Фальшь

– Как они? – Серим остановил доктора «скорой помощи», приехавшей на вызов.

– Парень быстро пойдёт на поправку, мы успели ввести внутривенные препараты и избежать остановки сердца. Видимо, он принял несовместимые лекарства, а вот с девушкой не всё так просто, – молодой мужчина в медицинской форме бледно-зелёного цвета потёр переносицу под очками, слегка поморщившись, – знать бы точно, что она приняла... Судя по всему, у вашей подруги пошла аллергическая реакция на один из психотропных элементов.

– Это... – Текила побоялся упоминать о смерти, наблюдая, как мимо них пронесли Марину на носилках, и замялся, подбирая другое слово, – сильно опасно?

– Мы сделали всё возможное для стабилизации, в больнице нас уже ждут, а дальше... будет видно. Им повезло продержаться так долго. Можно сказать, чисто интуитивно они поддерживали друг в друге жизнь.

– Спасибо, – Серим пожал руку доктору и посторонился, пропуская санитаров, которые несли Данила.

     Парень был ещё бледен, и друг потянулся к нему рукой, чтобы убедиться, что тот ещё жив. Веки Данила дрогнули, и он попытался рассмотреть Серима, но, услышав женский всхлип, повернул голову в сторону Климовой и прохрипел:

– Елена. Елена...

Серим растерянно обернулся в сторону хозяйки дома, тихо причитающей о том, что она спасла всем жизнь, что и подумать не могла, что подобное может произойти в её доме.

– С ней всё в порядке, – но заметив, как поморщился Данил, позвал женщину: – Елена, кажется, Данил хочет вам что-то сказать.

      Всхлипы замерли, и женщина испуганно осмотрелась по сторонам, но быстро натянула вымученную улыбку и подошла к притормозившим санитарам, которые раскладывали ножки под носилками.

– Елена! – Данил хотел подняться, но боль волной пробежала по непослушным пока мышцам. – Это ты...

– Конечно я, мой мальчик, – перебила его женщина, – я уничтожила негодяя! До сих пор вспоминать страшно... Но ведь ещё парочка осталась...

      Женщина наклонилась чуть ниже, хищно улыбнулась Данилу и поправила ему рубашку на груди, но быстро вернула страдальческое выражение на своё лицо, поворачиваясь к санитарам. Уходя в темноту, Данил запомнил её слова: «У меня есть знакомые в больнице, я хочу позаботиться об этих ребятках».

– Успокоительное подействовало, – сказал доктор, – быстрее загружайте, каждая минута дорога.

       Затуманенное сознание помешало Данилу расслышать ответ Серима Елене:

– Спасибо, но мы сами позаботимся о них. Сейчас у вас своих проблем хватит.

– Да, – женщина вновь всхлипнула и промокнула слёзы, скатившиеся, как по заказу, по её щекам, – что я буду говорить полиции? В моём доме труп! Я убила человека!

– Вы убили преступника, который хотел застрелить моих друзей – это вынужденная самооборона. Четыре свидетеля у вас уже есть, так что не волнуйтесь.

– Спасибо, Серим! Никак не могу прийти в себя. Говорила я мужу – не надо связываться с такими людьми, как Крис. Но кто будет слушать женщину? Вот теперь все расплачиваются за его тёмные делишки.

       Елена демонстративно подошла к сыну и уткнулась ему в плечо. Парень нерешительно обнял свою мать.

– Вы что-то об этом знаете? – ухватился за её слова Текила.

– Я видела, как муж прятал флэшку в сейф. Признаюсь, моё любопытство взяло надо мною верх, и я её просмотрела, но ничего не поняла – фамилии, цифры, номера то ли партий, то ли изделий. Для меня вся эта документация словно лес густой, – женщина, взмахнув ресницами в сторону Текилы, постаралась улыбнуться, – но копию я сделала.

– Мы уже позвонили Трофимову, его люди скоро будут на месте. Думаю, их заинтересует ваша копия, – Серим беспокойно выглянул в окно на звук отъезжающей «скорой».

– Езжайте за ними, – хлопнул Серима по плечу Пётр, – мы здесь с братом дождёмся всех, дадим показания и проследим за хозяйкой, чтобы никто не напал больше. А вы нам наберёте из больницы, сообщите – что да как.

– Спасибо, пацаны, – Текилу несколько раз упрашивать было не нужно.

– Евгений, – Елена посмотрела на сына, – довези ребят и возвращайся. Не на такси же вы собираетесь догонять автомобиль «скорой помощи»?

