Часть Первая. Греция. Глава 1.
Часть Первая. Греция.
Глава 1.
Эванжи спускалась босыми ногами по холодным ступеням. Тишина, окружавшая девушку, давила со всех сторон. Словно ее невидимая петля, сотканные из тьмы, накинута на хрупкую девичью шею. От этого ощущения, дыхание было резким и прерывистым. Сердце глухо стучало в груди, не в силах вернуться к естественному ритму.
Пещера утопала во мраке. Когда глаза девушки привыкли к темноте, она смогла различить маленький мерцающий огонек, где-то впереди. Сложно было сказать, насколько далеко он располагался, но стало для ее хоть каким-то ориентиром. С трудом преодолев не меньше дюжины ступеней, Энжи смогла рассмотреть факел, воткнутый в расщелину скалы по правую руку. А следом за ним, девушка разглядела еще несколько десятков подобных огоньков. Они располагались с точной периодичностью друг от друга уходя под землю все ниже и ниже. От этого каменная лестница показалась ей бесконечной...
Девушка продолжала неуверенно спускаться. Дойдя до факела, Эванжи поняла, что не чувствует от него тепла, словно огонь не был настоящим. Она нерешительно протянула руку к пламени, готовая в любой момент одёрнуть ее, но ничего не почувствовала. Это показалось ей странным. Все происходящее вокруг было странным.
С левой стороны была пропасть. Подойдя к краю, Эванжи посмотрела вниз, но кроме кромешной тьмы ничего не увидела. На мгновение ей даже показалось, что мрак зовет ее, манит к себе своими костлявыми руками со скрюченными пальцами. Секундное желание подчиниться, мелькнуло в голове Энжи. Сделать это здесь и сейчас. Это было похоже на наваждение. Но затем в груди что-то щелкнуло, словно кто-то невидимый оттолкнул от края, возвращая возможность мыслить рационально.
Девушка глубоко вздохнула:
–Вперёд и вниз. – На одном дыхании произнесла она, но слова растворились в воздухе отозвавшись тишиной. Словно, мрак поглощал все звуки, начиная с ее шаркающих шагов и заканчивая голосом.
Девушке больше ничего не оставалось, кроме как продолжить свой путь, возможно внизу она сможет найти кого-то кто поможет ей. Спустя время, она увидела впереди силуэт. Не веря своей удаче, девушка заморгала, пытаясь понять не кажется ли ей это. Но ничего не изменилась. Силуэт, принадлежавший мужчине, все так же продолжал спускаться. И даже светился слабым мерцающим светом, когда приближался к факелам. Эванжи ускорила шаг.
По мере приближения к мужчине, девушка заметила, что он то и дело сжимал кулак левой руки, словно проверял не потерял ли он, что-то находящееся там, а также постоянно поправлял старый, потрепанный от времени гиматий. Он нервничает, поняла Энжи, но при этом, совершенно не обращает внимание на отсутствие обуви. В то время как ее ноги уже озябли. И все же что-то еще в нем было не так.
Эванжи подняла руку, чтобы одернуть путника, и узнать: где они находятся, куда ведёт эта лестница и долго ли ещё им предстоит идти, но не смогла этого сделать. В горле застрял сдавленный крик полный ужаса, когда ее рука прошла сквозь плечо мужчины, не встретив живой плоти...
Девушка застыла на месте, пытаясь успокоить хаотичные мысли. Сердце в груди забилось в три раза чаще. Оцепенение длилось несколько томительных секунд, показавшихся ей вечностью. Едва наваждение спало, Энжи заметила, как перед ней появилось нечто, еще один силуэт. Мерцающий и едва осязаемый, он прошел сквозь ее тело. И хоть единственное, что Эванжи почувствовала была еле уловимая вибрация, это заставило её в панике отскочить в сторону. Она всем телом старалась прижаться к скале настолько близко, насколько это возможно. Холод камня обжег девушке кожу, и расцарапал обнаженные предплечья, возвращая способность мыслить более ясно, и только когда стук ее сердца перестал раздаваться в ушах, она обратила внимание на вереницу бестелесных людей.
«Они мертвы...» – эта мысль вышибла весь воздух из легких, но дала каплю понимания. Все тут же встало на свои места. – «Они мертвы и идут в Царство Мёртвых.»
