27
Спустя два месяца.
Время шло слишком быстро.
Настолько, что иногда я просыпалась утром и не понимала, как мы вообще оказались здесь.
Беременность. Кольцо. Документы. Новая фамилия.
И Макс, который за эти месяцы стал ещё более...Максом.
Контроль никуда не делся. Только теперь это было:
— Ты ела?
— Почему так мало?
— Ты опять долго стояла?
— Селин, не поднимай это сама.
И его рука. Постоянно на животе.
Будто он до сих пор не мог поверить, что это реально.
За эти два месяца мы успели расписаться.
Без огромной свадьбы. Без прессы.
Без сотни людей. Всё было тихо. Спокойно.
Только самые близкие.
Мама Макса. Его сестра Виктория. Сара.
И маленький Родриго, который носился по коридору так, будто это вообще детская площадка.
И, честно...мне нравилось, что всё именно так.
Без пафоса. Без "идеальной картинки".
Я стояла рядом с Максом и поправляла рукав платья.
Не огромного свадебного.
Просто красивого. Светлого.
А вот Макс выглядел так, будто сейчас ему нужно будет выходить на старт гонки.
Черный костюм с бабочкой. Часы.
И лицо человека, который нервничает, но пытается это скрыть.
Я тихо усмехнулась, глядя на него.
— Ты сейчас выглядишь так, будто тебя ведут не в загс, а на казнь.
Он сразу посмотрел на меня.
— Очень смешно.
— Нет, серьёзно. Ты сейчас либо упадёшь в обморок, либо начнёшь читать стратегию на гонку.
Он выдохнул через нос.
— Я просто хочу, чтобы всё прошло нормально.
Я приподняла бровь.
— Макс, это роспись на десять человек. Здесь максимум, что может случиться — кто-то забудет паспорт.
Он наклонился чуть ближе ко мне.
— Для тебя это "роспись на десять человек". Для меня — нет.
Я замерла на секунду.
И вот это...было слишком в его стиле.
Когда он говорил что-то спокойно, но так, что внутри сразу тепло.
Нас позвали внутрь.
Всё началось быстро.
Подписи. Документы. Официальные слова.
Я почти половину не слушала.
Только чувствовала, как Макс держит меня за руку.
Крепко. Очень. Как будто боялся, что я передумаю и сбегу прямо сейчас.
И потом этот вопрос.
Спокойный голос женщины:
— Скажите, пожалуйста, какую фамилию вы будете носить после заключения брака?
Я повернула голову к Максу.
И чуть не засмеялась.
Потому что у него уже было это лицо.
Максимально подозрительное и грустное одновременно.
Как будто он заранее готовился морально страдать.
Я прищурилась.
— Что у тебя с лицом?
Он отвёл взгляд буквально на секунду.
— Ничего.
— Макс.
— Что?
— У тебя сейчас лицо человека, которого предали.
Он тихо выдохнул.
— Я просто уже знаю, что ты оставишь свою фамилию.
Сказал спокойно. Но слишком тихо.
И почему-то именно в этот момент я вспомнила Родриго.
«Меняй спокойно. И не давай ему расслабляться»
Я посмотрела на Макса.
На то, как он делает вид, что ему всё равно.
Но по глазам видно — не всё равно вообще.
Совсем.
И внутри вдруг стало так тепло...
Я повернулась к женщине и спокойно сказала:
— Я беру фамилию жениха.
Тишина. Секунда.
И рядом со мной Макс буквально замер.
Я повернула голову.
И его лицо...боже.
Сначала полное непонимание.
Потом настоящий шок.
— Подожди...что?
Очень тихо.
Я уже улыбалась.
— Что слышал.
Он смотрел на меня так, будто я только что сказала что-то невозможное.
— Селин, ты сейчас серьёзно?
Я не выдержала и тихо засмеялась.
— Нет, конечно. Я решила пошутить именно сейчас, перед документами.
Он всё ещё смотрел. Не моргал почти.
— Ты реально берёшь мою фамилию?..
Я прищурилась.
— Макс, ты сейчас заплачешь?
Сзади сразу послышался смешок Виктории.
Сара уже смеялась, пока маленький Родриго пытался стащить у неё телефон.
