Экстра КхайТерд
- Нет! Не хочу! Спать хочу!
Наши кровати всё те же, комната прежняя, да и свет не изменился. Лишь немного времени прошло с того момента. Мы с Тердом устроили в кровати возню, как только легли. Но он не сдавался, даже когда полились слёзы, и если бы я убрал руку, уверен, всё вокруг вымокло бы. Я про слёзы сейчас, не подумайте чего.
- Тебе не будет больно, обещаю, я буду нежен, - клянусь, до конца моей жизни я буду нежным в постели только с тобой.
У меня богатый опыт, не сомневаюсь, что доставлю ему удовольствие, пусть я даже никогда и не был с парнем, зато много об этом знаю.
- Я не готов, Кхай. Уверен, что больно не будет? У нас нет презервативов, а ты обязан его надеть. И где смазка? Ублюдок! Это же не то же самое, что ты просто принял душ перед процессом и тут же к нему приступил, - Терд произносит длинную речь дрожащим голосом.
- Тебе не будет больно, потому что я подготовился.
Я не позволил Терду продолжить нытьё и открыл прикроватную тумбочку.
В ней 4 или 5 упаковок презервативов, несколько тюбиков смазки и пачка обезболивающего для него. Зачем мне всё это, как думаете?
- Если это...
- Кхай, ты похотливое животное.
Прости, я готовился целых два месяца. С самого твоего дня рождения хотел тебя.
- Боюсь, у них уже срок годности истекает. Нужно использовать.
- У жопы твоей срок годности истекает!
- Не ругайся, сейчас сам всё почувствуешь.
И не дав ему больше шансов, я, набросившись на губы своей жёнушки, начинаю их кусать и посасывать, хотя это заставляет его рычать и отбиваться.
Комната хорошо звукоизолирована, можно не бояться разбудить соседей, так что рычи, пока не заболит горло.
- Shit! - мы, будучи студентами кинофакультета, знаем не только тайский, но и иностранные языки, но я не знаю, где Терд выучился подобному. Его ругательства и стоны возбуждают меня.
И всё, чего я хочу, - целовать его и играть с его языком, как делаю сейчас. Пусть этот поцелуй и не такой сладкий, как я представлял, но наша любовь столь горяча, а наши губы и лица так близко, что у меня сейчас взорвётся сердце. А от запаха его геля для душа, прикосновений кожи и его стонов я готов умереть.
- Я буду спрашивать, да, - мягко начал я, оторвавшись от его губ. С другими я не хотел разговаривать, но сейчас всё иначе. Мне нужно уделять внимание его чувствам и найти каждую эрогенную зону.
- Всё будет хорошо, ты мне веришь? - я должен не только действовать нежно, но и приободрять его. Предполагается, что на этом моменте он кивает, но это же Терд.
- Не верю.
Ладно, я хочу, чтобы воспоминания об этой ночи у него были счастливыми, поэтому продолжаю затапливать его слух «сладкими речами».
- Если не веришь, мне нужно постараться, чтобы ты сорвал голос, пока стонешь.
- Я буду на тебя злиться.
- Нет, не будешь, потому что мы любим друг друга, - теперь он ничего не отвечает.
Я снова склоняю голову и целую его мягкие губы. Прижимаюсь к нему телом. Держу за руку и пытаюсь языком раскрыть его рот. Он издаёт стон, и я теснее прижимаю его всё ещё одетое тело к кровати. Я крепко держу его запястья и хочу облизать его всего.
Терд дрожит, и от этого у меня замирает сердце. Я боюсь, что пугаю его, но не могу остановиться. И он, наконец, реагирует. Пусть сам он и пытается меня оттолкнуть изо всех сил, но тело его расслабляется. Я держу его лицо рукой и целую, всё перестаёт быть важным, кроме его стонов. И я натурально готов съесть его. Кончиком языка я облизываю его губы. У него нет опыта, и я медленно веду, хоть он всё ещё сомневается.
- Не проблема, я всё сделаю. Помнишь, чему я тебя учил? - я не забываю успокаивать его, пока даю отдышаться.
- Не помню.
- Целоваться - легко. Мы сотни раз уже этим занимались.