Вереница человеческих душ, не спеша следующих друг за другом, не обращала на девушку никакого внимания. Их лица не выражали эмоций, а глаза были пусты и безжизненны. Немного постояв, девушка сделала несколько неуверенных шагов вниз по лестнице. Камень был влажным и настолько гладким, что, представив сколько ног уже прошло по этому пути она снова ощутила ужас. Аккуратно обходя путников, девушка продолжала спускаться вниз в неизвестность. Энжи рассматривала человеческие души, в надежде встретиться взглядом с кем-то в ком ещё была жизнь. Или хотя бы капля сознания, но вскоре поняла, что это бессмысленно, таких ее спутников не было... Одеты все были по-разному, недорогая повседневная одежда, нищенские лохмотья или дорогие заморские ткани с драгоценностями, на некоторых даже были плащи с драпировкой, но всех объединяло одно, они все были без обуви.
Все как один, мужчины и женщины, старики и дети. Смерть не щадит никого.
Спускаясь дальше, девушка обратила внимание, что у преобладающей части душ в руках что-то лежало. Большинство мертвых не обращало на это внимание, за исключением некоторых стариков и детей, чьи маленькие и сморщенные кулачки, монотонно сжимали и разжимали, нечто похожее на золотые камешки или монетки. Эванжи нахмурилась, для чего мертвым монетки, что могут купить мертвые?
Наконец, она поняла, что это плата, за вход в загробный мир. Но что делать тем, у кого нечем платить? Девушка ощупала свое платье и накидку на наличие карманов, но ничего не нашла. Ей во что бы то не стало нужно найти кого-то, кто мог бы объяснить ей, как она попала сюда. На границу между Миром Живых и Миром Мертвых.
Немного осмелев, она старалась не обращать внимание на мёртвых, через чьи тела ей приходилось проходить, сокращая путь. Это не вызывало у последних ни малейшего дискомфорта.
Внезапно, странное зудящее чувство, стало расползаться по всему телу. Оно заставило Энжи остановиться и прислушаться к своим ощущениям. Это было похоже на пустоту, где-то на уровне груди, и «она» что-то требовала. Казалось, еще немного и это чувство, полностью подчинит ее своей воле. Энжи схватилась за голову, в попытке унять наступающую головную боль. Растерянный взгляд метался по ступеням, и зацепился за статную фигуру, вальяжно спускающуюся по ступеням. Мужчина в странной одежде сильно выделялся на фоне бестелесных существ. Эванжи задержала дыхание, боясь спугнуть, толи ведение, толи реальность. Тем временем зов становился все сильнее и настойчивее. И он требовал от девушки заполнить пустоту внутри себя. Энжи моргнула, и фигура исчезла. Тем временем зов усиливался невыносимым зудом и был требовательнее и пугающей, чем прошлое желание сбросится со скалы. Приложив левую ладонь к груди и глубоко дыша ртом, девушка изо всех сил старалась сжать грудную клетку, в надежде унять пустоту. И лишь когда по телу побежали теплые ручейки крови, мгновенно впитываясь в одежду, она осознала, что содрала ногтями кожу. Телесная боль заглушила ментальную и разум ее прояснился. Сделав еще несколько вздохов, Эванжи поняла, что снова может себя контролировать. Энжи была напугана, но одновременно с этим пришло осознание того, что она находится на верном пути. Это как ущипнуть себя во все, чтобы проснуться от кошмара. Все просто, главное не забывать...
С каждым следующим шагом она все увереннее спускалась вниз. Несколько раз она оборачивалась, в надежде увидеть незнакомца, но его не было. В конце концов девушка решила, что он ей всего лишь привиделся. Просто игра воображения. Она была так напугана и сбита с толку своим состоянием, что готова была принять желаемое за действительное. Так отчаянно ей нужна была помощь.
Через некоторое время послышался шум воды. Сначала девушка думала, что это очередные игры ее измождённого разума, но подойдя к краю, девушка увидела необыкновенный пейзаж. Не смотря на отсутствие солнечного света, видимость прояснилась. Теперь в самом низу пещеры виднелись петляющие реки. Где-то их воды были спокойны, а где-то бурлили, словно под ними происходило сражение. Одна из рек была покрыта льдом, другая представляла собой поток огня, который обвивал землю вокруг и, казалось, достигал самих глубин Тартара. Над третьей рекой стелился туман, она омывала пристань, к которой ей предстояло спуститься. Четвертая, самая узкая и спокойная речка. Почему-то Эванжи точно знала, что, испив из этой реки можно лишиться всех воспоминаний...