А Макс...он вообще перестал скрывать эмоции.
Уголок губ дёрнулся. Потом ещё.
И через секунду он уже улыбался как абсолютно счастливый человек.
Настолько счастливый, что это было даже смешно.
Он наклонился ко мне ближе. Очень близко.
И тихо сказал:
— Ты вообще понимаешь, что сделала сейчас?
Я усмехнулась.
— Вышла замуж, вроде бы.
Он покачал головой с улыбкой.
— Нет. Ты сейчас официально сделала меня самым довольным человеком в этом городе.
Я закатила глаза.
— Боже, только не начинай.
Он тихо засмеялся и, не обращая внимания вообще ни на кого вокруг, поцеловал меня.
— Поздно. Я уже начал.
После загса начался полный хаос.
Не огромный. Не шумный. Но всё равно хаос.
Виктория сразу начала фотографировать нас на телефон, потому что, цитата:
— Если я сейчас не сделаю фото, потом вы оба опять будете говорить "мы не любим фотографироваться".
Сара смеялась, пытаясь удержать маленького Родриго, который решил, что бегать по залу — лучшая идея в жизни.
Мама Макса обнимала меня уже третий раз подряд и повторяла:
— Я всё ещё не могу поверить, что он реально женился...
На что Виктория сразу сказала:
— Я тоже. Честно, я думала, он максимум заведёт ещё одного кота.
Макс закатил глаза.
— Очень смешно.
— Но неправда же?
Я тихо засмеялась, а он сразу посмотрел на меня.
— Не поддерживай их.
— Я стараюсь.
Он прищурился.
— Плохо стараешься.
Потом был ещё миллион каких-то мелочей.
Подписи. Поздравления. Фото.
И Макс, который вообще не отходил от меня.
Рука на талии. На спине.
Или просто держит за руку. Постоянно.
Как будто если отпустит — я исчезну.
И, честно...ему вообще было всё равно, кто это видит.
Когда мы наконец вышли на улицу, я уже выдохнула.
— Всё...я больше не могу улыбаться.
Макс усмехнулся.
— Можешь.
— Нет.
— Можешь.
Я закатила глаза.
— Вот именно поэтому я вышла за тебя только сейчас.
Он тихо засмеялся.
Потом открыл мне дверь машины.
— Поехали.
Я села внутрь и только тогда спросила:
— Так куда мы едем?
Он завёл машину.
И с этим своим спокойным видом сказал:
— В ресторан.
— В какой?
Он посмотрел на меня.
— В наш.
Я нахмурилась.
— Что значит "наш"?
Он усмехнулся уголком губ.
— Я снял его полностью.
Тишина.
Я медленно повернула голову.
— Ты...что сделал?
Он спокойно выехал на дорогу.
— Снял ресторан.
— Полностью?
— Да.
Я уставилась на него.
— Макс, это вообще нормально?
Он пожал плечами.
— Абсолютно.
— Зачем?!
Он посмотрел на меня так, будто ответ очевиден.
— Потому что я не хочу, чтобы кто-то мешал.
Коротко.
Я нервно усмехнулась.
— Ты серьёзно снял целый ресторан только потому, что не хотел людей?
— Да.
— Ты ненормальный.
Он хмыкнул.
— Возможно. Но сегодня я хочу спокойно отпраздновать со своей женой.
Я замерла на секунду.
Женой.
Боже.
Он сказал это так спокойно...будто уже привык.
Я отвела взгляд к окну, пытаясь скрыть улыбку.
Он, конечно, заметил.
— Тебе нравится.
— Мне нравится, что ты сумасшедший в меру.
— Это не "в меру".
Я тихо засмеялась.
— Ладно, согласна.
Он положил руку мне на колено и чуть сжал.
— Сегодня никто не будет смотреть. Никто не подойдёт. Никто не будет мешать.
Тихо.
— Только мы.
Всё действительно было так, как он сказал.
Тихо. Спокойно. Без чужих людей.
Ресторан стоял почти у самого моря.
Большие окна. Тёплый свет. И терраса, с которой было видно воду и огни вдоль побережья.
Красиво. Очень.
