коже. Да поодаль гавкали уличные псы, верно охотящиеся за какой-то мелкой городской дичью. Но всё это пейзажное умиротворение надрывал лишь один глухой звук, который смог уловить обострённый слух Десептуса. Он слышал детский плач.
Ничего не объясняя Соме, Десп проследовал вслед за его источником, в переулок, где днём ранее встретил остывший собачий труп. С каждым новым шагом громкость звука лишь нарастала, пока он не увидел его своими глазами. На дорожке, за трансформаторной будкой, забился маленький плачущий мальчик, на вид не старше покойного Дамена. Вокруг его ноги растекалась небольшая лужа застывшей крови.
– Вызови скорую. – шепнул он Соме, после чего шагнул чуть ближе к ребёнку, – Привет, можем поговорить?
Мальчик поднял свои дрожащие выпученные глаза наверх и молча уставился на Десептуса, глотая воздух ртом. В его попытках ухватиться за последний "кислородный баллон" было что-то пугающее, но до жути прекрасное, что завораживало Деспа и заставляло с удовольствием наблюдать за этими попытками выкарабкаться из предобморочного состояния.
Опомнившись спустя пару секунд, он усадил ребёнка вертикально и слегка наклонил его к себе.
– Смотри на меня. Медленно вдыхай носом, выдыхай ртом. На меня смотри, я сказал.
Ребёнок всё не хотел слушаться и падал головой вниз, что мешало приведению организма в норму. Казалось, мальчик пытался что-то сказать Деспу, но сквозь хрип и жадные попытки загрести воздух в свои лёгкие, он не мог ничего вымолвить.
– Кр-... Пус... – наконец до Деспа донёсся тоненький голосок мальчика, и он понял одно единственное слово, хватившего, чтобы довести его до паники. Крампус. Нет... Это не могло быть оно. Откуда случайному маленькому мальчику знать про грёбанного Крампуса, на котором, казалось, помешался его мозг за прошедшие два дня!? Ему наверняка просто послышалось или что-то в таком роде. Это всё – несусветный бред, в который даже самый отбитый фанатик не смог бы поверить, а не то что прогрессивный и рациональный Десептус.
– Вдох-выдох. Давай, повторяй за мной, – опыта в общении с детьми у него было не отнять. Десп был настоящим мастером, способным спасти любого ребёнка, кроме, пожалуй, троих бедолаг...
– Кх... Кхья, собаки... В канализации, – наконец выдавил из себя ребёнок, введя Десептуса в ступор.
– А Крампус?
– Какой Крампус?, – одновременно спросили Сома и мальчик.
– Э-э-э, проехали. Так, давай с чистого листа. Как тебя зовут?
Ребёнок, всё ещё переводя дыхание, попробовал ответить:
– Лют.
– Рад знакомству, Лют. Я – Десептус, а это моя подруга Сома, можешь звать меня просто Десп. Расскажи нам, что случилось, и мы попробуем тебе помочь.
– Хорошо, дядя Десеп... Десп. Вчера друзья рассказали мне про прок-кклятую канализацию. Я захотел глянуть, правда ли там умирают дети. Ночью я спустился туда, но нашёл только большу-у-ую кучу собак, кушающих что-то. – после этих слов Десп сильно озадачился, но не стал прерывать речь мальчика. – Они-они меня заметили, они погнались за мной, и... и... – Лют приподнял штаны с ноги и показал на место ранения. Ему насквозь прокусили голеностоп. Кожа вокруг укуса покрылась сильным зудом и покраснениями, доставляя сильную боль мальчику.
– Почему ты не позвал на помощь?
– Я звал, но никто не пришёл. А идти очень-очень больно! Я думал, я умру здесь, из-за проклятой канализации!
– Так. Скорая уже в пути, можешь не переживать, тебе помогут. Пока что, скажи. Ты видел, что кушали собаки и запомнил, как далеко отсюда они были?
– Внизу речки. Думаю, это был один из детей, которых забрала канализация.
– Допустим... Сиди, не двигайся. Мне с напарницей надо кое-что обсудить.
Десп жестом показал Соме следовать за собой и отошёл за угол, где мальчик не сумел бы подслушать их разговор.
