Огонек (отредактирован)
Уже неделю Катя жила у Тани. Последняя совсем не возражала против новой соседки, любезно пристроив подругу помимо прочего к себе в больницу санитаркой. Работа малоприятная, конечно, но Катя не жаловалась, точно решив для себя, что к родным она больше не вернется. Про Белова тоже не было слышно, хотя, признаться, Сурикова-младшая побаивалась первое время встретить его у подъезда Тани, адрес которой мужчина уже знал. Но дни летели своим чередом, понедельник сменялся вторником, а мужчины на горизонте так и не было. Катю это даже немного задело. Но жить нужно было дальше.
Девушка уже смирилась для себя, что навряд ли еще когда-либо увидит Белова, разве что, вляпавшись в очередную историю, чего ей сейчас абсолютно не хотелось. Но вот, к концу второй недели, когда Катя выходила из подъезда, ее кошмар начал воплощаться в жизнь. Черная машина нелепой кляксой упала на дорогу. Статный мужчина в плаще вальяжно стоит у машины, периодически выпуская в воздух клубы сизого дыма.
Катя, взяв себя в руки, настроилась пройти мимо него, пообещала себе даже не взглянуть на мужчину. Саша только посмеялся над детским поведением девушки.
— Тебе же, вроде, восемнадцать, — крикнул он ей в след.
— И что? — грубо ответила она, обернувшись.
— Что за детские капризы? — абсолютно спокойно поинтересовался Белов.
Ни один из них не попытался приблизиться к другому, разговаривая, как чужие друг другу люди.
Катя промолчала на замечание мужчины, не зная, что сказать.
— Мне идти надо, — заметила она.
— На работу в больницу? — больше утверждая, нежели спрашивая, хмыкнул Саша.
Девушка выпучила на того глаза. Мужчина затушил окурок и с интересом окинул шатенку взглядом. Та поёжилась от столь пристального внимания, не зная, что может за ним последовать.
— Зачем платье испортила? — наконец задал он давно волнующий его вопрос.
Катя дернулась, как от удара, но, вскинув голову, гордо выпрямилась.
— Испортила и испортила. Что теперь?
— Так зачем? — повторил свой вопрос мужчина.
Девушка судорожно прикидывала в голове варианты ответа, а затем, словно решившись прыгнуть со скалы, выпалила:
— Да нравишься ты мне, вот почему! — звонкий девичий голосок разрезал привычную уличную безмятежность спального района.
— Да, я это понял, — неожиданно произнес Белов, не глядя на собеседницу. Поморщился, глянув куда-то вдаль. — Не надо оно тебе, Кать.
— Сейчас начнешь говорить, как из романов: что этот мир не для меня, я слишком хороша для тебя, — закатив глаза, протараторила девушка. — Проехали.
— Дело не в этом, — удивил ее своим ответом Саша. — У тебя сейчас учеба полным ходом пойдет. В институте встретишь кого. Я понимаю, бандитская романтика и все такое. Знаешь, скольких Пчела так снял?
Для Кати каждая фраза была словно пощечина. Пунцовая, она еле выслушала речь мужчины.
— То есть ты думаешь, что у меня несерьезно? — оскорбленно, но вместе с тем сдержанно спросила девушка.
— Ну, конечно, Кать. Ты вспомни, как мы с тобой сталкиваемся! Я тебя постоянно спасаю. Вот ты и влюбилась, — не замечая вот-вот готовых сорваться девичьих слез, гнул свое Саша.
Тяжело дыша от гнева и унижения, Катя все-таки попыталась сдержать накатывавшую волну эмоций.
— Думай, что хочешь, — отрезала она и на негнущихся ногах отправилась на работу.
Катя даже не оглянулась на Белова, который, в свою очередь, взглядом провожал девушку до самого поворота.