Мама Макса сразу сказала, что место "слишком романтичное для этого невозможного человека".
На что Виктория ответила:
— Ты просто не видела, каким он был последние месяцы.
Макс только закатил глаза. Но даже спорить не стал. И это уже говорило о многом.
Вечер проходил спокойно.
Ужин. Смех. Разговоры.
Сара несколько раз шутила, что ребёнок точно будет с характером "потому что у вас обоих всё плохо с нормальностью".
А Макс вообще выглядел так, будто у него лучший день в жизни.
Его рука всё время была на мне.
На талии. На животе. На пальцах.
Как будто он до сих пор проверял, что всё это настоящее.
Потом стало ещё тише.
Позднее.
И в какой-то момент мы остались на террасе вдвоём.
Море шумело совсем рядом.
Тёплый ветер. Огни отражались в воде.
Я стояла, опираясь руками о перила, и смотрела вперёд.
— Здесь красиво, — тихо сказала я.
Макс стоял рядом. Слишком спокойно.
И это меня уже начинало настораживать.
Я повернула голову.
— Почему у тебя опять лицо человека, который что-то задумал?
Он усмехнулся.
— Потому что я действительно кое-что задумал.
Я сразу прищурилась.
— Макс.
Он сунул руку в карман пиджака.
И вдруг протянул мне ключ. Обычный. На брелке.
Я замерла.
— Что это?
Он смотрел прямо. Слишком спокойно.
— Ключ.
— Я вижу, что это ключ. От чего?
И потом он совершенно спокойно сказал:
— От дома.
Тишина.
Я уставилась на него.
— Что?..
Он чуть склонил голову.
— Я купил дом.
Секунда. Две. Я смотрела на него, пытаясь понять, шутит он или нет.
Но нет.
Это был Макс.
И он выглядел слишком довольным собой.
— Подожди... — я нервно усмехнулась. — Какой ещё дом?
Он подошёл ближе.
— Нормальный дом.
— Макс.
— Что?
— Ты купил дом и говоришь об этом так, будто купил хлеб.
Он тихо засмеялся.
— Ну это не хлеб, конечно.
Я всё ещё смотрела на ключ в его руке.
— Когда ты вообще успел?
Он пожал плечами.
— Уже какое-то время смотрел варианты. И решил, что квартира уже маленькая.
Я моргнула.
— Для кого маленькая?
Он посмотрел на меня так, будто ответ очевиден.
— Для нас.
Тишина.
Я медленно подняла взгляд на него.
— Ты...всё это планировал?
Он усмехнулся.
— Селин, я человек, который снял целый ресторан ради ужина. Конечно я всё планировал.
Я закрыла глаза на секунду.
— Боже...
Он взял мою руку и вложил в неё ключ.
— Я хочу, чтобы у нас было своё место.
Тихо.
— Не квартира, где всё временно. А дом.
Я смотрела на ключ.
Потом снова на него.
— Макс...
Он чуть наклонился ближе.
— Там большая кухня.
Я тихо засмеялась.
— Это сейчас был аргумент?
— Конечно.
— Ужасный аргумент.
Он усмехнулся.
— Зато там ещё есть огромная терраса и комната, которую ты всё равно превратишь в гардеробную.
Я толкнула его в плечо.
— Невыносимый.
Он поймал мою руку сразу. Притянул ближе.
— Но тебе нравится.
Тихо.
Я посмотрела на него.
На море за его спиной. На ключ в своей ладони.
И внутри снова всё перевернулось.
Потому что это уже было не просто "отношения". Не просто "мы".
Это была семья.
На следующий день мы поехали смотреть дом.
Хотя "смотреть" — громко сказано.
Потому что Макс уже всё купил.
И, честно, после ресторана и ключей меня уже мало что могло удивить.
Но я ошибалась. Очень.
Мы ехали где-то минут сорок, и всё это время Макс сидел с этим своим подозрительно довольным лицом.
Я уже несколько раз пыталась вытянуть из него хоть что-то.
— Он хотя бы нормальный?
— Да.
— Это квартира?
— Нет.
— Сколько этажей?
Он усмехнулся.
— Селин.
— Что?
— Потерпи.
Я закатила глаза.