– Думаешь о том же, о чём и я? – Наконец спросила его она.
– Ага... – Словно пребывая в неком трансе, ответил Десп. – Бешенство.
– Но если... В канализации целая свора бешеных собак, которые непонятно каким образом собрались вместе, значит, они должны быть причастны к смерти детей, не так ли?
– Нет же... Что-то не сходится, – "Там не должно было быть собак", – уже про себя подумал Десп, не став озвучивать мысль вслух.
– Обсудим в центре, уже скорая приехала.
Машина скорой помощи и вправду уже стояла у главного входа, и двое медиков стали выносить из неё носилки.
– Дядя Десп, а меня канализация тоже заберёт? – спросил мальчик у него в последний раз, когда носилки почти поднесли к ребёнку.
– Я не позволю больше никому пострадать от рук Крампуса.
– Какого Крампуса? – повернув голову чуть-чуть набок, спросил ребёнок.
– Э-э, я имел в виду канализации, да.
Десп отошёл в сторону и полез в карман пальто за пачкой сигарет, но вспомнил, что так и не успел вчера купить новую.
– Держи, ты вчера у меня её так и не забрал. – сзади к нему подошла Сома и протянула украденную у торгового центра сигарету.
– Спасибо.
Десп поджёг уголёк и сделал крепкую затяжку, выпуская дым в воздух. В голове всё было скрыто туманом, за которым он не мог дотянуться ни до единой светлой мысли. Возможно, из-за недосыпа его последние живые нейроны стали отмирать и угасать, а возможно, он просто устал. Вся эта ситуация сильно давила на и так шаткую психику, медленно сводя его с ума. Собаки в канализации... Нет-нет, это всё полный бред.
– Деспик, ты как? – волнующимся тоном спросила Сома, всё это время следившая за отстранённым выражением лица друга.
– Я... Не знаю. Надо пойти, убедиться в словах Люта. – будто на автомате выпалил он и пошёл в обратную от канализации сторону.
–Де-е-е-есп, люк в другой стороне если что.
–Ах, да. Точно, – после этих слов Десп, пребывающий в круговороте своих мыслей, развернулся на девяносто градусов и снова пошёл в неправильную сторону, по направлению к стене.
– Да что с тобой сегодня! – Сома схватила его за плечи и хорошенько потрясла, пытаясь привести в чувства.
Опомнившись, Десп широко открытыми глазами уставился на неё, не особо понимая, что происходит.
– Ты как себя чувствуешь?
– Кажется, всё ещё лихорадит.
– Охх, сиди, отдыхай. Я сбегаю вниз, всё проверить, и поедем обратно в центр.
– Нет... Мне нужно пойти с тобой.
– Размечтался, в таком состоянии тебя там первого собаки загрызут.
Не дав Деспу обдумать её слова, что заняло у него порядочное количество времени в нынешнем то состоянии, Сома развернулась и быстро пошагала к люку, ведущему вниз.
Всё ещё стоя у стены, всё ещё пребывая в лихорадочном состоянии, Десп опёрся о неё и медленно съехал к ледяной земле, покрытой твёрдым снегом. Собаки... Канализация... Крампус... Всё это смешалось у него в голове в один большой снежный ком, который катился с горки, грозясь раздавить самого Деспа.
Что за чертовщина с ним происходит последнее время!? Некогда лучший следователь города теперь не может связать двух слов воедино и путает лево-право из-за того, что услышал про каких-то собак в канализации. Что в этом предложении могло его так удивить?
Неужели Десп всерьёз поверил в существование треклятого Крампуса, въевшегося в подкорки его мозга, и теперь его берёт тремор от любого противоречия своей главной теории? Нет, всё это полный бред! Крампуса точно не существует, и если потребуется, он самолично это докажет. Но... Это точно не могли совершить собаки!
По правде сказать, сейчас Деспу даже было стыдно за тот факт, что днём ранее он поддался пучине суеверия и безо всяких веских на то причин смел с полной уверенностью полагать, что убийцей детей в канализации мог оказаться какой-то там Крампус. Но даже больше этого его раздражала одна лишь мысль о теории Сомы.