- Ничего не знаю, у меня в голове пусто, - он отвечает дрожащим голосом.
В тусклом свете я вижу слёзы на его щеках, и это выворачивает мне душу.
- Просто открой рот и высунь язык.
- Это неприятно, зачем мне делать такое?
- Это весело, ну же, давай, я жду.
Терд всё сомневается и краснеет от смущения ещё больше.
- Тут только я, не нужно стесняться, - и через какое-то время он выполняет мою просьбу. Он такой милый, когда стесняется. Я быстро засовываю ему в рот свой язык, мы обнимаемся, и по нашим телам словно пробегает электрический ток.
Сгорая от желания, я прижимаю его к себе: хочу чувствовать каждый сантиметр его тела. Одной рукой я всё сильнее вжимаю парня в себя, а другой - пробегаюсь по его ширинке, поглаживая.
Слюна течёт с наших губ. Я переполнен стонами, однако это далеко не стоны удовлетворения. Я понимаю, что Терд не может дышать. И, пусть мне и не хочется, я отпускаю его губы. Но это не так уж плохо, ведь можно заменить эти мягкие губы его шеей и ключицами. Каждый раз, когда мои губы касаются его кожи, я оставляю свою метку. Может быть, это и больно, но поверь мне, ты будешь чувствовать не только боль, обещаю. Я специалист.
- Кхай! - он вскрикивает, когда мои руки принимаются за работу. Я медленно расстёгиваю его брюки, пока губы целуют шею, а другая моя рука занимается проблемой.
Говорю же, я хорош в такого рода вещах, и когда моя рука движется в его штанах, я стягиваю с него брюки до колена, не забывая целовать грудь. Все мои действия хорошо организованы, я и правда великолепен.
После того, как я расстёгиваю пару пуговиц на его рубашке, почти вся его грудная клетка передо мной. Я целую её медленно, оставляя следы, пока он не начинает дрожать. Терд уже обессилен, но ещё не стонет, поэтому я собираюсь сменить место, но он протестует.
- Хватит.
Хватит? Это лишь прелюдия.
До следующего шага мы добираемся спустя долгое время. Теперь штаны сняты, думаю, Терд этого даже не заметил, потому что всё его внимание приковано к тому, как я целую его грудь.
Его тонкие руки вцепились в простыни, сминая их. Губы сжаты, чтобы не выпустить ни единого стона, но он не в состоянии скрыть своего удовольствия. Пусть он и не стонет, но его тело ясно показывает, как ему хорошо. И чем оно свободнее от одежды, тем больше я схожу с ума.
И когда мой язык смещается на его живот, он наконец издаёт стон. Стоит расстегнуть очередную пуговицу, и я вижу, что он весь красный от моих следов.
- Выключи свет! Блин, да выключи же!
- Я хочу любоваться твоим лицом, - радуйся, что я верхний свет не включил.
- Ты видишь его каждый день, не устал ещё?
- Это не одно и то же.
- Разве так отличается? Оh, shit! - когда я стягиваю с него бельё, он больше не может бороться. Как сравнить это полное страсти лицо с его обычным выражением? Когда он понимает, что я свет не выключу, тут же хватает подушку и накрывает голову.
Я не настолько упёртый, чтобы заставлять его смотреть на меня, поэтому переключаю внимание на его ноги. Я сделал всё возможное, чтобы поднять их, но он сопротивляется.
- Терд, приподними ноги.
- Нет.
Ох, он не только не помог, но ещё и сжал их изо всех сил.
Ладно. Если не разрешаешь, это ничего. Я просто перестану просить разрешения и перейду к следующему шагу. Я принимаюсь раздеваться и делаю это медленно. Терд реагирует по-своему. Он просто закрывает глаза, будто отказываясь на меня смотреть. Но через некоторое время открывает их, будто спрашивая, почему я ничего не делаю. Ох, это так мило. И эта красота всё это время была рядом, почему я такой слепой? Понял, только когда потерял.
- Скучал? - я улыбнулся, когда наши взгляды встретились.
- Ты так раздражаешь. Можем мы сделать это завтра?
- Оу, давай перейдём на следующий уровень, пожалуйста, посмотри на моего братца, - Терд тут же закрывает глаза и пинает меня, хорошо хоть я успел поймать его ногу.
