Глава 8
Чонгук Бессердечный, сын короля Чона
Тело сильно болело, глаза открывать не хотелось. Это оборотное средство меня убивает. Как только принял свой облик, сражения на ристалище больше не представляли для меня проблемы, выиграл я довольно легко. Но потом вновь настал ужас.
Пить отвратное зелье во второй раз было во сто крат тяжелее, чем в первый. Ощущения были болезненнее, процесс длительнее. Третий раз я подобного не переживу. Это последний шанс.
Как назло, когда пришла принцесса, я не успел отойти от превращения. Заподозрить что-то было сложно, после ристалища мой кузен был бы в еще более удручающем состоянии, чем я после оборотного зелья. Но вела себя ее высочество странно. Она то улыбается мне, то холодна, потом снова улыбается. Непредсказуема, как стихийное бедствие.
— Ваше высочество? — раздался голос Юнги.
— Что? — прохрипел, не раскрывая глаз.
— Как вы себя чувствуете?
— Ужасно.
— Может, обезболивающее заклинание?
— Нет! Ко мне нельзя применять магию. Если зелье перестанет действовать, третий раз я отраву пить не буду.
— Но ведь вы страдаете…
— Безумно. Но сложно сказать, от чего мне больнее: от упавшего на меня камня или от эффекта превращения.
Вздохнув, я посмотрел на потолок, больше всего в этот момент желая остаться один. Роскошь…
— Зачем вы спасли принцессу? Если бы не мои охранные заклинания, ваша жизнь была бы под угрозой.
Действительно, зачем? Сложно ответить на этот вопрос. Было ли мне ее жаль? Может быть. Хотел ли я ее смерти? Однозначно нет. Но почему?
— Неважно. Меня больше интересует, с какой стати упал кусок здания.
— Случайность? — неуверенно предположил Юнги.
— Возможно. Сходи туда, разузнай, что сможешь о происшествии. Мне это сильно не нравится.
— Как прикажете. Позвольте высказать сомнение по поводу ваших действий на турнире. Ранее считалось, что вы не можете постоять за себя.
— Да, промашка вышла. Но не смог сдержаться, да и образ коварного соблазнителя обязывает. Остальные же… Они презирали меня и считали чем-то вроде низшего существа. Теперь триста раз подумают, прежде чем нос воротить.
— Если вы считаете, что это было необходимо… — Слуга поклонился.
— Тут еще послы желают вас видеть.
— Переживают, не отдал ли концы? — усмехнулся я. — Давай веди. Буду изображать умирающего, может, это даст время отлежаться и не встречаться с принцессой.
А еще подумать. В последнее время многое произошло, пора было во всем разобраться.
* * *
Спустя неделю после покушения
Лалиса Манобан,
наследница Ридарского королевства
— Он спас мне жизнь! Мой герой!
— Пребывая в полном восторге от поступка Чона, я не могла держать в себе обуревающие меня чувства.
— А еще очень скромный. Ранее говорил, что постоять за себя не может.
— По-моему, это не скромность, он просто приврал, — хмыкнул Чимин.
С осуждением на него посмотрела. Пока его высочество Чон поправлялся в своих покоях, я пересмотрела план мероприятий и сейчас уделяла больше времени другим гостям, не забывая навещать пострадавшего. А вечерами после изнуряющего дня отдыхала в личных комнатах перед камином с тарелкой чего-нибудь вкусного и в приятной компании. Сегодня мое одиночество скрашивал принц Пак.
Тихое потрескивание дров в очаге разбавлялось нашим с Чимином разговором, а на улице шел проливной дождь, громко стуча каплями в оконные стекла.
— Но два момента в этой истории мне кажутся странными. Первый — то, что одна из статуй, украшающих крышу здания, так «вовремя» упала, — задумчиво протянул принц.
— Что тут странного? Она давно шаталась, правда, никто не ожидал, что она упадет. И уж точно никто не мог предугадать, что на меня. В городе теперь идет проверка всех строительных объектов.
— Может, ты и права. И все же…
— А второй момент? — с любопытством поторопила.
— Выступление Чона на ристалище.
Непонимающе глядя на друга, ждала продолжения.
— Он ведь немощный урод, который и двигается-то с трудом. Как смог выиграть турнир?