      Евгений непонимающе посмотрел на свою мать, спрашивая взглядом «зачем?», но женщина лишь показала ему, чтобы тот позвонил ей потом, и подтолкнула к выходу.

      Серим не хотел пользоваться помощью этих людей, что-то его останавливало, но это было хорошее предложение, позволяющее быстро попасть в больницу, и он постарался заглушить свой внутренний голос, оставляя Елену с близнецами.

       Мощный «мерседес» быстро нагнал нужный автомобиль, и в больнице ребята оказались одновременно со своими друзьями. Время словно растянулось, затягиваясь с ожиданием новостей. Данил уже был в палате, он спал и постепенно восстанавливался. Его доктор сказал, что близость женщины подсознательно привела к возбуждению и поднятию давления, что и спасло фактически парня от смерти. Завтра он проснётся немного ослабленным после лекарств и капельниц, но без каких-либо серьёзных последствий. А вот по поводу Марины они ждали информацию уже больше двух часов, и пока никаких гарантий никто не давал. Со слов доктора, сильная аллергическая реакция привела к блокировке работы почек, что повлекло за собой интоксикацию организма. Аллерген не сразу смогли выявить, и теперь за её жизнь врачи сражались уже второй час.

     Серим ходил кругами, нервно поглядывая на двери отделения, Текила сидел на стуле, рассматривая прохожих за окнами в свете вечерних фонарей под лёгким моросящим дождём, Евгений спал, удобно расположившись в одном из больничных кресел в холле больницы. Когда доктор вышел в холл, Серим подскочил к нему, с волнением ожидая результата.

– Состояние тяжёлое, но стабильное, – доктор устало повёл плечами. – Меры, принятые по снятию интоксикации, привели к восстановлению функции почек. Теперь всё зависит от самого организма, процесс восстановления может затянуться, нарушений деятельности мозга не выявлено.

– А к ней можно? – Текила озвучил вопрос, готовый сорваться с губ Серима.

– Пока она в отделении интенсивной реанимации на втором этаже, в бессознательном состоянии, и сколько это продлится, мы не можем сказать точно. Да и поздно уже для визитов, – доктор махнул в сторону электронных часов в холле здания, на которых мигала цифра 20:22. – Приходите завтра, возможно, ситуация уже изменится.

– Но Марина ведь не умрёт? – Серим понимал, что отчёт ему держать не только перед Светланой, но и перед Данилом.

– Я не могу ручаться на сто процентов, человеческий организм – сложное творение природы, но 99,9 процентов, что смерть ей уже не грозит. Я сегодня дежурю, так что ещё понаблюдаю.

      Серим выдохнул и впервые за вечер улыбнулся.

– Спасибо, доктор.

– Да, огромнейшее спасибо! – Текила пожал руку доктору, вкладывая в этот жест всю свою благодарность.

      Мужчина улыбнулся в ответ и скрылся за дверями отделения.

       Серим стал набирать номер Николая, выставляя разговор на громкую связь для Текилы:

– Как у вас дела? – почти одновременно спросили друг друга мужчины.

– Нормально, – Николай что-то жевал при разговоре, – люди Трофимова уже уехали вместе с местными полицейскими, труп забрали, всех допросили, вам нужно будет тоже подъехать дать показания – адрес я скину. Как Данил и Марина?

– Теперь всё хорошо, до утра точно проспят, – Текила крикнул в трубку, опережая Серима.

– Я рад, – Николай отпил напиток. – Нас тут Елена ужином отблагодарила. Скоро там сынок её вернётся?

      Серим посмотрел в сторону спящего в кресле парня, завидуя его крепкой нервной системе.

– Сейчас отправим. Спасибо, парни! Вы сегодня... – Серим не успел договорить, перебиваемый Николаем.

– Друзей много не бывает! – хмыкнул в трубку мужчина, – всё норм. Ладно, забежим завтра посмотреть на счастливчиков!

– Тогда на созвоне! – вновь влез Текила.

– До завтра, Николай, – завершил разговор Серим.

      Всё это время Евгений не спал, внимательно наблюдая за происходящим через щёлочки прикрытых глаз. Ему нужно созвониться с матерью, но не при Сериме и его шутовском друге. Когда Текила толкнул Евгения, пытаясь разбудить, Женя потянулся и стал моргать глазами (он так делал с детства, обманывая родителей во время обеденного сна, и потом, когда надо было избежать неловких моментов, говорил «спал, ничего не слышал, ничего не знаю»).