И вновь дни потянулись за днями, складываясь в недели. Студенческая жизнь забирала столько сил и времени, что подруги, вопреки своим ожиданиям, не виделись уже которую неделю. Поэтому, когда им все-таки удалось встретиться, они почувствовали себя настолько беспечно, что умудрились вляпаться в очередную историю. Дело обстояло так, Верка, Валерка и Катя отправились на дискотеку, на которой пересеклись с Таней. Мужчины, окружавшие старшую подругу, решили, что девчонки одной с Таней профессии. Позабыв русский язык, мужчины упорно делали вид, что не понимают слова «нет». Старшую же подругу, кинувшуюся защищать девчонок, грубо оттеснили в сторону. Верке удалось-таки вырваться, и она поспешила за помощью. А вот Катю с Валерой затащили в машину и повезли к какому-то Артуру, со словами, что им с Володей-Опером понравится подгон. А чтобы этот самый подгон по пути не выцарапал им глаза, мужчины быстренько усыпили подруг.
Очнулись те одни, к счастью, одетые, но связанные, на полу в каком-то кабинете. Судорожно вертя головами по сторонам, заплаканные и перепуганные девушки пытались придумать хоть что-нибудь, что поможет им выбраться из передряги.
Тут Катя прислушалась. Из-за стены отчетливо доносился веселый, непринужденный смех, вобравший в себя несколько мужских голосов. Иступленный страх ударил по самой черепной коробке. С широко распахнутыми глазами девушка обернулась на такую же ошалевшую от ужаса Аварию. Еще с большим остервенением девушки принялись дергать руты, сковывающие руки и ноги. Поддавшись некому порыву, Кате удалось просунуть руки под ноги, тем самым выведя их вперед. Резко дернув скотч, девушка вгрызлась в веревку, понимая, что времени у них немного. Авария последовала примеру подруги. И тут дверь с щелчком отворяется, вынуждая девушек замереть. Их сердца, которые до этого времени что есть сил колотились о грудную клетку, надрывно дернулись и оборвались. Валерия, уже знакомая с этим состоянием, проявляла большую выдержку, с вызовом уперла взгляд в дверной проем, тогда как Катя зажмурилась и, казалось, даже не дышала.
- Артурчик, а это че? – вальяжно заходя в кабинет, поинтересовался молодой мужчина.
Авария в новом припадке замычала.
- Ты нас ждал, да-а? – заглядывая в кабинет, с ехидным весельем вторил другу еще один голос.
Раздался новый приступ смеха, но какой-то искусственный, местами неловкий и растерянный, звучащий нестройно.
— Сурикова, ну, е моё! — рявкнул Белов.
Катя дернулась, как от удара плетью. Медленно, дергано повернулась в сторону мужчин, среди которых незнакомцем оказался только один, пухловатый на вид, рыхлый на лицо мужчина. Несмотря на всю напускную самоуверенность и мнимое превосходство, все же презрение в его взгляде по отношению к непрошенным гостям граничило с пониманием наступившей безысходности.
- Это че? – грубее повторил звучащий ранее вопрос Белый, обращаясь к Артуру.
- Я понятия не имею! – оглядываясь на мужчин, поспешно заявил тот.
- Решил позабавиться после подписания контракта? – не сбавляя тон, продолжал Саша.
- Да я клянусь! – тут же как-то сдувшись принялся заверять хозяин конторы. Выудив из-за пазухи платок, рваными движениями вытер проступивший на лбу пот.
Тяжело вздохнув, Белов решительным шагом направился к Кате. Опустившись перед той на корточки, даже не взглянув на девушку, мужчина, срывая, принялся освобождать несчастную от пут. Делал он это довольно грубо, всем своим видом выказывая недовольство.
Авария же отличилась более дерзким характером. Она с вызовом наблюдала за Пчелой, пока тот методично освобождал ее от пут. И, как только почувствовала, что может шевелить руками, принялась сама распутывать себя. Мужчина поднял ладони и отошел от своевольной девицы.