— Ты не участвовал. Возможно, прими другое решение, и победа была бы твоей, — ехидно подколола я Пака, который во время турнира развлекался с придворными дамами.
— Нет. Свои возможности я знаю, с Чонами мне не тягаться. У них вся семейка настоящие звери на ристалище, хотя, пожалуй, Чонгук хуже всех. Однако от его кузена таких подвигов я не ожидал, особенно при его физическом уродстве.
Взяв один из экзотических фруктов, привезенных гостями с островов, с удовольствием откусила и прикрыла глаза — вку-у-усно…
— Мне кажется, ты всему происходящему придаешь слишком большое значение.
— А ты совсем ничего не видишь, несмотря на то, что правитель целого государства. Совсем от любви голову потеряла, — уколол друг.
— Он достоин моих чувств, — сказала, нахмурившись.
— Лалиса, никакой мужчина не заслуживает такого доверия. Уродство далеко не гарантия честности.
— Ты, бесспорно, прав, но мужчина, который рискует жизнью, чтобы тебя спасти, стоит того, чтобы в него влюбились, чтобы за него боролись и в него верили.
Друг, засунув в рот конфету, буркнул:
— Надеюсь, твои чувства не будут обмануты, и ты получишь желаемое.
Я не знала, что на это ответить.
Этим же вечером мне сообщили, что принц Чон поправился и предположительно присоединится к остальным гостям на праздничных мероприятиях. Вот только когда именно? Поскорее бы!
Я соскучилась…
* * *
Появится принц Чон на литературном вечере или нет? Вот в чем вопрос. Я очень рассчитывала его увидеть и, когда мои чаяния оправдались, едва не запрыгала от радости. Однако не стоило забывать, что я будущая королева и должна вести себя соответственно. Будет ли разумно прервать беседу и подойти к его высочеству для приветствия? Все же он спас мне жизнь!
Только сегодня перед приемом Розэ добыла для меня еще один совет из народа по покорению мужчины: «Каждой женщине необходимо всегда оставаться собой. Тогда отношения будут иметь успех. Но и раскрываться до конца не стоит. Нужно быть для него загадкой, пусть он сам постепенно раскрывает и узнает вас».
Так сложно следовать этим советам! Как можно быть самой собой и одновременно загадкой, когда я по натуре человек открытый и во мне нет ни одной тайны? Что же делать? Раздумывая над проблемой, я брела по залу от одного гостя к другому.
Сегодняшнее мероприятие проходило на открытой террасе, хорошо освещенной и украшенной цветами. Чудесный запах и уютные диванчики создавали непередаваемое ощущение домашнего сада. Через это благоухающее великолепие ноги сами принесли меня к объекту моей любви.
— Добрый вечер, ваше высочество, — склонился передо мной принц. — Рад посетить ваш поэтический салон.
Он немного бледен и все так же некрасив. Несуразная сгорбившаяся фигура была облачена в темную тунику, расшитую золотистой канителью, и короткий бархатный плащ, скрепленный на груди тяжелой золотой цепью. Хромота стала заметнее. Он точно поправился?
— И мне очень приятно, что вы присутствуете. Как ваше самочувствие?
— Все хорошо. Благодарю вас за участие и визиты, которые вы наносили. Они были истинной панацеей.
Ну как держать чувства внутри, когда говорят такие приятные вещи?! Глубоко вздохнув, постаралась напустить на себя полное равнодушие. Судя по лицу принца, выдержка мне отказала. Его высочество смотрел удивленно и настороженно.
— Может, составите мне компанию на литературных слушаниях? Мы так давно не беседовали. А сегодня принц Онман обещал почитать нам аквитарийскую лирику. Будет много выдающихся литераторов.
— О, я… конечно… Такая честь для меня.
Так, Лисаа, соберись. Ты должна быть загадочной. Да… Неприступной, загадочной и самой собой. Решила начать с последнего. Скосила взгляд на внутреннюю сторону веера, где была записана поэтическая строка.
— И будем мы под сенью чувств вникать златым словам прощенья! — процитировала, гордая собой, что не сбилась и не забыла ни слова.
Честно говоря, поэзия никогда не была моей сильной стороной, но, судя по хлопающим глазам принца, нужное впечатление я произвела. Наверное…
Развернулась и величественно поплыла в сторону большой залы, где для нас уже были подготовлены места. За спиной раздавались шаркающие звуки — следом ковылял принц Чон.