Десептус сам не знал почему, но не мог смириться с идеей того, что виновниками кровавой бойни в канализации могла оказаться свора бешеных псов. Что-то в глубине мозга упорно твердило ему обратное, и он не мог ослушаться этого навязчивого лепета.
Силы оставляли его: как физические, так и ментальные. Дамнатус... В конце концов, Дамен. Как же он по нему скучал. Бедный племянник был ему как родной, и он безумно горевал по так похожему на него мальчишке. Вся ситуация сводила его с ума и не оставляла и шанса на глоток свежего воздуха. Лёгкие, под биток заполненные туманом, отдавали колющей болью по всему телу и молили о просвете на тёмной полосе жизни, но та была к Деспу неблагосклонна.
Он совершенно запутался. Все вокруг только и твердили о том, что убийцами однозначно были бродячие собаки, а несоображающий мозг ссылался на грёбанного несуществующего Крампуса! Ни одна из двух теорий не была ему по душе, но большего он и не имел. Всё, что ему оставалось – лежать около трансформаторной будки и покрываться жаром, не зная, что и думать. Дело надо было закрыть уже сегодня, а он до сих пор не выдвинул ни единственной разумной теории. Неужто ему и вправду придётся согласиться на собачью версию, просто чтобы не вылететь с должности?
Нет! Он не может этого допустить. Надо всё вспомнить с самого начала.
Лежащий на полу Десп мёртвым взглядом уставился в одну точку напротив себя и стал раз за разом прокручивать всю имеющуюся у себя информацию в попытке зацепиться за что-то новое. Эти размышления длились долго: как казалось самому Деспу, порядка нескольких часов. На деле же, одной Соме было известно, через сколько она снова поднялась наверх и подошла к полностью скатившемуся на снег Деспу.
– Вставай, лежебока. В центр пора.
– А... Да. Что-то удалось выяснить?
– Собаки уже убежали, но по стоку вниз, правда, лежит новое тело. На этот раз жертва – другая собака. Всё выглядит точно так же, как и на нашем месте происшествия. Вывод оглашать, думаю, смысла нет.
– Нет же! Всё должно быть не так...
– Что говоришь?
Десп перевёл взгляд на покрывающийся синевой небосвод, секунду подумал и снова уставился на Сому.
– Ничего.
Молча он поднялся на ноги и проследовал за ней. В душе у Деспа всё пылало, но возразить подруге он не мог. Вместе они сели в машину и поехали обратно в центр, события в котором были покрыты молчаливым туманом.
Десп к тому времени практически перестал соображать и всё пытался выудить новую информацию из своей памяти, что напрямую влияло на его способность к размышлению в реальности.
Когда они стали подходить к двери своего офиса, навстречу им вышел всё ещё взбешённый Род.
– Уже полдень, а вы только вернулись! Отвечайте, что узнали?
– Мы нашли виновников преступления и сейчас напишем отчёт. В течение пары часов всё будет закончено и сдано, – Сома поспешила прикрыть собой несоображающего Деспа и ответить боссу.
– Кхм, вот так бы и сразу, молодцы. А теперь марш работать!
Десп и Сома проскочили в свой кабинет, где поспешили снять верхнюю одежду. Она скинула пуховик и, не глядя, бросила его на вешалку, сразу же с головой погружаясь в работу. Он же, машинально последовал её примеру, и скинул своё пальто, впервые за день озаряя миру свой шедевральный олений свитер. Яркий цвет привлёк внимание Сомы, и она с удивлением уставилась на одежду друга.
– Деспик, я, конечно, всё понимаю, но это вообще что?
Он с удивлением уставился на себя в зеркало, будто сам только что впервые увидел, во что был облачён, и неловко улыбнулся, заставив Сому громко рассмеяться. Успокоившись, она вернулась к работе, продолжая писать завершающий отчёт по делу.
– Я могу помочь? – Десп, не в силах сидеть в стороне, шатаясь, подошёл к Соме и облокотился о стол. Она, завидя его "предсмертное" состояние, недовольно покачала головой и вздохнула.
– Иди отдыхай, я всё сделаю сама.