Наблюдая за действиями Белова, Катя все еще не могла поверить, что ей снова повезло. Стоя у самого края, она опять избежала страшной участи. Воспаленный пережитым мозг подкинул девушке воспоминание из урока по литературе, посвящённому Федору Достоевскому. Приговоренный к казни, он получил амнистию практически у эшафота. Нелепость этого воспоминания, вырванного из беспечных школьных будней, нервное потрясение и близость мужчины что-то перемкнули в голове у Кати. Медленно расплывшаяся по лицу улыбка, больше похожая на оскал безумца, взорвалась оглушительным, истеричным хохотом. Потеряв над собой контроль, Катя не могла и не хотела унять приступ болезненного смеха, растворившись в этой истерии. Она брыкалась, пиналась и лупила по Белову, срывая на нем все свои страхи, разочарования, отчасти заслуженно. Саша даже не пытался уворачиваться, сосредоточившись на веревках, позволил девушке выплеснуть на себя все то, что накопилось за эти долгие часы. И, только когда Катя заехала тому по носу, отскочил от девушки. Но та к тому моменту уже была свободна. Потеряв грушу для битья, студентка притихла, ее плечи поникли, а позвоночник с трудом удерживал тело в вертикальном положении.
Саша помог Кате подняться. От долгого нахождения в зафиксированном состоянии ноги у девушки подкашивались. Валерию эта участь тоже постигла, но она не позволила мужчинам притронутся к себе. Плюхнувшись на пол, как мешок с картошкой, она подползла к небольшому столику и, подтянувшись, оперлась на него. Пчела по-доброму усмехнулся, наблюдая за девушкой. Но Валерка окатила его полным презрения взглядом.
Их усадили на диван в приемной. Катя, все такая же потерянная, безвольной куклой погрузилась в мягкость дивана, в то время как Авария, навострив уши, прислушивалась к разговору мужчин.
Поскольку у тех еще оставались какие-то дела с Артуром, девушек решено было оставить на попечении секретарши. Та, не проявив какой-либо заинтересованности, ограничилась тем, что просто не замечала присутствие подруг. А им большего было и не надо.
Постепенно Катя приходила в себя, безразличие сменилось апатией. Уставившись в пол, она рассматривала носки своих кроссовок. Авария, наоборот, все время ерзала, напоминая реку, что находится в вечном движении.
- И долго нас тут морозить будут? – пыхтела она. – Ну их, пошли! – готовая подорваться с места, предложила Валерка.
- А ты знаешь, где мы? – мертвым голосом задала вопрос Катя. – И я не знаю...
Лера хотела было сказать что-то в ответ, но тут двери отворились, выпуская закадычную четверку. Белов, не глянув на девушек, раздал своим парням указания, кому кого и куда отвезти, а сам, пройдя мимо подруг, под пристальным взглядом Катя покинул помещение.
Пчела привычно сопровождал Аварию. Выразительно цокнув, девушка вызывающе прошла мимо мужчины, ведя того к его же машине. Пчела только усмехнулся, на миг остановившись, оглядывая фигуру своей спутницы.
К Катя подошел Фил.
- Поехали, - как-то неловко обронил он, глядя сверху вниз на девушку.
- А Са.. Белый? – голос скакнул, как на пружине, прозвучав несколько выше, чем хотелось бы.
- Он домой поехал, - лаконично, но от этого не менее больно. - Его там невеста, - зачем-то ляпнул Фил. И новый удар под дых.
Резко поднявшись, Катя, не обращая внимания на мужчину, двинулась в сторону выхода. Она не желала принимать помощь от Белова, пусть засунет свое благородство себе куда подальше. Сама справится. Не в другой же город их увезли.
Фил поспешил за строптивой спутницей, мысленно отвесив себе подзатыльник. Не любитель всех этих любовных интриг, простой сам по себе, мужчина терялся на фоне таких ярких проявлений эмоций со стороны противоположного пола.
Ему удалось нагнать девушку у самого выхода из здания. Та порывисто вырвала руку.
- Да ладно, Кать. Сама сутки до дома добираться будешь! – попытался образумить ту Фил.
- Прям сутки! – фыркнула девушка.
- Ну, может, и не сутки..., - пробурчал мужчина. – Давай садись, - еще одна слабая попытка, обращенная к спине Суриковой-младшей.
Так же неожиданно, как вскочила с дивана, та сменила маршрут и направилась к Филу.
- Поехали! – скомандовала она, самостоятельно садясь в машину.
Выдохнув, мужчина сел за руль, с облегчением взявшись за такое простое и понятное, как управление автотранспортом.