Может, сегодня вечером нам удастся выкроить время и побыть наедине. А то за нами постоянно таскается тьма народа. Вот она, обратная сторона высокого положения, даже личные отношения — публичный спектакль.
А так хочется романтики…
* * *
Чонгук Бессердечный, сын короля Чона
«Каким бы идеальным ни был мужчина, измены перечеркнут все положительные качества. Каждой девушке важно, чтобы ее избранник любил и ценил только ее».
Будь проклят тот час, когда я решил выползти из своей комнаты. Лучше бы и дальше тихо сращивал кости. В панике оглянувшись, схватил стоявшего неподалеку Юнги и, подтащив к себе, тихо спросил:
— Что такое аквитарийская поэзия?
— Это высокопарные высказывания литераторов о прекрасном и вечном.
— Демон бы их побрал! Я знаю эту лирику?
Внутри клокотала злость, но нужно сдерживать себя, стараться поддерживать образ своего кузена, а не принца, вселяющего ужас половине континента.
— Боюсь, что нет. Ваш батюшка велел учителям не уделять много времени на обучение в этом направлении. А вы часто прогуливали уроки литературы.
— И о чем же мне беседовать с принцессой?! — зашипел я на слугу.
— Старайтесь больше молчать и со всем соглашаться.
— Хороший план, — одобрил, подумав. — Когда же все это закончится? Кажется, мы вообще не уедем из этого замка.
— Потерпите, ваше высочество. Рано или поздно принцессе придется сделать выбор, а вашу кандидатуру ее министры не одобрят, — шептал мне маг.
— Я уже ни в чем не уверен. Думал, нет ничего, что может сломать матерого, закаленного сражениями воина. Как я был не прав. Брак! Вот что страшнее всего на свете. И непредсказуемая женщина вроде ее высочества. Невольно проникаюсь к ней истинным уважением, какое питаешь к лучшему в своей жизни противнику. Невероятная женщина!
Разговор продолжить не удалось, вечер начинался, и мне надлежало занять свое место рядом с принцессой и терпеливо слушать высокопарные речи ни о чем. Лучше бы хорошую пирушку устроили! Отец тоже молодец, сидит себе на троне в родном королевстве, а тут каждый день как последний.
До того как принцесса уделила мне внимание, попробовал пофлиртовать с другими женщинами, доказав ее высочеству, что я совершенно негодный мужчина, Казанова, бабник… Но представительницы женского пола — впрочем, как и мужчины, — шугались меня, словно заразного.
Как и подозревал ранее, из этой затеи ничего не вышло.
А так хочется уже каких-то результатов…
* * *
Лалиса Манобан,
наследница Ридарского королевства
В тишине залы принц Онман застыл, склонив голову, а потом, резко ее вскинув, впился в меня страстным взглядом. Поднял руку с красной розой, понюхал цветок и, прикрыв глаза, с придыханием заговорил:
— Ты был так одинок, когда странствовал по миру в поисках несправедливости, пока твою жизнь не озарила прекрасная дева. Она как красная роза околдовала тебя, ее холодность ранит, словно острые шипы, а ее улыбка возносит на небеса.
В полном шоке от лирической тирады скосила глаза на принца Чона.
— Очень вдохновенно, — хрипло выдал тот, нервно дернув правым веком.
Вот и не поймешь, то ли правду говорит, то ли старается быть тактичным.
А между тем принц Онман продолжал:
— Всю жизнь я провел в поисках моей леди, в объятиях которой можно утонуть!
— А вот это уже вольность, — прошипел Чон, нахмурившись. — Как он смеет!
Неужели ревнует? Какая прелесть! Да ради этого я готова слушать лирику часами. Меж тем, обойдя гостей, принц Онман приблизился ко мне и, сверкая глазами, продолжил вещать:
— И когда сердце откликнулось на зов прекрасной девы, я познал истинное блаженство… — Мужчина стал наклоняться ко мне. Определенно с каким-то намерением. Я не знала, каким именно, и по возможности отодвинулась, вжимаясь в принца Чона, — мы оказались так близко, как никогда до этого! — И готов бросить все цветы к твоим прекрасным ногам!