— Ненавижу, когда ты делаешь вот это.
— Что именно?
— Когда ходишь с лицом человека, который знает всё, а я — нет.
Он тихо засмеялся.
— Тебе идёт нервничать.
— А тебе нет.
Потом машина свернула с дороги.
И я замолчала.
Потому что...боже.
Дом был огромный. Но не в стиле "слишком".
А именно красивый. Светлый. Современный.
С большими окнами почти во всю стену.
Терраса. Пальмы. И море где-то недалеко.
Я вышла из машины и просто остановилась.
— Нет...
Тихо.
Макс закрыл машину и подошёл ближе.
— Да.
Я медленно повернулась к нему.
— Ты серьёзно купил это?
Он сунул руки в карманы. Абсолютно спокойный.
— Мм.
Я смотрела то на дом, то на него.
— Макс, это выглядит как дом из Pinterest.
Он усмехнулся.
— Хорошо. Значит тебе понравится.
Я даже не ответила.
Просто пошла внутрь.
И вот там...всё стало ещё хуже.
Потому что это реально было мечтой.
Огромные окна. Столько света, что казалось, будто стены почти не нужны.
Высокие потолки. Настолько высокие, что я сразу подняла голову.
— Боже...
Мой голос эхом отдался по комнате.
— Тут потолок как в музее искусств.
Макс тихо засмеялся позади.
— Это был комплимент?
— Это был шок.
Я медленно ходила по дому, просто пытаясь всё рассмотреть.
Большая кухня. Светлая гостиная.
Дерево, камень, тёплые цвета.
И всё уже с мебелью. Не пусто. Не "когда-нибудь сделаем".
А уже готово.
Будто здесь реально можно жить прямо сейчас.
Я остановилась посреди гостиной.
— Ты сам выбирал интерьер?
Он подошёл ближе.
— Частично.
Я повернулась к нему.
— Макс...это слишком красиво для мужчины, который живёт с тремя котами и симулятором.
Он усмехнулся.
— Очень смешно.
Он взял меня за руку.
— Пойдём.
— Куда?
— Покажу кое-что.
Мы поднялись наверх. Коридор. Большие окна.
И потом он открыл одну из дверей.
Я сначала даже ничего не сказала.
Просто замерла. Потому что это была детская.
Она была идеальной. Нейтральные цвета.
Тёплые светлые стены. Мягкий ковёр.
Огромное окно. Маленькая кроватка.
Полки. Кресло.
Всё такое спокойное. Красивое. Не "слишком детское".
А именно уютное.
Я медленно зашла внутрь.
Провела рукой по спинке маленькой кроватки.
И внутри сразу что-то сжалось.
— Макс...
Он стоял у двери и смотрел на меня.
Слишком внимательно.
— Ты сделал это ещё до того, как мы узнали пол?
Он кивнул.
— Да.
— Поэтому всё такое нейтральное?
— Да.
Я повернулась к нему.
— Ты вообще когда всё это успел?..
Он чуть пожал плечами.
— Пока ты думала, что я просто езжу на встречи.
Я нервно усмехнулась.
— Ты невозможный.
Он подошёл ближе.
— Зато теперь это наш дом.
Я медленно положила руку на живот.
И Макс сразу заметил.
Он подошёл ещё ближе, обнял со спины и тоже опустил руку на мой живот.
— Нравится?
Тихо спросил он.
Я выдохнула. И честно ответила:
— Это самая красивая вещь, которую я когда-либо видела.
Мы всё ещё стояли посреди комнаты.
Я смотрела вокруг.
На маленькую кроватку. На свет из окна.
На кресло в углу, где, видимо, я потом буду засыпать вместе с ребёнком на руках.
И чем дольше я здесь находилась...тем сильнее внутри всё переворачивалось.
Макс всё ещё стоял позади, обнимая меня одной рукой.
Спокойно.
Как будто уже привык к этой картине.
Я тихо выдохнула.
— Это безумие...
Он усмехнулся рядом с моим виском.
— Ты говоришь это уже третий месяц подряд.
— Потому что ты постоянно делаешь что-то ненормальное.
Он посмотрел по сторонам. Потом спокойно сказал:
— Ну всё. Значит скоро можно переезжать.