- Отпусти! Отпусти! - какой дебил тебя послушает?
Чтобы продвинуться дальше, мне понадобится всё моё упорство. Я опускаю голову и облизываю его ноги. Во взгляде Терда отчётливо видна паника.
- Кхай, не делай этого.
- Ладно, тебе придётся со мной сотрудничать.
- Чёрт, это грязно! - мой язык начинает свой путь с самого кончика его пальцев и, достигнув бедра, вырисовывает на нём круги, а после я слегка прикусываю это место. Терд сжимает ноги, и мне приходится с силой их раздвигать. Я прижимаю губы к внутренней поверхности его бедра и целую, оставляя следы как напоминание. Я хочу, чтобы он получал удовольствие и перестал стесняться, потому что его стыд - последнее, что нас разделяет.
- Я помогу тебе. Что ты хочешь: мой рот или руку? - я спрашиваю, и это уже хорошо, да?
- Ничего не хочу.
- Если не выберешь ты, это сделаю я. 1, 2… Рот или рука?
- О, Кхай, ты действительно ублюдок! - я смеюсь про себя, но притворяюсь, что жду ответа. Ночь впереди долгая, мне не нужно торопиться, хотя мой братец и проснулся.
- Ну же, поторопись, или я сам выберу.
- Твоя рука. Рука.
- Что? Я не слышу.
- Почему я должен повторять? Сказал же, рука, - его лицо краснеет до самой шеи. Терд тупил, а я его доставал. Но раз моя любовь заговорила, я обязан подчиниться, поэтому протягиваю руку и кладу её на его братца. Он поджимает губы, его ноги дрожат, но он не отталкивает меня, как делал это вначале. А теперь доверься мне и не волнуйся больше ни о чём. Я нежно сжал ладонь и принялся медленно водить вверх и вниз.
- Глубоко вздохни и ты почувствуешь.
- Жопу свою почувствуй!
Он снова злится. Я ускорил движение своей руки, а другой не давал Терду сбежать, придерживая. Его лицо стало ещё краснее, стоны вышли из-под контроля, а от нарастающего темпа моей руки его братец совсем затвердел, на нём показались первые капли. Когда я обвёл его головку пальцем, Терд всхлипнул, по его щекам потекли слёзы. Вскоре я заметил, что он уже близок.
- Кхай, я больше не могу, - он подавился стоном и накрыл красное лицо подушкой. Ещё через пару движений рукой, он задрожал всем телом и выплеснулся. Я слышал каждый его стон и каждый его неровный вздох. У него не было сил поднять ноги. Нежно поцеловал его в лоб и вытер ему живот рукой.
Только от одних пальцев тебе так хорошо. Это же прекрасно.
- Кхай, что ты делаешь?
- Тише, ничего такого. Вот теперь мы действительно начали.
Один из моих пальцев вернулся, когда он на самом деле решился, но лишь небольшого давления хватило, чтобы Терд снова упал на кровать.
- Я боюсь. Я правда очень боюсь.
- Мы с этим справимся, поверь мне, - сегодня мы не будем торопиться и сделаем всё медленно.
- Держи меня за руку, это поможет, - Терд тут же протянул левую руку и переплёл наши пальцы. Я положил его ноги себе на талию и теперь смотрел на его спину. Между нашими телами нет препятствий, а у меня достаточно места для манёвров.
- Вдохни. Я буду спрашивать обо всём.
- Эм…
- Что? - я посмотрел на краснющего Терда.
- Я чистый?
- Да, ты же принял душ.
- Нет. Нет, я имею в виду... Ох, почему я должен спрашивать об этом? – кажется, моя жёнушка сейчас расплачется, и я понимаю, что он имеет в виду под «чистый». Как давно ты так готовишься? Если бы я знал, уже сто раз бы сделал это и не мучил Кхая-младшего ежедневной дрочкой.
- Кто тебе рассказал?
- Ту помог найти информацию.
- Вы с Ту такие милые, знаешь об этом?
- Я ещё не готов.
- Ты готов.