– Хватит дрыхнуть, – Текила толкнул Евгения в плечо ещё раз, – мамочка дома заждалась.

– Уже всё? – Евгений зевнул.

– Всё, – подтвердил Серим, – зачем ты вообще остался?

– Так вы и не говорили, чтобы я уезжал, – парень пожал плечами, – тогда я поеду?

– Давай, – холодно ответил Текила, но затем, что-то вспомнив, добавил мягче, – спасибо за то, что подвёз.

– Угу, – кивнул Евгений, не зная, как реагировать на благодарность, и быстро направился к выходу из больницы, набирая по пути номер Елены.

       Его мать ответила не сразу, чем заставила сына нервничать. Она не хотела говорить в присутствии близнецов, поэтому ответила на звонок, лишь когда выпроводила их за порог своего дома. Новости из больницы совсем не порадовали женщину – идеальный план готов был рухнуть. Как им удалось продержаться до приезда «скорой»? Она ошиблась с дозировкой? Не чудо же снизошло! Времени у неё оставалось до утра, и сейчас Елена уже жалела, что Криса нет рядом – он бы решил её проблему в два счёта, а потом можно было бы свалить всё на него. Но теперь решать проблему нужно самой. Запрета на вылет из страны у неё пока нет, со счетов мужа она уже перебросила все средства на левые счета, так что на первое время средства у неё есть. Вопрос с наследством Торопова не давал ей покоя – нужно было просто застрелить парня и свалить на Криса! По крайней мере, она знает, в какой больнице лежит Торопов-младший. Знакомые там у неё есть, и попасть внутрь не составит труда. Елена достала ампулу с ядом. Она всё успеет – самолёты в столицу взлетают каждые два часа.

– Мы улетаем, – сказала женщина вошедшему в дом сыну, – собери самое необходимое и быстро.

     Евгений подчинился. В его глазах до сих пор мелькала картинка того, как хладнокровно его мать вернулась в дом, подобрала выбитый в драке пистолет и застрелила человека, который многие годы был рядом и не боялся поворачиваться к ней спиной. Интересно, она изначально планировала такой исход или решила убить Криса в последний момент, меняя собственные планы? Но спросить мать об этом Евгений не решился. Побросав в небольшой чемодан самые необходимые вещи, парень спустился вниз, не подозревая, что мать запланировала для него на этот вечер.

     Попросив сына остановится перед зданием больницы, женщина достала шприц и протянула Евгению.

– Где его палата, ты знаешь.

– Мам? – Евгений взял похолодевшими пальцами шприц из рук матери.

– Надо отрабатывать своё положение, сынок, – Елене было неприятно направлять сына, но сама она пойти не могла, – только шприц там не выкидывай. Просто введёшь в капельницу, зайдёшь с обратной стороны – там оставили дверь открытой.

      Парень кивнул и вышел из автомобиля, направившись по влажному асфальту в сторону чёрного входа, стараясь слиться с темнотой спустившихся сумерек. Он много раз представлял, как лихо он разделывается с неугодными людьми, но, столкнувшись с реальностью, почти струсил. Однако Евгений не мог повернуть назад: свою мать он сейчас боялся сильнее всего.

      Дверь аварийного выхода действительно была не заперта, и парень легко скользнул в слабо освещённый промежуток перед лестницей. Ещё пара ступеней, и он окажется в коридоре нужного отделения. С этой стороны его вряд ли заметят медсёстры, но парень всё же аккуратно выглянул. Никого. Ещё пара шагов, и он в нужной палате. Евгений с удивлением посмотрел на часы – стрелки перемахнули одиннадцать, затем перевёл взгляд на пустую кровать. Доктор говорил, что Торопов проспит до утра. Так где же он? Может, приступ какой? Улыбка расцвела на лице парня, и он с облегчением выдохнул. Воображать себя убийцей и стать им – разные вещи. Евгений посмотрел на шприц в своих руках: никакой капельницы рядом не было, но на тумбочке стояла кружка с водой и прозрачный стаканчик с двумя таблетками. Евгений решительно сделал шаг к тумбочке и влил содержание шприца в воду. Теперь с чистой совестью можно сказать маме, что он выполнил задание. Обратно Евгений возвращался уверенной походкой, разметав свои страхи, и довольно кивнул Елене, показывая, что всё сделано.

       Елена потрепала сына по голове: она переживала, что сын не решится, а второго шанса может не представится. Теперь их ждёт самолёт до столицы, затем перелёт в Италию. Трагические новости она будет слушать в собственном доме на берегу моря, а затем предъявит миру наследника Торопова.