Я повернула голову.
— Что?
— Что слышала.
Он пожал плечами.
— Здесь уже всё готово.
Я снова посмотрела на комнату. Потом на него.
— Макс, это вообще-то огромный дом, а не чемодан. Люди обычно дольше переезжают.
Он усмехнулся.
— Люди — да.
— А ты, видимо, нет?
— Нет.
Я закатила глаза.
— Конечно.
Он чуть крепче прижал меня к себе.
— Но если тебе что-то не нравится — поменяем.
Тихо.
— Что угодно.
Я нахмурилась.
— В смысле?
Он спокойно обвёл взглядом комнату.
— Цвета, мебель, кухня, комнаты...что хочешь. Это твой дом тоже, Селин.
Я замерла на секунду.
Потому что он сказал это так...будто это вообще очевидно. Не "мой дом, где ты живёшь".
А именно наш.
Я тихо усмехнулась.
— Боюсь представить, сколько всё это стоило.
Он сразу:
— Не начинай.
— Нет, серьёзно.
Я повернулась к нему.
— Этот потолок стоит как моя нервная система.
Он тихо засмеялся.
— Тогда хорошо, что я купил и то, и другое.
Я толкнула его локтем.
— Невыносимый.
Он только сильнее улыбнулся.
— Что? — сразу спросила я.
Он опустил взгляд на мой живот.
И уголок губ снова дёрнулся.
— Просто пытаюсь представить вас здесь.
Тихо.
— Тебя...его...котов, которые наверняка будут спать в кроватке раньше ребёнка.
Я не выдержала и засмеялась.
— Это кстати правда.
— Я знаю.
Он провёл рукой по моему животу.
Медленно. Уже привычно.
— Здесь будет шумно.
Тихо сказал он.
— Очень.
Я посмотрела на него через плечо.
— Ты звучишь так, будто тебя это радует.
Он даже не задумался.
— Радует.
Я покачала головой.
— Ты очень странный человек, Макс Ферстаппен.
Он усмехнулся.
— Но ты всё равно вышла за меня.
Я прищурилась.
— Это была временная потеря рассудка.
— Конечно.
Он наклонился ближе и тихо добавил:
— Зато теперь ты официально моя жена и мать моего ребёнка. Так что поздно убегать.
Спустя месяц переезд всё-таки случился.
И, Боже...это было долго. Очень.
Коробки были буквально везде.
В гостиной. В спальне. В ванной. Даже в коридоре.
И я клянусь, половину вещей я вообще не помнила.
Я сидела прямо на полу среди коробок с косметикой и смотрела на очередную банку.
— У меня был этот крем?..
Макс проходил мимо с коробкой и даже не остановился.
— У тебя было всё.
Я сразу подняла голову.
— Это сейчас был намёк?
Он поставил коробку возле лестницы и спокойно посмотрел на меня.
— Нет. Это была констатация факта.
Я закатила глаза.
— Очень смешно.
Я снова открыла коробку. И тут же застонала.
— Боже...почему у меня столько косметики?
Макс хмыкнул.
— Потому что ты покупаешь её быстрее, чем используешь.
— Предатель.
Он тихо засмеялся и ушёл дальше.
Переезд реально оказался хаосом.
Но каким-то...приятным. Настоящим.
Мы вместе раскладывали вещи.
Спорили, где что будет стоять.
Я раскладывала косметику в огромной ванной и уже заняла половину шкафчиков.
Макс зашёл туда один раз, посмотрел на всё это и молча сказал:
— Мне нужен отдельный договор на место в ванной.
Я повернулась к нему с банкой крема в руке.
— Ты вообще радуйся, что тебе хоть полка осталась.
Он прищурился.
— Полка?
— Ну ладно...половина полки.
Он тихо засмеялся и подошёл ближе.
Рука сразу легла на живот. Уже автоматически.
Будто без этого он вообще мимо пройти не мог.
— Вы оба меня выгоните из дома когда-нибудь.
Я усмехнулась.
— Не драматизируй.
— Я серьёзно.
Он посмотрел на десятки баночек.
— Это выглядит как магазин.
— Это уход.
— Это опасность.