С этими словами я вернул палец туда, где мы закончили до этого. Его хрупкое тело напряглось и сжалось, впустив меня лишь ненамного. Терд корчился и дрожал всем телом, реагируя на каждое моё движение. Я снова проскользнул в него пальцем, стараясь не думать о том, какой он узкий. Проблема в том, что он крайне неуклюжий. И мне нельзя сейчас сдаться.
- Терд, расслабься, ты слишком напряжён.
- Я расслаблен.
- Ещё расслабься. Вздохни глубже. Ты слишком напряжён, я не могу двигаться.
- Это неправда, всё как-то странно.
- Больно? - он кивает.
Ладно. Но это не значит, что я не могу сделать следующий шаг.
- Нужно хорошо всё смазать, я использую палец, - Терд закрывает глаза и поднимает наши переплетённые руки, когда я наклоняюсь, достаю тюбик смазки и, выдавив на руку достаточное количество, прижимаю руку к тому месту.
Холод лубриканта заставляет его лежать на кровати, но теперь он молчит, когда я снова шаг за шагом с самого начала проникаю в него пальцем. Полагаю, что ему уже не так больно.
Я взмок, но наше положение всё то же: дохожу до середины пальца, и всё стопорится.
- Больно?
- Немного.
- Тогда расслабься, я всё делаю медленно, успокойся, - я двигал одной рукой, а другой гладил его бедро, чтобы он привык. И кажется, это работает. Я медленно вошёл так глубоко, как это возможно. Он такой узкий, что может сломать мне палец. И я не уверен, что когда я войду в него не пальцами, мне ничего не сломают. Но, знаете, это тоже довольно забавно.
- Ты как? - я уже говорил, что буду всё время задавать вопросы.
- Нормально.
- Я буду двигаться, пожалуйста, успокойся, - Терд, красный до самых ушей, кивнул. Слёзы покатились по его щекам, но он довольно быстро успокоился.
Я принялся двигать пальцем глубже и интенсивнее. Потом поворачивал внутри, заставляя его дрожать, Терд мог лишь трясти головой.
- Терд, смотри на меня, на меня, не смотри вниз, - его нужно отвлечь, чтобы он не фокусировался на боли. - Как ты? Ещё больно?
- Совсем немного.
- Хорошо, это хорошо, - я уже говорил, что никогда не разговаривал во время секса, никогда ничего не объяснял и не спрашивал. И никогда не фокусировался на чувствах другого. Лишь получал своё. Закончив, мы разделялись. Но с Тердом всё не так, я спокоен и нежен, хоть мне и трудно это понять.
Моя работа продвигалась медленно. Я уже сбился со счёта, сколько раз мой палец проник в него, пока наконец не почувствовал, что он растянулся достаточно, чтобы добавить ещё один. И столкнулся с проблемой. Как только Терд почувствовал у входа второй палец, немедленно взвыл и попытался вырваться. Но мне удалось его удержать и ввести второй палец.
- Я полностью их ввёл, нормально?
- Нет.
- Так больно?
- Да, ужасно больно, - похоже на то, как ребёнок рассказывает о чём-то родителям. Так мило.
- Можешь вытерпеть?
Терд задумался. И дал такой же ответ, как и раньше. Постарайся, детка, а я сделаю всё, что могу.
В этот момент я попытался пальцем найти его чувствительную точку. Верите или нет, но пару секунд спустя Терд издаёт громкий стон.
Неплохо. В смысле, у меня неплохо получается. Я и правда эксперт.
Я двигал пальцами, это было довольно сложно, несмотря на всю ту смазку, которую я использовал. И пропустил пару ударов сердца, добавляя третий палец.
- Кхай, больно! В этот раз и правда больно!
- Раздвинь ноги пошире, помоги мне, пожалуйста, - он выполняет мою просьбу, а потом вскрикивает. Его ноги дрожат, а живот напряжён, он отпускает мою руку. Я сжимаю зубы, пытаясь добавить ещё один палец, но он входит лишь наполовину и мне приходится остановиться, потому что Терд не откликается на мои действия.
Это невозможно вынести, я больше никогда в жизни этого не сделаю. Мне так жаль мою жёнушку, что я почти что рыдаю рядом с ним. Хорошо хоть крови не появилось, так что я наношу больше смазки на палец. А ещё Терд начинает мне отвечать.