«Ты даруешь себе полное забвение и навсегда стираешь память о себе, и о тех, кто был тебе дорог при жизни. Единственный подарок, что может подарить тебе смерть...» – прошептала девушка едва слышно. Неужели теперь и ей суждено обречься на забвение, но не это ли уже произошло? Энжи задумалась, а был ли у неё кто-то близкий до того, как она попала сюда.
И последней рекой, была широкая Стикс. Река нерушимой клятвы, никто и никогда, не посмеет нарушить клятву, данную на реке Стикс, ибо даже Богам не дана такая сила как ей.
Но что самое удивительное, когда все реки соединялись вместе, то образовывали целое море, что омывало своими волнами золотой песок на противоположном берегу. В том месте где возвышалась неприступная стена, и дно моря светилось ярким золотым светом, как если бы в нем лежали несметные сокровища. Еще никогда в жизни Энжи не видела ничего подобного.
Теперь наконец все встало на свои места. Девушка находилась внутри горы Кара-Даг...
Все это время она находилась в пути к Греческому пантеону и его Царству Мертвых. Эванжи вздрогнула, только сейчас она осознала, где в действительности находится и насколько это ужасное место.
С этим знанием пришло и понимание того, что все происходящее большая ошибка. Ведь она была живым человеком из плоти и крови, а в груди у нее билось настоящее сердце. Ей во что бы то не стало, нужно выбраться из этого места. Вот только как?
«Вперед и вниз» – Прошептали голоса. Энжи вздрогнула от неожиданности, не понимая откуда услышала эти слова. Фраза, мелькнувшая в голове, казалось, принадлежала кому-то другому, той пустоте, что была спрятана внутри нее. Этих голосов было много, но ни один из них, не был ее собственным. От этого Эванжи снова стало не по себе, однако она была уверенна, что голоса ведут ее в нужном направлении. Это было единственное знание, которое она осознавала так же четко и ясно, как свое собственное имя. А потому ей больше ничего не оставалась, как прибавить шаг, и как можно скорее добраться до конца лестницы.
Вперед и вниз.
У маленькой пристани Эванжи увидела деревянную лодочку с вырезанными на ней незнакомыми письменами. Сколько бы она не пыталась прочесть их, у нее ничего не получалось. Рядом с лодкой был старец с длинной бородой и одетый в темное рубище. Он сидел с протянутой рукой, в которую мертвые клали ему золотые монетки. Когда его ладонь наполнилась, Хирон переложил их в мешок, и с трудом поднявшись на ноги залез в лодку, в которой уже было несколько десятков душ. Оттолкнувшись длинным веслом от дна, старик направил лодку к противоположному берегу.
– Подождите! – закричала Энжи.
Девушка со всех ног бросилась вниз. Страх от возможного падения исчез, уступая место лишь одному единственному желанию, как можно скорее добраться до пристани и перебраться на другой берег. Лодка продолжала скользить по реке, становясь все меньше и меньше, пока не превратилась в маленькую едва различимую точку на горизонте. Возможно, когда она доберется до пирса, старец уже снова будет плыть к этому берегу и ей не придется ждать слишком долго. Почему-то мысль об ожидании на берегу, вызывала в ней чувство тревоги.
Преодолев последнюю ступень Эванжи остановилась. Ее босые ноги ступили на черный песок, который показался невероятно теплым. Девушка улыбнулась, испытав это простое чувство теплоты, оно показалось ей новым и неизведанным ранее, но в тоже время простым и понятным. Кончики пальцев закололо от этих эмоций, и она удивленно посмотрела на свои руки.
Глухой удар лодки о пристань отвлек ее от размышлений. Не теряя больше ни секунды, Энжи направилась к старому лодочнику, который снова начал принимать плату за свою работу. Взгляд его серых, покрытых пеленой глаз, заставил девушку съежиться, и поплотнее запахнуться в плащ, цвета сочной вишни. Переминаясь с ноги на ногу, Эванжи обратилась к лодочнику.
– Извините. Мне нужно на другой берег... – Произнесла она на одном дыхании.
– Одна мёртвая душа – одна монета, – пробормотал Хирон, не глядя на нее. – Нет монеты - нет переправы.