– Но я не могу... Тогда всё закончится, – в его глазах читался неподдельный ужас, не вызывающий ничего, кроме сочувствия.
– Пойми, всё указывает нам на один логичный вывод, и он не имеет ничего общего с "панаралямным" Крампусом.
– Да какой к чёрту Крампус! Я не псих, я просто стараюсь мыслить шире! Скажи, пожалуйста, куда в моменте девались дети из канализации? Не уж то сами собаки их вырубали наповал?
Сома замешкалась, не зная, что ответить, и отвела взгляд в сторону.
– Я не знаю. Я просто не хочу лишиться своей работы, – холоднее, чем обычно, произнесла она и замолкла.
Десп не знал, что ещё сказать, и молча опустил взгляд к своим ботинкам. Отойдя на шаг назад, он сполз по стенке вниз и закрыл глаза, стараясь сосредоточиться на своих мыслях. Но разум отказался работать наотрез. В таком положении он и заснул, выпав из реальности происходящего.
Проснулся он уже лежащий на небольшом диванчике. Видимо, за время сна Сома отвлеклась от заполнения отчётов и каким-то образом подняла его восьмидесятикилограммовую тушу на диван. Подняв взгляд, первым делом он бросил его на настенные часы, на которых подходил к концу шестой час дня. До встречи с сестрой осталось чуть больше часа.
– О, проснулся наконец-то!, – Сома кинула беглый взгляд в сторону дивана, после чего развернула кресло.
– Пока ты спал, я установила последовательность событий... составила заключения... ну и отослала всё, что надо начальству. В общем, на следующие недельки полторы мы полностью свободны.
– Это... конец?
– Типа. Специальная команда уже отправлена, и до вечера всех собак отловят и усыпят. Ещё одно разгаданное дело в нашу копилочку!
– Мгм. – сухо промычал Десп и перевёл взгляд на дверь. – Я на сегодня свободен?
– Э-э-э, если спешишь, то в принципе... – Не дослушав речь Сомы, Десп поднялся с дивана и под её озабоченный взгляд направился к вешалке. Сняв пальто, он развернулся к двери и прикоснулся к ручке.
– Стой! Деспик, у тебя всё хорошо? Я переживаю, мы можем поговорить?
– Я... не знаю. Давай всё завтра.
Десп захлопнул за собой дверь и покинул помещение. Шёл он угрюмо, подавленно. Ему не удалось повлиять на ход событий, и всё закончилось, даже толком не начавшись. Дело было официально закрыто, а значит, настоящего убийцу уже вряд ли когда-нибудь найдут. Если он, конечно, вообще существовал...
– Прости меня, Дамен... – прошептал он себе под нос, когда выходил из здания центра.
А может, Сома была и права. И не только в своём умозаключении про собак. Вчера она сказала, что Деспу стоит чаще прислушиваться к близким... Да, в этих словах определённо была заложена часть истины. Пока он не потерял кого-то ещё, ему стоило чаще внимать их голосам. Потеря племянника чему-то его да научила и заставила переосмыслить многое в своей жизни.
Наверное, он погорячился с выводами, и если бы ещё раз пересмотрел всё на трезвую голову, то убедился бы в верности суждений Сомы. В конце концов, дети могли попадать в обмороки или просто подшутить друг над другом, а потом поодиночке стать жертвами злосчастного убийства. Да... Бедняжки.
Да и даже если брать в учёт обратный вариант. У них банально не осталось времени, чтобы проводить дальнейшее расследование. Как бы ему ни хотелось бороться за справедливость, Десп не был готов лишиться единственного способа заработка за мнимую надежду прокопать глубже с большим шансом на неудачу в конечном итоге.
И всё же сердце у него лежало не на ровном месте. Что-то смутное и мрачное затаилось в глубинах его души и влияло на разум, пуская разрастающийся корень сомнения в глубины собственного сознания. Хах? Или... Нет, это просто лихорадка.
Десептус, спустя полчаса времени, спокойным шагом добрался до "Дэйзи" и, заказав себе стаканчик Американо, улёгся на одном из деревянных столиков подле.
...