Онман едва не навалился на меня, а я почти забралась на Чона — его высочество пыхтел, но терпел как истинный рыцарь.
— Только для тебя, моя истинная любовь!
Неизвестно, чем бы это могло закончиться, если бы я, сгорая от смущения из-за близости предмета обожания, не извернулась, отстраняясь от принца Онмана. Он, двигаясь по инерции, шатнулся в сторону Чона и воткнул розу в его шевелюру.
В зале повисла тишина. Онман смотрел то на свои руки, то на цветок, случайно прикрепленный к волосам мужчины;
Чон испепелял взглядом Онмана, который, по неразумению своему, делал пошлые намеки в лирических выражениях, а я… захлопала, пытаясь спасти положение.
Гости взорвались аплодисментами. Принц Онман вышел в центр зала и слегка склонил голову в знак благодарности. Его высочество Чон, поджав губы, вытащил из волос цветок и, бросив его на пол, раздавил сапогом.
На этом лирическая часть вечера была закончена.
* * *
Праздничная атмосфера не угасала. Гости гуляли по дворцовым залам, беседовали, смеялись, музыка сопровождала их практически везде, кроме террас. Вот сюда-то я и выбралась передохнуть от невыносимого официоза и фальши.
Как сложно воспринимать людей, если знаешь, что их слова ничего не значат. По сути, все гости пришли не ради меня, а чтобы бесплатно полакомиться редкими яствами, разбавить свои будни новыми событиями и посплетничать.
Опустившись на скамейку, посмотрела на темный парк, красивый даже сейчас, когда совершенство его линий скрыто от глаз, а свет и тени играют, затеяв лишь им одним известный спектакль. Поежившись от прохладного ветра, вздохнула, как вдруг на мои плечи опустилась теплая накидка. Они всегда лежат у входа, но я вечно забываю взять.
Подняв глаза, увидела принца Чона, возвышающегося надо мной и улыбающегося. Привыкнув к его внешности, почти перестала замечать уродство. Он милуй и хороший человек, которому небезразлична именно я, а не накрытые столы и новые сплетни.
— Спасибо, — тихо поблагодарила.
Его высочество опустился рядом.
— Простите мою бестактность, я нарушил ваше уединение.
— Все в порядке. Вас я всегда рада видеть, — ответила, не пытаясь показать равнодушие или высокомерие, — сейчас я не потенциальная невеста, не будущая королева, а просто Лалиса. Такая, какая есть.
— Вы грустите?
— У меня это бывает. Когда условности и обязанности начинают тяготить, сбегаю в какой-нибудь тихий угол, чтобы похандрить в одиночестве.
— Бремя короны самое тяжелое из всех.
— Вы поэт?
— Упаси единый! Но так часто говорит мой… дядя. А вы женщина и более чувствительны от природы. Если б был выбор, какую участь вы предпочли бы?
— Обычной селянки. Несмотря на отсутствие власти, почестей и привилегий, у них есть настоящая свобода, и они вольны выбирать свое счастье.
— Бывает, везет и нам, — заметил принц.
Посмотрев в его глаза, улыбнулась.
— Да, — подтвердила негромко, рассматривая собеседника. — А у вас более светлая кожа, чем мне казалось сначала. И шрамов почти нет. Вы проводите лечение?
Глаза принца округлились, он схватился руками за лицо, и я заволновалась:
— С вами все в порядке?
— Со мной? Да. Но мне нужно идти. Бежать!
— Что? Но куда…
Его высочество резко вскочил, но, запутавшись в наших ногах, споткнулся и рухнул на меня, уткнувшись в грудь, руками в поисках опоры обхватив мою талию. Несколько секунд мы сидели, застыв от удивления.
— Ох… — первой выдохнула я.
Чтн сразу отпрянул и, не зная, куда девать руки и глаза, забормотал:
— Извините. Мне жаль. Это случайность. Прошу простить…
Не успела что-либо ответить, как он скрылся с глаз долой, оставив меня взволнованную, с пылающими щеками. Вот уж вывел из хандры так вывел. Конечно, я не думаю, что принц сделал это намеренно. И все же… это мои первые объятия с мужчиной, не являющимся родственником.
И мне понравилось. Очень!
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
ребята не знаю как вы но я ржу как конь, даже если и прочла уже столько раз😂😂