– Но вы не понимаете, я живая! Меня не должно здесь быть. Я хочу вернутся обратно. – Девушка бросила взгляд куда-то вверх, где, по ее мнению находилось солнце, освещавшее мир людей. Однако даже сама она не до конца понимала, почему именно, ей хочется туда попасть.
– Одна мёртвая душа - одна монета, нет монеты - нет переправы. – Повторил старик. Не дожидаясь ответа, он снова оттолкнулся веслом от причала, уводя свое судно к противоположному берегу.
– Но... Я должна! – Девушка осталась стоять на месте, перебирая в голове, чем она могла бы расплатиться за переправу. Ведь у неё ничего не было, лишь туника и плащ. На мгновение ей пришла в голову сумасшедшая мысль, забрать монетку у одного из мертвых. И даже применить силу, если потребуется, но Энжи тут же отмела эту идею. Она не могла позволить себе, чтобы из-за нее, кто-то другой навсегда остался здесь, так и не обретя покой после смерти.
Эванжи опустилась на корточки и обхватив колени руками, принялась раскачиваться вперед и назад, словно убаюкивая себя. Ее тело била мелкая дрожь, а губы шептали одно и тоже. И этих голосов снова стало много:
– На другой берег. На другой берег. На другой берег.
Локи:
Мужчина спускался по лестнице размеренно, сложив руки за спиной. Его окружал мрак, ступеньки крошились под ногами при каждом шаге. Одно не осторожное движение, и любой смертный может «вдруг» оказаться главным клиентом этого места от случайного перелома шеи при падении. А если ему повезёт, но не очень, то он утонет в реке, чьи волны раз за разом накатывают на скалу. Надо признаться не завидная участь.
Полубог шумно выдохнул.
И как долго ему ещё придётся спускаться в эту червоточину уныния и скорби. Это место навивало на него дурные воспоминания, от которых он так долго пытался избавиться. Нет ничего хуже, чем снова почувствовать себя жалким и беспомощным. Локи стряхнул со своего плеча невидимую пыль, словно это она была причиной его раздражения. Сейчас самое главное не поддаваться гневу и выполнить работу чисто и до конца, иначе все было зря.
Мужчина надеялся, что память, потерянная девушкой, не повлияла на её силы. И ей будет достаточно лишь напомнить об их существовании, чтобы Эванжи вновь могла снимать печати. Теперь ему оставалось только ждать, стать на некоторое время сторонним наблюдателем и лишь в крайних случаях помочь, когда положение дел станет совсем безнадежным.
***
Эванжи показалось, что прошла целая вечность, прежде чем лодка снова вернулась к берегу. Не оставляя попыток уговорить старца, девушка упала на колени и вложила в свою просьбу все свое отчаяние:
– Прошу вас! Умоляю, мне нужно на другой берег.
– Хорошо, жди у лодки. – Старик небрежно махнул рукой в сторону своего плавательного судна и не спеша побрел к берегу, где толпились мертвые. В этот раз он не собирал с них монеты, а просто нашептывал что-то, от чего души замирали на месте и больше не шли к пирсу,
Не до конца веря в свою удачу, девушка сорвалась с места и побежала к лодке. Она в нетерпении переминалась с ноги на ногу, боясь, что Хирон передумает, и не станет переправлять ее к вратам Царства Мертвых.
Шаркающей походкой старик вернулся к девушке, и прежде, чем сесть в лодку самому, он протянул Эванжи нож. Тот был не больше ладони с тонким, словно прозрачным лезвием и серебряной рукояткой.
– Режь. Одна душа - одна золотая монета, в твоем случае волосы.
Энжи непонимающе посмотрела на старика, переводя взгляд с его лица, на нож и обратно. Внешне он выглядел также. Те же лохмотья, которые некогда были одеждой, то же худое морщинистое тело, те же невидящие глаза. Но что-то в нем однозначно изменилось... Аура Хирона стала совсем иной. Его энергия преобразилась, она стала густой и осязаемой. И бурлила в нём словно потоки горной реки. Прикоснись она, к этой энергии, как ее захлестнет с головой. Сейчас перед ней был кто-то другой, не тот человек что отчалил от берега в прошлый раз.
– Режь. – Прохрипел старец. Даже в голосе его чувствовалась энергия, - но как только сядешь в лодку, ты не должна произносить ни звука, иначе я столкну тебя за борт. И тогда безжалостные воды, утащат твою душу на самое дно. Рекам все равно живая ты или мертвая, пока есть душа, воды опасны. Садись.