- Дай мне руку, я буду тебя держать. Как ты, малыш, в порядке? Потерпи ещё немного, пожалуйста, - не знаю, подействовали мои слова или то, что я держал его за руку, но мы понемногу продвигались. Я толкался тремя пальцами внутри Терда, пока он окончательно не расслабился и не подготовился принять моего братца.
А теперь мне нужно время надеть презерватив.
Боюсь, Терд не совсем в порядке после того, как очистился и после всех прочих вещей, так что я просто обязан использовать презерватив. Зубами я вскрываю упаковку. Я хорош? Но мне нужны обе руки, чтобы надеть его, поэтому, сладкий, я заберу вторую свою руку.
Всё наконец готово, и пришло время «есть» главное блюдо. Я беру тонкие ноги Терда и развожу их, устраиваясь между ними, направляя себя в него. А потом поднимаю взгляд на заплаканное тело на кровати. Не могу сдержаться, чтобы не поцеловать его. Потом добавляю ещё смазки на полностью готовую часть себя.
- Будет немного больно, но пройдёт.
- Врёшь.
- Правда, клянусь, тебе понравится, - не знаю, как много раз я говорил подобное другим, но, если это поможет Терду принять меня, я готов повторять.
Я крепко держу его за талию и, кусая губы, медленно вхожу. Он плачет. А ещё он такой узкий, что я сейчас умру или он сломает меня пополам. И он горячий до дрожи, хоть я и вошёл совсем не на много.
- Ой, Кхай, больно!
У Терда дрожит голос, он пытается вырваться, чтобы избежать боли, но я держу его крепко и всё время шепчу разные слова, чтобы успокоить его.
- Расслабься, Терд, не двигайся, ты можешь всё ускорить, тогда будет куда больнее, - тут же наступает тишина. - Хорошо. Я буду двигаться медленно.
По мне бежит пот, хотя воздух в комнате довольно холодный.
- Будь помягче, - Терд стонет от боли. А я вхожу медленно и аккуратно. Хотя это не так-то и просто, учитывая его узость. Я кусаю губы, пытаясь не сорваться и не ускориться.
- Теперь лучше?
- Больно! - по его лицу видно, что ему действительно больно. Это заставляет моё сердце ныть.
- Я уже глубже, чем раньше, не зажимайся, - я говорю это, но меня скрутило больше, чем его тело. Чёрт! Мне нужно поднять его колени и не двигаться.
Не знаю, сколько прошло времени, но в итоге я смог войти полностью. Можно вздохнуть свободнее, наши тела, наконец, соединены. И Терд не порвался, и без крови обошлись. А я лишь немного покраснел, когда получил своё. Его большие круглые глаза прикрываются, когда он скашивает взгляд на наши соединённые тела. Я улыбаюсь ему и склоняюсь ниже, прижимаясь к его телу. Теперь мы словно склеились. Я целую его в губы с благодарностью, теперь мы готовы испытать все эмоции вместе.
- Как ты? - шепчу я ему в ухо, а он вспыхивает.
- Не очень. Всё ещё слишком больно.
- Ты в порядке?
- Нет. Нет.
- Скоро станет лучше, но тебе нужно помочь мне.
- Как?
- Просто обними как обычно, - без сомнений и прямо сейчас.
Терд поднимает руки и крепко обнимает меня, пока наши тела не становятся единым целым. Он вытягивает свои ноги, которые я отпустил. А я целую его, безостановочно и запускаю язык в его рот, чтобы обменяться сладостью. А ещё чтобы отвлечь.
А потом начинаю медленно двигаться, хорошо, что смазки много, и это вообще возможно. Я не хочу, чтобы всё закончилось слишком быстро. Хочу, чтобы этот момент длился бесконечно: держать Терда в своих объятиях, целовать его, доказывая, что он самое ценное в моей жизни.
- Ты как?
- Умираю от боли.
- Но ты такой узкий, я сейчас тоже умру, - одна только его узость заставляет меня терять голову. К вашему сведению, я уже почти кончил.