– Десептус... Ты спишь? – трепещущий женский голос вывел Деспа из задремавшего состояния. Он слегка приподнялся, и ещё не до конца разлепившимися веками, уставился на человека перед собой. Перед ним стояла женщина, несмотря на свой достаточно молодой возраст, частично покрывшаяся сединой. Её блеклые пряди волос торчали дыбом, будто она только что встала с кровати и ещё не до конца успела прийти в себя. Слегка сгорбившаяся, руки у неё были прижаты к груди. На Деспа она смотрела влажными глазами, в любую секунду готовая разреветься и ничь на пол. В этих некогда ярко искрящихся глазах ныне лежала лишь горечь материнского отчаяния, потерявшей своего единственного ребёнка. Это была его сестра – Дори.
– Нет, просто полежать решил.
Дори пустила нервный смешок, хотя по её глазам было отчётливо видно, что ей сейчас было совсем не до смеха. Неуклюже, она споткнулась о стул, стоящий позади неё, и, стесняясь людских взглядов, села на него, придвигаясь ближе к брату.
– Ох, я так больше не могу. Матери Ламика и Эбиз обвиняют меня в пропаже их детей, а у меня даже нет сил, чтобы встать с кровати. Я еле дошла до тебя сегодня. Я не знаю, что мне сейчас делать. Десп, мне очень нужна твоя помощь. – её голос, впрочем, как и всё тело, дрожали, содрогая неровно поставленный деревянный стол, заваленный снегом.
В ответ Десп рассеянно кивнул и молча продолжил слушать.
– Я не знаю, что мне делать без Дамена. Ты бы не мог, пожалуйста, лично заняться его поисками? Для меня это очень важно.
Десп нахмурился и отвёл взгляд в сторону. Время пришло. Ему нужно было раскрыть сестре правду, но он не знал, какие слова лучше подобрать. После непродолжительного сна, уставший мозг снова вернулся в лихорадочное состояние и язык не слушался своего хозяина.
– Я не выдержу ещё одной ночи без него. Знаешь... Сердцем я чую, что он где то рядом. Я уверена, что он скоро вернётся, нужно всего лишь...
– Дамен мёртв. Я нашёл его расчленённое тело вчера в канализации, – совершенно спокойно и неожиданно для себя вымолвил Десп, пустым взглядом уставившись прямо в глаза Дори.
Та, услышав это, распахнула рот и замолчала. Её губы панически задрожали, не в силах произнести ни единого слова. По щеке тут же пробежала крупная струйка солёной воды, за которой спустя секунду последовала и вторая.
– Как мёртв? Нет... Что ты такое говоришь? Десп, ты же шутишь, верно?
– Это – всё, что от него осталось, – Десептус покопался в кармане штанов и вытащил полностью окровавленный серебряный кулончик. Он небрежно бросил его на стол, прямо возле рук Дори, заставив ту одёрнуться. Наконец, когда капли слёз стали падать с её подбородка на подвеску, оставшуюся от Дамена, она дрожащими руками прикоснулась к ней. Проведя ладонью по серебру, она увидела так знакомую себе гравировку.
– Нет... К-как...?
– Все внутренности распотрошили собаки. Взглянуть на тело вряд ли получится.
Дори подняла трясущийся взгляд на Деспа, после обратно на кулон. Судорожно переводя его с одного на другого, женщина не выдержала, и из её глотки вырвался разрезающий воздух душераздирающий крик. Всё внимание людей, проводивших свои спокойные будни у уютной "Дэйзи", в секунду привлёк столик под номером четыре, за которым сидела совсем уж странная парочка. Дори закрыла своё лицо руками и попыталась быстро встать со стула. Споткнувшись об его ножку, она упала лицом на плитку и, оставляя за собой кровавый след, побежала куда глаза глядят.
Десп, ни на миллиметр не шелохнувшись, наконец повернул голову и совершенно спокойно провёл взглядом удаляющийся образ сестры. Не проронив ни слова, он посмотрел на свой остывший Американо и прошёл до кассы.
– Это за вчера и сегодня.
Протянув крупную купюру, номиналом явно бóльшую правильной цены, он развернулся и пошагал в сторону собственного дома. Удивлённая продавщица попробовала его окликнуть, но Десп не оглянулся.