Как только нож опустился на ладонь девушки, она ощутила небывалую лёгкость. Ей показалось что она встретила старого друга, по которому так долго скучала. Голоса в голове стали тихим шепотом. Даже они боялись спугнуть это ощущение. Это было странно.
Не мешкая больше, ни секунды, Эванжи без жалости рассталась со своими золотыми волосами. Лезвие легко рассекло ее локоны, словно прошлось по воздуху. Пряди, рассыпавшись в беспорядке коснулись ушей и шеи. Затем она вернула кинжал обратно старику вместе с волосами, и чувство лёгкости стало покидать её тело. Хирон на мгновение задержал на ней взгляд своих серых глаз, словно он ожидал от Энжи другой реакции, но ничего не происходило. Девушка была готова поклясться, что старик был разочарован.
«Это меньшая плата из всех возможных» - подумала она.
Эванжи села у края лодки и взглянула в воду, стараясь разглядеть в ней свое отражение. Но сколько бы она не вглядывалась, девушка никак не могла узнать ту, угловатую незнакомку, что смотрела на нее хмурым, взволнованным взглядом. Под глазами залегли темные круги, щеки впали, а волосы и ресницы были бледными и ломкими, словно солома. Не удивительно, что они стали торчать в разные стороны, как только она их отрезала. Создавалось впечатление что она либо сильно больна, либо обезвожена.
– Ни звука Эванжи, – повторил старик, начиная новую переправу. Девушка лишь удивленно захлопала глазами. Она открыла было рот, чтобы спорись откуда он узнал, как ее зовут, но Хирон лишь покачал головой.
Девушка пыталась внимательно следить за всем, мимо чего они проплывали. Почему-то это казалось ей очень важным. Но вокруг было так темно, что очертания скал сливались друг с другом, постепенно и пристань, от которой они отчалили растворилась во мраке. В голове Энжи продолжал виться рой мыслей. Кто она и как попала сюда? Кто, этот старик перед ней? Почему его энергия так сильно изменилась? И как ей вообще удалось это понять? Почему он изменил свое решение и вместо золота принял в плату волосы? Почему она ничего не помнит о себе, только имя... даже отражение, было для нее совсем чужим. Мысли затягивали девушку словно водоворот, но не стремительный и быстрый, а медленный и убаюкивающий.
Энжи моргнула, ей показалось, что она вот-вот провалится в небытие. Правая рука опустилась к воде, и, нежно словно мать гладит любимое дитя, река коснулась ее пальцев. Если бы не предостережение старца, о том, что где-то под водой таится опасность, она продолжила бы гладить теплые волны, которые так манили ее к себе.
Лодка мягко уткнулась в песок.
– Можешь выходить. – Голос лодочника напомнил Эванжи о реальности.
Девушка аккуратно, придерживая края одежды ступила ногами на песок, и мелкие волны коснулись ее щиколоток. Обернувшись к старику, в надежде получить хотя бы один ответ, на свои многочисленные вопросы. Энжи увидела, как тот качает головой, поднеся указательный палец губам. Эванжи промолчала.
– Покорность - это хорошо. Он любит покорных. – Сказал напоследок Хирон и улыбнулся. Улыбка вышка пугающей, так улыбается хищник, заманивший жертву в свою западню. Он оттолкнулся веслом от берега, и спустя мгновение скрылся в тумане, который белой пеленой опустился на реку.
Гиматий - у древних греков верхняя одежда в виде прямоугольного куска ткани; надевался обычно поверх хитона.
Коцит – река плача. Замерзшая река предателей, что сковывала в свои льды всех и каждого, кто предавал ближнего во имя собственной выгоды.
Флегетон – огненная река, в нее попадали те, кто при жизни убил кровного родственника.
Ахерон – река скорби, что являлась границей между миром живых и миром мертвых. Перейдя реку, неизбежно попадаешь под власть царя Аида, правителя здешних земель.
Лета – река забвения, каждому попавшему в Царство мертвых и преодолевших, первые три реки, было необходимо испить из Леты, и обрести очищение, от всех воспоминаний, что могли остаться от прошлой жизни.
Кара-Даг – гора, расположенная на территории современного Крыма, примерно в 7веке до н.э. относилась к территории Греч. Колонии. (Не путать с горой Карадаг в Турции)
Хирон – проводник в царство мертвых, через реку Стикс.