Я не выдержала и засмеялась.
Но самое ужасное...цветы.
Потому что Макс, видимо, решил, что дом недостаточно "живой".
И теперь каждые несколько дней приезжали новые букеты.
Белые. Кремовые. Розовые.
Какие-то огромные композиции.
В какой-то момент я стояла посреди кухни и смотрела на очередной букет.
— Макс.
Он даже не поднял взгляд от телефона.
— Мм?
— Ты пытаешься открыть оранжерею?
Он спокойно ответил:
— Нет. Просто тебе нравятся цветы.
Я повернулась к нему.
— Мне нравятся цветы, а не маленький ботанический сад у нас дома.
Он наконец посмотрел на меня. И совершенно серьёзно сказал:
— Дом стал уютнее.
Я закатила глаза.
— Ты невозможный.
— Зато ты улыбаешься каждый раз, когда видишь новый букет.
Я тихо фыркнула.
— Не значит, что ты должен покупать их как сумасшедший.
Он усмехнулся рядом с моим виском.
— Поздно.
К вечеру дом наконец стал хоть немного похож на нормальный.
Хотя коробки всё ещё стояли в некоторых углах, а Виктория бы точно сказала, что "у вас тут эстетичный хаос".
Но мне нравилось. Очень.
Особенно вечером.
Когда солнце уже садилось, а в огромных окнах отражался тёплый свет.
Я вышла на террасу с чашкой чая и медленно села на диванчик у самого края.
Тихо. Только море где-то вдали и ветер.
И впервые за весь день я нормально выдохнула.
Рука сама легла на живот.
Он уже был заметен. Не сильно. Но достаточно, чтобы я постоянно чувствовала это.
Беременность уже не казалась чем-то далёким.
Иногда это всё ещё пугало.
Но чаще...становилось тепло.
Я услышала шаги позади.
Даже оборачиваться не нужно было.
Макс.
Он вышел на террасу уже в домашней одежде, с мокрыми после душа волосами.
И сразу посмотрел на меня.
Точнее...на живот. Как всегда.
Я тихо усмехнулась.
— Ты когда-нибудь научишься смотреть мне в глаза первым?
Он подошёл ближе.
— Нет.
Я закатила глаза.
— Очень романтично.
Он сел рядом. Слишком близко, конечно.
И почти сразу его рука легла мне на живот.
Будто у него уже рефлекс.
Несколько секунд мы просто сидели молча.
Смотрели на закат.
Потом он вдруг тихо сказал:
— Я так жду его.
Я повернула голову.
Он смотрел куда-то вперёд.
Но в голосе было столько...настоящего.
— Или её, — тихо напомнила я.
Он хмыкнул.
— Ладно. Её тоже.
Я засмеялась.
Потом снова посмотрела на него.
— Ты реально постоянно об этом думаешь, да?
Он даже не задумался.
— Да.
Он медленно провёл рукой по животу.
Очень осторожно.
— Это странно.
Тихо сказал он.
— Что именно?
Он чуть нахмурился, будто пытался объяснить.
— Я всю жизнь думал только о себе.
Пауза.
— О гонках. О работе. О том, как выиграть.
Он посмотрел на меня. Потом снова на живот.
— А сейчас у меня ощущение, будто всё резко стало...другим.
Я молчала. Слушала.
Потому что Макс редко говорил вот так.
Спокойно. Честно. Без защиты.
— И мне это нравится, — тихо добавил он.
Я улыбнулась слабо.
— Ты сейчас слишком милый.
Он сразу прищурился.
— Не привыкай.
— Поздно.
Он тихо хмыкнул.
Потом вдруг наклонился ближе к моему животу.
Я сразу посмотрела на него.
— Макс...
— Что?
— Ты серьёзно?
Он даже не ответил.
Просто положил ладонь чуть крепче и тихо сказал:
— Эй. Давай уже быстрее появляйся.
Я не выдержала и засмеялась.
— Боже...
Он поднял на меня взгляд. Абсолютно спокойный.
— Что? Я жду вообще-то.
Я покачала головой, всё ещё смеясь.
— Ты невозможный человек.
Он усмехнулся.
— Но хорошим отцом я буду.