Чем больше я слышу его стоны, тем больше хочу двигаться быстрее. Но это его первый раз, поэтому я ускоряюсь очень осторожно, чтобы он привык.
Когда мой братец нажимает на простату, Терд стонет и двигает бёдрами навстречу. Пусть всё ещё довольно медленно, но мне нравится эта его реакция. И это первый стон, который Терд издаёт не от боли.
- Ты в порядке? - задаю я знакомый вопрос. Он молчит. - Терд, ответь мне, чтобы я знал, что делать.
- Хорошо, - он стонет, и я целую его в лоб.
- Могу я ускориться?
- Ещё? - он хмурится и кусает губы, кажется, ему снова страшно.
- Я не буду делать этого быстро, больно не будет, - он не ответил, но, судя по реакции, дал мне зелёный свет.
По нашим телам течёт пот. И боль нарастает, когда я ускоряюсь. Чёрт, это слишком хорошо. Кажется, между нами течёт электричество, а Терд следует за мной, набирая скорость. И я чувствую себя в раю. Он внутри такой горячий, но в то же время позволяет мне исследовать себя. Сначала мы не могли подстроиться, и каждое движение было невыносимым, но теперь всё иначе. Терд дрожит всем телом, и я усмехаюсь на это. А он стонет, и этот звук разгоняет моё сердце до невероятной скорости.
- Хорошо же?
Я увеличиваю скорость и вбиваюсь в него так, что он не успевает издать ни звука. Вся моя кровь кипит внизу, мне нужна разрядка. И ускорившись ещё немного, я готов сменить позицию. Перед моими глазами пустое место, я поднимаю беспомощное тело и переворачиваю его лицом в подушку, поднимая его ноги.
- Я вхожу, не бойся.
Терд стонет, пока я делаю это. Теперь мы так же близки, как до этого. А Терд снова стонет, пока я погружаюсь в его тело, глубже и легче. Я двигаю бёдрами, а Терд сердито рычит, уткнувшись в подушку, когда я не могу сдержаться и двигаюсь так быстро, что срываю дыхание.
- Кхай! - он стонет моё имя каждый раз, когда я задеваю его самое чувствительное место, и я тоже издаю стоны удовольствия и удовлетворения.
Это самые сладкие звуки, которые я от него слышал. Чем больше я двигаюсь, тем они слаще. Не могу объяснить. Я склоняюсь и целую его бледную спину, оставляя красные отметки, помечая своё, пока проникаю в него ежесекундно.
- Терд, посмотри на меня, - я прижимаю его бёдра к кровати и снова поворачиваю его лицом ко мне, не выходя из него.
Его глаза полны слёз, а губы искусаны. И это занимает всё моё внимание.
- Как ты себя чувствуешь? - я хочу знать.
- Странно.
- Больно? - он не отвечает, и я спрашиваю снова: - Тебе не хорошо? - он кивает. - Больно?
- Угу. Но мне хорошо, - эй, придурок, это называется счастье.
Наши тела соединены, слеплены в одно. Я двигаюсь над ним и теперь я переполнен разными эмоциями. Сегодняшняя ночь - лучшая. Он дрожит подо мной. Всё его тело искусано и исцарапано мной.
- Кхай.
- Терд, - я издаю стон. - Терд.
И обнимаю его, будто кроме нас больше ничего не существует. Есть только мы и наши тела, движущиеся с большой скоростью. Чувствуя, что приближаюсь к разрядке, я выскальзываю и стягиваю презерватив. На его уставший живот вырывается горячая жидкость. Кажется, у меня в голове пожар и нет никаких мыслей.
Наш первый раз был особенный.
Клянусь, я буду заботиться о нём. Мои друзья из Банды высмеивали меня, но я больше не «дебил». В итоге я завёл себе жену, и самое важное теперь - заботиться о нём, или я действительно буду самым тупым в мире человеком, как они и говорили.
- Спасибо, Терд, я счастлив.
- Угу. Но это больно.
- Я позабочусь о твоей боли. Но мы можем сделать это ещё раз?
- Какое к чертям «ещё раз»? Кхай!
Сегодняшняя ночь - долгая. Все, пожалуйста, наберитесь терпения.
ППеревод завершен
ААвтор: Jittirain